Something more

" Между ними определенно искрит, еще с первой встречи. И первый раз Уэйд лапает его в Пустоте, когда их обоих связывают и везут к Кассандре. Притирается бедрами всю дорогу, тыкается ладонями в Логана, и шутит свои тупейшие непонятные шутки. Рот у него не затыкается кажется вообще никогда. Блядство. Логан не идиот, и понимает, что за всеми этими шуточками и отсылками черт знает к чему есть и что-то большее. Но лучше весь этот треп вовсе не замечать, и уж тем более не думать, что Дэдпул реально не против с ним потрахаться. Когда им удается сбежать, и этот урод в красном костюме секс-игрушки даже не благодарит, а только продолжает болтать - Логан не первый раз уже жалеет, что вообще связался с ним. Насрать ему на мультивселенную, и на Землю-616, как и на свой родной мир. Остаться бы в тишине доживать свои двести лет, и то благо. Потом, в Хонде Одиссей, между ними что-то ломается, трескается, как блять переносица Логана после удара этого болтливого урода. Обиделся, надо же. А потом все происходящее стало напоминать просто бессмысленную и беспощадную резню под бодрую ретро-попсу из радио этой чертовой Хонды Одиссей. Впрочем, оно и было бессмысленной резней. И Дэдпул, и Росомаха - практически бессмертные, оба с прекрасной регенерацией, и драться друг с другом им фактически бесполезно. Убить друг друга они не могут, только разорвать, переломать кости, залить машину своей кровью и выбить пару стекол. Они регенерируют, начинают рвать друг друга заново, и кажется, входят во вкус. Чтож, посчитаем это способом снять напряжение. Кровавым, херовым, и явно ненормальным способом. Но это работает. Машина скрипит и вторит их крикам и рычанию, и кажется, Уэйд мать его Уилсон успевает пошутить очередную похабщину про секс в машине. И опять его лапает, хватается за задницу, подставляется под когти между ребер и довольно воет. Совсем конченый. Они бьются до самой ночи, и блять, это им обоим так нравится. Действительно нравится. В очередной раз с смачным хрустом свернув Уэйду шею, Логан успевает замотать его в ремни безопасности, пока болтливый наемник заживляет раны и даже затыкается на пару минут. Джеймс заматывает его вместе с головой и его чёртовым ртом прям так, через маску, и оставляет лежать. Кажется, они оба уже вымотались окончательно. Росомаха чувствует, как устало и жарко колотится сердце, и кожа, плоть, мышцы саднят и стягиваются, чувствует тяжелую кровавую вонь от них обоих. Тогда он тоже медленно валится в багажник рядом с Уэйдом, и засыпает. Между ними что-то определенно происходит, и Логан не особо понимает что. Впрочем, да не похер ли.

