Часть 4
18 ноября 2024 г., 20:15
«Сколько стоит?» — спрашивает Вай в следующую субботу.
Она вернулась домой в Заун и разговаривает с Экко в его импровизированной мастерской за магазином Бенцо. Он берёт хлам с местной свалки и восстанавливает его. Приведя вещи в лучшее состояние, он продаёт их, пытаясь получить прибыль. Вай восхищается его изобретательностью и мастерством — он делает лучшее из того, с чем ему приходится работать.
Сейчас они обсуждают мотоцикл, который он починил. Маленький и лёгкий, он идеально подходит для человека такого роста, как Вай, да и для её целей тоже. Ей просто нужно что-то, на чём можно передвигаться по кампусу, и было бы неплохо, если бы она смогла ездить на нём между Пильтовером и Зауном. Несмотря на все вмятины, помятости и царапины, этот мотоцикл — идеальный вариант. Экко сказал, что ещё не закончил работу над ним, но Вай не волнует, как он выглядит, её интересует только то, как он работает.
Экко быстро пожимает плечами. «Я могу отдать за 660 баксов», — говорит он.
Вай прикусывает губу и задумывается о цене. У неё нет столько денег в кармане, по крайней мере сегодня. Вандер заплатит ей на следующей неделе, так что к тому времени у неё должны быть деньги, но он ей нужен сейчас, а не потом.
«Ты ведь знаешь, что я надежна?» — спрашивает Вай. «Я могу заплатить тебе на следующей неделе».
Она забирается на байк и запускает двигатель. Он ревёт под ней, явно не слишком довольный тем, что его завели, но всё же заводится. Вай ухмыляется, пожалуй, слишком дико. О, она уже любит этого малыша.
«Как я выгляжу?» — спрашивает Вай, позируя, как девушки в стиле пин-ап на плакатах, которые она повесила на стену в своей комнате дома.
«Ты выглядишь глупо», — спокойно отвечает Экко и протягивает ей шлем.
Она надевает его и снова принимает позу. «Лучше?»
«Лучше», — соглашается Экко. «Ты можешь заплатить мне половину на следующей неделе и половину, когда Вандер снова заплатит тебе».
«О, ты самый лучший», — радуется Вай и тянется к нему, чтобы потрепать по волосам, как делала, когда он был совсем маленьким. Боже, как он стал таким большим? Он даже перерос Паудер.
«Да, да», — закатывает глаза Экко. «Только будь осторожна на этой штуке. Она может ехать довольно быстро».
«Я буду в порядке», — обещает Вай.
<><><>
Это очередная медленная ночь в баре. Время тянется без особых событий. Худшее уже позади, до закрытия осталось всего несколько часов. Вай слышит, как теплая постель зовет ее по имени, но это не единственная постель, в которую она жаждет вернуться. «Прикрой меня, Майло», — говорит Вай и перепрыгивает через стойку. «Прикрыть тебя? С чего бы это?» — стонет Майло. «Если не прикроешь, я скажу Вандеру, что вмятина на крыле машины — это потому, что ты въехал задним ходом в мусорный контейнер», — угрожает Вай со злобной ухмылкой. «Это ты сделала, а не я!» — возражает Майло, уязвленный, но не удивленный ее очередной выходкой. «Как думаешь, кому поверит Вандер — тебе или мне?» Майло снова стонет и вскидывает руки. «Ладно, но ты мне должна». Вай быстро и благодарно подмигивает ему. «Спасибо». Севика сидит в углу бара, пьет и играет в карты. Судя по недовольному бормотанию ее спутников и куче денег перед ней, она выигрывает. Вай прислоняется к столу, упираясь руками по обе стороны от себя. «Эй, ты свободна сегодня вечером?» — спрашивает она. «У меня свидание», — гордо отвечает Севика. «У тебя?» — Вай смеется, возможно, слишком назойливо. «Кто захочет пойти с тобой на свидание?» Севика хмурится, не поднимая глаз от карт. «Это ты так говоришь, когда сама забираешься в мою постель каждые выходные». Это заставляет Вай замолчать. Севика — единственный человек, способный выкладываться так же сильно, как и она. «Да ладно, может, сходишь куда-нибудь в другой раз?» — умоляет Вай. В этот момент она в отчаянии. Воспоминания о Кейтлин в постели прошлой ночью не дают ей покоя, но у нее не было возможности позаботиться о себе. Она рассчитывала на Севику в эти выходные. «Можешь пойти и потереться в подсобке, мне все равно, — наконец говорит Севика. — Отвали, соплячка». Отказ ранит, даже от такого человека, как Севика. Может быть, именно поэтому он еще больнее. Конечно, между ними нет любви, но неприятно, когда тебя отвергают. Вай уходит. Она направляется в свою комнату, чтобы пересчитать наличные: на танец на коленях хватит, а вот на чаевые девушке в борделе — нет. Впрочем, она всегда может зайти на следующей неделе и дать чаевые, уверенная, что девушка не будет против. Она накидывает толстовку и выходит через заднюю дверь в переулок. Бордель недалеко, но достаточно далеко от бара, чтобы ее семья не увидела, как она заходит. Не то чтобы это секрет, они знают, что она сюда ходит. Просто не так стыдно, когда об этом не приходится говорить напрямую. Она проходит по коридору, оглядываясь в поисках