Снежок и Рыжик.

      Парни репетировали много и подолгу. Мало того, что приходилось заниматься с преподавателями пением, хореографией, актёрским мастерством, они по много раз отрабатывали упражнения на тренажёрах в спортзале, занимались плаваньем, бегом, учились позировать, вести беседу, посещали уроки по этикету и правильной манере поведения в разных житейских ситуациях. Медведь не поскупился на учителей. Мальчишек: и альф, и омег, обучали всему: забить гвоздь, заменить перегоревшую лампочку, шить, убирать и готовить.       — Вы должны уметь всё, — часто говорил директор, недовольным такой загруженностью, ученикам. — Потом вам будет легко по-жизни. И спасибо мне скажите.       И мальчишки старались.

***

      Близились новогодние праздники, значит предстоит много выступать.       Юнги занимался наравне с остальными и даже больше. Ему нужно было догнать друзей, что бы выглядеть на выступлении не хуже их.       Альфа старался.       При всей загруженности он не упускал из вида Чимина. Они встречались в коридорах школы и альфа находил укромный уголок, утаскивал туда парня, что бы, вдали от любопытных глаз, сказать омеге пару приятных слов, нежно поцеловать его и получить поцелуй в ответ. Чимин каждый день находил в своей комнате маленькие подарочки от альфы, поначалу это были небольшие букетики, затем они сменились засушенными цветами, после, ближе к Новому году, омега находил конфеты, печенье, мандарины. Он, улыбаясь, тихо радовался этому, но больше не приходил в комнату к альфе. А тот ждал, лёжа вечерами в кровати, прислушивался к шуму ветра за окном и засыпал под постукивание ветки о стекло и ему, почти всегда, снился Чимин.

***

      После очередного выступления в городе, Ши Хёк разрешил своим ученикам погулять, посидеть в кафе.       Но Юнги, схватив Чимина за руку, потащил его в сторону остановки автобуса.       — Куда ты меня тащишь! Погоди, Юнги! — Чимин за ним еле успевал.       — Чимин-а, я видел в зале, где мы выступали, своего хозяина, хочется посмотреть, как он живёт, — проговорил альфа парню. — Вон он на остановке стоит, — и он махнул головой на, стоявшего немного в стороне, мужчину.       — Ты хочешь прийти к нему в образе Кота? — омега, испугано и удивлённо, уставился на друга.       — Нет. Я хочу как человек. Хочу поговорить с ним, — Юнги поджимал губы и часто моргал, выдавая своё волнение.       Чимин остановил парня невдалеке от остановки. Развернул его к себе лицом и заговорил:       — Юнги, не надо! Я прошу тебя, — он схватился за отвороты его куртки ладошками, сжав их в кулаки и слегка тряхнул альфу. — Он тебя не узнает. О чём он будет говорит с незнакомцем? Он ничего тебе не скажет. Или ты спалишься.       — Давай просто подойдём и постоим рядом. Чимин, пожалуйста! — тихо попросил Юнги.       Они подошли ближе и остановились, будто ожидая автобус. Мужчина покосился на них. Один раз, второй, третий… Приблизился:       — Мне кажется, я вас знаю?! — толи вопрос, толи удивление в голосе.       — Навряд ли, — охрипшим, от волнения, голосом проговорил Юнги.       — Точно знаю, этот взгляд, — мужчина замялся. — Но этого не может быть. Так смотрел на меня мой кот Шуга.       — Я точно не ваш кот, — хмыкнул Юнги, опуская глаза вниз.       — Да, точно, — проговорил мужчина. — Вы намного крупнее, — грустно улыбнулся мужчина. — И вы не кот.       — А почему «смотрел»? — спросил Чимин. — Куда он делся?       — Кота не терпела моя жена. И я его завёз. К лесу, — мужчина потёр пальцами глаза. — Я совершил ужасный поступок, до сих пор скучаю за ним. Он был умный кот, мой Шугарик. Но жена… вы же понимаете меня? — проговорил он, ища поддержки у парней. — Да я бы никогда так не поступил, но кот начал ссать мне в тапки. Извините, — он невесело улыбнулся.       — Этого не было! — возмутился Юнги. И тут же исправился, увидев, в секунду ставшие огромными, глаза Чимина. — Не могло быть, вы же говорите, это был умный кот.       — Но тапки были мокрыми и воняли, она трижды покупала мне новые, — мужчина вздохнул. Взглянул на Юнги. — А ты прав парень, раньше кот так не делал. Но она сказала, что он ревнует меня к ней.       — И из-за этого вы избавились от кота? — удивлённо произнёс Чимин.       Мужчина пожал плечами. Они помолчали.       — Я надеюсь, что кот нашёл себе более удобное, хорошее место. Очень надеюсь. Знаете, парни, он мне даже снится и, представляете, говорит, что у него всё хорошо, чтобы я не переживал, что он нашёл себе дом и пару, — он снова замолчал. — Может и правда, у него есть пара, хорошее жильё и трое котят или пятеро?! — он по-доброму улыбнулся.       — Я думаю, так и есть, — проговорил Чимин. Видя, что Юнги, часто моргает и кусает губы, еле справляясь со слезами.       — Вот и мой автобус, — мужчина смотрел на подъезжающий к остановке транспорт. После перевёл глаза на парней. — Удачи вам, ребята, — и что-то вспомнив, добавил. — Это же вы сейчас выступали? Точно! Вот откуда вы мне знакомы, — и помахав рукой, вошёл в двери автобуса.       Те шумно закрылись и парни остались на остановке одни.       — Ну что, куда пойдём, Шуга? — спросил, улыбаясь, Чимин.       — Ты же не думаешь, что это я ссал в его тапки?! — Юнги притянул Чимина к себе и заглянул в смеющиеся глаза.       — Не знаю, не знаю, — засмеялся тот. — Ну не хозяйка же это делала? Да ну их, забудь. Пусть теперь он скучает, раз не смог тебя отстоять, — он немного отстранился от парня. — Или ты жалеешь, что встретил меня?       — Что ты?! — возмутился Юнги. — Я очень рад, что всё так сложилось. А вообще-то я мог и умереть там от холода и голода, в этом лесу.       — Я бы тебе не дал умереть, — Чимин прижался к боку Юнги, рукой обнимая его за талию. — Пошли уже, посидим в кафе, попьём какао с пироженками.

