Сказка о двух принцах

- Расскажи сказку. Феликс оторвался от экрана телевизора, где шло новогоднее музыкальное шоу, и вопросительно посмотрел на Хёнджина. Тот привалился к его плечу и выглядел абсолютно довольным жизнью. В любимой растянутой футболке, в домашних штанах с пятном от пролитого кофе – такой уютный, расслабленный, и при этом невероятно красивый. На точеном лице играли цветные отблески гирлянды с елки, высвечивая выразительные черты то празднично-красным, то призрачно-зеленым, то нарядно-золотым. Полчаса назад они встретили новый год, обменявшись подарками и поздравлениями. Теперь Феликс щеголял в изысканной шелковой пижаме с цыплятами, а Хёнджин копался в новеньком планшете для рисования. - Тебе что, пять лет? – Аккуратные пальцы ласково пробежались по черным волосам, приглаживая пряди. Хёнджин в ответ умиротворенно прикрыл глаза и едва не замурчал. - Сегодня новый год, так что мой внутренний ребенок требует волшебства и еще один рисовый пирожок, пожалуйста. Подхватив с тарелки сладкий, слегка липкий кругляш, Феликс протянул его Хёнджину: - А твой внутренний ребенок согласится заменить сказку оставшимися пирожками и поцелуем, скажем? Тот отложил планшет, сунул в рот сладость, с глубокомысленным видом пожевал и покачал головой. - Нет. И вообще, это, по-твоему, равноценный обмен: новогоднее волшебство на три пирожка?! - И поцелуй! На красивом лице отразился напряженный мыслительный процесс. - Сказка и поцелуй, и я вынесу мусор завтра утром. - Пирожки, поцелуй, и можешь не мыть посуду всю следующую неделю. - А ты хорош… – восхитился Хёнджин. – Но нет. Я хочу сказку. Ну пожалуйста… Он состроил такую умильную мордашку, что отказать ему мог бы только тот, у кого нет сердца. А у Феликса оно было большое и любящее, чем Хёнджин порой бессовестно пользовался. Но чего только не сделаешь ради любимого. - Ну хорошо, я попробую… Мигом проглотив остатки лакомства, Хёнджин уставился на него с радостным предвкушением, а Феликс прикусил губу, мысленно перебирая известные сказочные сюжеты. В памяти всплыло смутное воспоминание, и он ухватился за него, вытягивая на свет. - Давным-давно в стране эльфов жил принц. Был он красив лицом и мягок сердцем, щедр на улыбки и внимателен к подданным. В его королевстве царили вечные ласковые летние сумерки, и в их рассеянном свете эльфы резвились на лесных полянах, устраивали пышные балы и пиры, соревновались, кто изящнее танцует, кто сладкозвучнее поет. Принц с удовольствием принимал участие в развлечениях своего народа, ибо пел так, что соловьи замолкали, а в танцах ему не было равных. И все было прекрасно, пока не минул срок его совершеннолетия. Все реже стала появляться улыбка на его лице, все меньше стали его интересовать празднества и развлечения. Словно туча набежала на солнце – так и принц казался глубоко погруженным в свои мысли, но о чем они были – никто не знал. И вот однажды он собрал самых близких своих друзей и сказал: - Скоро настанет мой черед взойти на престол. Но что я знаю о мире, чтобы править мудро и справедливо? - Ты знаешь, как красиво звездное небо, в которое уносятся наши песни, - сказал один эльф. - Ты знаешь, как шелковиста трава, в которой мы танцуем, - поддержал его другой. - Ты знаешь, как щедра и благодатна наша земля, - подхватил третий. - Все верно, - кивнул принц. – Я знаю, что наша страна прекрасна, в ней нет места горю, печали или скорби. Знаю, что мы живем в покое и достатке. Но может ли зваться мудрым тот, что всю жизнь вкушал лишь сладкие плоды и не отведал вкуса грубого хлеба? Сумеет ли справедливо править тот, кто не знает, что такое бесчестие? Будет ли храбрым тот, кто прежде никогда не ведал опасности? Я должен научиться силе и мудрости, понять, что такое трудности и лишения, чтобы