Сладкая месть

Глаза застилает пеленой. Мужчина несколько секунд оглядывает неподвижное тело, а после поднимается на ноги и буквально вылетает из палаты. Он в спешке пытается объяснить охраннику, что произошло, и просит немедленно позвать врачей. Седоволосый мужчина удивленно вскидывает брови, уже обеспокоено тыкая по кнопкам стационарного телефона, чтобы связаться с главным врачом.  Чонгук пытается держать себя в руках, однако чувство пожирающего изнутри страха давит на горло. Поэтому он без конца что-то тараторит и срывается даже на младший медицинский персонал, чтобы те пошевелились и сделали хоть что-нибудь. Санитары, остановившись на секунду, обводят его и охранника непонятливыми взглядами и продолжают свой путь, пока мужчина медленно сходит сума.  Когда врач и бригада реанимации, наконец, появляются бесконечно длинном коридоре, Чон бежит в их сторону, и они вместе направляются в палату к Тэхену. Параллельно Чонгук слышит вопросы о произошедшим, но его мозг отказывался здраво воспринимать информацию, слова путались, и сформировать мысль никак не получалось. Выдавив из себя краткое объяснение, мужчина замолкает, а врачи кидают на него очередной скептический взгляд.  Они достигают палаты, и на лице каждого зашедшего читается ужас. Бригада реанимации, до этого торопившаяся, останавливается, видя перед собой бездыханное, уже бледное тело. Главный врач присаживается на корточки и проверяет пульс. Однако его уже давно не было. Оглянув юное тельце парня, он поджимает губы и поднимается с корточек, устремляя взгляд на влетевшего в палату Хосока. Мужчина смотрит уже на двух братьев, огорченно мотая головой, а после вновь переводит взгляд на мертвого мальчишку. — Мне жаль, но мистера Кима уже не спасти, — прискорбно проговорил врач и взглянул Чону младшему в глаза. — Я понимаю, это тяжело слышать, но так как смерть наступила в результате повреждения сонной артерии, тело необходимо отправить на вскрытие. — Врач продолжал смотреть на братьев, недвусмысленно переводя взгляд на свой карман.    — А.. нет, не нужно.. — Чонгук отрицательно мотает головой и переводит взгляд на брата, — Хосок, реши этот вопрос, прошу, — Уже ничего не скрывая, хрипло просит младший и стискивает челюсть.  Пока бригада реанимации начинает снимать ЭКГ для констатации смерти, Хосок, поджав губы кивает в сторону двери, и они вместе с главным врачам удаляются из палаты. Чонгук оседает на пол, чувствуя, как в уголках глаз скапливаются слезы. Больше не в силах смотреть на мертвое тело и суетящихся рядом врачей, он поднимает голову кверху, не дав слезам вытечь.  Тем временем, решив вопрос о вскрытии тела круглой суммой, мужчины возвращаются в палату. Врач начинает говорить с Чонгуком.  — Я решу все вопросы с документами на прямую с моргом. Через пару часов они будут у вас на руках. Тело мы подготовим, можете не беспокоиться. Я свяжусь с вами — проговорил мужчина и поправил очки, что спали на кончик носа. — Примите мои соболезнования. 

