Ты мой альфа

В университетском кафетерии царил привычный шум: звон посуды, смех студентов и негромкий гул разговоров сливались в единую симфонию повседневности. Ли Минхо, высокий альфа с русыми волосами и спокойным взглядом, сидел за одним из столиков у окна. Его уверенная осанка и невозмутимое выражение лица выделяли его среди прочих. Напротив, развалившись на стуле, расположился его друг Хван Хёнджин, альфа с длинными, блестящими чёрными волосами, которые мягко ниспадали на плечи, словно шёлк. Минхо молча ел свой сэндвич, изредка кивая, в то время как Хёнджин оживлённо рассказывал о последних новостях, не замечая равнодушия друга. — Представляешь, вчера купил новый крем для лица — воскликнул Хёнджин с энтузиазмом, эффектно перекидывая волосы за плечо. Его глаза сияли, как у ребёнка, нашедшего сокровище. — Он идеально увлажняет. Ты не представляешь, как круто теперь выглядит моя кожа. Просто бомба. Минхо, не поднимая глаз, едва заметно усмехнулся и, откусив очередной кусок сэндвича, ничего не ответил. Но это не остановило Хёнджина. — А ещё на парах снова скукота. Сидел и думал: зачем я вообще туда хожу? Может, стоит пропускать лекции? Ну, разве что ради галочки… — Ты всегда так говоришь, — наконец отозвался Минхо, наклоняя голову чуть вбок. Его голос был спокойным, — Может, дело не в лекциях, а в тебе? — Ха-ха, очень смешно, — Хёнджин закатил глаза и недовольно скрестил руки на груди. — Вот сам посиди четыре часа, слушая одно и то же. Готов поспорить, ты заснёшь первым. Ли пожал плечами, не вступая в спор. Их беседа неожиданно оборвалась, когда в кафетерий вошла группа школьников. Это была экскурсия — стандартная профориентация для старшеклассников. Толпа подростков заполнила помещение, шум усилился. Минхо мельком взглянул на них, но тут же вернулся к своему сэндвичу. А вот Хёнджин с явным недовольством приподнял бровь. — Ну вот, теперь будет ещё больше шума, — проворчал альфа, покачав головой. Среди группы явно выделялись двое. Один, блондин с ярким маллетом, Ли Феликс, с интересом оглядывался вокруг, улыбаясь каждому уголку помещения. Его спутник, омега с тёмно-синими волосами и пирсингом в губе, напротив, выглядел так, будто жалеет о каждом шаге, сделанном сюда. — Почему мы вообще пришли? — мрачно пробурчал Хан Джисон, с отвращением глядя на столики с едой. — Скукота. Лучше бы я остался дома. Омега усмехнулся, но спорить с Джисоном не стал. Хан продолжал ворчать, когда группа начала медленно двигаться вдоль кафетерия. — И так много альф... ненавижу, — добавил он раздражённо, скрестив руки на груди. Но тут Джисон поскользнулся. Всё произошло в считанные секунды: он уже падал, но сильная рука ловко подхватила его за талию. Подняв взгляд, Джисон замер. Перед ним стоял Ли Минхо. Его взгляд, спокойный и внимательный, будто пронзал насквозь, не оставляя места для лишних мыслей. Сердце Джисона пропустило удар, а в голове застыла одна мысль: «Идеал». Минхо разглядывал незнакомца с искренним интересом. Эти непривычно тёмные волосы, блеск пирсинга, слегка раскрасневшееся лицо... Всё это выглядело странно, но каким-то образом цепляло. «Милый», — мелькнуло в его голове. — Ты мой альфа, — вдруг выпалил Джисон, не отводя взгляда. Кафетерия застыла. Шум прекратился, как по волшебству. Все головы повернулись к ним. Взгляд Минхо выражал большее удивление, чем когда-либо раньше. А Хёнджин едва сдерживал смех. — Что?.. — пробормотал Минхо, всё ещё поддерживая омегу. — Ты мой альфа — повторил Джисон, громче, настойчивее. Феликс, взволнованный, поспешил к другу и схватил его за руку. — Хани, ты что, совсем? Мы уже отстаём от группы, — зашипел он, пытаясь увести Джисона. Но тот не обращал на друга внимания. Его взгляд был прикован к идеальному альфе. — Я вернусь за тобой, — заявил он уверенно, прежде чем Феликс всё-таки утащил его за собой. Минхо остался стоять посреди зала, ошеломлённый. Он с трудом вернулся к своему месту, опустился на стул и провёл рукой по лицу. — Это... шутка? — пробормотал он, глядя на ухмыляющегося Хёнджина. — Если и шутка, то самая лучшая за сегодня, — усмехнулся альфа, еле сдерживая хохот. — Ты видел его лицо? Омежка говорил серьёзно. Минхо молчал, надеясь, что в омеге сыграл обычный юношеский максимализм, который скоро пройдёт.