* * *

Потом он понимает что нет, кажется, не похер. Уэйд Уилсон тот еще больной уебок, конченый совершенно, с сомнительными фетишами и напрочь свернутой башкой. Иногда даже буквально. Но этот больной уебок готов пожертвовать собой ради тех, кого он любит. И не дает это сделать Логану, которого никто уже не ждет ни в каком из миров. Когда они держатся за руки, Логан видит, как его буквально облизывают взглядом по обнаженной груди и торсу. На него откровенно пялятся и довольно кивают. Джеймс уверен, что там под маской Уэйд точно заигрывающе губы закусывает и томно стреляет в него глазами, и чувствует как его руку сжимают крепче. "Мы сдохнем вместе, сладкий." И они не сдыхают. Сдыхает Кассандра, распадается на атомы и взрывается вместе с Уничтожителем вселенных. Материя и антиматерия схлопывается там, наверху, и оба этажа, и ангар разрывает к чертовой матери. Логан думает, что это конец. Определенно. Они оба все еще держатся за руки, искрят своей связью, и кажется, слышат мысли друг друга в головах. И с какого-то хера песню Мадонны. Потом тело взрывается болью и жаром, и наступает темнота. Джеймс приходит в себя, когда чувствует, как его лапает Уэйд. Лапает за обнаженную грудь, гладит ладонями в перчатках, и глухо, восхищённо выдыхает через маску: - Божечки, да я с того света еще пару раз вернусь, чтобы потрогать это великолепие! А если хочешь, можем повысить рейтинг и ты дашь мне потрогать что пониже, а? - Черт. Сьеби а. Это выходит так же хрипло, и беззлобно. Росомаха отпихивает его, осторожно поднимается, они оба выбираются из обломков. Уэйд прижимается к нему, уже без страха огрести когтями в башку или под ребра. Обвивает руками за талию, и опять несет чушь. - ...мы мир спасли так-то, смекаешь о чем я? Ох детка, а за сцену, где с тебя слетела половина костюма я бы и так поставил этому фильму рейтинг повыше, само собой с долгоиграющим продолжением! Логан его даже не слушает толком, и даже не дёргается, когда неуемный Дэдпул успевает с явным удовольствием хлопнуть его по заднице. Он не верит, что они живы, и не понимает, как это вышло. Но по телу разливается тепло и приятное покалывание в груди. Хотелось бы думать что это не остаточная реакция от того, что Уэйд тискал его. Джеймс лишь с слабой усмешкой молчит, когда наемник поясняет, что кто-либо один может и сдох бы в реакторах, но вообще-то они были не "один", тут вообще-то Дэдпул и Росомаха вместе взялись за руки под Мадонну! О, видимо в голове Дэдпула это неебически много значит. Пусть так. Джеймс может выглядеть по-прежнему мрачно, но он...он все же рад. Когда они ужинают шаурмой в какой-то чудом уцелевшей кафешке, он думает, что сейчас и конец их тандему - мир спасли, дальше-то какого хера Росомахе оставаться. Но нет. -...Логан! Уэйд зовёт его остаться в его квартире вместе со Слепой Ал. И Джеймсу кажется, что сейчас в воздухе должна зазвучать очередная ванильная песенка. Из второй части Дэдпула. Дальше он чувствует непривычную неловкость. Неловкость, и спокойствие, и тепло. В этой небольшой квартирке пахнет солнцем, старыми вещами, азиатской едой, и нычкой кокаина под половицей. Постепенно Логан обживается. Привыкает. В этом мире на него не смотрят как на ублюдка, убийцу и пьяницу, который все по пизде пустил. В этом мире и он, и Уэйд - герои в каком-то смысле. Здесь ему хорошо.

* * *

Между ними определенно искрит все сильнее, и трогают его все чаще. С Дэдпула станется обнять его со спины утром, или вечером, или заигрывающе хлопнуть по заднице. Или прижаться внезапно, сбоку, тиская все ту же задницу, отчего Логан вздрагивает всем телом, ошалев от такой наглости. Даже когти в боку после этого наемника не останавливают. - ...Пошел нахер! Я говорил не делать так! Уэйд без маски - то еще зрелище. Но в принципе к внешности его привыкнуть можно, Джеймс видел вещи и похуже. А вот к его характеру, шуткам, которые походу ничерта не шутки, и явным попыткам залезть к Росомахе в штаны определенно нет. Дэдпул игриво двигает бровями, с влажным хрустом снимаясь с когтей. - Только если на твой, киса. Я в принципе не против, если мы будем сначала со вкусом пиздить друг друга, а потом ты засадишь мне не только когтями, а? За стенкой Слепая Ал в очередной раз недовольно вздыхает, сетуя что Господь не лишил ее и слуха. Все их эти танцы с бубном вокруг друг друга и постоянно заляпанные кровью полы в квартире кого угодно заебут. А толку-то? - Снимите себе уже номер, Бога ради!

