wish you were gay

      Через неделю Иви вторглась в комнату Рэки в общежитии. Всегда приходила туда, как к себе домой. Исключительная удача Рэки распространялась только на не самые главные вещи в жизни, таким образом при распределении в общежитие он оказался в двухместной комнате совсем один, и Иви тут иногда ночевала, если они устраивали киновечер или она ругалась с соседкой. Рэки был не фанатом одиночества. Тревожные мысли всегда съедали его заживо, даже когда тревожиться было не о чем — он много занимался учебой и разными проектами, брал небольшие подработки и заказы, связанные с брендированием и логотипами. Его жизнь — череда вечных активностей, и даже засыпая, он не мог выключить бесконечную шарманку в голове. А потому Иви его хоть немного успокаивала одним своим присутствием, хотя у нее тараканов явно было не меньше, но они их друг дружке на прогулку выпускали и было веселее.       — Я немного узнала о нем, — говорит девушка при входе, пропуская приветствие.       — О ком?       За окном уже поздний вечер. Рэки сидит за планшетом и ломает голову, рисуя очередной заказ, потому что клиент, тварь гребаная, выслал правки буквально десять минут назад, когда он собирался уже идти в душ и спать.       — Боже, ты уже даже забыл, в кого ты влюблен?       Рэки так и выронил стилус, он стукнулся о экран планшета со звоном.       — Шутишь?       — Не, не шучу, — девушка плюхнулась на кровать напротив, рассасывая чупа-чупс.       — Ну? Чего тянешь-то?       Рэки от нервов сжимает подушку, уставившись на подругу. А она склоняет голову к плечу, нехорошо так сузив глаза:       — Ладно, я просто не хочу, чтобы ты сильно очаровывался.       Все-таки ему впервые в жизни так понравился реальный парень. Существующий, из плоти и крови. Рэки надеялся, что сможет видеть его почаще в университете или школьной столовой, или в библиотеке. Оказалось, что из-за близкой специальности у них были общие пары по средам, все-таки графические дизайнеры и программисты часто сотрудничают и делают проекты. Но этот парень никогда на него даже одного-единственного взгляда не кинул.       — Его зовут Ланга Хасегава. Перевелся сюда в этом году, учится на втором курсе вместе с Ноа. Тот говорит, что он почти что гений, очень хорош, — она немного протяжно вздыхает, и от такой интриги у Рэки сжимается живот. — В общем, не расстраивайся, но он, кажется, натурал.       Ах, ну да, предсказуемо, вокруг него были толпы девчонок. Рэки даже думал, что принадлежи парень только одному лагерю — это было бы фактически преступление. Но надежда все же таилась и грела сердце. А теперь нет. Даже по высоким стандартам Рэки этот парень был нереально, божественно красив, такой холодный и загадочный. Он стильно одевался, особо не разговаривал, и притягивал этим к себе раздражающе огромное количество людей, но при этом ни на секунду не казался высокомерным. Сложно описать, но у него была до ужаса комфортная аура. И, возможно, из-за эгоистичных соображений, Рэки хотел быть тем человеком, который будет знать его чуть больше остальных, тогда это воспоминание он хранил бы в сердце до конца своей жизни, и гордился этим.       — Ланга, Ланга… — протянул он несколько раз, смакуя новое имя. — Ладно, забили, это бессмысленно.       Рэки снова упал на кровать, а с ним и его настроение. О чем он думал вообще? Да и будь он геем, с чего бы ему на Рэки смотреть? Самый обычный парень, рассеянный и потрепанный, в футболках каких-то странных, куче браслетиков и с вечно сползающей на глаза повязкой. Ему в жизни говорили, что он красивый и очаровательный, но этот круг обожателей ограничивался исключительно мамой и Иви.       