☀️☀️☀️

Было уже поздно. Кампус утопал в ночной тишине, нарушаемой лишь редкими звуками машин и мягкими шлепками капель дождя, падающих с листвы. Ли Минхо и Хван Хёнджин, неспешно выйдя из университета, направлялись к главным воротам, шагая по влажному асфальту. — Слушай, а давай зайдём в тот VR-клуб, который недавно открыли? — внезапно предложил Хёнджин, закинув руки за голову и улыбаясь с энтузиазмом. — Говорят, у них крутая система. Можно выбрать любую вселенную и полностью погрузиться. — Ты вообще помнишь, что завтра пары? — равнодушно спросил Минхо, не глядя на друга. — Да брось, — отмахнулся Хёнджин. — Я же и так сплю на лекциях. Зачем мне ещё дома высыпаться? Минхо лишь коротко усмехнулся, но не стал продолжать разговор. Его мысли уже давно унеслись к сегодняшнему дню, а точнее, к тому дерзкому омеге, который с лёгкостью выбил его из привычного ритма жизни. Что-то в этом мальчишке было таким странным, непредсказуемым и... цепляющим. Разве так бывает? Размышления Минхо прервал лёгкий толчок в бок. Хёнджин остановился, хмыкнул и указал куда-то вперёд. — Эй, посмотри. Разве это не те школьники? Минхо поднял взгляд. На лавочке напротив сидел Хан Джисон, покачивая ногами, будто уже праздновал свою маленькую победу. Его глаза светились решимостью и ожиданием. Рядом, устало вздыхая, был Ли Феликс. Его поза, чуть ссутуленная, буквально кричала: «Я тут против своей воли». — Они что, серьёзно? — тихо усмехнулся Минхо, остановившись. Он спрятал руки в карманы и внимательно посмотрел на омегу. — Похоже на то, — ответил Хёнджин, не скрывая улыбки. — Кажется, у тебя появился фанат. — Это не смешно, — нахмурился Минхо, но взгляд всё равно снова упал на Джисона. Тот, заметив альфу, тут же вскочил с места, его глаза вспыхнули от радости. — Я же говорил! — воскликнул Джисон, обернувшись к Феликсу. — Он выйдет именно здесь! — Может, нам всё-таки стоило пойти домой? — проворчал Феликс, хмуро глядя на друга. Но Джисон уже потащил его за руку, направляясь к Минхо. Минхо нахмурился ещё сильнее. Омега шёл к нему с такой уверенностью, словно знал, что именно сейчас свершится что-то великое. Феликс, напротив, выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю. — Привет! — бодро начал Джисон, остановившись прямо перед Минхо. Его голос звучал так радостно, что даже дождь словно стал капать тише. — Ты серьёзно ждал меня здесь всё это время? — недоверчиво спросил Минхо, слегка приподняв бровь. — Конечно, — Джисон улыбнулся, будто это был самый естественный поступок на свете. — Я же сказал, что вернусь. — И зачем ты вернулся? — Минхо скрестил руки на груди, его взгляд стал холоднее. — Я хотел пригласить тебя на свидание, — спокойно ответил Джисон, чуть наклонив голову и встретив взгляд альфы. Хёнджин прыснул от смеха, едва не упав с ног. Минхо, напротив, нахмурился ещё сильнее. — Ты школьник, — произнёс он жёстко. — Этого достаточно, чтобы я отказал. — Мне почти восемнадцать! — возразил Джисон, прищурившись. — Я уже взрослый. — Взрослый? — переспросил Минхо, коротко усмехнувшись. — Ты выглядишь как ребёнок. — Я выгляжу молодо, и это только плюс, — парировал Джисон, гордо вскинув подбородок. — Но это не имеет значения. Ты мой альфа, и я это знаю. Феликс, стоявший чуть позади, закатил глаза и уткнулся ладонями в лицо. — Джисон, хватит, — прошептал он, хватая друга за руку. — Это уже переходит все границы. — Я серьёзен, — не унимался