знать, как защитить от этого свой народ. - Что ты задумал? – со страхом спросили его друзья. - Я хочу отправиться в мир людей. Эльфы пришли в ужас. Они изо всех сил старались отговорить своего принца от опрометчивого поступка. Все знали, что мир людей страшен и опасен. Там бушуют войны, которые уносят тысячи жизней в кровавой жатве. Там свирепствуют болезни, которые выкашивают целые города и страны. Там царит голод, ужас и тьма, а сами люди - жестокие, вероломные создания. Они убивают себе подобных, не задумываясь – за пухлый кошелек, набитое брюхо или просто развлечения ради. Все эти кошмары друзья живо описывали принцу, надеясь образумить его, но он лишь качал головой. Он твердо вознамерился побывать в мире людей, и ничто не могло изменить его решения… - Упертый парень, - хмыкнул Хёнджин. – И чего ему дома не сиделось? Феликс недовольно поджал губы. - Мне продолжать, или обсудим психологию и мотивацию эльфов? - Но он же… – начал было Хёнджин, однако вовремя заметил красноречивое выражение веснушчатого лица и резко осекся. - Все, молчу. Извини. Вздохнув, Феликс продолжил рассказ: - И вот настал день, когда принц наконец отправился в мир людей. Он поднялся на вершину холма, где стояла древняя каменная арка, и окинул взглядом свои владения. Над зеленым, вечно цветущим лесом раскинулось бескрайнее лиловое небо, усеянное звездами. Рядом журчал ручей, и в прозрачных хрустальных струях резвились разноцветные рыбки, похожие на драгоценные камни. Деревья были усыпаны сочными сладкими плодами – стоит лишь протянуть руку, чтобы насытиться. Да, страна эльфов была прекрасна и благодатна, и в сердце принца было лишь одно желание – сохранить и преумножить эту красоту. Он глубоко вдохнул теплый воздух, напоенный ароматами трав и цветов, зажмурился и шагнул в портал. Когда он открыл глаза, то увидел, что стоит на поляне, окруженной деревьями. Но этот лес был совсем не такой, как в его стране. Он был мрачным, неприветливым и угрюмым. Невидимые ночные обитатели перекликались незнакомыми голосами, в чаще кто-то тяжело вздыхал и трещал валежником. Меж узловатых корней стелился стылый туман, вытягивая из воздуха тепло. Было сыро, неуютно и страшно. Принц поежился, оглядываясь. Неужели его друзья были правы, и в мире людей совсем нет ничего хорошего – только тьма, холод и страх? С этими мыслями он поднял глаза и увидел луну. Огромная, круглая, яркая, как отполированная монета, она висела прямо над головой, заливая лес потоками прохладного серебра. И была она так пленительна и чиста, что он мигом позабыл обо всех своих опасениях. - Вот то, что сделает мою страну еще более прекрасной, - сказал он. В душе принца проснулось неведомое прежде чувство, которому он еще не знал названия. Луна настолько его заворожила, что он пошел через лес, следуя за ее сияющим ликом, и не мог думать больше ни о чем, кроме того, чтобы сделать ее своей… - Что? – спросил Феликс, видя сложное выражение лица Хёнджина. Тот свел брови и сверлил стеклянным взглядом тарелку с маринованной редькой. - Нет-нет, ничего! – Тот дернулся, выходя из задумчивости, и мигом сделал максимально заинтересованное лицо. – Я слушаю. Феликс вздохнул. - Давай, не держи в себе. - Только не сердись. Ответом послужил очередной красноречивый взгляд. Хёнджин почесал кончик носа, опустил острый подбородок ему на плечо и протянул: - Просто я думал, бывает ли у эльфов лунатизм… - Господи блять боже мой, это сказка! – проворчал Феликс, пытаясь отпихнуть его. – Не нравится – рассказывай сам! - Все-все, прости! – Вцепившись мертвой хваткой в пижаму с цыплятами, Хёнджин чмокнул его куда-то в ухо и умоляюще заломил брови. – Давай дальше, ну пожалуйста! Еще минуту Феликс недовольно пыхтел и всем своим видом изображал оскорбленное