своей любимой девушки. Заглядывая сквозь занавески с бусинами, она не замечает ничего необычного, пока не доходит до последней двери слева. Она останавливается, уверенная, что слышала слишком знакомый смех. Кейтлин. Снова. Вай с любопытством заглядывает через занавеску. Точно, это она. Ее окружают еще четыре женщины. Она полностью одета, на ней купальник и комплект грелок для ног. Вай невольно задается вопросом, что она делает в таком месте, но, судя по одежде, это должно быть связано с танцами. Увидев Кейтлин, она прогоняет эту мысль. Вай возвращается на улицу, слишком смущенная для танцев на коленях. Она не хочет, чтобы ее здесь видели. Кто бы мог подумать, что она столкнется с Кейтлин именно здесь. Только она решила, что в безопасности, как Кейтлин снова появилась. Она просто не может от нее избавиться. Вай закуривает сигарету, чтобы успокоиться. Она делает длинную затяжку и медленно выдыхает дым сквозь зубы. Тепло дыма успокаивает, а его привкус мгновенно умиротворяет. Ей нужно найти что-то получше, менее смертоносное, чем сигарета, болтающаяся между пальцами. «Вай, это ты?» Черт. Вай оборачивается и снова видит ее. Она быстро роняет сигарету и затаптывает ее ботинком, надеясь, что Кейтлин этого не заметила. «Не слишком ли ты далеко от дома?» — спрашивает Вай, засунув руки в карманы, чтобы выглядеть непринужденно. «Я могла бы спросить тебя о том же», — с легким смешком отвечает Кейтлин. Она крепко обнимает себя, зябко ежась. Ночью в Зауне бывает очень холодно. «Что ты здесь делаешь?» «Я живу на этой улице», — говорит Вай, показывая в сторону бара и пожимая плечами, словно это пустяк. «Тебе холодно?» «Замерзла, вообще-то», — Кейтлин смущенно улыбается. «У меня был танцевальный класс с некоторыми из здешних девушек. Я не знала, насколько холодной будет погода, иначе взяла бы с собой кардиган». Вай выскальзывает из своей толстовки и передает ее Кейтлин. «Вот, надень это». «Тебе не будет холодно?» «Я живу в двух кварталах отсюда, переживу». Кейтлин с благодарностью натягивает толстовку и просовывает руки в рукава. Распустив волосы, она смотрит на Вай слишком открыто, отчего той становится неловко. Вай чувствует себя так, будто у нее вдруг выросла третья рука или пара рогов. «Я не замечала раньше твоих татуировок», — говорит Кейтлин. Вай напрягается. Она старается скрывать их в школе, нося рубашки с длинным рукавом и используя консилер там, где необходимо. Сделать их в шестнадцать было плохой идеей, но тогда она была моложе и глупее. Она даже не задумывалась, как это будет выглядеть при поступлении в такое строгое место, как Пильтоверский университет. «Да», — бормочет Вай, отворачиваясь, чтобы не встречаться с Кейтлин взглядом. «Не возражаешь, если я их потрогаю?» Боже, как мгновенно кровь приливает к лицу и шее Вай. Пусть будет достаточно темно, чтобы Кейтлин этого не заметила. У Вай нет сил объясняться. «Конечно», — соглашается она, протягивая руку. Кейтлин прослеживает узоры кончиками пальцев. Вай и раньше мечтала о ее прикосновениях, но ничто не сравнится с реальностью. Ее прикосновения подобны огню, обжигающему вены. В голове Вай мгновенно мутнеет. Она не может мыслить здраво, когда Кейтлин так нежно ласкает ее. Их глаза на мгновение встречаются, и Вай готова поклясться, что в кобальтово-голубых глазах Кейтлин мелькает что-то, умоляющее о поцелуе. Пальцы Вай цепляются за рукав Кейтлин и плотную ткань на ее бедре. Она готова совершить глупость и действительно поцеловать ее, если ничто не помешает. Губы Кейтлин слегка приоткрываются, и взгляд Вай фиксируется на них. Вай шумно сглатывает и осмеливается наклониться, чтобы проверить, что будет. Громкий автомобильный гудок выводит ее из оцепенения. Она оборачивается и видит, что это Джейс Талис вернулся, чтобы испортить ей момент. «Моя машина приехала», — говорит Кейтлин, прочистив горло. Она неловко заправляет волосы за ухо и, вспомнинает о толстовке Вай, бежа к машине. «Оставь себе», — говорит Вай, махнув рукой. — Вернешь в понедельник». Кейтлин одаривает ее мягкой улыбкой, от которой у Вай кружится голова. «Спасибо, Вайолет». Она ненавидит, когда люди называют ее полным именем. Только двое в мире имеют на это право — Паудер и Вандер. Однако когда его произносит Кейтлин, по позвоночнику Вай пробегает дрожь, а по венам разливается тепло. Итак, теперь есть три человека, которым разрешено называть ее Вайолет. Кейтлин садится в машину и опускает окно, чтобы помахать на прощание. Все еще ошеломленная, Вай машет в ответ, пока машина не уезжает. Глупо, глупо. Она не должна была надеяться. Кейтлин буквально уехала со своим парнем, а Вай не может позволить себе поверить, что у нее есть шанс. Она разочарованно почесывает голову и вздыхает. Жаловаться тоже бессмысленно. Ей нужно либо повзрослеть, либо найти кого-то другого и забыть о ней.