Джисон. — Ты мне нравишься. И я не собираюсь сдаваться. Минхо вздохнул, разглядывая омегу. Его упорство раздражало, но в то же время... привлекало. Он обернулся к Хёнджину. — Ты что-нибудь скажешь? — А чего говорить? — весело ответил тот. — Давайте решим всё в караоке. Поймём, что судьба сама всё расставит по местам. — Караоке? — нахмурился Минхо. — Ты хоть понимаешь, что они школьники? — И что? — вмешался Джисон, его глаза загорелись ещё сильнее. — Это отличная идея. Я обожаю караоке! — Нет, — решительно возразил Феликс, с отчаянием потирая виски. — Мы туда не пойдём. — А я не уйду, — спокойно заявил Джисон, пристально глядя на Минхо. — Если вы не согласитесь, я буду сидеть здесь хоть до утра. Минхо тяжело вздохнул, потирая виски. — Ладно, идём. Но если вы устроите хотя бы одну сцену, я сразу ухожу. — Сцены не будет, — уверенно заверил Джисон, его лицо расплылось в довольной улыбке. — Разве что ты сам захочешь её устроить. Хёнджин хлопнул в ладоши. — Вот это я понимаю, движуха! Ну что, ребятки, пошли развлекаться! Минхо только покачал головой, ругая себя за слабость. Джисон шёл рядом, словно победитель, уверенный в каждом своём шаге. А Феликс плёлся позади, выглядел так, будто проклинает всё на свете. И всё же странное предчувствие не покидало Минхо. Этой ночью что-то точно должно было случиться.

☀️☀️☀️

Зал караоке был залит яркими огнями, которые, словно озорные искры, прыгали по стенам в такт громкой музыке. Воздух звенел от смеха и весёлых выкриков, перекрывающих нестройные голоса, поющих в микрофоны. Хван Хёнджин и Хан Джисон моментально стали душой компании, заражая своим энтузиазмом. — Я обожаю это место! — выкрикнул Джисон, ловко выхватывая микрофон у Хёнджина и запрыгивая на сцену. — Приготовьтесь, сейчас будет шоу века! — Ты уже сделал наше настроение незабываемым, — захохотал Хёнджин, хватая второй микрофон. — Ладно, народ, держитесь. Сейчас будет дуэт, который войдёт в историю! Они принялись наперебой петь, выкрикивать строчки песен, подпрыгивать и выделывать нелепые, но невероятно заразительные танцы. Минхо сидел в углу, обхватив стакан с колой, и молча наблюдал за этим хаосом. Его лицо оставалось невозмутимым, а в глазах читалось лёгкое раздражение. — Зачем я согласился сюда прийти? — пробормотал он себе под нос, делая большой глоток. — А ты спроси у себя, — раздался рядом знакомый голос. Хёнджин, на мгновение оставив микрофон, подошёл к нему и уселся на соседний стул. — Ты выглядишь так, будто на похоронах. Хотя нет, на похоронах ты, может, был бы живее. — Это и есть похороны моего вечера, — буркнул Минхо, отводя взгляд. — Ох, не будь таким стариком, — усмехнулся Хёнджин, указывая на сцену, где Джисон, подпрыгивая, старался дотянуть до высоких нот. — Посмотри на него. Он кайфует от жизни. Почему бы тебе не расслабиться? — Расслабиться? — фыркнул Минхо, покосившись на друга. — Ты предлагаешь мне брать пример с этого ребёнка? — Почему бы и нет? — Хёнджин пожал плечами, ухмыльнувшись. — В конце концов, жизнь коротка. Минхо тяжело вздохнул и отвернулся, продолжая размышлять, что вообще его сюда привело. Его взгляд на секунду встретился с Феликсом, который сидел неподалёку. Омега выглядел почти так же отстранённо, как сам Минхо. Его пальцы нервно стучали по столу, а глаза неотрывно следили за Джисоном. — Вот же зараза неугомонная, — пробормотал Феликс себе под нос, явно раздражённый. Минхо