* * *

Через неделю заигрывания и похабные шутки Дэдпула переходят на новый уровень. Логан просыпается, хотя еще темно и тихо, даже не шумят машины с улицы. Он чувствует с открытого окна слабую свежесть - время совсем перед рассветом. И чувствует, как под одеялом его самым бесцеремонным образом трогают и вылизывают. Хватает пары секунд чтобы откинуть в сторону одеяло и разумеется блять обнаружить под ним Уэйда. В полумраке почти не видно его словно бы обгоревшей и довольной рожи, только глаза блестят. И язык. Язык проходится по низу груди, ниже, к расслабленным мышцам на животе, и Джеймсу сейчас очень сложно сдержаться, чтобы не всадить Дэдпулу когтями в рот. - Ты совсем охренел? Ты что творишь? Ругается Логан почти шепотом - не хочет будить Слепую Ал. Уэйд поднимает голову, крепко сжимая ладонями Росомаху за талию. Смотрит, даже блять молчит несколько секунд. Джеймс вздыхает. Нужно было спереть из шкафа пару старых футболок Уэйда, а не спать в одном белье. И запирать на ночь чертову дверь. А наемник кажется вообще страх потерял, раз решил полезть к нему под одеяло с... подобными намерениями. Логан только хватает его рукой за плечо, и когти медленно с тихим звоном выдвигаются между костяшек. - Солнышко, вот только язык мне отрезать не советую, этот язык умеет много очень интересных вещей. - Дэдпул так же тихо игриво шепчет в ответ. И все же с опаской, но движется чуть вперед, поближе, и горячо выдыхает, вновь ласково прижимается губами к животу Логана. - Блять, пожалуйста. Ты может до сих пор не понял, но я пиздец как тебя хочу. Кажется, между ними окончательно трескаются все барьеры. И плечо Уэйда в Росомахиных пальцах. Впрочем, по сравнению с сквозными и рваными ранами от адамантиевых когтей - сломанное плечо можно считать нежной лаской. Наемник наклоняется ниже, и Логан чувствует, как его опять медленно, мягко облизывают. Он с непривычки напрягается, пальцы все еще сжимают плечо, и там, под пальцами, хрустят осколки костей. А Уэйду сейчас на это похуй абсолютно - он ерзает на кровати, осторожно целует напряженные мышцы, лижет, трется носом о дорожку мягких темных волос внизу живота. - Сладкий мой, не представляешь сколько раз и в каких позах я думал о... - Если не заткнешься- через окно вылетишь. - хрипло перебивает Логан, перемещая ладонь к чужой шее. Уэйд затыкается. И продолжает. Ладонями гладит по талии, тяжело дышит, мягко покусывает мышцы пресса и ласкает низ живота. Это пиздец как приятно, и тело поддается слишком быстро. У них обоих давно никого не было, у Логана так уж точно, и все что сейчас происходит явно не помогает сдерживаться. Ладонь словно сама ложиться на голову Дэдпулу, пальцы непривычно трогают неровную кожу. Даже волос нет, и ухватиться не за что. Разве что когти в череп всадить. Бедра дергаются, Джеймс вздрагивает, когда его уже откровенно и очень ощутимо лижут через ткань белья. Горячий язык трется о член, дразнит, проходится от основания до головки. Логан жмурится, впиваясь ногтями в голову между своих ног. И посылает все нахер - разводит колени чуть шире, хрипло выдыхает, чувствуя как между ног влажно от чужих слюней и уже до боли сладко ноет возбуждением внизу живота. - Уэйд... - Понял-понял. Время занять свой рот кое-чем более существенным. - тот тихонько усмехается. Джеймс даже не отвечает, только медленно откидывается назад на подушку и тяжело дышит. Приподнимает бедра, когда с него стягивают ткань, и хрипло усмехается - чертов Уэйд Уилсон всё-таки залез к нему в трусы. Как