Бессильные-15

      Саша вился вокруг него все утро, но он пытался отвлечься другими проблемами, которые требовали его решения. Кто бы знал, как он остался недоволен, сменив поле деятельности. Начальник всего участка — это задача по сути не простая. А тут и ездить пришлось дальше, и в зарплате не все так гладко, как было. Да и в подчинении оказалось слегка больше народу.       Этот день был итоговым по закрытию, да и инженера на месте не оказалось, и ему пришлось самому сесть за закрытие, хотя он и был от этого не в восторге. Топливо, сметы наличных, метрологические заморочки — это была малая часть, что они должны были успеть за день. Ну, и пару часов после окончания рабочего дня. — Может кофе выпьем? — вкрадчивый голос раздался где-то сбоку, и он лишь кивнул, не особо концентрируясь на словах. И поднял голову только тогда, когда стаканчик с чудесно пахнущим напитком оказался рядом. — Спасибо, — отозвался он, наблюдая, как Саша приземляется на край его стола. — Ты от меня весь день бегаешь… Что, так не понравилось? — Не в этом дело, — Слава морщится и расслабленно откидывается на кресло, разглядывая его из-под опущенных ресниц. — А в чем же, Стас? — Не называй меня так, — угрозы в голосе нет, но взгляд все говорит за него. — Я женат. Ты тоже. Зачем тебе это?       Слава намеренно опускает еще один не маловажный факт своих отношений. осознавая всю трагичность момента. Ему хватило, что она знает. — Ты мог сказать одно простое слово нет. Так что, это я должен интересоваться, почему так быстро сдался. — Интерес, — он пожимает плечами, отодвигаясь на кресле, когда Саша сдвигается, оказываясь напротив него. — Простой интерес? Не смеши меня. — Что ты от меня хочешь? Отношений? Прости, но это вообще не мой вариант. — Слава отставляет пустой стаканчик в сторону, на мгновение отводя взгляд в сторону и поднимаясь с кресла. И он не ожидает, что Саша дернет его на себя, опуская ладонь на поясницу, не давая отстраниться.       Они смотрят друг на друга, и Слава осознает, что ему совсем не хочется отстраняться. Властные, обжигающие и горящие взгляды были для него не в новинку, много всего было в его жизни. — Отношения у меня уже есть, — Саша усмехается. — Если ты не заметил. — Переспать и забыть? Я не дам себя трахнуть.       Сказав эту фразу, он тут же понимает, что сделал это зря. Организм бунтует против этих слов. И хочет однозначного решения. И самое хуевое, что Саша это понимает. — Дашь, еще как дашь.       Его целуют так же, как и тогда. Грубо, подавляя любое сопротивление. Он цепляется за плечи, пока ладони партнера оголяют его живот и спускаются к джинсам, расстегивая ремень, а затем и пуговицу. — Ты даже не сопротивляешься, — шепот на ухо, и он понимает, что колени подгибаются, и внизу живота концентрируется обжигающее тепло.       Рондо в четыре руки заканчивается тем, что его наклоняют над столом, а к спине прижимается партнер, осыпая его шею поцелуями. Звук разрывающегося пластика на мгновение приводит его в чувство, и он оборачивается, ловя смеющийся взгляд. — Прогнись, — звучит как приказ, и Слава сжимает губы, отворачиваясь. Он разглядывает мельчайшие царапинки на столе, пока его ягодицы оглаживают ладони. Джинсы болтаются где-то в районе щиколоток, и он медленно осознает, что ни Володя, ни Андрей ни разу не опустились до того, чтобы переспать на рабочем месте. — Хороший мальчик, — Саша слегка прикусывает его мочку уха, притягивая за бедра к себе, толкаясь одним толчком в расслабленное тело.       Кто бы знал, сколько усилий ему стоило, чтобы сохранять эту покорную расслабленность… — Блять! — зашипел Слава, приподнимаясь на руках от стола, запрокидывая голову. — А по-нежнее не судьба? Не бревно ебешь, в конце-то концов! — Еще скажи, что тебе не нравится, — Саша брал его так же как и целовал. Грубо, с оттяжкой, царапая ногтями живот. — Мне прекратить? — Рискни здоровьем, — с угрозой в голосе проговорил Слава, действительно наслаждаясь происходящим. — Тогда получай удовольствие, Стасик.       Слава поморщился, но препочел промолчать. Так было проще абстрагироваться от того, кто на сегодня стал его партнером. А уж когда его вновь заставили лечь грудью на стол, стало совсем не до разборок… — На второй раз могу не рассчитывать? — Саша усмехнулся, когда Слава попытался сесть на кресло, но поморщился, и остался стоять. — Как ты догадался? Это была одноразовая акция, — он кинул взгляд на часы. И почти секунда в секунду, телефон на его столе разразился трелью. Андрей. — Да? — Слава показал Саше одним жестом, что ему пора сматывать удочки, и, удостоверившись. что тот его понял, продолжил. — Я тебя слушаю. — Где ты? — Работаю вообще-то. — Да неужели? — иронично уточнил Андрей. — Я тогда зайду, если вы не против? — В каком смысле? — Слава не сразу сообразил, что происходит, но когда Андрей возник на пороге кабинета, интуиция завопила дурным голосом. — В таком, — Резцов окинул взглядом кабинет, наткнулся взглядом на Александра, и, сбросив звонок, медленно, глядя ему в глаза, проговорил. — Пошел вон.       