почувствовал, как воздух в помещении становится слишком тяжёлым. Не говоря ни слова, он поднялся и вышел на улицу. Прохладный ночной воздух стал настоящим спасением. Он вытащил из кармана сигарету, прикурил и с облегчением выпустил струю дыма. Тишина улицы была куда приятнее, чем шумное караоке. — Никогда бы не подумал увидеть тебя здесь, — раздался за спиной знакомый голос. Минхо обернулся и встретился взглядом с омегой со своего факультета. Высокий, стройный, с мягкой улыбкой, которая, казалось, могла растопить лёд. Омега подошёл ближе, засунув руки в карманы. — Хёнджин затащил? — догадался он, чуть усмехнувшись. — Можно и так сказать, — кивнул Минхо, снова затягиваясь. — Хотел немного разнообразить вечер. Омега усмехнулся, прислоняясь к стене. Разговор оказался лёгким, почти непринуждённым. Они обсуждали факультет, занятия, какие-то мелочи из повседневной жизни. Минхо чувствовал, как напряжение, копившееся весь вечер, постепенно отступает. Но их беседу прервал звук резко открывшейся двери. Джисон вылетел наружу, его взгляд тут же нашёл Минхо. Он остановился, едва заметив, что тот разговаривает с кем-то. На секунду омега замер, но потом уверенно подошёл. — Ты долго, — заявил он, хватая Минхо за руку. Его голос звучал упрямо, но в глазах проскользнула тень обиды. — Я думал, ты сбежал. Омега со факультета удивлённо приподнял бровь, переводя взгляд с Джисона на Минхо. — Ты выглядишь таким маленьким, — заметил он с улыбкой. — А ты выглядишь слишком старым, — парировал Джисон, гордо подняв голову. — И кстати, Минхо мой альфа. — Твой альфа? — Омега приподнял брови ещё выше, его голос стал насмешливым. — Интересно. — Мы на свидании, — добавил Джисон, крепче сжимая руку Минхо. — Это не... — попытался возразить Минхо, но Джисон его перебил. — Это правда, — заявил Джисон с абсолютной уверенностью. — Нам пора возвращаться. Не дав Минхо вставить слово, он потянул его обратно в караоке. Омега остался стоять на месте, провожая их взглядом с лёгкой усмешкой. Вернувшись в зал, Минхо резко высвободил руку и повернулся к Джисону. — Это уже слишком, — сказал он холодно. — Ты не можешь так себя вести. — Почему? — Джисон посмотрел на него с непониманием. — Ты мой альфа. Ты не можешь игнорировать это. — Мы не в отношениях, — раздражённо выпалил Минхо. — Ты сам для себя так решил. Это все у тебя в голове. — Но ты мой, — Джисон поднял голову, его глаза горели упрямством. — И я не собираюсь сдаваться. — Это уже не смешно, — отрезал альфа, чувствуя, как теряет терпение. — Ты ведёшь себя, как ребёнок. — Тебе так сложно поверить, что любовь с первого взгляда существует? — Джисон топает ногой, выражая свое возмущение, словно капризный ребёнок. Минхо устало вздыхает, едва удерживаясь от того, чтобы закатить глаза. Он уже не удивляется таким выходкам, но всё равно замечает, как Джисон топает ногой — как маленький упрямый ребёнок. — Ты единственный ребёнок в семье? — лениво спрашивает альфа, скрестив руки на груди. Джисон растерянно моргает, не сразу находя, что ответить. — Какая разница? — выпаливает он, стараясь скрыть раздражение и то, что Минхо, возможно, попал в точку. — Я задал тебе вопрос, не смей его игнорировать! — Нет, я верю в любовь с первого взгляда, — спокойно отвечает Минхо, хотя в его голосе уже слышны нотки раздражения. — Но в нашем случае ты просто используешь меня как вещь. Ты ведь просто хочешь, чтобы я был твоим. Ты даже не