***

Документы были оформлены в кратчайшие сроки, тело подготовлено, а место на кладбище уже заждалось своего новоиспеченного хозяина.  Большой город обзавелся еще одной могилой, где сейчас лежит совершенно безгрешный мальчик, чья душа была от начала и до конца наполнена светом и добротой. Душа, которая не могла держать зла на людей, даже на Чонгука, который буквально уничтожил все живое в мальчишке. Тэхен нашел оправдание всем поступкам мужчины, и теперь он и его душа не держат зла на него. Тело парня действительно хорошо подготовили, отмыли и привели в порядок. В гробу юноша лежал будто бы живой. Чон смотрел на него, вспоминая первый день их встречи. Это был тот самый красивый и невинный подросток, еще не познавший то, насколько люди могут быть жестоки. Тот самый подросток, которого мужчина возненавидел всей душой и измарал в собственной ненависти, нанеся неизлечимые раны.  Он мог поверить в то, что тот уже мертв и его вот - вот опустят в могилу, закидывая сырой землей. Стискивая зубы, мужчина подошел к парню ближе, последний раз оглядывая его. Сейчас он видел, что некогда нежные черты лица пропали. Оно было худое, бледное и несчастное. На шее, что была обнажена из-за красивой белой блузки, сделанной из шелка, виднелись те самые шрамы от ожогов.  Чон тяжело вздыхает и последний раз проводит по шелковистым волосам Тэхена, чувствуя, как скрепят зубы от того, насколько сильно он сжимает челюсть. С огромным усилием, он выпутывает руку с чужих волос, и отходит от миниатюрного гроба с тяжестью на сердце.  Горло и грудь сдавливает невыносимая боль и тревога, когда гробовщики начинают опускать уже закрытый гроб в яму. Они неспешно начинают закапывать парня, а стук земли о дерево гроба в этот момент становится для Чонгука самым ненавистным на свете.  На похоронах было всего три человека: Хосок с Чонгуком, а так же Мико, которая стояла в стороне, наблюдая за всем этим, будто через экран. Она знала причину смерти юноши и знала, кто именно в этом виновен. Он сам попросил её прийти. Девушка тихо шмыгает носом и убирает руки в карманы черного длинного пальто. Когда гроб был закопан, а серый, мокрый из-за дождя памятник установлен, Мико с легкостью смахнула скатившиеся по щекам слезы и, не став задерживаться на кладбище, подошла к могиле, осторожно прикасаясь к холодному камню. Она опустила взгляд, мысленно прощаясь с мальчишкой, а через пару секунд отстраняется и покидает кладбище, попрощавшись с братьями Чон. Все покинули это мрачное, буквально кричащее о горе место. Только Чонгук с Хосоком неподвижно стояли над свежей могилой, устремляя взгляд на выгравированные буквы. Младший брат тяжело вздыхает и грустно усмехнулся, поднимая взгляд на Хосока, который поник не меньше.  — Вот и новый дом малыша, — хрипит Чонгук, подходя к памятнику. — Надеюсь, хотя бы там он будет улыбаться. — Осторожно поглаживает холодный камень, поджимая губы.  — Наконец его душа успокоилась. Он отдохнет, — сказал Хосок и оглядел брата, мимолетно скользнув взглядом по могиле. — Нам пора, Гук.  Чонгук взглянул на мужчину и почти незаметно кивнул, вновь переводя взгляд на могилу. Он прислоняется лбом к памятнику, прикрыв глаза и тихо зашептав. — Я убью каждого, кто причинил тебе боль.. И убью себя же. Это будет сладкая месть. — Он слегка улыбнулся, будто раскрыл свой самый главный секрет мальчишке и оставил незаметный поцелуй на камне, как сделал бы это на лбу Тэхена, будь он сейчас не в сырой земле на расстоянии пяти метров.  После того, как младший постоял еще немного рядом с могилой, он направляется к выходу из кладбища, не дожидаясь, пока брат попрощается с парнем. Выйдя, Чон достает портсигар и вынимает оттуда сигарету, плотно набитую табаком. Он обхватывает фильтр губами и поджигает сигарету, делая первую затяжку. Мужчина медленно шагает к машине, после облокачиваясь на ее капот. Чонгук поплывшим взглядом обводит кладбище и резко задерживается на одном из деревьев, увидев рядом с ним очень знакомый силуэт.  Прищуриваясь, мужчина узнает в силуэте Тэхена. Тело обдает холодом, а кожа покрывается мурашками. Он пытается уверить себя в том, что это очередная очень злая шутка его больного мозга. Помотав головой из стороны в сторону, вновь глядит в сторону дерева, где все равно неподвижно стоит Тэхен. Чон напрягается сильнее, невольно ломая сигарету в пальцах, и отводит взгляд, вновь замечая Тэхена. — Блять, какого здесь происходит? — шипит мужчина и склоняет голову вниз, кусая измученные губы.  Долго ждать не приходится, и через пару секунд старший брат выходит с кладбища, идя в сторону Чонгука. Младший же в это время был глубоко погружен в свои мысли и, похоже, ничего не замечал и не слышал. Хосок осторожно подходит к брату и прикасается к его плечу, на что Чонгук вздрагивает и поднимает испуганный взгляд на Хосока. — А.. это ты.. извини, задумался. Поехали. — Бросает разломившуюся сигарету на землю и усаживается в тонированное авто, откидывая тяжелую голову на сиденье.  Старший брат лишь кивает на слова младшего, садясь в след за ним. Он не торопясь заводит машину, позже, выезжая с кладбища.