достоинство, но в конце концов сдался и продолжил: - С рассветом луна стала опускаться все ближе к горизонту, и принц помчался через лес, надеясь ее настичь. Но как бы быстро он ни бежал, луна ускользала от него, и в конце концов исчезла совсем. Уставший и исцарапанный, принц оказался глубоко в чаще. Его наряд из тонких дорогих тканей превратился в лохмотья, пока он пробирался через лес, мягкие сапоги, рассчитанные на то, чтобы ходить по шелковой траве, порвались. Он хотел есть, но рядом не было ни одного дерева с плодами. Вскоре он набрел на лесной ручей и утолил жажду, затем свернулся посреди корней вековой ели и уснул, измотанный ночной погоней за луной. Когда он проснулся, солнце клонилось к горизонту, а рядом сидел серебристый лис и смотрел на принца хитрыми и умными глазами. Увидев, что он проснулся, лис вздыбил шерсть на загривке и угрожающе затявкал. Прежде принц никогда не встречал таких зверей, потому что в стране эльфов жили только мирные животные – олени, белки, зайцы. Поэтому он бестрепетно протянул руку и погладил мягкий серебристый мех. - Ты не видел здесь такую круглую серебряную штуку? Ночью она была в небе, яркая и красивая, но спряталась где-то в лесу, когда я пытался догнать ее. Лис щелкнул зубами, чуть не отхватив ему палец, и внезапно перекинулся в человека. - Ты про луну, что ли? – Он удивленно смотрел на принца, а тот таращился на него в ответ. Даже в человеческом облике из серебристых волос торчала пара пушистых лисьих ушей. – Ты откуда вообще такой чудной взялся? - Я принц эльфов. И я хочу найти луну. - Удачи в поисках, - насмешливо фыркнул лис. – Луна – она же в небе. А мы на земле. Разве что ты умеешь отращивать крылья… - Не умею, - опечалился принц. – Но может, ты знаешь, где их можно достать? Лис изумленно покачал головой. - Вот святая простота... – Немного подумав, он махнул рукой. – Пойдем-ка со мной. Он отвел принца в свой дом – маленькую хижину в глубине чащи, накормил и дал простую, но удобную одежду – рубашку, штаны и ботинки. Выслушав его историю, он подпер кулаком подбородок и протянул: - Ну и дурачок ты, принц. И чего тебя понесло в мир людей? Попасть сюда из страны эльфов легко, а вот вернуться назад – гораздо труднее. - Я найду способ, - уверенно сказал принц. – Но только после того, как получу луну. - Тебя в детстве головой с трона не роняли? – ехидно осведомился лис. – Как ты собираешься ее достать? - Ну, я могу забраться высоко в горы, - неуверенно сказал принц. – Тогда я стану ближе к ней и придумаю, как до нее дотянуться. - Горы далеко. Пропадешь же по дороге, - вздохнул лис. Он задумчиво повел пушистыми ушами, размышляя. - Я не могу отправиться с тобой. Придется тебе идти одному. - Я готов, - уверенно кивнул принц. Доброта и бескорыстие лиса согрели ему душу, и он подумал, что мир людей все же не так плох, как описывали ему друзья. - Ну тогда слушай… И лис рассказал ему о дороге к горам. Она лежала через выжженные солнцем равнины и коварные топкие болота. Через полноводные широкие реки, которые не одолеть вплавь, и густые леса, где живут опасные хищные звери. Шла она через людские поселения – деревни и города, где было не продохнуть от человеческого смрада, и каждый встречный норовил тебя ограбить, а то и убить – да хотя бы ради твоих ботинок. Долгой и трудной была эта дорога, но в груди принца билось горячее молодое сердце, и он не ведал страха и сомнений. День он проспал в доме лиса, а вечером, когда луна показалась над лесом, попрощался с ним и отправился в путь… Ты что-то сказал? - Нет. - Хёнджин с невинным видом захлопал ресницами. – Я ничего не говорил. - Правда? А мне показалось, ты пробурчал что-то вроде «вот дебил». - Ну, просто я даже не знаю: то ли восхищаться непреклонностью принца, то