спросил, что думаю об этом я. В его словах звучит злость, но глаза выдают усталость и лёгкую обиду. — Но ты бы меня отшил! — Джисон не сдаётся, хоть и чувствует, что разговор заходит в тупик. — Я просто настойчив! Если бы не моя настойчивость, мы бы сейчас не были здесь, — он демонстративно указывает на караоке-клуб, словно это веский аргумент. — Ты меня достал. Ты как заноза в заднице, — выдыхает Минхо, уже откровенно психуя. — Всё, я домой. Вас с Феликсом проводит Хёнджин. Он резко разворачивается и уходит, оставляя Джисона посреди зала. — Да как ты смеешь уходить?! Мы ещё ничего не решили! — кричит ему вслед Джисон, но Минхо даже не оборачивается. Его фигура исчезает за дверью, оставляя за собой странное ощущение финальности. Джисон остаётся стоять на месте, чувствуя, как волна вины накатывает, но гордость всё ещё не даёт ей прорваться наружу. Он раздражён, обижен, но не готов признаться даже самому себе, что, возможно, всё это действительно его вина.

☀️☀️☀️

С самого утра Джисон превращает кухню в хаос. Повсюду разбросаны мука, сахар, куски клубники и какие-то кухонные принадлежности. Он пропускает уроки, чтобы испечь примирительный пирог для своего “альфы”. Никогда раньше не готовивший, Джисон старательно пялится в экран телефона, где открыт рецепт из интернета, и неловкими движениями замешивает тесто. Его лицо покрыто мукой, а на волосах застряли кусочки клубники, но он изо всех сил старается. Внезапно раздаётся звонок в дверь. Джисон вздрагивает, вытирает руки о фартук (что только ухудшает ситуацию, оставляя ещё больше пятен), и идёт открывать. На пороге стоит Феликс, нахмуренный и слегка раздражённый. — А вот и наш беглец, — объявляет Феликс, заходя внутрь без приглашения. Его взгляд скользит по бардаку, творящемуся в кухне, и он удивлённо поднимает брови. — Ты вообще в курсе, что нас заставили тебя искать? Преподы подумали, что ты либо заболел, либо сбежал на край света. — Я… — начинает Джисон, смущённо опуская взгляд. — Я был занят. — Занят? — Феликс осматривает его с головы до ног. Взгляд останавливается на его лице, перепачканном мукой, и осколках яичной скорлупы на футболке. — А, ну да. Очень занят, — саркастично бросает он и берёт яблоко со стола. — Тебя какая муха укусила? — Муха любви, — бурчит Джисон, избегая взгляда друга. — Я после вчерашнего караоке никак не мог уснуть. Меня мучила совесть. Минхо был прав… Он не вещь… Чёрт, а я ведь при всём кафетерии тогда заявил, что он мой альфа! — Джисон смущённо краснеет, опуская взгляд на пол. — Он вчера мне мозги вправил, как щенку, а сегодня я решил сделать ему сюрприз, — добавляет он и с гордостью указывает на идею пирога. Феликс с сомнением разглядывает кухню, и его губы дрожат от смеха, который он с трудом сдерживает. — Это, конечно, очень мило, но ты в курсе, что из-за твоей “мухи любви” я вместо обеда был вынужден выслушивать лекции о дружеской ответственности? — Ну, извини, — пробормотал Джисон, и его уши заметно покраснели. — Но я не справлюсь без тебя! — Зачем я тебе нужен? — спрашивает Феликс, кусая яблоко с недоверием. — Ты будешь отвлекать Хёнджина, — с деловитым видом заявляет Джисон, словно это очевидно. Феликс закатывает глаза, издавая тяжёлый вздох. Ему уже представляется, как Хёнджин вместо того, чтобы мешать, только поможет. Тот же Хёнджин, который всегда громко смеётся и поддерживает любые безумные идеи. — Ладно, хорошо. Но только чтобы