***

      Вот и Новый год. В школе, при входе, нарядили громадную ёлку. Как и кто ее наряжал, никто никогда не видел. Так получалось из года в год. Все засыпали вечером, а утром она уже стояла. Высокая, нарядная, с гирляндами бегущих от макушки вниз и обратно разноцветных огней. Парни ждали новогоднюю ночь, как чуда. Потому что, раз в году, им разрешалось всю ночь не спать, веселиться у ёлки, а после, уйти в лес и выпустить своих сущностей на волю. Альфы и омеги резвились и играли в образе зверей до утра. А после, перевернувшись обратно и приняв человеческий облик, они приходили в школу и укладывались спать. Так было из года в год.       Вот и в этот раз: они отпраздновали праздник сначала в школьной столовой. Повара постарались на славу. Разнообразной еды было много, всё было очень вкусно. А главное — сюрприз! Огромный, праздничный торт, который удивил всех: и учеников, и учителей. Во-первых: своими размерами, его выкатили в столовую на подставке с колёсами. Во-вторых: на нем кондитер изобразил саму школу, нарядную ёлку и снежный лес вокруг. А так же, каждому достался его гибрид из шоколада, размером с ладонь. Фигурки располагались на торте. И каждому ученику Директор, сам лично, отрезал по куску торта на тарелку и отдавал фигурку в придачу.       — Давай, ты съешь мою фигурку, а я твою, — предложил Чимин, подскакивая к Юнги, когда всё направились к ёлке.       — Хорошо, — без споров согласился Юнги.       Они обменялись фигурками и тут же их съели, смеясь и глядя друг на друга.       — Теперь моё желание сбудется! — Чимин запрыгал на месте и захлопал в ладоши.       — Какое? — Юнги схватил его за куртку и, притянув к себе, обнял за талию.       — Не скажу. И не приставай! — смеялся Чимин. — Ведь не исполниться, если вслух произнесёшь.       — Ты весь вымазался в шоколад. — смеясь проговорил Юнги.       — Где? — омега принялся тыкать пальчиком себе по лицу. — Вот тут? Тут? Или тут? — тыкал он по щекам, губам, по носику.       — Везде, теперь уже везде, где показал, — смеялся Юнги. Он закружил вырывающегося Чимина вокруг себя, крепко удерживая того за талию.       — Стой, погоди.       Альфа остановился и, удерживая Чимина одной рукой, второй обхватил ладонь омежки и засунул его палец, измазанный в шоколаде, себе в рот. Контраст прохладного пальца омеги и горячего мокрого языка альфы заставил обоих прекратить смеяться. Чимин смотрел то в глаза Юнги, то на его губы, плотно обхватившие и медленно двигающиеся вверх вниз по его пальцу. Он чувствовал, как горячий язык альфы увлечённо вылизывает его палец. А тот, занятый своим делом, даже веки прикрыл от такого удовольствия. Сладкий и прохладный палец оказался тем ещё лакомством. Облизав один палец, альфа принялся за второй. Он вылизывал пальчики омеги с причмокиванием, а у Чимина колени подкашивались от такого. Ещё немного и он не сдержится, заскулит в голос. Омега почувствовал выделившуюся, от таких острых ощущений, смазку. И, как сквозь толщу воды, услышал голос альфы:       — Ну вот, твои пальчики чистые, — проговорил Юнги и поднял взгляд на поплывшие глаза Омеги. — Осталось лицо очистить.       — Тоже вылизывать будешь? — шумно сглотнув, пролепетал тот.       — Да, — придвигаясь ближе к его лицу произнёс альфа. — Ты не против? — тихо спросил он.       — Я? — Чимин растерялся. — Я нет. То есть, да! То есть, нет! То есть, я не против, Юнги, — прошептал он в конце.       И Юнги коснулся своим языком его щеки. Провёл от подбородка вверх, облизнулся.       — Сладенький, — прошептал он в ухо парню. — Холодный и сладкий, маленький омежка, — Он смелее провёл языком по другой щеке притихшего парня и принялся вылизывать лицо омеги, не разбирая, есть там шоколад или уже нет.       — Юнги, подожди, — Чимин попытался отстраниться. — Там… Сейчас там самое интересное начнётся. Все пойдут в лес, начнут обращаться.       — Чимин-и, у меня с тобой самое интересное происходит. Здесь и сейчас, — простонал Юнги. В его штанах уже было так тесно, что даже больно. — Не обламывай, Лисёнок, — почти проскулил он.       — Давай, мы только одним глазком глянем, — попросил Чимин. — Ты же не видел ещё зверей наших друзей.       — Мне интересней с тобой, — упирался Юнги. — Ты же их видел, разве тебе интересно?       — Ты не понимаешь, за год они же подросли, окрепли, изменились. Это мне можно было изредка выбегать в лес, размяться, а они этого ждут целый год. Им тоже интересно и на нас посмотреть, — убеждал он альфу.       — Ну хорошо, только одним глазком, — согласился тот, глубоко вдыхая, пытаясь снять нахлынувшей возбуждение.       Они догнали друзей возле поляны, далеко от школы. Многие уже перекинулись и на поляне стало шумно от радостного рычания и повизгивания, гавканья и скулежа на разные лады.       Кто-то сзади толкнул Юнги в плечо. Тот обернулся:       — Ой, это кто? — он удивлённо уставился на красивую, белоснежную Ламу, высоко и гордо поднимающую голову.       — Ты забыл? — Чимин от души рассмеялся. — Это Джин-и.       Лама закивала головой и повернула морду в сторону от толпы. Там поднялся шум, визг, кто-то рычал, но не злобно, кто-то повизгивал, но скорее от удивления и восторга.       — Там Джун! — догадался Чимин.       Лама закивала головой. А толпа расступилась и Юнги замер в восхищении.       С другой стороны поляны к ним, в раскачку, направлялся молодой и красивый Дракон.       Все расступались перед ним, давая дорогу. А он шел, косясь по сторонам, чтобы никого не зацепить своим огромным хвостом. Подойдя ближе, он опустил морду на уровне лица Юнги и прикрыл глаза.       — Он представляет тебе своего зверя, Юнги. Погладь его, — Чимин замирал от восторга.       Юнги осторожно вытянул руку, поднял ладонь и дракон, как преданный пёс, уткнулся в нее свей мордой.       Затихнувший на мгновение шум, возобновился с новой силой.       — Его зверь признал тебя, Юнги! Теперь ты покажи ему своего.       — Ооо, — Юнги покосился на Чимина. — Ты думаешь я буду гармонично смотреться рядом с ним? Мой зверь такой мелкий.       Дракон недовольно и шумно выдохнул. И все снова притихли.       — Давай, Юнги. Намджун знает, что ты гибрид Кота. Это он для тебя новость.       — Да! Я, как-то не запомнил сразу, а после неудобно было переспрашивать, — и обращаясь уже к дракону, произнёс: — Намджун, я надеюсь ты-то запомнил, что я Кот. Не съешь меня? — он улыбнулся на дружеское покачивание головы Дракона и его не громкое порыкивание.