неожиданно, конечно. Дэдпул же буквально слюнями на него течет, и уже не первую неделю, и не только слюнями - у нас тут кинцо для взрослых, не забыли ведь? Он утыкается лицом в изгиб бедра Логана, жадно целует нежную кожу. И тихо стонет, трется своим давно вставшим членом о простынь, пачкает смазкой ткань. От тяжелого терпкого запаха Росомахи ведет и вштыриывает не хуже нычки кокаина под половицей. - Если на вкус ты такой же, как и на запах, я готов так завтракать каждое утро. Ну или хотя бы по субботам, божечки... - Ты заткнешься или нет? Уэйду вообще-то хочется сказать еще много чего. Еще дохера вещей про то, что когда Логана не было дома, он утыкался носом в его постель, сходя с ума от запаха, как представлял Логана без рубашки и всего остального одинокими вечерами, неистово трахая себя. Надо передать спасибо Ванессе, что оставила ему набор секс-игрушек. Но чутье подсказывает, что сейчас за лишний пиздеж не в кассу можно получить когтями в лицо и вылететь из кровати. Поэтому Уэйд лишь кивает, довольно гладит горячие бедра, и трется щекой о член напротив. - Да. Прости, детка, не хотел сбивать тебе настрой. Джеймс хмыкает, качая головой. И низко стонет, когда у него берут в рот, вот прям сразу, почти полностью, сжимая горлом. Рвотный рефлекс у Дэдпула то ли отбит напрочь, то ли он его умело подавляет. - Блять, Уэйд. Наемник согласно мычит, всё-таки давится, но упрямо двигается дальше, и ласково держится ладонями за чужие бедра. Старается не зацепить зубами, сглатывает и тяжело дышит через нос. Сжимает губы, двигает головой, пытаясь выебнуться как только может. Он хочет Логана, хочет сделать ему приятно, так сильно хочет, что забывает и про свое собственное возбуждение. А у Дэдпула встал уже как только он зашел в эту крохотную спальню, и увидел своего ахуенно красивого Росомаху без футболки, такого блять расслабленного, открытого, раскинувшегося на спине на этой сладко пропахшей дымом сигар и его собственным запахом кровати. В башке Уэйда тогда билась только одна мысль - пустите меня, я ему отсосу. И отсасывает ведь, хотя полностью взять все равно не получается, приходится и руками поработать. Он поднимает голову, переводя дыхание, но не останавливается - двигает рукой по стволу, сжимает, ласкает языком головку. Старается как для себя. И кажется, все делает более чем правильно - Джеймс тяжело дышит, и хрипло стонет своим низким, восхитительным голосом. Вторая рука Логана же врезается костяшками пальцев в постель, и когти с свистом протыкают матрас. - Ты бы притормозил... Я скоро. - О, не стесняйся, сладкий, я все приму. - Дэдпул хмыкает, сильнее давит языком и смыкает губы. Росомаха пытается дышать спокойнее, и брать ощущения под контроль, но это сложно - этот мать его Уэйд Уилсон весьма хорош в минетах. Удовольствие сладко сводит низ живота, прокатывается по груди, мышцы напрягаются, и Уэйд ласково гладит их свободной рукой, куда только может дотянуться. Логан срывается на последние резкие толчки в его горло, не сдерживаясь, выпускает когти из обеих рук, чуть не пробив Дэдпулу череп, и стонет в голос, низко и томно. Уэйд не отстраняется, действительно принимая все, чувствует на языке терпкий, ни с чем не сравнимый вкус Логана. И его трясет так, словно оргазм Росомахи их общий. Кажется, у него в голове опять звучит песня Мадонны. Потом Уэйд медленно поднимает голову, садится у бедер Логана, мягко гладит мышцы на его животе, и пытается отдышаться. Все вышло пиздец как горячо. Такое впору на Порнхаб загружать и со