ли ужасаться его наивности. Нахмурившись, Феликс легонько стукнул ладонью по черноволосой макушке. - Ты просто отвратительный слушатель, ты в курсе? Еще раз перебьешь меня – будешь спать на диване! Хёнджин открыл было рот, чтобы возмутиться, но под свирепым взглядом тут же его захлопнул и чинно сложил руки на коленях, всем своим видом изобразив почтительное внимание. Феликс еще немного помолчал, сердито сопя, затем махнул рукой и вернулся к рассказу: - Дорога и впрямь оказалась долгой и трудной, как и предсказывал лис. Принц шел по ночам, чтобы не терять луну из виду, и ему пришлось столкнуться с множеством препятствий. Он узнал, что такое голод и боль, страх и отчаяние. Узнал, что такое предательство и коварство, не единожды встречался со злобой и презрением. Не раз ему пришлось спасаться и от разбойников, и от дикого зверья – и он не мог сказать, кто из них хуже. Мир людей и впрямь оказался таким, как описывали его друзья – негостеприимным, опасным и жестоким. Но вопреки всему, в нем было место добру. Например, однажды на дороге ему попался фермер, который позволил целый день ехать в своей телеге, отсыпаясь в душистом мягком сене после трудного перехода. В одной из деревень, когда он остановился у колодца, чтобы напиться, сердобольная женщина угостила его свежим хлебом. Он шел много ночей, и наконец впереди показались очертания гор. Луна сияла прямо над одной из вершин, и принц радостно прибавил шаг, думая о том, что скоро достигнет своей цели. Подъем оказался сложным и коварным. К утру, когда принц почти выбился из сил, он вышел на горный луг, посреди которого стоял шатер из звериных шкур. Возле него сидел человек и свежевал кролика. Стоило принцу подойти ближе, как он поднял голову и посмотрел на него горящими зелёными глазами. - Далеко ты забрался от своей родины, эльф. - Ты знаешь, откуда я? – удивился принц. - Знаю, - кивнул человек. – От тебя за версту пахнет нездешним ароматом их лесов. Слегка сбитый с толку принц понюхал рукав своей обтрепавшейся рубашки, но учуял только дорожную пыль и запах дождя, под который попал накануне. - Ты был в моей стране? Незнакомец помотал вихрастой темноволосой головой. - Все волшебные создания знают, где находится страна эльфов, но не всем дано там оказаться. - Почему? - Потому что мир людей, в котором мы живем, накладывает свой отпечаток, а попасть в страну эльфов может лишь тот, что невинен и чист душой, как младенец. Ты же сам эльф, как можешь не знать об этом? - Прежде я никогда не покидал свою страну, - ответил принц. - А кто ты? - Оборотень, - спокойно ответил незнакомец. – Живу здесь, подальше от людей, охочусь в свое удовольствие и пою песни луне. - Так ты знаешь, как сделать так, чтобы она услышала! – обрадовался принц. – Может, тогда тебе известно, как уговорить ее сойти с неба на землю? - Нет, - снова покачал головой оборотень. – Для этого нужно знать ее истинное имя. А его не знает никто – ни одна живая душа. Принц крепко задумался. Неужели он зря проделал весь этот долгий и трудный путь, но так и не сумеет достичь своей мечты, оказавшись в шаге от нее? - Даже если я не знаю его, я все равно должен попробовать. – Он решительно кивнул сам себе. – Я расскажу луне о том, как она прекрасна, и может, она меня услышит… Попрощавшись с оборотнем, он отправился дальше. На то, чтобы подняться на вершину самой высокой горы, у него ушло еще несколько дней. Когда принц наконец добрался до нее, уставший и продрогший от холодного горного ветра, луна предстала перед ним во всем своем великолепии. Огромная, сияющая, она была так близко – казалось, стоит протянуть руку. Но при этом оставалась все такой же недосягаемой. И тогда принц запел. Он пел о том, как шел сюда через равнины, леса и болота, и лунный свет