Саша испарился из кабинета молниеносно. А молчание затягивалось… Славе не нужно было понимать, что Андрей их застукал на самом интересном месте, это было видно по презрительному взгляду Резцова. Но он и сам был стратегом, чтобы понимать, что он может выскользнуть из этой западни. Только, потери теперь будут совсем иными. Ведь тот разговор он помнил, словно он был вчера.       Он зашел к ней в кабинет, замявшись на пороге. Она подняла взгляд от бумаг, и усмехнулась. — Кто явился. А я тебя не ждала. — Я был занят, — огрызнулся Слава. — Должность обязывает, знаешь ли. — Ой, о работе вспомнил. Неужели, Станислав Евгеньевич? А как же найти время, чтобы уйти в запой? Не нашлось в этот раз?       Она все еще была зла на него, это было понятно по официозу. Да и могла она это себе позволить… Он ее сильно подставил в одном рабочем моменте, не соизволив прочитать пару актов, и благополучно спихнул всю вину с себя. И если бы не ее умение выкручиваться и переводить все в нейтральное положение, сейчас бы выговором красовалась бы не только она. Но она высказала все, что о нем думает, в кабинете их общего начальника, хлопнув дверью напоследок так, что подпрыгнули все. Пару дней он не показывался в дирекции, опасаясь, что ему в голову прилетит что-то тяжелое. Но, похоже, она все еще не в восторге от него. И видеть его не желает. Но она обещала рассказать… — Прости меня. — За что, Станислав Евгеньевич? — она не изменилась в лице, продолжая смотреть на него выжидающе. — Я не должен был тебя подставлять. Это моя работа, проверять акты. Прости.       Она молчала долго, но он ждал. В итоге она все-таки кивнула на стул напротив себя. — Говори и проваливай. — Ты все еще злишься, — он добавил в голос мягких ноток, пытаясь сгладить напряжение, повисшее в воздухе. — Ты меня отвлекаешь. Что ты хочешь? — Андрей. Почему ты сказала, что я многого не знаю? — Потому что ты многого и не знаешь, — Вита пожала плечами. — Ну, я пришел. Рассказывай. У него кто-то есть? — Допустим. — И как об этом ты узнала? — Ровно также, как и о вашем тройственном союзе, — отбила она выпад.       Слава начал злиться. Этот пин-понг начал его раздражать. — И кто это? — А с чего ты взял, что я тебе расскажу? Ты не умеешь держать язык за зубами. Да и, — тут она понизила голос до шепота. — Похоже, тебя и так все устраивает. — Виталина. — Я точно об этом пожалею, — она закрывает глаза, и медленно произносит одно имя… — И как давно ты с ним крутишь? — Андрей все также стоял в дверях, не собираясь приближаться. — Это было один единственный раз. И он был ошибкой. — Да ладно? А как же трахни ты меня уже нормально и дай мне отсосать? Мне послышалось?       Слава закусил щеку изнутри, сдерживая свой порыв начать оправдываться. — Мы не клялись друг другу в верности, если ты забыл. С кем я провожу свободное время тебя ебать не должно. Я же молчу, что ты мутишь за моей спиной с Беловым.       Андрей замер. Его лицо вытянулось, а потом он словно закаменел.       И тут Слава понял, что зря он это начал. Он ей обещал, что не скажет о том, что он знает. — И что же ты еще знаешь? — Резцов захлопнул за собой дверь, медленно приближаясь к нему. — Про Максима я тоже в курсе, — Слава без страха смотрел на него, понимая, что бьет по самому больному. — Но и это еще не все, — она крутила ручку в ладони. — А что еще ты знаешь? — Это я тебе точно не скажу. Проваливай. — Ты сказала А, говори и Б. Что тебе известно? — Я не хочу лезть в ваши разборки. Уволь, но мне своих хватает. — Говори, — он развернул ее к себе, впиваясь пальцами в плечо. Это явно было болезненно, но она даже не поморщилась. — Ты мне ничего не можешь сделать, поэтому злишься? Бессилие не дает здраво мыслить? Нас ничего с тобой не связывает, как ни странно. И слава богу, иначе я бы тоже поплыла, — она взглянула на его руку. — Знаешь, если ты себя мужиком позиционируешь, до этого бы никогда не опустился.       Слава отпрыгнул от нее как от огня, понимая, что она права. Права во всем. — Максим. Его двоюродный брат. А теперь — проваливай. Видеть тебя не хочу.       Андрей побелел. — Откуда ты… — Люди подсказали. — Люди, значит… — Андрей попытался взять себя в руки. — Последние пять лет только вы вдвоем рядом. Ни Белова, с которым у нас рабочие отношения, ни Максима. А ты… — А что я? Мудак? Это просто перепих, он ничего не значит…       Звук пощечины раздался для него неожиданно. И он замолчал, опуская голову. Признавая свое поражение. — Я умываю руки. — Андрей окинул его презрительным взглядом. — У меня командировка, потом отпуск. Пусть Володя сам решает. А ты ему об этом скажешь. — припечатал он, покинув кабинет, оставляя Славу наедине со своими мыслями.