***

Месть начинается. Мужчина выходит с особняка и взглядом ищет нужного ему охранника. Но, не находя, направляется в небольшое сооружение, где находились все мониторы от камер наблюдения. Почти бешено бегая глазами по множеству экранов, он находит местоположение нужного человека.  Чон не помнит, как оказывается в нужном месте. Одержимый чувством мести, он одним лишь взглядом показывает, чтобы охранник шел за ним. Приведя свою жертву на задний двор, Чонгук убирает руки в карманы брюк, внимательно оглядывая насильника. Он пожирает мужчину взглядом. Перед глазами всплывает тело измученного мальчишки на тот самом диване. Злость и тошнота противно оседают в горле. Чонгук норовит задохнуться от этого чувства.  — Господин Чон, зачем вы меня сюда привели? — Хмурит брови и бегает глазами по не читаемому лицу одного из хозяев дома. — Ты ведь знаешь, что бумеранг всегда возвращается? — В ответ следует лишь быстрый кивок. — Умница, а это значит, что твоему бумерангу настало время возвращаться..  Чон незаметно достает пистолет, который все это время был в кобуре на поясе штанов. Резким движением он спускает курок, и пуля пронзает колено охранника. Послышался истошный крик. Пострадавший не сдерживает равновесие и падает на колени. — За что?! — вопит охранник, пока догадки одна за другой начинают посещать его голову. — За ту малолетнюю дырку?! Вы же сами попросили нас! — кричит охранник и непонимающе осматривает хозяина снизу вверх. — Лучше заткни свой чертов рот.. — толкает язык в щеку и оглядывает дрожащего от боли мужчину. — Встань. — Мне больно. — Ему тоже было больно. Встал, пока я не прикончил тебя, сука. — Продолжает не читаемо смотреть на насильника.  Мужчина нервно вздыхает и пытается подняться на ноги. Боль пронзила все тело. Кряхтя с помощью трясущихся, как никогда до этого рук, пытался встать. Однако получилось сделать это ненадолго. Вновь по двору раздается выстрел, и послышался болезненный крик. Охранник снова падает на землю, не в силах подняться. С его глаз впервые потекли слезы, и он стал молить хозяина особняка прекратить оставить его. Но поглощенный чувством вины и ненависти Чонгук не собирался заканчивать. Схватив того за шкирку, заставил подняться на колени, которые были прострелены.  — Ладно, сжалюсь. Дам еще немного пожить. Тебе будет весело. Ублюдок — хищно ухмыльнулся и взглянул на вольеры, в которых сидели его псы.  Два американских бульдога уже начали расхаживать около калитки в вольер, учуяв запах крови.  — С тобой поиграют мои мальчики. — Мужчина прошептал ему в ухо и довольно усмехнулся.  Он слышал какие-то мнимые сопротивления, мольбы и оправдания, но Чон игнорировал это. Мужчина тащил охранника за волосы к вольеру. — Привет, мои мальчики, — Здоровается Чон и начинает открывать калитку. — Он сделал больно малышу, — тыкает пистолетом в голову насильника и, будто собаки могли понять его, продолжает рассказывать им о произошедшем.  Он бросает мужчину на бетонный пол. Полностью зайдя в вольер и закрыв за собой калитку. Чон внимательно рассматривает сидящих псов. Те послушно сидели и активно виляли хвостами. Ели, как удерживаясь на месте, чтобы не накинуться на охранника, который изнывал от боли. Чонгук отходит от мужчины и вновь переводит пристальный взгляд на бульдогов. С его губ слетает одно лишь слово «можно». Псы срываются с места и накидывается на все еще стонавшего от боли охранника. Душераздирающий крик стал разносится по территории особняка. Чон внимательно наблюдал за тем, как собаки растерзывают еще живого мужчину, но быстро потеряв интерес и удовлетворение от данной картины, выходит с вольера, оставляя погибать одного из насильников. — Первый готов, — шепчет Чон и направляется в особняк. — Сладкая месть началась.

