Headlock

Вай не уверена, когда именно она начала это замечать. Безумный блеск обреченности, натянутые струны сердца, которые рвались под давлением. Она должна была понять это раньше. Нужно было вырвать корень проблемы, пока её ядовитая суть не испортила нежные лепестки Кейтлин. Но, как и всегда, Вай отставала на два шага. Она была скована прошлым и навсегда обречена на неизбежное будущее. В первый раз она остановила Кейтлин от совершения роковой ошибки — поступка, продиктованного любовью, чтобы сохранить ускользающий разум своей девушки. В конце концов, Кейтлин была не такой, как она, потерявшая родителей на мосту и просидевшая семь жестоких лет, дыша одним спертым воздухом с самыми низкими представителями человечества. Вай научилась быть жесткой, её мозолистые руки и покрытые шрамами костяшки всегда напоминали об этом. Однако ее акт любви был эгоистично отвергнут. Её бросили на землю с гневным криком и звоном очередной серебряной пули, впившейся в толщу обломков их разрушающегося мира, где таяла надежда и умирала любовь. Она знала, что Кейтлин меняется, горе затмевает слабый свет, и не в лучшую сторону. И все же Вай не могла сдаться. Все изменилось: мир, её жизнь, её сестра - она просто хотела, чтобы кто-то не менялся, и её глаза заблестели. В глубине души она знала, что все меняются, просто всегда слишком поздно, чтобы остановить это. Во второй раз Кейтлин сломалась. Лепестки, будто сорванные с их стебля, падали на землю. Вай спала, вымотанная их бесконечными вылазками в подземный мир, и эта вина не давала ей покоя. Энергией Кейтлин двигала месть - долг, который можно было оплатить только запятнанной кровью погибшей сестры, поэтому сон никогда не был легким для ее напарницы. Все началось с того, что она вздрогнула, сморщив нос от тошнотворного запаха меди. Смертельное предзнаменование проникло в их общую комнату, когда Вай проснулась ото сна с сухим кашлем, а ее глаза по неизвестной причине заслезились. — Кейтлин? — произнесла она хрипло, пытаясь прорваться через темноту, окутавшую их комнату. Неуверенность висела в воздухе, зловещая и тяжелая, пока тонкий луч света не вывел её к ванной. Сердце колотилось в ушах. Во рту пересохло: что бы ни находилось за дверью, разделявшей их, у Вай остались только самые глубокие страхи и сожаления. Что, если Джинкс добралась до Кейтлин? Что, если Кейтлин... Или... нет времени гадать, она с силой распахнула дверь, чтобы та сорвалась с петель. — Кейтлин! — закричала она, но слова замерли на её губах. Глаза расширились от ужаса, увиденного перед собой. Её "кексик", её Кейтлин, её любовь, сидела на полу ванной, свернувшись в углу. Руки крепко обнимали колени, голова была уткнута в ладони, но была одна вещь, которая делала эту ситуацию еще более запутанной: она заставляла Вай сжимать кулаки, а слезы горели в ее глазах. Пистолет, который Кейтлин надежно спрятала, лежал на белой плитке, и его черный ствол резко выделялся на фоне стерильного пола. Темнота в их комнате казалась менее угрожающей, чем тень, окружавшая пистолет. Желудок скрутила волна страха. Ви заставила себя сохранять спокойствие, несмотря на дрожь в руках. Аккуратно дотронулась до колена Кейтлин, её взгляд метался между оружием и девушкой, которая, казалось, угасала на глазах. — К-кейтлин, п-почему это здесь? — голос дрожал, хотя ответ уже жёг её изнутри. — Я видела ее, - едва слышно шепчет Кейтлин, и Вай остается только нахмуриться, придвигаясь ближе. Боясь, что мир может рухнуть под ее ногами, если она этого не сделает. — Джинкс была там. Она издевалась надо мной, не замолкая. Я хотела закончить это, заставить её замолчать... — Глаза Кейлин вспыхнули безумием, её зрачки расширились, а по щекам стекали слёзы. Размазанная косметика подчеркивала её отчаяние. — Но... это ведь то, чего она хочет, да? Чтобы всё просто исчезло. На мгновение Вай поклялась, что услышала голос Джинкс в словах Кейлин. Её теплые глаза, обычно цвета морской волны, вдруг приобрели холодный розовый оттенок, пугающий и угрожающий. Ви замерла, пока не почувствовала теплую ладонь Кейтлин на своей щеке. Она прижалась к этому прикосновению, чувствуя, что всё ещё может её спасти. Это не Джинкс, а просто Кейтлин, успокаивала она себя.