Симфония лжи

Коридор общежития. Поздняя ночь. Тишина. Он даже не успел закрыть за собой дверь, как увидел Эндрю. Тот стоял у стены, скрестив руки, как будто знал, что Нил вернётся именно сейчас. Как будто ждал. Или поджидал. Нил резко остановился, сжал кулаки. Никакого приветствия. Ни вопроса. Только этот взгляд — вымерший, выжидающий. Как будто Нил — ходячая ошибка, и Эндрю просто прикидывает, с какой стороны проще её уничтожить. — Скажи что-нибудь, — сорвалось с Нила. — Или отойди. Мне плевать. Эндрю Он не собирался говорить. Но шаг вперёд сделал. Нил дёрнулся. И это было не страх. Это была привычка — к боли, к нападению, к обороне. — И ты думаешь, что после того, как снова влез не в своё дело, всё просто продолжится? — тихо спросил Эндрю. В его голосе не было ярости. Только пустота. — Ты был у Ваймака. Опять. Без предупреждения. Без обсуждения. Как всегда. Нил — Это не твоё дело, — выдохнул он. — Это моя жизнь. Моё прошлое. Мои правила. Эндрю — Ты существуешь только потому, что я позволил, — сказал он. — Не начинай забывать об этом. Эти слова. Как выстрел. Как нажатие на курок. Сухо. Холодно. Расчётливо. Нил Он двинулся первым. Плечом в грудь, рукой в бок, попытка сбить с равновесия — инстинктивно. Но Эндрю выдержал. Он вцепился в Нила, и в следующую секунду они врезались в стену. Хрустел гипс, щёлкнула челюсть. Кто-то ударил. Кто-то зашипел. Кто-то задыхался от злости. "Он ничего не понимает. Он думает, что всё знает. Думает, что может контролировать всё вокруг, включая меня. Но я не подчинюсь. Не снова. Не ему."Подумывал Нил. "Он снова лезет, куда не просят. Рискует, как будто в этом есть честь. Как будто боль — это валюта, которой он может расплачиваться за ошибки. Он не понимает, насколько легко я могу его остановить." — Ты не Бог, Эндрю, — выдохнул он сквозь зубы. — Ты просто парень, который слишком боится собственных чувств. Эндрю — А ты — дурак, который думает, что боль — это язык, на котором с ним будут говорить. Он ударил. Один раз. Ровно в челюсть. Как обещал. Без ярости — с отвращением. Нил рухнул на одно колено, но не сдался. Рот в крови. Глаза в огне. Нил — Давай. Добей. Покажи, что ты такой же, как все. Эндрю — Я не "все". Я — твоё последнее предупреждение. Нил Он рассмеялся. Коротко. Жестко. И в этом смехе не было веселья. — Тогда убей меня, Миньярд. Или отойди с дороги. Пауза. Никто не двигается. Только дыхание — резкое, сбивчивое. И стена, испачканная красными следами пальцев. Эндрю — Ты никогда не научишься держать язык за зубами. Это убьёт тебя, Джостен. Нил — Зато я умру честно. Звук удара был громким. Слишком громким. Что-то тяжёлое ударилось о стену — может быть, спина Нила, может, чья-то голова. Раздался глухой хрип, как будто воздух вышибло из лёгких. Элисон, лёжа на кровати с маской на лице и включённым сериалом, резко села. Пауза. Тишина. Потом — второй удар. Она сорвала с лица маску, встала, подбежала к двери и распахнула её резко, как будто готовилась выкинуть кого-то с балкона. И вот она увидела это. Нил, зажатый между стеной и Эндрю, — лицо разбито, рубашка перекошена, дыхание рваное. Эндрю, как всегда спокойный, но с выпрямленной осанкой и сжатым кулаком. Напряжение в коридоре такое, что воздух будто бы дрожит. — Вы двое совсем охренели?! — взорвалась Элисон. Они не отреагировали. Никакого раскаяния. Только тишина и взгляд, полный чего-то тёмного. Элисон сорвалась в коридор, влетела между ними, раскинув руки: — Вы, двое, что за чёртов цирк? — рявкнула она. — Я не подписывалась жить в дешёвой драме на Netflix. — Прекрасно. Один псих с кулаками, второй с комплексом мученика. Любимая комбинация. Она резко обернулась влево — в сторону двери Аарона и Эндрю, которая была прямо напротив её комнаты. И громко постучала кулаком по ней: — Аарон! Открой! Где твой долбаный напарник по паранойе?! Изнутри послышался раздражённый голос Аарона: — Что опять?.. — Зови Кевина! Быстро! Нил с Эндрю опять зашли в фазу “кто-кого-вышибет-с-этажа”! — крикнула она, не сбавляя громкость. Через несколько секунд дверь Аарона открылась — Кевин вышел, раздражённый, с телефоном в руке, в наушниках, в шортах и худи. Он окинул сцену взглядом, и в его лице появилось то самое выражение: «я слишком трезв для этого дерьма». — Серьёзно? — пробормотал он. — Только не на сегодня. Мне снились нормальные игры. Без крови. — Помоги мне разнять их, пока один не превратил второго в красное пятно! — потребовала Элисон. — Или хочешь потом отмывать стены? Кевин подошёл к Нилу, положил руку ему на плечо.Тот вздрогнул, но не вырвался. — Хватит, — сказал Кевин. Спокойно Эндрю стоял у стены, молча. Ни взгляда, ни жеста. Только напряжение в челюсти. Аарон, выглядывая из комнаты, фыркнул: — Вы хотя бы бейтесь тише. Элисон обернулась резко: — Закрой дверь, Аарон. Или я следующей врежу тебе. Он захлопнул её с тихим "ясно". Кевин аккуратно подтолкнул Нила к дивану. Тот пошёл. Элисон постояла ещё секунду, осматривая поле боя, и выдохнула: — В следующий раз, если вы решите убивать друг друга, сделайте это где-нибудь, где нет белых стен. Я всерьёз. И с этими словами, развернувшись на пятках, она вернулась в свою комнату и захлопнула дверь так, что зазвенели стёкла.