ты ничего не натворил, — ворчит Феликс, наблюдая за тем, как Джисон с головой уходит в своё творчество. Пользуясь моментом, он крадёт несколько кусочков нарезанной клубники и незаметно отправляет их в рот. Феликс мельком смотрит на друга и замечает, как старательно тот работает, как сосредоточенно он смотрит на пирог, как если бы от этого зависела его жизнь. Это вызывает у Феликса невольную улыбку. Он никогда прежде не видел, чтобы Джисон так сильно старался ради кого-то. Никогда не видел, чтобы он признавал свою вину. Тем более перед альфой. “Наверное, это действительно первая любовь,” — с лёгким вздохом думает Феликс, кусая ещё одну клубнику.

☀️☀️☀️

Джисон не знал, когда у Минхо заканчиваются пары, поэтому он и Феликс сидели у входа в здание уже два часа. Феликс всё это время ворчал и выражал недовольство, но окрылённого любовью Джисона это ничуть не расстраивало. Ничто не могло омрачить его радость — он собирался увидеть Минхо. Сердце бешено колотилось, предвкушая реакцию на надпись на его пироге. Джисон тихо хихикал про себя, представляя, как Минхо будет удивлён. — Как там говорят? Влюблён волк — страдает вся стая? — устало вздыхает Феликс, потягиваясь и тут же оживляясь, когда замечает выходящего Хёнджина вместе с Минхо. Они появляются на крыльце вместе с группой одногруппников, оживлённо болтая и смеясь. — О, наши любимые школьники! — шутит Хёнджин, замечая Джисона и Феликса. Его глаза блестят от лёгкого веселья. — Я думал, что больше их не увижу. — Я тоже, — холодно отзывается Минхо, переводя взгляд на Джисона. Он замечает в руках Джисона коробочку с бантиком и едва сдерживает раздражённый вздох. Как же он меня заебал,— думает Минхо, и в его глазах вспыхивает решимость сделать то, о чём он, возможно, позже пожалеет. Он видит, как Джисон вскакивает, чтобы подойти, и, не раздумывая, поворачивается к стоящему рядом омеге — тому самому, кого Джисон видел в караоке-клубе. Минхо притягивает его ближе и целует. Не просто случайный, лёгкий поцелуй, а настоящий, взрослый, уверенный. — Что за… — Хёнджин в шоке открывает рот, не понимая, зачем его друг это сделал. Феликс тоже в ужасе, его глаза расширяются, а рот непроизвольно приоткрывается. Он боится посмотреть на реакцию Джисона. А у Джисона в этот момент сердце разрывается. Ему кажется, будто из груди что-то вырвали, растоптали и выбросили. Секунда — и всё вокруг теряет краски. Омега, которого целовал Минхо, сначала смущён, но затем начинает отвечать на поцелуй. Ему это явно нравится. Джисон отворачивается, чувствуя, как глаза начинают заполняться слезами. Он с трудом удерживает их, но осознание, что он только что стал свидетелем своего унижения, добивает его. Не дав себе разрыдаться прямо здесь, он бросает коробку с пирогом в мусорное ведро и молча уходит, не сказав ни слова. — Джисон… — пытается остановить его Феликс, но омега тихо, почти шёпотом, говорит: — Оставь меня в покое, пожалуйста. Феликс стискивает зубы от злости. Он забирает из мусорного ведра коробку с пирогом и поворачивается к Минхо. — Феликс… — начинает Хёнджин, но его перебивают. — Не говори ничего, — Феликс смотрит на Минхо взглядом, полным разочарования. Минхо остаётся внешне спокойным, словно всё, что он сделал, было абсолютно правильным. — Ты прав, Джисон может быть навязчивым и раздражающим, — говорит Феликс, его голос дрожит от сдерживаемых эмоций. — Он действительно ошибся, когда