В этих страданиях прошел октябрь. Не существует таких чисел, которые бы смогли определить количество прочитанных Рэки страниц манг и новелл в попытках забыть о том программисте-натурале. Но даже если с четверга по вторник у него получилось немного успокоиться и перестать мучиться от уже ставшей тошнотворной влюбленности, то каждую среду его сердце разбивалось вновь и вновь, стоило голубой макушке появиться на горизонте. Он уже не носил ту белую рубашку, что была в первый день, теперь Ланга все чаще появлялся в толстовках или свободных майках, носил черные джинсы и кеды, иногда надевал сережки на уши, цепочки и браслеты. После стольких часов, проведенных за его рассматриванием, Рэки мог бы по памяти написать кучу картин и описать в подробностях каждое из его колец. Иногда Ланга завязывал волосы в пучок, тогда у Рэки появлялась возможность наслаждаться видом на его длинную бледную шею, когда он поправлял выбившиеся пряди на затылке. Ланга постоянно бегал взглядом между учителем и тетрадью, любил закусывать губу и крутить кольца на длинных тонких пальцах, которых всегда было от двух до десяти, видимо, в зависимости от настроения. Когда он надевал свободные майки, то бледные ключицы выбивались из-под одежды, а подкачанные худые руки выделялись на фоне оверсайза. И весь он был настолько невозможным, что Рэки сходил с ума.       Ланга не много с кем тусовался, хотя рядом с ним часто можно было заметить одну и ту же девчонку. Рэки — человек, любящий весь женский пол по определению их существования, но ее он все же ужасно ненавидел.       — Я всегда знал, что девушки идут на программирование, чтобы найти себе там перспективных мужиков, — ворчал Рэки, лежа на столе в столовой. У него абсолютно не было аппетита после совместных пар.       — Что за ужасный сексизм? — возмущалась Иви, хотя знала, что друг просто шутит.       — Будь я девочкой, я поступил бы так же.       В начале ноября преподаватель сказал, что их ждет групповой проект: два человека из дизайнеров и два из программистов. Рэки не особо слушал, он даже не мог сосредоточиться. Иногда от этого ужасного и неадекватного чувства влюбленности ему казалось, что его вот-вот стошнит прямо в аудитории. Он потер лицо руками и снова сфокусировал взгляд на преподавателе, когда тот начал формировать группы и называть имена, надеясь, что кто-нибудь сверху в этой вселенной услышит просьбы Рэки, но…       — Это не по сценарию, — тихо прошептал он, когда группы были распределены.       — Что именно? — уточнила Иви, уже создавая беседу со своими будущими коллегами.       — Мы ведь должны были быть в одной группе в проекте, потом познакомиться, немного побесить друг друга, а потом… не знаю. Влюбиться что ли?       Тон Рэки был протяжным, надломленным и разочарованным. Он грустно дышал, лежа на сложенных руках, и у Иви даже не хватило сил на классическую лекцию про то, что жизнь — не манхва. На другой стороне аудитории Ланга уже махал рукой паре милых девочек-дизайнеров, которым посчастливилось оказаться с ним в одной группе. А Рэки — он ведь не девочка, и даже не такой красивый. Да, жизнь не манхва, но он все-таки надеялся на то, что у них получится какая-то «Логическая ошибка».       Аудитория уже почти опустела, когда Рэки только нашел силы поднять голову. Над ним столпились трое других студентов: девушка и парень с программирования и одногруппница. Как же я люблю БТС, вот они слева направо: Намджун, Чонгук, Чингачгук… Рэки еще раз тяжело вздохнул и упал обратно на стол. Ни одного из этих студентов он толком не знал, но люди вокруг вечно сбрасывали всю ответственность на Рэки, он привык выполнять работу за всех. И вот опять группа людей молча стояли, смотря на Рэки глазами, полными надежды, ведь он лучший на потоке, конечно. Он за них все сделает, и концепт придумает, и дизайн составит, да еще и код напишет, потом презентует.       