вкусом дрочить одинокими вечерами. - Слушай, а ответный дружеский жест мне оказать не хочешь? Я над тобой конечно не зря старался, ты просто охренеть какой на вкус, но мне хотелось бы не только ментально кончить. - Дэдпул тяжело и наигранно обиженно выдыхает, сжимая свой член и медленно поглаживая. Джеймс хмыкает, косится глазами вниз. Он сейчас доволен и разнежен, и ему хочется только закурить, да развалиться на кровати и поспать ещё пару часов. Впрочем, почему бы и нет. Логан никогда не был эгоистом в постели, а этот не в меру болтливый и озабоченный наемник все больше и больше начинает ему нравится. - Ладно. Иди сюда. Только займи чем-нибудь свой рот, ради бога. Уэйд чуть ли не в прыжке ныряет под руку Росомахе, устраивается под боком, и согласно кивает. - Без проблем, лапуля. Мне много не нужно, только одна твоя сильная рука на... ох, блять. Он вздрагивает всем телом, когда Джеймс обхватывает член ладонью, и утыкается лицом в его плечо. Логан сильнее него, и хватка у него пожестче будет, так что Дэдпулу остаётся только едва ли не задыхаться, и лапать его в ответ где только придется. - Предупреждаю, что я так тоже долго не продержусь, так что сегодня без шуток про пять минут и... - Я ведь сказал не пиздеть, а? Джеймс почти касается губами его уха, шепчет своим невыносимо соблазнительным и низким голосом, и наемник тут же кивает. - Да, да. Я понял, полностью отдаюсь твоим рукам. Руке. Не болтать для Дэдпула еще сложнее, чем не дышать, но он послушно затыкается. Прижимается сильнее к телу Росомахи, и шумно выдыхает, когда его ласкают дальше. Много ему действительно не нужно - Уэйд вообще думал, что придется опять доводить себя самого рукой, а тут такой подарок судьбы. Логан даже вроде бы осторожничает, но только первые пару минут - потом обхватывает его как себя, плотно и жестко, и двигает рукой по всей длине. Уэйд стонет, закусывая собственные пальцы, свободной рукой одобряюще гладит Джеймса по груди, дрожит всем телом. Ощущения ахуенные, хотя и все заканчивается действительно слишком быстро. Даже жалко. Он вздрагивает, бедрами толкаясь в руку Росомахи, и жмется к нему всем телом, задыхаясь от прошивающего тело оргазма. - Блять... ох божечки, а твои пальцы везде так хорошо работают?.. Логан фыркает, закатывая глаза. Краем одеяла вытирает себя, и больше не двигается, даже не пытается отпихнуть от себя Дэдпула. А тот и рад - закидывает на него ногу, осторожно прижимаясь всем телом, тыкается губами в изгиб шеи Джеймса, и тихо выдыхает. - Я пиздец как тебя люблю, ты в курсе? - Хм. Ты говоришь так всем, кому отсасываешь? - Не-не, сладкий, только тебе. - Ну конечно. - Росомаха хмыкает, но ему даже влом спорить. Ему хорошо, чисто физически приятно, мышцы сладко подрагивают, когти медленно втягиваются обратно внутрь, и Росомаха слабо жмурится. Уэйд тут же лезет к его кистям, тыкает пальцами в заживающие кровавые следы между костяшек. - А ты всегда выпускаешь когти, когда кончаешь? Джеймс легонько бьет его по руке. - Не лезь. А то выпущу их тебе в задницу. Уэйд довольно тискает его за талию, трется щекой о его кожу, и согласно кивает: - О, звучит чертовски соблазнительно, но я предпочту кое-что другое в моей заднице. Не хочешь на второй заход с утреца, м? Логан фыркает, и наконец попросту затыкает ему рот ладонью. Еще никогда никто не трепался с ним в постели так много и бестолково. Впрочем, он и к этому привыкнет. Дэдпул реально не против с ним потрахаться, и теперь Логан хотя бы в курсе, как можно его заткнуть. "