Подарок

Ди Фэйшэн вернулся в самый неподходящий момент: Фан Добин как раз стоял голым на четвереньках, опираясь на связанные шнуром руки, и настороженно прислушивался к тому, что позади него делал Ли Ляньхуа. Между ягодиц вжалось холодное и твердое и, пытаясь расслабиться, Фан Добин как раз успел порадоваться, что хотя бы Ди Фэйшэн этого не увидит, как услышал совсем рядом его голос: — Что это? Фан Добин зажался от неожиданности, и гладкий каменный член так и не проник в его тело. На поясницу легла теплая ладонь, надавила, не давая сбежать. — Подарок мне от Сяобао. Фан Добин повернул голову: Ди Фэйшэн разглядывал его внимательно и заинтересованно. — Неплохо, — наконец одобрил он. — Подарок — не то, что ты подумал! — Фан Добин попытался встать, но Ли Ляньхуа снова его удержал. — Подарок — вот это. — Холодный камень убрался от зада Фан Добина, так что, видимо, Ли Ляньхуа поднял его повыше, чтобы показать. — И веревка. — Еще лучше. — Ди Фэйшэн насмешливо хмыкнул. — Ага. Хотел связать и засунуть в меня нефритовый член. — Так и сказал? — Ну не совсем так, но… — Рука Ли Ляньхуа мягко гладила спину и зад, но на каждую попытку приподняться придавливала, будто тоже была из камня. — Совсем не так! — возмутился Фан Добин. — Я хотел, чтобы тебе было приятно! — Мне приятно. — Сейчас-то из-за чего тебе приятно? — Фан Добин любил дарить подарки: долго выбирал, присматривал то, что подойдет лучше всего. Старался. И он совсем не рассчитывал, что подаренное сразу же будет испробовано на нем. — И там еще много всего было, не только нефритовый член и веревка, что ты к ним прицепился. — Остальное мы тоже потом опробуем, — согласился Ли Ляньхуа. Обещание было сомнительным. Но почему-то, когда Ли Ляньхуа произносил это своим спокойным голосом, Фан Добину и правда хотелось попробовать. — Слушай, если ты не собираешься продолжать, можно я уже сяду? — спросил Фан Добин без особой надежды. — Подожди, сейчас продолжим. Пальцы Ли Ляньхуа снова забрались в него, добавили масла, размяли и растянули мышцы. Холодное каменное навершие прижалось и на этот раз все-таки вошло, и Фан Добин судорожно выдохнул, пошире расставил ноги. Судя по шороху тяжелых одежд и скрипу старого стула, Ди Фэйшэн устроился за столом прямо напротив кровати; Фан Добин покосился в его сторону и убедился, что он смотрит. — В общем, мелкий, это было опрометчиво. Лучше бы просто подарил хорошего вина. Камень все-таки был слишком холодным, стоило взять другой, из полированного дерева. Фан Добин заставил себя расслабиться. — Дарить вино — это скучно и банально. На самом деле, вино он тоже дарил, но раньше, пока они с Ли Ляньхуа были просто друзьями. Теперь же более близкие отношения, на взгляд Фан Добина, располагали и к другим, личным, подаркам. — Ну и зря. Оно бы не помешало. Фан Добин уже начал задумываться, что надо бы подарить такой же член, а то и побольше, Ди Фэйшэну и засунуть в него, чтобы в следующий раз не издевался. Но ведь не дастся. Это Ли Ляньхуа умел заболтать так, что все шло по его желанию, а Фан Добину оставалось только удивляться, как он умудрился согласиться. — Ему и без вина хорошо. — Каменный член, до этого входивший медленно и непрерывно, вдруг остановился, немного сдал назад, будто Ли Ляньхуа пытался найти нужный угол, и Фан Добин беспокойно поерзал. — Будет. Чуть позже. Вообще, все оказалось неплохо уже сейчас, хотя в деловитых и уверенных движениях Ли Ляньхуа было что-то от медицинской процедуры, а Ди Фэйшэн смотрел так настойчиво, будто ему тут представление показывали. Фан Добин никогда бы не подумал, что его может возбуждать такое, но тело отзывалось дрожью и жаром, а член стоял так, что никаких сомнений в этом не оставалось. Каменный член закончился внезапно, уперся широким основанием, и