освещал ему путь. Пел о том, как мерцает прохладное серебро ее лучей на речных камнях, и как бежит до самого неба по воде зыбкая лунная дорога. Он пел о ее сияющих ртутных стрелах, пронзающих полог леса, укрытого ночным мраком. Он пел о красоте этого мира под луной – и о том, чего лишен его собственный мир. О лиловых небесах своей страны, где мерцают лишь звезды в вечных сумерках. Об укромных рощах, полных деревьев, чьи ветви гнутся к земле под тяжестью плодов. Об изобилии и щедрости своей земли, о ее красоте и благодати – но и о том, что эльфы сами не знают, чего лишены, потому что никогда не видели великолепия луны. Он пел две ночи, а на третью, когда луна взошла прямо у него над головой, в ее лучах появился юноша. Волосы его были черны, как смоль, кожа светилась лунным серебром. Высокий и статный, он был так прекрасен, что принц эльфов замолк, изумленно разглядывая его. - Кто ты? - Я лунный принц. – Тот улыбнулся, и эта улыбка прошила сердце принца эльфов, подобно вспышке молнии, что вспарывает ночной мрак. – Я слушал, как ты пел, и мне стало любопытно, кто тот человек, который так влюблен в луну. - Я принц эльфов. И я надеялся, что луна сможет услышать меня и сойдет с неба, чтобы я мог взять ее в свою страну. - Что ж, я тебя услышал. Но не могу пойти с тобой. - Лунный принц сокрушенно развел руками. – Я не могу покинуть этот мир. Но мне так понравилось, как ты пел, что я готов выполнить три твоих желания. Принц эльфов задумался. Он не жалел о пути, который проделал, потому что с первого взгляда полюбил лунного принца так, как не любил никого и никогда. Однако мысль о том, что они не смогут быть вместе, потому что живут в разных мирах, разрывала ему сердце. - Хорошо, - тихо сказал он. – Тогда вот мое первое желание: позволь к тебе прикоснуться. Лунный принц протянул руку, и их пальцы переплелись. Изящная ладонь была прохладной, сильной, но при этом удивительно нежной. От ее прикосновения по коже принца эльфов побежали мурашки, а глаза лунного принца слегка расширились. Не размыкая рук, тот шагнул чуть ближе. - Ты получил то, что просил. Назови свое второе желание. - Позволь поцеловать тебя, - выдохнул принц эльфов. И лунный принц без слов наклонился к нему. Его дыхание было душистым, как спелые ягоды, а губы слаще любых плодов, которые росли в стране эльфов. Они были упругими и мягкими, теплыми и трепетными. От этого поцелуя у принца эльфов перед глазами замелькали искры. Он обнял лунного принца и не отпускал, пока не кончилось дыхание, которое они делили на двоих. Наконец они оторвались друг от друга, и лунный принц прижался лбом к его лбу, тяжело дыша. - Назови свое третье желание, - жарко прошептал он, и принц эльфов с трудом вспомнил, что… Что ты делаешь? За время рассказа чужие ладони незаметно пробрались под пижаму и теперь легко поглаживали бока. Феликс замолчал на полуслове, почувствовав невесомое прикосновение под челюстью, а Хёнджин вкрадчиво мурлыкнул: - Внимательно слушаю тебя. - Ты обещал больше не мешать! – Попытка напустить в голос строгости провалилась в зародыше, потому что крайне трудно возмущаться, когда мягкие губы, уже не скрываясь, прокладывают дорожку поцелуев по шее, а изящные длинные пальцы словно оставляют на коже инеевые ожоги. - Так я же тебя не перебиваю, - насмешливо хмыкнул Хёнджин. – Ты не отвлекайся, продолжай. - Но это же… ммм… это очень… м-ахх… сбивает… блять… - И вот даже сердиться на него невозможно, потому что когда Хёнджин обхватывает пальцами за подбородок и целует так нежно, тягуче и глубоко, разум отключается, будто щелкнули рубильником. На какое-то время Феликс выпал из реальности, забыв про свой рассказ и вообще про все на свете, пока Хёнджин не отстранился сам. - Так что там дальше? – По припухшим