Jazzbo

Внутреннее убранство приятно удивляло Кима. Это место будто возникло из его влажных фантазий. Первым, что он отметил у себя в голове — чувство вкуса владельца. Справа располагался бар с новыми, идеально чистыми стульями. Приглушённый свет был определенно фишкой этого заведения. Здесь хотелось забыться, или почувствовать себя в другом измерении. Девиз гласил: «Отправь разум на отдых, чувствам дверь открой». Приятный коричневый цвет барной стойки хранил в себе много историй, судьбы тех, кто оставлял там свою душу, выворачивал её наизнанку. А сделать это незнакомому намного проще, нежели ближнему. По крайней мере тем, кто приходил сюда. Красные и оранжевые оттенки свидетельствовали о страсти и веселье. Взгляд остановился на столах, кожаных сиденьях и диванах, затем переместился на небольшую площадку, предназначенную для выступлений. Музыка спокойным, дурманящим потоком звучала в ушах. Трое парней играли на инструментах, передавая каждому присутствующему немного родного колорита этого музыкального направления — частичку Нового Орлеана. Кима с детства привлекала Америка своей свободой, открытостью. А биографию Луи Армстронга, выдающегося трубача, основоположника джаза, внёсшего большой вклад в музыкальную сферу, была знакома ему наизусть. Тэхён остановился почти на пороге, застывая как статуя, и впитывал в себя ноты незнакомого произведения. Хоть он и имеет трудности с агрессией, бывает колким, но веселиться умел и даже любил, да только не вышло стать частью таких единомышленников, либо просто подходящих ему людей. Чонгук смотрел на его идеально выточенный профиль, пытался разобрать эмоции, мысли сосредоточенного лица. Как только прозвучали аплодисменты, Чон хотел было подойти ближе к Тэхёну, но тот ринулся вперёд, не замечая ничего вокруг. Гук смотрел ему в спину, мысленно ухмыльнувшись. Если Киму была интересна музыка, то его заинтересовал тот парень, который влюблён в джаз. Тэхён уверенным, крупным шагом приблизился к ребятам, которые уже стояли у их общего столика, постепенно улавливая обрывки их разговора. — Чимин даже проникся, — с улыбкой заметил Сокджин. — Я серьёзно, он даже пританцовывал. — Значит ты будешь нашим фанатом, да?.. — хохотнул Хосок, без злобы взъерошивая светлые волосы, на что Пак мотнул головой и спрятал улыбку. Хосок по–дружески закинул руку на его плечо под рассказы Намджуна о том, как тот не спал, охваченный вдохновением и мотивацией. Юнги перевёл взгляд на идущего парня и тянущегося за ним мелкого, затем слегка толкнул Джуна в бок. — Я тут послушал ваше выступление. Кто автор? Если это кто-то из известных мне, я просто расплачусь. — Приятно слышать. Это наш Намджун–и, музыкальный гений, — похлопывая по спине, улыбнулся Юнги. Джун смущённо улыбнулся, глядя на свои ботинки. — Ким Намджун, приятно познакомиться, — протянул застывшему парню руку. — Тэхён, — ответил тот. — Джун, может дадим ему выступить один раз? — прервал эту идиллию голос Чонгука, который подошёл слева от Кима. Он хотел было положить руку на плечо Тэхёна, но сразу же остановился. С ним так не получится. С ним нужно по-другому. Почему он так думал? Чёрт возьми, может это была любовь с первого взгляда, будь она неладна. — Ну, — замялся Джун. — Ладно, какую песню тебе поставить? Тэхён засиял и это было видно по глазам. Поэтому и Гук засиял — настоящая цепная реакция. Намджун отвёл Кима к сцене, помогая ему всё настроить, пока остальные ребята устраивались на диванчиках. — Гук—и, познакомься с новым членом нашей команды — Чимином. Он хороший парень, добрый и отзывчивый, — сказал Хосок усаживаясь рядом с Паком, чтобы тот чувствовал себя комфортно и не одиноко. — А это наш младшенький, братец Джуна — Чонгук. Чимин кивнул в ответ на улыбку Чонгука. — Добро пожаловать, — произнёс Чон, бросив взгляд на сосредоточенного Тэхёна. — А где ты его нашёл? — спросил Хосок, положив ладонь Гуку на колено, кивком указывая на Кима. «Наверное, это подарок судьбы», — ответил он, отпивая напиток из стакана и прислушиваясь к возгласам Чона. Намджун вернулся к ним, и каждый с нетерпением ждал выступления Кима. Выбрал он одну из своих любимых песен —«It's Been A Long Time». — Чонгук внимательно слушал и думал о том, как гормонично парень смотрелся на этой сцене. Его голос, чертовски идеальный, ласкал уши и проникал прямо в сердце, достигая самых потаённых уголков, скрытых в тени страхов и угнетающего чувства пустоты. Юнги взглянул на младшего и погладил его по голове. Все ребята относились к нему по-своему, но чаще всего как к младшему братику, которому хочется дать всё самое лучшее, баловать и обнимать. Намджун, сидя на краю, качал головой в такт музыки, не обращая внимания на шум, исходящий от ребят. Как только Тэхён завершил своё выступление, с ярко сверкающими глазами и очаровательной, квадратной улыбкой, подошёл к их столу. — Тэхён, ты потрясающий артист, — первым дал свою оценку Намджун, приглашая его сесть рядом. — Да, это твой стиль, — сказал Юнги, бросив взгляд на Чимина, который с недоумением смотрел на Мина, в то время как Юнги пододвигал к нему тарелку со снэками. Тэхён сияя гордой улыбкой, благодарил и бросал взгляды на Гука, который в этот день выглядел особенно тихим. Что-то в тот момент сломалось. Треснуло. Были ли это страхи? Какие-то да, определённо были. Но у Чонгука никогда возникало проблем в любовных отношениях, и про Кима он не знал ничего. Возможно тот предпочитал женщин. Несмотря на множество вопросов, которые вертелись в голове, Чон чувствовал, что Тэхён — хороший человек. — Наш Чонгук–и, заинтересовался тобой, — сказал Мин, присев рядом с Кимом. Ведь он обещал назвать своё имя в обмен на это выступление. Тэхён тихо прошептал его имя, невольно представляя, как будет его называть, с какой интонацией. — Пару лет назад я был бы рад ответить. Но сейчас я не планировал никаких отношений, — хмыкнул он, открыто отвечая парню, пока никто не подслушивал. — Почему-то я уверен, что ты не из тех людей, кто будет лезть глубоко в душу, когда этого не просят. — Разбираешься в людях? — Только учусь. Они беседовали почти до самого утра, плавно переходя от одной темы к другой. Алкоголь стал необходимым элементом вечера. Парни убедились, что Тэхён порой бывает достаточно вспыльчивый и агрессивный, особенно в этом убедился Чимин. Но, чёрт возьми, собеседник был приятным. Юнги и Чимин время от времени обменивались взглядами, словно никто другой этого не замечал. Для Кима, Намджун оставался тем, кем хотелось восхищаться. Чонгук кидал многозначительные взгляды на новоприбывшего в их компанию, которые явно говорили о том, что парень, возможно, не хотел бы услышать. Тем не менее, атмосфера оставалась непринуждённой. Ребята вместе выглядели как единое целое: каждый из них был уникален и особенный, но в сочетании они образовали гармоничный союз. Каждая капля уникальна и прекрасна по—своему, но вместе они образуют мощный водоём. Каждая страница таит в себе свою неповторимую историю, не похожую на другие, но вместе они создают книгу с красивыми оборотами и захватывающим сюжетом. Именно так они себя ощущали. — Намджун совершенно не умеет ухаживать за девушками — громко начал свой рассказ Хосок, под тяжёлый вздох Джуна. Юнги, подхватывая мысль друга, постучал по столу. Они всегда вместе были той самой непредсказуемой парочкой, от которой никто не знал, чего ожидать. — А это уже интересно, — рассмеялся Чимин. — Как-то раз наш Джуни сказал одной даме, что её будет ждать сюрприз ночью. Он подошёл к её дому с гитарой и начал исполнять песню, которую сам же написал. Настоящий романтик! Да только из окна первого этажа выглянула не хорошенькая девушка, а миленькая старушка, вся растроганная. Тэхён сипло рассмеялся, вновь привлекая к себе внимание Чонгука. — Она не отпускала его, всё время говорила , что такого романтичного поступка никогда не видела,— продолжил Хосок. — Ты перепутал дома? — удивленно спросил Тэхён, вскинув брови. Джун слабо кивнул, потирая рукой переносицу. Эта ситуация долго не выходила из головы, и он чувствовал себя неловко. Однако ещё пару часов ребята начали делиться похожими историями. И неловкость полностью исчезла. Всё складывалось гармонично: их взаимодействия, смех, споры, приятная музыка и вкусная еда. Все настолько увлеклись происходящим, что только после того, как Тэхён откланялся домой, пришли в себя. С ним ведь никто не может связаться. Ни у кого из них нет его номера телефона, абсолютно никакой информации. Чонгук долго не мог избавиться от этих мыслей. Так опрометчиво они поступить. В течение нескольких дней он пытался найти его в социальных сетях, надеясь, что Тэхён сам появится в баре. Но его не было видно.