заявил на тебя права. Но то, как ты поступил, это… это жестоко. — Он бросает коробку с пирогом под ноги Минхо. — Хотя, знаешь что? Эффективно. Я рад, что он больше не будет таскать меня сюда. Феликс уходит, не оглядываясь, оставив за собой странную тишину. — Сделал ты, а тошно мне, — бросает Хёнджин, глядя на друга с осуждением. — Что происходит? — растерянно спрашивает омега, который явно ничего не понимает. Минхо опускает взгляд на коробку. Он не хочет её открывать, но что-то внутри подталкивает его это сделать. Вздохнув, он открывает крышку. Внутри — неровно испечённый пирог с коряво, но старательно выведенной надписью: “Давай дружить?” Рядом лежит записка, украшенная стикерами и блёстками. Минхо берёт её и читает. “Не хочу это писать, но хорошо, пусть будет по-твоему. Ты не мой альфа, но я добьюсь тебя. Ты мне правда нравишься. Ты такой красивый, мы должны быть вместе, но для начала давай подружимся?” Сердце Минхо сжимается. Он смотрит на пирог, затем на записку. Осознание собственной глупости обрушивается на него. — Теперь и мне тошно, — тихо признаётся Минхо, и в голосе впервые за весь день звучит сожаление. — Но его ожидания и чувства… это же не моя вина, верно? — Нет, — резко отвечает Хёнджин, глядя на друга с укором, — но ты действительно поступил, как козёл. С этими словами он уходит, не дожидаясь ответа. Минхо остаётся один, смотря на пирог. — Чёрт, — выдыхает он, понимая, что поступил совсем не так, как должен был. Всё внутри ноет, особенно от мысли, что он поцеловал омегу, который ему даже не нравится, просто чтобы ранить Джисона. А теперь сердце ноет только по нему.

☀️☀️☀️

Джисон проплакал все выходные. Он сидел в своей комнате, свернувшись калачиком на кровати, с головой под одеялом, пытаясь убежать от боли, которая не отпускала. Глаза горели от постоянных слёз, а сердце будто стянули ржавой проволокой, оставляя в груди ощущение пустоты. Когда в понедельник он всё-таки собрался в школу, это был совсем другой Джисон. Вместо яркого и дерзкого парня, который всегда выделялся в толпе, пришёл человек, сломленный и выжатый, словно старый лист бумаги. Тёмно-синие волосы были растрёпаны, глаза красные и опухшие, а пирсинг, который всегда добавлял ему уверенности, исчез. Его взгляд был отрешённым, а движения медленными, будто каждый шаг отнимал у него последние силы. Феликс, который не оставлял друга ни на минуту, все выходные пытался его приободрить. Он шутил, пытался рассмешить его, даже пробовал танцевать перед ним, но всё было тщетно. Даже самая глупая шутка не могла заставить Джисона хотя бы улыбнуться. После уроков они шли к воротам школы. Феликс не прекращал болтать, надеясь отвлечь друга от его мрачных мыслей. Но Джисон почти не слушал. Его мысли были где-то далеко, в той самой пятнице. И вдруг он резко остановился. Возле ворот школы стоял Минхо. Сердце Джисона замерло, а потом забилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Его дыхание участилось, а руки невольно дрожали. Он просто стоял, не в силах пошевелиться, и смотрел на того, кто стал причиной его боли. Феликс заметил это и, будто чувствуя, что нужно дать возможность поговорить, мягко подтолкнул Джисона вперёд. — Иди, — сказал он, улыбнувшись. — Я подожду здесь. Джисон медленно двинулся к Минхо. Его ноги казались ватными, а в ушах звенело. Когда он наконец остановился перед ним, его голос прозвучал глухо, почти безжизненно: — Что ты