зацелованным губам блуждала лукавая улыбка, а темный взгляд утягивал в бездну, в которой хотелось раствориться без остатка. Слегка дезориентированный, Феликс непонимающе моргнул. - А? - Сказка, - нетерпеливо боднул его лбом в висок Хёнджин. – Я хочу услышать продолжение. - Мхм... Сказка, да… – Феликс невнятно булькнул, пытаясь привести дыхание в норму и собрать мысли в кучу. Получилось далеко не сразу, но в конце концов он выдохнул и запахнул свою пижаму, расстегнутую чьими-то чересчур проворными руками. Хёнджин наблюдал за ним с самодовольной улыбкой. Страшно захотелось стукнуть его и одновременно поцеловать, но вместо этого Феликс откашлялся и слегка охрипшим голосом продолжил историю: - Прежде, чем озвучить третье желание, принц эльфов долго собирался с мыслями. Все, чего он желал, прямо сейчас было у него в руках. Но что будет, когда ночь закончится? И как он вернется домой, в свою страну, зная, что больше никогда не увидит возлюбленного? - Позволь мне… - начал он, и лунный принц улыбнулся, начиная распускать завязки на своей рубашке. – Позволь узнать твое имя. Тонкие пальцы замерли, и лунный принц остановился, удивленно глядя на него. - Только имя? – спросил он. Глаза его были темны и глубоки, как беззвездное небо. - Да, - твердо сказал принц эльфов. – Чтобы я всегда мог тебя позвать. Потому что не представляю своей жизни без тебя. - Магия имен древняя и могущественная. Знание истинного имени дает великую власть над его носителем. Но тебе я готов его открыть. - Лунный принц поправил рубашку и приблизил губы к его уху. – Мое имя… Он прошептал его так тихо, что даже вездесущая ночь не услышала его звучания - только принц эльфов, и оно навеки отпечаталось в его сердце. Когда лунный принц отстранился, тот одними губами повторил его имя. Оно прокатилось по языку глотком прохладного серебра, ночной росой на мягкой траве, трепещущим кружевом теней под пологом зеленой листвы. - Теперь мы всегда сможем быть вместе, - сказал принц эльфов. – А я могу вернуться домой. Но каждую ночь я буду приходить в мир людей, чтобы увидеть тебя. На том они и порешили. Утром принц эльфов отправился в обратный путь. Каждую ночь, как только всходила луна, он звал своего возлюбленного, и тот спускался к нему с небес. Они проводили вместе время до утра, а с первыми лучами солнца принц эльфов шел дальше, окрыленный и наполненный своей любовью до краев, как сосуд сладким нектаром. В конце концов он добрался до леса, в котором жил серебряный лис. Тот проводил его к месту, откуда можно было попасть в страну эльфов, и там они попрощались. Радости эльфов не было предела, когда их принц вернулся. Он улыбался и кивал им, пел и танцевал на пиру, устроенном в его честь, а сам думал лишь о том, что скоро в мире людей наступит ночь, и его возлюбленный снова появится в небе во всем своем великолепии. В конце концов он незаметно ускользнул с праздника, поднялся на холм с каменной аркой и снова шагнул в земную юдоль. Он позвал лунного принца, и они снова провели ночь вместе, а наутро принц эльфов вновь вернулся в свою страну. Время шло, беззаботные дни в стране эльфов сменялись ночами, проведенными в мире людей вместе с лунным принцем. Все неохотнее они расставались по утрам, и принцу эльфов с каждым днем все тяжелее было возвращаться домой. Он вновь стал задумчивым и молчаливым, и как не пытались друзья отвлечь его, лишь качал головой и опять погружался в свои мысли. Тоска по лунному принцу снедала его сердце, и прежние развлечения больше не радовали. Однажды ночью, когда принц эльфов как обычно вышел из каменной арки в мир людей, он увидел, что на поляне перед ней горит костер. Возле огня сидел оборотень, которого он встретил в горах. При виде принца тот улыбнулся, блеснув белоснежными