Терпение.

С того момента, как Драко и Гермиона в последний раз разговаривали, прошло ровно три недели. В течение первой недели Гермиона полностью игнорировала Малфоя. Она избегала его, держась за Крама, как за спасательный круг. Она избегала любого контакта с ним: не смотрела в его сторону, не разговаривала и даже не вздыхала в его сторону. К концу недели Драко устал от постоянных попыток поговорить с ней и выяснить, что происходит. Ему было тяжело наблюдать за тем, как она избегает его, и он не мог ни закончить начатое, ни решить, что делать дальше. Гермиона, видя ревность своего альфы, на седьмой день даже поцеловала Виктора на глазах у всех. Драко с трудом сдержался, чтобы не начать драку, и, как она думала, это произвело нужный эффект. Однако ситуация развивалась совсем не так, как она ожидала. Как ни странно, Драко обиделся. Его омега вела себя ужасно, не оставляя ему ни единого шанса. А в последний раз, когда он увидел, как Гермиона смотрит ему прямо в глаза и даже слегка улыбается, его альфа почувствовал себя использованным. Она знала, что он ревнует, и знала, что ему это невыносимо. Но продолжала, при этом всё чаще и демонстративнее. В первый день второй недели Малфой наконец-то поймал Гермиону за локоть в коридоре. - Остановись, хватит. - Не понимаю, о чём ты. - Тогда ты права. Считай, что ничего не изменилось. Когда серые глаза её альфы опустились, словно грозовые тучи, и он просто ушёл, Гермиона впервые задумалась о том, что её поведение было недопустимым. Омега внутри неё начала сходить с ума от тревоги и волнения, ругая Гермиону за её поведение. На следующее утро Грейнджер пыталась найти взглядом платиновую макушку своего альфы, желая убедиться, что с ним всё в порядке. Но его не было рядом — ни в этот день, ни на следующий, ни в течение недели. Он взял больничный и уехал в Малфой Мэнор. Герми, правда, узнала об этом от Снейпа. - Профессор, можно? - Да, мисс Грейнджер? Девушка вошла в кабинет, прикрыв за собой дверь. Невооруженным взглядом было видно, что она вот-вот заплачет. - Профессор, Малфой... - Мой дорогой племянник уехал домой, его моральное состояние в упадке. Северус отвечал максимально серьёзно, хотя в душе не мог сдержать улыбку. Его партия определенно была почти выиграна. Дома Драко встретила Нарцисса. Она наблюдала за сыном несколько дней, а затем собрала всех за большим столом. - Люциус, наш сын страдает. - Мама, я не... Нарцисса опустила грозный взгляд на сына - никто не смел её перебивать. - И либо ты примешь, что Гермиона Грейнджер его омега и я буду видеть её невесткой, либо я подам на развод! