Моя любовь к тебе навечно

- И я тебя люблю. Снова. Снова не доставлено. Инуи выключил телефон и откинулся на спинку дивана. Прикрыв глаза, он тяжело вздохнул. Сейшу помнил время, когда только начал писать на старую почту Коко. День, когда они разошлись. Тот холодный зимний вечер, теплую руку Коко на своем плече и его слова о том, что им пора разойтись. Хаджиме заблокировал его в ту же ночь. Узнав, об этом Инуи чуть не разбил телефон. Это слишком. Слишком больно отдалось в сердце, разрывая его на мелкие кусочки. Уже опуская, только замахнувшуюся, руку с телефоном и голову, неожиданно даже для самого Инуи, из глаз полились горячие слезы обиды. Сейшу упал, больно ударившись коленями об пол и прижимая телефон к груди, в мыслях понимая, что хотя бы эту почту, единственное, что осталось от Коко, он сохранит, как бы больно ни было. Все последующие дни стали сущим адом. Все становилось скучным и однообразным. Руки сами тянусь к телефону с утра, и писали одно и то же сообщение изо дня в день. Спустя несколько месяцев, в магазине у своего дома, Сейшу встретил Доракена. Разговорившись со старым знакомым, Инуи узнал, что тот открыл свою мастерскую. Доракен же видя, убитое состояние Сейщу предложил ему подработать к тому же работа в целом не пыльная и даже пообещал достойную плату. Поначалу Инуи был как призрак, приходил, исправно работал, но деньги не брал. Аргументировал тем, что ему достаточно отвлекаться от мыслей о Коко и иметь хоть какой-то социум. Однако руки все так же писали одно и то же каждое утро. Доракен сильно ругался, когда узнал об этом. Он читал нотации, пытался поддержать и успокоить, да и просто вправить мозг, Инуи. Это действительно помогло. На два месяца, за которые Сейшу понял, что жизнь без Коко совсем не имеет смысла. Он стал напоминать ходячий труп. Не ел, не спал, работал кое-как. А потом его руки снова потянусь к телефону и, написав заветные четыре слова, Инуи, наконец, почувствовал себя живым. *** - И я тебя люблю. Долгие объятия перед уходом домой, стали ежедневным ритуалом. Инуи помнил, как это началось, до банального просто. В один из дождливых вечеров Кен нечаянно обнял Сейшу, когда потянулся за курткой, оба стояли в неловком молчании, смотря друг другу в глаза, а после, Сейшу почесал затылок и, пробормотав что-то про пора домой, сбежал. На следующий день они обсудили это, Доракен извинился, а Сейшу решил что вовсе и не против. Так и появилась эта маленькая, но значимая традиция, постоять лишние пару минут в объятиях было чем-то чего не хватало им обоим уже давно. *** - И я тебя люблю. Первый поцелуй с Доракеном. Детский, спонтанный и такой невинный. Выйдя из мастерской, Инуи дотронулся до своих губ кончиками пальцев, щеки порозовели, Сейшу стало до безумия неловко, Он вспоминал этот спонтанный поцелуй еще минимум неделю. *** - И я тебя люблю. Сейшу ловит губами очередной поцелуй чужих тонких губ. Руки Рюгуджи блуждают по телу под футболкой, Инуи жарко и хочется. Он лежит на диване, смотрит в глаза напротив. Хочется, но Инуи убирает руки от себя и садится на диван, бормочет что-то про то, что не готов. Рюгуджи выслушивает, гладит по голове и говорит, что все в порядке. Инуи действительно благодарен. *** - И я тебя люблю. Они переспали. Прошло примерно два месяца с того случая. Они переспали. В той же мастерской на том же диване. Инуи надолго запомнит те поцелуи и объятия. Было слишком, но это было очень нужно. *** - … В тот вечер они поехали к Доракену домой, где и остался Инуи на ночь. Утром он проснулся, завернутый в одеяло, от запаха чего-то вкусного с кухни. В это утро сейшу обнимал другого и руки совершенно не тянулись к телефону. Доракен отвлекся от готовки, с полуулыбкой поцеловал Сейшу в лоб, пожелав доброго утра. - И я тебя люблю. Сейшу в комнате один, взгляд упал на телефон, руки на автомате потянулись и написали четыре проклятых слова. Проклятый телефон. Проклятая почта Коко. Инуи злился, на висках выступила вена. Сейшу с размаху кинул телефон в стену, разбивая его. На громкий звук пришел взволнованный Кен. У стены валялся разбитый хлам телефон и Инуи смотрел на него, захлебываясь слезами. Рюгуджи ничего не сказал, наоборот молча обнял Сейшу, выслушивая всю истерику. Отношения в итоге не срослись. Инуи долго извинялся перед Доракеном, пару раз даже на коленях. Кен тогда поднял непутевого парня и так же долго уверял, что все хорошо, и он не злится. Отныне они хорошие друзья, а Сейшу покупает первые успокоительные. *** Кому: Hagime.manymanydollar@gmail.com - И я тебя люблю. Инуи так долго хохотал. Он помнит каждую букву почты Коко. Отвратительно. На душе стало так мерзко. Он купил вторую пачку успокоительных. *** - И я тебя люблю. - Инуи! – Доракен громко кричал. Смотрел в небесные глаза Сейшу, и в его глазах столько страха, - очнись уже, прошу тебя. Прекрати. Ты уже не справляешься. Хватит топить себя, - он тряс Инуи за плечи, а тот как кукла в его руках. Бывшие когда-то яркие голубые глаза потемнели, опустели совсем. Инуи даже не поднимает голову, не двигается, даже не моргает, как будто кукловод больше не дергает за ниточки, выкинув крестовины куда-то в дальний угол. Доракен не знал, что делать. Он никак не мог достучаться до Сейшу. Они вместе пошли к психологу. *** - И я тебя люблю. С днем рожденья, Коко. Ты знал, что первое апреля – день дурака? Доракен сказал, что ты родился в нужный день и в нужное время. Сегодня на удивление был загруженный день. Клиентов было даже слишком много, Инуи с Кеном даже обед пропустили. Все-таки стоит нанять менеджера. В восемь часов вечера Инуи еле нашел работающий кондитерский. Магазин уже закрывался, Сейшу все же успел урвать шоколадный торт. Впервые за достаточно долгое время на бледном лице появилась искренняя улыбка. Перед уходом продавщица с краской на лице, попросила номерок. - У меня есть любимый человек. - Извините, - она резко поклонилась в знак искренних извинений, Инуи даже оторопел. - Все хорошо, не переживайте сильно, - он улыбнулся формальной улыбкой и вышел из магазина. Домой он вернулся только в половине одиннадцатого. Осталось совсем чуть-чуть. Инуи буквально летал по квартире, ставил чайник, переодевался, открывал и резал торт. На часах 23:07. Свечи на торте, чай в кружке, Инуи сидит, сложив руки вместе, и желает Коко всего-всего. Свечи погасли. Сейшу включил светильник и начал есть торт. Слишком сладко, в принципе как и всегда. Как Коко его вообще ел? И ведь любимый. Инуи тепло улыбнулся, вспоминая счастливое лицо Хаджиме и проглатывая еще кусочек торта. *** - И я тебя люблю. Инуи пишет эти сообщения двенадцать лет практически каждый день, и ни одно не было прочитано или хотя бы доставлено. Сначала бала злоба, потом отчаяние, теперь смирение. Инуи хотелось писать, говорить о любви, обнимать и целовать, узнать, что произошло за эти долгие 12 лет. Но все же не будем о грустном. 16 октября. Самый обычный осенний день. Работа шла своим чередом, только Доракен выглядел очень взволнованным. - Что-то случилось? – Сейшу сел рядом за стол. Сейчас у них перерыв на обед, и Доракен, до того спокойно поглощающий пищу, чуть не выплюнул ее обратно. Он громко проглотил и закашлялся, а перепуганный Инуи хлопал по спине. Немного погодя, Кен пришел в себя. Он потянулся под стол. - Тебе снова передали подарок через меня, - Рюгуджи достал два пакета, - с днём рождения, кстати. Сейшу улыбнулся, принимая подарки. Один из них точно от него, - спасибо, Доракен, я открою их дома, Сейшу встал, повесив пакеты на свою вешалку, ушел в магазин. Рюгуджи тяжело вздохнул, прикрывая лицо руками. Ну и зачем он это делает? - Кен, я одолжу твой телефон? – Крикнул Инуи со склада. Доракен нахмурился, пытаясь сосредоточиться на поломке мотоцикла, и вот прямо сейчас ему надо что ли? – бери, - отозвался так громко, что сразу ясно – злится. Сейшу принес запчасти и пулей влетел в помещение для персонала. Пока дают – надо пользоваться. Он быстро нашел телефон, открывает контакты. Банкир. Он. Сейшу узнал бы его, где и когда угодно как бы он ни прятался. Вызов. Гудки. - Ало, Кен, что-то случилось с Инуи? – до боли родной, но уставший голос. У Сейшу перехватило дыхание. Совсем не изменился с подросткового возраста. Сейшу так скучал по этому голосу. - Рюгуджи? – голос чуть подрагивает. Инуи даже нравится заставлять Коко переживать. На лице Сейшу появляется полуулыбка. - Коко, пр… Сброс. Тишина. Сейшу посмотрел на протухший экран телефона и горько усмехнулся. Что еще он ожидал? Но быстро набрав сообщение контакту «Банкир», отправил: - Сегодня в 19:00 около торгового центра «Кугисаки». Инуи поднимает взгляд, встречается с хмурым взглядом Кена и делает самое невинное лицо на свете, протягивая телефон владельцу, – спасибо. - Будем считать это еще одним подарком, но прошу тебя вдарь этому идиоту вместо меня, - Кен вздыхает, снисходительно смотря на Сейшу. Ну что взять с дурака, что двенадцать лет признавался в любви каждый день? Доракен усмехается своим мыслям, отправляясь дальше работать. Сегодня он тоже уйдет пораньше. Нужно купить ромашки и сходить на её могилу. Эмме, действительно, подходят эти цветы. Она тоже была, как солнце, для Рюгуджи. *** Торговый центр «Кугисаки» 18:42. Хаджиме стоял тут уже полчаса. Зачем он вообще сюда пришел? От нервов дергался глаз, потели ладони и нормально стоять, совершенно не получалось. В голове крики и сумасшествие. Зачем? Зачем он пришел сюда? На деле ответ до банального пост. Встречу назначил Инуи. Именно Сейшу захотел увидеться, а значит, Коконой сделает всё, чтобы желание Инуи исполнилось. - Коко, - сзади раздался радостный возглас. Хаджиме обернулся и, его буквально снесли с ног. Коконой чуть не упал, хватая сносящего его парня, - ты, действительно, пришел. Я так скучал по тебе, Коко. Инуи выглядит самым счастливым на свете, сжимая Хаджиме в крепких, почти удушающих объятиях. Коко первое время вообще не понимает, что происходит, а после заключает Сейшу в такие же крепкие объятия. Из черных глаз полились слезы, а на лице застыла глупая, но счастливая улыбка. Он тоже невероятно скучал. По этому голосу, по этому теплу, по этим объятиям, по этому человеку. Как же сильно Хаджиме не хватало Инуи все эти двенадцать лет. Они стояли посреди оживленной улицы, рядом с одним из самых крупных центров города и плакали как дети. И пофигу, что скажут люди вокруг, главное – что они сейчас тут, рядом с друг другом. Абсолютно счастливые. - Инуи, прости меня. Я так сильно скучал по тебе. Прощу, пожалуйста, прости меня, - Коко тараторил извинения, захлебываясь в собственных слезах, запинался через каждое слово, всхлипывал, но извинялся. Сейшу отпустил его, взял в горячие ладошки лицо, посмотрел Коко прямо в глаза и… Поцеловал. Боже, как давно он хотел это сделать. Ничто не сравнится с этим моментом! Нежный, чувственный и бесконечно желанный поцелуй отдавал соленым из-за слез и железом от крови. Коко все так же кусал щеки изнутри. Поганая привычка. Но это совершенно не портит момент. *** Сейшу сидел в гостиной роскошной квартиры в самом центре Шибуе. Тогда на улице они целовались и обнимались, Коко уже завел снова свою триаду, но Сейшу положил палец на губы «Всё дома, Коко, всё дома». Хаджиме кивнул, заказывая такси. Не успел Инуи что-либо сказать, как они уже были у Хаджиме. Сейчас он сидел на белом диване, перед ним стоял журнальный столик, ноги – на мягком ковре, панорамное окно во всю стену и огромный телевизор. Сейшу оглядывался, и шелохнуться страшно. Он только из душа, в пижаме, что пахнет не Коко, а каким-то стиральным порошком. Инуи даже расстроился. Поцелуй в макушку, длинные пальцы зарываются в шелковые золотистые волосы, - Ты что-то хочешь, Инуи, я бываю, дома не часто, потому еду заказал, но может, ты хочешь что-то еще? - Расскажи мне о себе. Как ты провел эти двенадцать лет? – руки Хаджиме последний раз прошлись по голове Сейшу, сам он поцеловал парня в висок, Инуи прикрыл один глаз. Коконой же лег на диван, головой на колени Сейшу, выглядя самым довольным котом на свете. - Когда мы разошлись, меня забрал Манджиро в уже новую банду. Там были и есть знакомые тебе Санзу, Курокава, но он умер. Его застрелил Кисаки в какой-то драке еще, будучи подростком, а после его до смерти забил Майки. Все же Сано очень дорожил единственным выжившим, пусть и не родным, братом, - Коко нахмурился и вздохнул. Не самые приятные воспоминания, - Сейчас Майки – глава Бонтен, Санзу его заместитель, я - казначей, а чем занимаются братья Хайтани мне не интересно, - Хаджиме усмехнулся. - Ну и ну, - теперь уже Инуи зарылся пальцами в белые волосы Коко, другой рукой проводя по татуировке на голове, а это? - М? Это что-то вроде принадлежности к Бонтен, - в дверь раздался звонок, Коко встал, вышел из комнаты, поговорил с кем-то, а вернулся с пакетом еды, - я не знал, что ты хочешь, поэтому заказал всё. Инуи посмеялся в кулак: Ты как всегда, Коко. *** Утро 17 октября было самым лучшим. Сейшу проснулся наконец, обнимая Коко. Вообще он лег в другой комнате, но ночью забрался к Хаджиме, сжимая его спящее тело в объятиях. На улице и вечером было мало. - Утра, Инуи, я знаю, что ты не спишь, - Коко зевнул, переворачиваясь лицом к Сейшу. На лице лёгкая полуулыбка и он все еще сонно смотрит на Инуи. Это утро определенно лучшее. - Знаешь, я люблю тебя, Коко, - Хаджиме стремительно покрывается краской, резко открывает глаза, забавно открывает рот, как рыбка на суше. Сейшу не выдерживает и смеется. Звонко и во весь голос. - Инуи, - Коко легонько ударил его по плечу, поджал губы, - я тоже тебя люблю, сразу же утыкаясь краснющим лицом в грудь Сейшу. Инуи замолк, сверкающими глазами смотря на Коко, - люблю тебя, Коко, - произнес шепотом, целуя в макушку. *** - Люблю тебя. Доставлено. Прочитано. - И я люблю тебя. Доставлено. Прочитано