***

Метро гремело, словно подземный зверь. Люди сновали по платформе: кто–то мчался ,задевая плечом, ктото стоял у стены с пустым взглядом, уткнувшись в экран телефона. Тэхён вышел оттуда и направлялся в огромный парк, который недавно полностью отремонтировали и сделали более привлекательным. Широкие плечи и знакомый стиль движения — неторопливо, почти надменно, будто каждый шаг был осознанным выбором, а не результатом спешки. И глаза — слегка прищуренные, будто ему было слишком ярко, слишком громко или просто слишком много всего вокруг. Его взгляд скользнул по потоку людей, и вдруг — остановился. Капюшон парня напротив закрывал большую часть его лица, а в ухе звучал глухой ритм трека, который он слушал не ради музыки, а чтобы заглушить мысли. Чонгук. Он чувствовал усталость. Не физическую — голова гудела, как лампа в подсобке. Работа, шум, взгляды клиентов, вопросы и тишина, в которой всё чаще всплывало одно имя — Тэхён. Чон выпрямился. Несколько секунд они смотрели друг на друга — почти без удивления, словно оба знали, что этот момент неизбежен, просто не знали когда он наступит. Тэхён слегка кивнул — не как друг, а скорее как случайный знакомый, с которым когда–то пересекался. Его выражение лица оставалось неизменным: ни радости, ни неловкости — только безразличное спокойствие, за которым, знал Чонгук, скрывались сотни эмоций, запертых под замком. — Нашёл меня всё-таки? — скорее произнёс свою мысль Тэхён, которая мелькнула у него в голове в тот момент. Чонгук скользнул взглядом по его лицу: чёткие скулы, напряжённая линия челюсти, идеально сидящие серые, спортивные штаны и яркий, пылкий взгляд. Он не был уверен, можно было ли назвать то, что бушевало в нём, "скучание", но увидеть эти глаза хотелось так же сильно, как почувствовать свежий глоток воздуха в душной комнате. — А ты прятался?