Фан Добин подумал, что надо было брать длиннее, чтобы входил дольше, и потоньше, чтобы распирало не так сильно. В лавке, куда он зашел, каких только не было, но думая, что член окажется в Ли Ляньхуа, Фан Добин взял тот, что больше всего напоминал его собственный. — Хороший мальчик, — похвалил Ли Ляньхуа, погладил натянутую вокруг каменного члена плоть, и Фан Добин почувствовал, что краснеет. — Скажи, как привыкнешь. — Вот видишь, ничего страшного, — пробормотал он, пытаясь скрыть смущение. — А ты не хотел. Мысль о том, что это он должен был сейчас вставлять каменный член в Ли Ляньхуа, отпускала медленно. Фан Добин все еще надеялся, что к этому они тоже придут. — А кто говорил, что страшно? Мы просто проверяем. — Да конечно… Давай уже. — Фан Добин дернулся, чтобы поторопить его, и тут же пожалел: выходил член из тела еще неприятнее, чем входил. — А это он еще небольшой принес, — заметил Ди Фэйшэн. — Сам ты небольшой, нормальный он! — возмутился Фан Добин и застонал, опуская горячий лоб на связанные руки, когда член снова двинулся в него. Камень постепенно согрелся и уже не вызывал подозрительных спазмов, да и входил вроде бы полегче. Фан Добину хотелось большего. — Ну и как, нравится? — спросил вдруг Ди Фэйшэн так, что не поймешь, всерьез или дразнит. — Нравится. — Фан Добин решил, что это подходящий момент: — Но я бы сделал лучше. — Неужели? — Ли Ляньхуа прижался сверху теплой тяжестью, волосы щекотно скользнули по голой спине. — Расскажи. — Ну, для начала, я бы не оставлял так надолго без внимания твой член. — Дыхание Ли Ляньхуа коснулось уха, когда он усмехнулся, рука, до этого придерживавшая Фан Добина за бедро, обхватила член, провела по всей длине. — Да, именно так. — Фан Добин толкнулся в нее и сразу же, подавшись назад, насадился на член. Повторил несколько раз, жмурясь от нарастающего удовольствия, а когда и его стало мало, продолжил рассказывать: — Потом я бы узнал, удобно ли тебе так долго стоять на четвереньках. — Неудобно? — Нормально. Но я хочу тебя видеть. — А. ­— Фан Добин не успел больше ничего сказать, а его уже развернуло, уронило спиной на постель, и нефритовый член снова толкнулся в него, заставляя выгнуться и захлебнуться воздухом. — Вот так? Ли Ляньхуа навис над ним. Судя по учащенному дыханию и азартному блеску в глазах, игра ему тоже нравилась. Если бы не связанные руки, Фан Добин обнял бы его. — Да, — выдохнул он и потянулся за поцелуем. И это Ли Ляньхуа понял без слов, ответил так же жадно, как сделал бы сам Фан Добин. Иногда ему казалось, что он и правда делает то, о чем говорил: целует Ли Ляньхуа, прижимаясь к нему всем телом, трахает его нефритовым членом — глубоко, чуть задерживаясь после каждого толчка, — и одновременно чувствует его ощущения от движения твердого камня внутри, от языка, вылизывающего рот, и от ласкающих шею и грудь пальцев. ­— А что дальше? — спросил Ли Ляньхуа. Хотя мог бы и не спрашивать, и сам прекрасно справлялся. На самом деле, Фан Добин давно бы уже не выдержал и вставил в Ли Ляньхуа свой член вместо нефритового. Но признаваться в этом не хотелось. — А потом я бы взял твой член в рот, продолжая брать тебя нефритовым. — И когда ты успел стать таким хитрым? — Ли Ляньхуа покачал головой, но перебрался ниже, и теперь Фан Добин его не видел, только чувствовал прикосновения пальцев, а потом и языка, по-прежнему глубокие толчки нефритового члена. — А для меня в твоей фантазии места не нашлось? — напомнил о себе Ди Фэйшэн, в голосе слышалось искреннее веселье и желание. — Ну тебя же не было, когда мы начали, откуда мне было знать. Но ты мог бы целовать Ляньхуа, пока я бы ему отсасывал. — То есть, тебя? — Да. Фан Добин переоценил свои силы: слишком много ласки для одного него, слишком быстро все