здесь делаешь? Минхо внимательно посмотрел на него, и в его взгляде промелькнуло сожаление. Перед ним стоял совсем другой Джисон — тот, кого он не привык видеть. Вместо дерзкого, уверенного парня перед ним был человек с тусклыми глазами, растрёпанными волосами и следами слёз на лице. — Я пришёл мириться, — сказал Минхо, но тут же сорвался: — Ты сегодня такой красивый. Эти слова вырвались прежде, чем он успел подумать. Джисон коротко усмехнулся, но в этой усмешке не было радости, только горечь. — Пришёл посмеяться над наивным дурачком? — его голос был холодным, но внутри всё горело. — Как ты узнал, где я учусь? — У Феликса, — честно признался Минхо. — И он просто так тебе сказал? — в его глазах мелькнуло недоверие, смешанное с болью. — Пришлось умолять, — ответил Минхо с лёгкой улыбкой, стараясь сгладить напряжение. — Я нашёл его в соцсетях. Ты ведь точно не стал бы со мной общаться. Джисон отвёл взгляд, стараясь скрыть свои эмоции. — И что ты хочешь? — его голос задрожал, выдав напряжение. Минхо помолчал, словно собирался с мыслями. — Ты вроде предлагал дружить? — Больше не хочу, — резко отрезал Джисон, сжимая кулаки. — А я хочу, — спокойно ответил Минхо, пристально глядя ему в глаза. — И почему же? Минхо вздохнул, будто решаясь сказать что-то важное. — Я хотел увидеть тебя, чтобы сказать две вещи. Первое: ты очень красивый. Я заметил это ещё при первой встрече, но тогда ты открыл рот, и я передумал это говорить. Джисон смотрел на него в шоке, не веря своим ушам. — Второе: извини меня, — Минхо сделал шаг ближе, голос его был мягким, почти шёпотом. — Ты можешь вымазать мне лицо тем пирогом. Он у меня ещё. — Что? — Джисон замер, не зная, как реагировать. — Ну что скажешь? Будем дружить? — добавил Минхо, немного неуверенно улыбнувшись. — Пошел на хуй?! — Хёнджин с трудом выдыхает сквозь смех, катаясь по полу университетской общаги. Он утирает слёзы, но снова захлёбывается хохотом. — Он реально это сказал тебе? Минхо, сидящий напротив, прикладывает пакет со льдом к покрасневшей щеке. На его лице застыла смесь боли и недоумения. — То есть то, что он мне вмазал вертушкой по щеке — это нормально, да? — Минхо морщится от свежего приступа боли, его пальцы бессознательно стискивают лёд. Сцена, в которой Джисон изящно, но беспощадно поставил Минхо на место, уже разлетелась по всей школе Джисона. Все знают. Все смеются. А особенно — Феликс. Ему хватило минут, чтобы с упоением хохотать и кричать другу: «Молодец, Хани!» — Я же ему не предлагал секс, — Минхо с трудом сдерживает раздражение, его голос дрожит, то ли от боли, то ли от унижения. — Просто дружить. А этот засранец… Он сжимает зубы, снова прикладывая лёд. Внутри него закипает злость, и боль на щеке лишь подстёгивает её. — Ну всё. Думает, что я какой-то лох? Серьёзно? А ведь он говорил, что без ума от меня. Так он, значит, «обожает» меня? Отлично. Я ему ещё покажу… кто тут, в конце концов, пойдет на хуй. При чем на мой. Его голос становится ниже, злее, почти угрожающий. — Минхо, он же школьник… Ты же сам без конца об этом твердил, — Хёнджин, услышав этот тон, подавляет улыбку. В его взгляде мелькает тень тревоги: он знает друга слишком хорошо. Минхо нечасто чем-то увлекается, но если это случается — последствия могут быть непредсказуемыми. — О, нет, — Минхо ухмыляется. Глаза сверкают опасным огнём. — Этот омежка ещё пожалеет о том дне, когда назвал меня своим альфой.