Пионино

      Изначально Юра хотел отдохнуть в каком-нибудь дорогущем номере отеля, чтобы сменить обстановку, но перспективы нахождения в четырех стенах где-то подле крышы ему не понравились. Ладно, предоставляемые услуги были на высоте, но Грому было бы некомфортно в такой дороговизне, а ему не хотелось быть в окружении людей еще и на отдыхе, на работе и так хватает. Он человек известный в узких кругах, поэтому кто-нибудь наверняка бы узнал, подошёл переговорить, а за тем бы человеком потянулась еще вереница из всех желающих. Ну уж нет. Поэтому он спрашивает у знакомых и друзей про наличие свободной недвижимости в аренду на две недели. И желательно недалеко от дома.       Находится шикарная четырехкомнатная квартира, которую Максим покидает на две недели по работе. Тот просто отдает ключи и называет адрес, потому что доверяет ему с Костей и не против помочь. Обычно она пустует, являясь запасной, куда заходят только работники клининговой службы, поэтому личные вещи убраны лишь в одну из комнат, а остальные практически стерильно чистые. Такой вариант им подходит.       Когда же происходит своеобразное заселение, то Юра не ожидал увидеть в зале пионино. Для понтов больше подошел бы рояль, но и оно тоже неплохо вписывается в интерьер. Знакомый музыкальный инструмент вызывает ступор. – Юр, ты же говорил, что раньше играл на пионино, – глаза у Грома загораются интересом. – Сыграешь что-нибудь? – Не думаю... Столько лет прошло, навыки уже подрастерял, нот не помню. Какая же это будет дерьмовая игра. На уровне кузнечика для начинающих гитаристов, – Смирнов собирается упираться. Столько лет не вспоминал про этот струнный ужас, еще бы столько же не вспоминал. – Даже не попробуешь? – Нет-нет, Кось, нет, – тихо смеется Юра. – Я к этому монстру со своих четырнадцати не подходил. Какое мне сейчас под сраку лет вновь лезть? – на самом деле он до дрожи в руках не хочет вновь вспоминать про эти адские занятия на пионино и последствия после отсутствия на этих занятиях. – Юр, пожалуйста, – Костя очень хочет увидеть как поменяется Смирнов во время игры. Расслабленный и при этом взвинченный в обычной жизни с береттами тот становится по-странному спокойным, с плавными движениями, будто превращается в тягучую жидкость, и завораживающим. Невероятно притягательным. Каким тот станет при игре на фортепиано? Расслабленным? Экспрессивным? Неизвестно. Но очень интересно. – Ну хорошо, – для Юры это вызов самому себе. За столько лет он из принципа не прикасался к любому музыкальному инструменту в память о ненавистных часах занятий на гребанном пионино под наблюдением строгого отца. – Но ты пойдешь погуляешь полчасика. Я напишу тебе как можно будет заходить, – одному будет проще переносить всю интенсивность воспоминаний из прошлого, а не когда рядом будет кто-то еще. Кто-то живой, кто может прикоснуться физически и разговаривать. За свою реакцию он не отвечает. – Ладно... – сейчас лето, поэтому на сборы времени не уходит. Ключи взять со столика не сложно.       Ему же требуется время, чтобы собраться с силами. Нужно подойти к пионино, сесть на банкетку, открыть крышку Ямахи и прикоснуться к клавишам. Слишком много действий для того, чего он избегал много лет. От страха, из принципа, от ненависти и из желания сделать назло. Теперь же из принципа ему нужно перебороть себя. И вновь вспомнить о старом.       Но ему это удается.       Удается дойти до пионино. Удается сесть на знакомую из детства банкетку и удается открыть крышку. Остаётся самое главное. Преодолеть страх перед игрой.       Юра касается клавиш осторожно. Сначала совершенно несмело и всего на секунду прижимается указательным пальцем, а после опускает руку в исходное положение немного криво от долгого перерыва. Одновременно с этим раздается хлесткий голос отца: "Неправильно!". Смирнов дёргается, делая правильное положение "яблочко". Но это лишь глупые страрые-престарые воспоминания.       Нужно привыкнуть к игре.       Он слабо улыбается, когда не может синхронизировать действия ног и комнады мозга, из-за чего не попадает по нотам. Пытается подбирать нужные клавиши по звучанию в попытке сыграть какой-нибудь простенький мотив. Получается не очень. Фальшивит страшно, но играет по памяти. Ноты во многом уже позабылись, хоть руки еще и помнят движения. Тут на клавишу левее, а тут перепрыгнуть через десяток сразу. Походит на странный танец из движения тела и нот, который сплетается в музыку из эмоций и звучания. Он хочет сыграть что-нибудь по настоящим нотам, поэтому достает телефон, чтобы найти расшифровку парочки любимых песен.       В себя Юра приходит от звона ключей в коридоре. Так увлекся игрой, что забыл написать Косте. Глупое СДВГ когда-нибудь окончательно его доканает. Нужно хотя бы встретить своего Грома. – Привет, – Костя здоровается первым. На полу рядом виднеется два больших пакета из продуктового. – Знал, что ты увлечешься, поэтому решил сходить в магазин, – мужчина умалчивает, что прождал лишние двадцать минут, чтобы лишь потом зайти в магазин у дома. – Прости, – тут не то чтобы есть за что извиняться, но Юре не очень приятно вновь отмахиваться от произошедшего. Если бы действительно захотел, то поставил будильник в качестве напоминания. Но он этого не сделал. – Это ты меня прости, – Гром коротко целует в переносицу. – Не стоило просить. Ты как согласился, то я сразу же вспомнил про твои напряжённые отношения с музыкой. Но ты выглядел решительно, поэтому не стал лезть, – и он исчезает в кухне вместе с пакетами. – Я купил все для твоего рататуя, дуй сюда помогать. – Сейчас!

***

      После той роковой просьбы что-нибудь сыграть проходит еще неделя. Юра тренируется в отсутвие Кости дома, чтобы сделать сюрприз. Нужные ноты уже выучены, практика получена, навыки вновь пришли в пригодное состояние. Не зря ему пророчили большее будущее в сфере музыки. Но он в рот ебал музыку, обсерваторию и пионино с роялем, поэтому прибегнет к своему таланту, чтобы поразить лишь одного человека, а не множество слушателей на очередном концерте.       В субботу Смирнов зовёт Костю в дальнюю комнату с многообещающей улыбкой и хорошим настроением, что тот улавливает: – Чего довольный такой? – Сейчас все поймёшь!       Юра начинает свое импровизированное выступление с избитой, но не менее прекрасной темой Ходячего Замка. Это одно из его любимых аниме, классика в мире мультипликации. Дальше переходит к их песне, чтобы следом исполнить любимую песню Кости, а в конце переходит на джаз. Он отдает всего себя, свою душу полностью игре. Каждый жест и нота пропитаны посылом, экспрессией и чем-то еще эфемерным. Он никогда не играл так. К концу руки неприятно тянет с непривычки, а старая травма плеча напоминает о себе ноющей болью, но это того стоило. – Браво! – Костя громко аплодирует, и ему чудится будто ему аплодирует огромный зал слушателей, а не один человек. Настолько того переполняет восхищение. – Это было невероятно. – Спасибо, – и Юра благодарен искренне. Простая просьба сыграть на ненавистном фортепиано обернулась таким теплым вечером в его жизни.