Ответ

Есть спойлеры к основному макси. Советую сначала прочесть его по 26 главу включительно. *** Пещера — точнее, комната — была небольшой, с ровным полом и гладкими стенами, переходящими в купол потолка, под которым завис предварительно запущенный Лемом фонарик. — Как ты догадался, что она здесь? — спросил Эрхэ-Линн, оглядываясь по сторонам. — Снаружи кажется, что за водопадом сплошная скала, даже если смотреть внутренним зрением. — Потому что они встроили в неё маскирующую сетку — тот же фокус, что на входе в Долину. Если бы не сон, я бы сам не додумался здесь искать. Сон… Ну конечно. Когда Лем знал что-то, чего не знали другие, скорее всего оно ему приснилось. Сны подсказали рисунок танца перемещения, привели их в Долину Лилий, а теперь — в это тайное пространство по ту сторону заледенелого водопада. Но зачем? На первый взгляд комната была пуста. Лем остановился по центру, уставившись в пол. — Где-то здесь… Я видел… — Он присел, поводил над полом рукой, и на шельфиловой поверхности проступили символы: лунопись, древний код творения, почти не дошедший до наших дней. Лем понимал его интуитивно, Эрхэ-Линн до сих пор не выучил до конца, несмотря на все затраченные усилия, но выученного оказалось достаточно, чтобы понять: ещё один тайник. — Открывается прикосновением двух разных коконов… — Лем широко улыбнулся. — Хорошо, что мы пришли вдвоём. Когда предмет, так тщательно скрываемый от посторонних, выплыл из ниши в полу, залив всё вокруг радужным светом, Эрхэ-Линн на мгновение зажмурился. Видит Пресветлое, последние годы не скупились на отгадки и находки — и всё равно сложно было поверить своим глазам. — Оно сохранилось, — выдохнул он. — Не сгинуло вместе с Харгалидом, не было уничтожено своими создателями… Кто-то спрятал его — здесь, в Долине Лилий, где всё когда-то началось… — И начнётся снова! — Лем вскочил, лицо его сияло восторгом. — Ты понимаешь, что это? Последнее, чего мне недоставало! Зеркало Истины подскажет, верно ли я понял принцип, и если ответ будет «да»… Зеркало Истины. Отвечает на любой вопрос, на который можно ответить «да» или «нет», но только однажды; нужно не ошибиться со временем — и с вопросом. Глядела ли в него прекрасная Лиу-Рис, Повелительница Виноградной Лозы, ожидая возвращения любимого домой? Глядел ли в него Дар-Фарим перед тем, как идти спасать свою мать из плена? Глядел ли в него когда-нибудь Тёмный — или он был слишком горд и самоуверен для этого? Эрхэ-Линн не был горд. Единственный вопрос, который стоило задать Зеркалу, не изменится и через сто лет — и, хоть ответ на него давно известен… — Да! Да! Да! — Лем в порыве чувств сжал его в объятиях. — Я всё сделал правильно! Мой круг сможет переместить человека из одного мира в другой — всё получится, Эрхэ! Эрхэ-Линн снова зажмурился, впитывая в себя нежданное прикосновение, потом сам шагнул к Зеркалу, провёл пальцами по ободку… Уже на выходе из тайной комнаты, прежде чем открыть проход, Лем повернулся к нему. — А о чём спрашивал ты? На мгновение их взгляды встретились. Наверное, в глазах Эрхэ-Линна слишком явственно стояли слёзы, потому что Лем смутился и сказал торопливо: — Хотя что я, это личное, можешь не отвечать. «Личное… Сколько лет я смотрю на тебя так и думаю: «Замечает ли он? Говорят ли что-нибудь об этом его сны?» Спросить бы у Зеркала, но я уже истратил свой единственный вопрос, и всё померкло перед неумолимостью ответа». Моря высохнут, реки повернутся вспять, и звёзды упадут с небес на землю, прежде чем ты меня полюбишь.