клыками. - А, эльф, влюбленный в луну. Ну что, смогла она тебя услышать? - Да, - кивнул принц эльфов, и рассказал ему обо всем. И о том, как они с лунным принцем полюбили друг друга, и о том, как тягостно жить в разных мирах, и о том, как все труднее ему возвращаться в страну эльфов. - Раньше попасть в мою страну было так же легко, как перейти мелкий ручей, - пожаловался он. – А сейчас я словно плыву против бурного полноводного потока. Оборотень кивнул. - Я предупреждал об этом. Мир людей изменил твою душу. - Изменил? Но как? – испугался принц эльфов. Он-то считал, что остался прежним, только набрался мудрости и опыта – как и планировал, когда впервые покидал свою страну. - Ты узнал на собственной шкуре, что такое отчаяние и страх, изведал горький вкус предательства и злобы. Познал страсть и любовь, тоску расставания, радость ожидания новой встречи. Все это чувства, присущие людям. Они наложили отпечаток и изменили тебя, поэтому страна эльфов все неохотнее тебя впускает – ты становишься слишком похож на человека. - И что же мне теперь делать? Оборотень пожал плечами. - Это очевидно. Отказаться от своего титула и жить с возлюбленным в мире людей. Или стать королем, но утратить навеки свою любовь. Решать тебе. Сердце принца эльфов сжалось. Он любил свое королевство всей душой, но уже не мыслил жизни без лунного принца. Попрощавшись с оборотнем, он поспешил в лес. Там, на берегу укромного лесного озера, он позвал лунного принца, и когда тот появился, поведал ему о нелегком выборе, с которым столкнулся. - Я люблю свою страну и своих подданных, - сказал он в конце концов. – Но тебя я люблю больше всего на свете. Лучше я разделю одну судьбу в мире смертных с тобой, чем проживу все эпохи мира в одиночестве. Лунный принц промолчал, и за это время принц эльфов успел испугаться. Что он может дать своему возлюбленному в мире людей? С какими трудностями им доведется столкнуться? Какую нужду придется терпеть? Справятся ли они с этим – оба привыкшие к иной жизни? Прикосновение к руке отвлекло его от тяжелых мыслей. Лунный принц переплел с ним пальцы и светло улыбнулся. - С тобой я готов отправиться куда угодно. И неважно, какими будут испытания, которые нам выпадут – главное, что преодолевать их мы будем вместе. На следующую ночь принц эльфов навсегда покинул свою страну. Никогда больше он не видел ее лиловых небес, не танцевал в шелковой траве под звездами, не вкушал сладость ее плодов. Постепенно из памяти изгладились лица и голоса друзей, а затем он и вовсе забыл дорогу к тому месту, откуда можно было попасть в страну эльфов. Но за все года, прошедшие за этим, он ни минуты не жалел о своем выборе. Феликс замолчал и взглянул на притихшего Хёнджина. Тот подтянул колени к груди и обхватил их руками, невидящим взглядом уставившись на огоньки гирлянды на елке. Прекрасное точеное лицо выглядело неземным, одухотворенным и немного печальным. Где-то за окнами загрохотал новогодний салют. Моргнув, Хёнджин перевел взгляд на Феликса и слабо шмыгнул носом. - Чудесная история. Это было так давно... Спасибо, что напомнил. Тонкие прохладные пальцы коснулись руки Феликса, и тот накрыл их ладонью, с тревогой вглядываясь в любимое лицо. - Ты скучаешь? - еле слышно спросил он после паузы. Подняв голову, Хёнджин глянул в окно с распахнутыми шторами. Там над крышами домов висела луна – полная и яркая, как серебряный шар. Ее лучи растворялись в свете огней города, и прохладное серебро таяло, не достигая земли – зыбкое и недолговечное, словно снежинка на ладони. Его отблески на мгновение отразились в глубине темных глаз. - Иногда, - тихо ответил Хёнджин и тут же мягко улыбнулся. – Но если бы была возможность выбирать заново - я бы снова выбрал тебя. И всегда буду - до самого конца времен.