***

Присвистывая, мужчина спускается в уже ненавистный подвал. Чонгук давно не посещал его. Настало время подточить любимые ножи.  Спустившись, младший приятно удивляется, замечая второго насильника. Улыбка непроизвольно начала нарастать на лице Чона и, убрав руки в карманы, он тихо подходит к мужчине со спины. Увлеченно натачивая нож. Тот и не заметил начальника. Чонгук ухмыляется и наклоняется прямо к чужому уху, что-то тихо произнося.  — Бу! — Высокий мужчина дергается и резко разворачивается к Чонгуку лицом, выставляя перед ними нож.  — Боже.. Господин Чон, зачем так пугать? — облегчено вздыхает и опускает нож, оглядывая хозяина дома.  — Ох, извини, — качает головой и наиграно вздыхает, оглядывая охранника. — Я все хотел у вас спросить, но из головы все время вылетало, — горько усмехается, продолжая — Как ощущения после насилия несовершеннолетнего мальчика? Мужчина выгибает бровь и замечает помутневший, нечитаемый взгляд Чонгука. Это слегка напрягало, но охранник решает не подаваться внезапно настигшему его страху и натягивает улыбку.  — Нормально. Мальчишка хороший девственник, только брыкался много и крови было.. — Пожал плечами и развернулся к столу где натачивал нож. — А так всем понравилось. Думали повторить еще раз, только коллективом побольше. — Мерзко усмехается, почесывая затылок.  — Правда? Жаль не было? — Чон вновь до скрипа сжимает челюсть, прожигая чужую спину взглядом. — Нет, нужно отвечать за поступки своих родителей.  Внутри что-то щелкнуло. Это был зеленый свет для начала второй мести. Чон хмыкнул и, вынув нож бабочку, резким движением вонзил его в бок мужчины, вдавливая лезвие по основание. От неожиданности охранник взвыл, хватаясь за нож, и пытался удержать его, чтобы тот не двигался, причиняя больше боли.  — Ты что, блять, творишь!? — крича, спросил охранник. Он смотрел прямо в глаза Чонгука, которые, казалось, стали еще чернее.  — Нужно отвечать за свои поступки. Мразь, — ухмыльнулся брюнет и резко вытащил нож.  Охранник пошатнулся, и Чон, воспользовавшись моментом, пинает его ногой, а тот валится на пол. Воя от пронзающей боли. Мужчина прижал рану рукой, пытаясь уменьшить потерю крови. Однако Чонгук продолжил. Удар жесткой подошвой берц прилетел в челюсть, после в ребра и живот. Насильник пытался сопротивляться первые несколько ударов, но позже скрутился и лишь пытался закрыть голову локтями.  Чонгук выпрямился и облизнул нижнюю губу, ухмыляясь. Его взгляд зацепился за молоток, что лежал на столе. В голову сразу пришла идея, что удовлетворила его. Младший Чон хищно ухмыльнулся и, подойдя к столу, взял молоток.  — Прошу.. Не делай этого! — хрипел охранник, отрицательно мотая головой. — О нет, эта месть настигнет всех, и ты не станешь исключением, ублюдок. — Он взглянул на молоток, а после вновь на насильника, неспешно сокращая между ними расстояние.  Мужчина изо всех сил пытался отползти, все так же сжимая руку на открытой ране. Но Чон резко хватает его за волосы и тянет к стене. Усадив насильника около стенки, Чон оглядывает его и крутит молоток в руках, присвистывая. — Мм.. чего ты же хочешь лишиться быстрее? Рука? Нога? А может, твой мерзкий член? Грудная клетка? Голова? — с огромным энтузиазмом перечислял хозяин особняка, склонив голову. — Не делай этого.. Пожалуйста.. — Отрицательно мотал головой, не имея сил даже пошевелиться.  — Какой же ты нудный, — фыркает младший и, замахнувшись, бьет молотком по коленной чашечке.  По подвалу разносится крик охранника. Кость была разломлена. Новая пронзающая боль пронзает все тело мужчины, и тот корчится от боли.  Чонгук блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь чужими страданиями. Вот оно, сладкое наслаждение от мести. Хмыкнув, Чон меняет позицию и, замахиваясь, снова бьет по второй коленной чашечке. Вновь по помещению разносится крик, наполненный болью и отчаянием. Чонгук хищно скалиться и оглядывает трясущегося от страха мужчину.  Чон облизывает нижнюю губу и скользит взглядом по избитому лицу. В глазах разгоралось пламя, и Чонгук ухмыльнулся.  — Месть номер два. — Собирая всю свою силу, он слегка разворачивается, дабы добавить скорости и силу удару. Прицелившись прямо в голову, будто клюшкой для гольфа, Чон наносит последний удар прямо в голову, которая, будто стекло, раскалывается в один момент. Кровь брызгает струйками, а Чонгук жмурится и криво усмехается, наблюдая за тем, как тело начинает заливаться кровью. Толкнув язык в щеку и кинув молоток рядом с трупом, мужчина вздыхает и разворачивается, выходя из подвала.  — Еще одно убийство в копилку.