Но, к удивлению, спустя полчаса переговоров и обсуждения проекта, детали которого во время объявления Рэки пропустил мимо ушей, ребята оказались довольно разговорчивые и старательные. Их задачей было разработать небольшое мобильное приложение, тематика — на их усмотрение. Но сделать надо было до Нового года, то есть, у них два месяца. Если учесть, что в декабре зимняя сессия, то времени всего ничего, но тем не менее сверхъестественного с них спрашивать точно не будут. Хотя Рэки — он же немного того, будет из шкуры вон лезть, забыв про сон, лишь бы получить одобрение, уверенный в том, что его «недостаточно».       — Какие идеи у кого? — спросила Хлоя, девчонка из его группы. Она никогда особо ничем не выделялась в плане учебы, но была приветливой и доброй.       — Хм, вам надо знать одну вещь, — протянул парень-программист, представившийся Риком. — Я умею писать, конечно, но мои таланты и навыки далеки от идеала, — его голос стал тише и он потупил взгляд на свои колени. — Боюсь, что я не смогу написать что-то очень сложное.       — Не парься по этому поводу, — махнула ему рукой Лили. Вот она показалась Рэки прикольной. Во-первых, девушки-программистки это кайф, а во-вторых, она очень красивая. — Мы распределим обязанности, и то, где у тебя будут трудности в написании, я помогу. Самое главное сейчас — это концепт.       Рик благодарно улыбнулся и кивнул:       — Есть несколько легких вариантов. Например, мы можем сделать что-то типа помогающее человеку выработать привычку. Человек будет писать свою цель, создадим трекинг и напоминания.       — Как насчет легкого приложения вроде личного дневника в форме заметок, защищенное паролем? Туда можно добавить много красивых деталей… — предложила Хлоя, слегка закусывая губу. — Стикеры, шрифты, должно быть прикольно.       Да, это хорошо. И легко. Но все еще недостаточно, как будто таких и так слишком много.       — Возможно, что-то для студенческой жизни? — голос Лили был медленным и задумчивым, пока она смотрела в потолок, раскручивая в руках карандаш. — Для перваков бывает тяжело ориентироваться здесь. Мы могли бы создать что-то типа гида по университету или же… приложение для знакомства в стенах университета? Это была бы возможность найти новых друзей.       И это хорошо, но такое уже есть. Это был прошлогодний проект Рэки, о котором все благополучно забыли. Сначала волна удивлений и восторга прокатилась по университету, но после череды неудачных свиданий Рэки ужасно разочаровался. В итоге приложении он стер и удалил отовсюду.       — Итак, что у нас есть? В общих чертах, можно было бы сделать что-то, связанное с тайм-менеджментом, университетской жизнью и красивым дизайном… — перечислял Рэки, загибая пальцы. Остальная компания замолчала в надежде на гениальную идею из этой рыжей головы. — Будильник?       Тишина, которая и так была в аудитории, стала давящей. Они смотрели на Рэки озадаченно, пытаясь сопоставить его вроде как удивительные навыки, живой ум и такую примитивную идею. Да, он немного разучился думать, отстаньте.       — Нет-нет-нет, — сказал он, опережая, и помахал перед собой руками. — Не просто будильник, но взять его за основу. У меня есть несколько идей, но мне надо дать им сформироваться и родиться.       — Ладно, тогда давайте до завтра все обдумаем и обсудим. Я создам беседу, сможете писать туда, скидывать свои идеи или картинки.       Лили поднялась со своего места и перевесила сумку через плечо, готовая уходить. Такие боевые и лидерские девушки всегда очаровывали Рэки по-особенному, хотя и в таких милых девушкам вроде Хлои тоже определенно были интересные стороны. Да ему вообще все девушки нравятся, только какого хрена его хрен на них не поднимается? Самое обидное упущение в жизни.       