закончилось. Но Фан Добин не жалел об этом, ему было очень хорошо. Ли Ляньхуа присел рядом, развязал узлы веревки и освободил слегка затекшие руки, бережно растер оставшиеся после них на коже вмятины. — А сами? — спросил Фан Добин. — Я же вижу, что вам тоже надо. — А мы чуть позже. — Похоже, это означало, что они еще продолжат. Кажется, Фан Добин был этому рад. Ли Ляньхуа погладил его по спине, наклонился, чтобы поцеловать в плечо. — Подходи к нам, как отдохнешь, я пока чай заварю. Оставаться одному было скучно, да и уставшим он себя не чувствовал, так что Фан Добин почти сразу встал, оделся и пошел к ним. Принесенные игрушки из лавки при весеннем доме до сих пор лежали на краю стола, и, разлив чай по чашкам, Ли Ляньхуа продолжил перебирать их, бездумно трогая пальцами то одно, то другое. Наблюдая за ним, Фан Добин чувствовал, как удовлетворенное совсем недавно желание начинает возвращаться, подбрасывая воображению пока еще смутные непристойные картинки. — Ты ведь уже проверил, что хотел. Может, следующее сразу тебе? — с надеждой уточнил Фан Добин. Ли Ляньхуа покрутил в пальцах широкое кольцо, и Фан Добин порадовался, что не вспомнил о нем раньше. — Думаю, лучше сначала проверить все, — Ли Ляньхуа покосился на него, положил кольцо обратно. — А это что? — спросил Ди Фэйшэн, когда после кольца Ли Ляньхуа взял браслет из светлых деревянных бусин с золотой подвеской в виде цветка лотоса. — Браслет, это просто браслет! — Фан Добин хорошо помнил, где оказываются такого рода подарки первым делом. — Точно? — Ли Ляньхуа перебрал бусины, поглаживая идеально отполированное дерево. Пальцы ловко нашли спрятанную за цветком застежку, раскрыли, и бусины закачались, свисая одной ниткой. Выбирая их, Фан Добин представлял, как все они окажутся внутри Ли Ляньхуа так, что между ягодиц останется виден только золотой цветок. Будет красиво, Фан Добин не сомневался. А теперь у бус были все шансы оказаться не в Ли Ляньхуа, а в нем, и тогда никакого лотоса он не увидит. Но после прошлого удачного опыта Фан Добин был не против. Он уже собирался признаться, для чего это украшение и как на самом деле его носят, когда Ди Фэйшэн потянул руку Ли Ляньхуа с браслетом к себе, осмотрел и кивнул: — Это и правда браслет. У того, что не браслет, бусины были бы крупнее. Фан Добин недоверчиво покосился на него. С чего вдруг решил помочь? Фан Добину не нужна была помощь, наоборот, он снова хотел прикосновений Ли Ляньхуа, ощущения его пальцев и этих бусин внутри. Ди Фэйшэн вмешался совершенно зря. — Красивый браслет, — согласился Ли Ляньхуа. Обернул бусины вокруг запястья и замкнул застежку, еще раз оглядел. — Спасибо, Сяобао. — То-то же, хоть что-то из подарков тебе понравилось. — Ощущение, что его в чем-то обделили, все равно не пропало, но Фан Добин решил, что не пойдет потом ругаться с торговцем, продавшим ему обычный браслет. — Мне все понравилось. — Ну да, конечно. Ли Ляньхуа отошел к одному из шкафов у стены, достал что-то из ящика. — А то, о чем говорил Ди Фэйшэн, выглядит вот так. Бусины и правда были крупные и их было больше, чем на принесенном Фан Добином браслете. — Судя количеству золота и нефрита, он сам и принес. — Фан Добин фыркнул, стараясь не рассмеяться собственной шутке. Ди Фэйшэн молча смотрел на него. — Что, правда? — А-Фэй тоже любит дарить подарки, — подтвердил Ли Ляньхуа. — И что, ты сначала опробовал их на нем? — Конечно. И не только их. Фан Добин представил эту картину и почувствовал себя отомщенным. — Мог бы и предупредить, — все равно проворчал он, потыкав пальцем в Ди Фэйшэна. — Зачем? Тебе же понравилось. И это тоже понравится. Ли Ляньхуа не стал прятать бусы в ящик шкафа, а вместе с ними направился к кровати. — Иди сюда, Сяобао, — позвал он. И Фан Добин пошел к нему.