İki Yürek

Турхан сидела на полу в своих покоях, запертых на засов, обхватив себя руками. В глазах не было слёз, только пустота, в которой отражался страх, гнев и непонимание. Её мысли разрывались между желанием вырваться отсюда и жуткой уверенностью, что она уже ничего не сможет изменить. «Он не умер. Не мог умереть. Это ложь. Ложь, чтобы уничтожить меня», – убеждала она себя снова и снова, но холодный голос Кёсем эхом раздавался в её голове: – Мурада больше нет. Слова, словно удар кинжала, каждый раз причиняли невыносимую боль. – Он вернётся, – прошептала Турхан, словно обращаясь к самой себе, но её голос дрожал. – Я знаю, он вернётся. Он сильный. Мурад... не мог просто уйти. Она не замечала, как её ногти впивались в ладони, оставляя глубокие красные следы. Атике опустилась на колени рядом с Турхан, мягко коснулась её плеча. – Турхан, послушай меня, – тихо сказала она, глядя на подругу. – Я знаю, что это тяжело. Но ты не одна. Ты должна быть сильной. – Я не верю ей, Атике, – ответила Турхан, повернув к ней побледневшее лицо. – Валиде лжёт. Она сказала это, чтобы сломить меня, чтобы отнять всё, что у меня осталось. Атике опустила глаза, не зная, как ответить. Она и сама не была уверена, но в сердце таилась боль: что, если это правда? – Турхан, даже если... – она сделала паузу, подбирая слова, – даже если он не вернётся, ты должна бороться. Ради себя. Ради своего ребёнка. – Но как? – сорвалось с её губ, полных отчаяния. – Как бороться, если у меня ничего не осталось? Атике обняла её, прижимая к себе. – У тебя есть я. Я не оставлю тебя. Ты должна верить. Но в глубине души и Атике знала: их мир рухнул. Смерть Мурада освободила трон, но вместе с этим принесла хаос, в котором не все выживут.

***

Кёсем вошла в покои Касыма, её шаги были тихими, но от их звука юный шехзаде вздрогнул. Он сидел на диване, склонив голову, словно прятался от её взгляда. – Валиде, – начал он, поднимаясь на ноги. Его голос дрожал. – Что вас привело? Она остановилась перед ним, долго рассматривая его. Её взгляд был одновременно суровым и проникновенным, как у хищника, оценивающего добычу. – Ты теперь будущий султан, Касым, – сказала она, будто вынося приговор. – Это твоя обязанность, твоя судьба. — Но Мурад.. — начал он, но замолчал под её взглядом — Мурада больше нет, — отрезала она. — Я позаботилась о том, чтобы трон не остался без наследника. А теперь ты должен доказать, что достоин его. Касым сглотнул, его лицо побледнело — Валиде, а если я... не справлюсь? Если вы посчитаете, что я недостоин? Вы избавитесь и от меня, как от Мурада? Кёсем резко шагнула к нему, схватив за плечи. – Не смей так говорить, – её голос был твёрдым, но глаза выдавали тень боли. – Ты мой сын. Я защищаю тебя. Я сделала то, что должна была сделать, чтобы сохранить тебя и Ибрагима. Ты не можешь бояться. Страх убьёт тебя быстрее любого врага. Касым смотрел на неё, но в его глазах не было уверенности, только детский страх перед той, кого он считал всемогущей. – Мама, – прошептал он. – А если я не смогу? Если вы решите, что я недостоин? Что тогда? Кёсем ощутила прилив ярости, смешанный с отчаянием. Её пальцы дрогнули, но она быстро справилась с собой. – Ты сможешь, – сказала она твёрдо. – Ты должен. Мы не можем позволить себе слабость. Запомни это. Твоя жизнь принадлежит трону, а трон – тебе. Она отпустила его плечи, отвела взгляд, будто не хотела видеть в нём отражение своей собственной борьбы. – Я сделаю всё, чтобы защитить тебя, – повторила она. – Но ты должен быть сильным. Если ты сломаешься... никто нас не пощадит. Касым молчал, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. В его душе бушевал шторм, и он не мог понять, спасёт ли его вера в мать или уничтожит.

***

На окраине города уже плели заговоры. В тёмной комнате, освещённой только масляными лампами, собрались чиновники. Словно смерть Мурада развязала руки всем, кто жаждал власти. — Мурад мёртв, — сказал один из них, сдвигая бумаги на столе. — Теперь начнётся хаос. — Кёсем выдвинет Касыма, — добавил другой. — Но хватит ли у неё сил удержать власть в своих руках? Она становится слабее. — Это наш шанс, — раздался голос из тени. Он был низким и властным, но лицо говорившего оставалось в полумраке. — Империя рушится изнутри. Их кровь разъедена предательством. Скоро Османы падут, и на их месте взойдёт новая власть. Чиновники переглянулись, кто-то в страхе, а кто-то с нетерпением. — Что вы предлагаете? – Мы дождёмся, когда она предпринит попытку посадить Касыма на трон, – произнёс он. – Тогда мы ударим. Они думают, что удержат эту империю силой. Но они ошибаются. Их время прошло. Его голос замер в тишине, но слова остались висеть в воздухе, как предвестие надвигающейся бури.