В итоге концепт с будильником утвердили, когда Рэки наконец смог объяснить, что он имеет в виду и как он хочет его видеть. Это должно быть что-то, согласованное с университетской жизнью, где люди будут регистрироваться под своим именем и факультетом, они будут оповещены о каждом интересном или важном мероприятии, которое будет связано с ними, а также по желанию можно будет устанавливать напоминания для пар, тайм-менеджмент для учебы. Помимо этого, там будет стандартные секундомер, таймер и сам будильник.       — Хлоя, займись пока что подбором шрифтов и мелких деталей, о которых ты говорила, — сказал Рэки во время очередного собрания. — Я сделаю макет основного дизайна, а также палитры для тем. Программисты… — вздохнул он, поглядывая на Лили и Рика. — Вы что-то там будете делать свое, сами распределяйте.       Так проходил еще один месяц жизни. Влюбленность в Лангу, которая, казалось, должна была поутихнуть, приносила только страдания. Он просто настолько привык жить с этой постоянной легкой болью и грустью, что уже игнорировал эти чувства. Точнее, он мог шутить на эту тему с Иви, проматывать несуществующие сценарии в своей голове, но по факту он чувствовал себя настолько убитым неспособностью сказать ему хотя бы слово, что это было даже не смешно.       Но у него особо не было времени на то, чтобы расклеиться окончательно, ему надо было активно и упорно готовиться к сессии, создавать проект, искать подработки и читать манхвы. Грустно, но в последнее время они уже не являлись той отдушиной, какой были раньше. Нет, он конечно же был очень рад прочитать конец истории Мэттью и Цзиня, но это уже была не та радость. Это была, скорее, радость, омраченная болью от осознания, что с ним такого никогда не будет. До встречи с Лангой мечта о подобной сказке была в сердце оптимистичного Рэки до последнего, но с тех пор, как он впервые влюбился, ему пришлось столкнуться с тяжелой и удручающей реальностью. А она состояла в том, что люди вокруг тебя не геи по обыкновению, и перебирать не приходится.       В прошлом году это, наверное, и было толчком Рэки к созданию приложения знакомств в стенах универа. Он даже несколько раз сходил на встречи с разными парнями, и они были не супер ужасные, нет, но он просто не мог. Сердечко не билось, не стучало в трахее, ноги не подкашивались и бабочки в животе не порхали. И он понимал, что отдать первый поцелуй кому-то такому он не хочет. Может, и стоило бы, чтоб наконец избавиться от этого бремени девственности и жить проще и легче, но он не мог, как бы ни старался. Это ощущалось как предательство себя. Летом он сходил на несколько свиданий с парнем по имени Илай. Имя идеальное, но это не тот самый Илай с ростом 198 сантиметров и членом почти полметра. Вообще, Рэки не знал, какой член должен быть у парня, но ему хотелось большой. Ну, нормальный. Он не знал, больно это или нет, но выглядит красиво. А еще Рэки почему-то изначально классифицировал себя исключительно пассивом. И вот тот Илай, с которым он гулял летом, буквально не оправдывал свое имя, это было даже преступление. Он не был высоким или очень красивым, накаченным тоже не был. Парень нелепо шутил, ходил вечно в клетчатых рубашках и неловко поправлял очки на переносице. Да, он был милым. Но он — не то. А вот Ланга — то, даже если бы он ходил в дебильных клетчатых рубашках.       Несколько раз Рэки видел Лангу у входа в университет, он стоял там со своим небрежным пучком на волосах в большой черной толстовке, его красивые длинные пальцы были особенно бледными на фоне черных митенок. Он держал сигарету и медленно выдыхал дым, разговаривая с кем-то с факультета или одиноко стоял в своих больших наушниках. Всегда было интересно, какая песня у него играет. В нем вообще все было интересно. Пару раз Рэки подходил и просил сигарету у знакомых, чтобы хоть так урвать пять минут для рассматривания. Рэки наблюдал за ним в нескольких шагах — Ланга докуривал, тушил окурок о толстую подошву своих ботинок и шел в корпус. Максимум Рэки пытался выдавить из себя короткое «привет», но оно было настолько тихое и неуверенное, что Ланга даже не слышал. Да, все же, это была невыносимая боль.       — Сигаретки не найдется? — неожиданный голос вырвал Рэки из раздумий.       Он уже и забыл, что так и остался сидеть на ступеньках при входе в университет, перерывая в Пинтересте интересные концепты и муд-борды. Но этот голос Рэки узнает из тысячи. Его пальцы сразу слегка задрожали, когда он достал пачку сигарет из кармана куртки, и вся смелость и способность говорить моментально выветрились из головы. Ланга стоял на ступеньку выше в черном свитшоте и сером тренче, волосы опять в пучке растрепанном, а на пальцах несколько серебряных колец. Такой расслабленный, спокойный, просто взял и уселся рядом. Возможно, это лучший день в жизни Рэки. Да, вероятнее всего, так и есть. Опять глупая избирательная удача была на его стороне. Обычно он сигареты с собой не носил и курил только в ситуациях сильного стресса или за компанию, но в последний месяц у него как раз сильный стресс. Который теперь стал еще сильнее.       — Спасибо, — ответил тот. Его бледные длинные пальцы вновь обхватили сигарету, а другая рука поднесла к ней зажигалку. Ужасно изящное зрелище. — Как проект?       До сих пор Рэки не произнес ни слова, следя за действиями другого парня. Он был уверен, что он из тех, кто не будет нервничать во время влюбленности, ведь Рэки обычно пиздит без умолку. Он из тех самых людей, что мечтают быть загадочными, но он кажется таким ровно до того момента, как открывает рот. Тот самый тип людей, который расскажет вам о своих самых страшных воспоминаниях и детских травмах, лишь бы заполнить тишину в диалоге. А теперь он тяжело сглатывает, потому что поплыл окончательно.       — Нормально, вроде, — выдавливает он из себя и тоже берет сигарету. — Ищу концепты для дизайна.       — Так ты не немой? — говорит Ланга, затягиваясь. — Дай угадаю: ты создал всю идею?       — С чего ты взял? — усмехается Рэки и наконец осмеливается посмотреть в голубые глаза. — У меня хорошая команда.       — Да, но ты же тот самый Рэки. Лучший студент факультета дизайна, разве нет?       От такого заявления Рэки аж поперхнулся, хотя слышать свое имя, произнесенное этим голосом, было невероятно приятно. Ладно, возможно, его так называли, но все совсем не так. Он покачал головой:       — Я самый обычный студент, ничего особенного.       — Как знаешь, — Ланга пожал плечами.       Холодный ветер немного трепал волосы, залезая Рэки под куртку и вызывая мурашки. Несмотря на полтора года жизни здесь, к холоду он все еще не мог привыкнуть, поэтому уже в это время доставал свою самую теплую куртку. И он пытался отвлечься и уйти мысленно от того факта, что Ланга сидит рядом с ним, он почти касается своим бедром его. Он молчит, затягиваясь сигаретой, но Рэки слышит каждый его вздох вместе со своим собственным сердцебиением. Черт. Хоть на улице и дико холодно, но у Рэки все равно потеют ладони. Он несколько раз стряхивает пепел на бетонные ступени и смотрит под ноги, украдкой лишь иногда поглядывая на острые колени парня, выпирающие через разрезы в джинсах. Ланга стучит зажигалкой об оголенное колено и отклоняется спиной на ступеньки. Рэки следит за его движениями точно так же молча, а затем резко втягивает в легкие воздух, словно хочет хоть что-нибудь ему сказать. Когда еще он получит возможность вот так поговорить с Лангой? Но сказать нечего, все слова забываются. Боже, какой он идиот.       Ланга еще раз смотрит на Рэки этими своими невозможными голубыми глазами и тушит окурок о тяжелую подошву ботинок. Он берет рюкзак, перекидывает его через плечо и, уже развернувшись ко входу в корпус, говорит:       — Еще увидимся, обычный студент.       Рэки смотрит ему в след, затаив дыхание. Да, это определенно лучший день в его жизни.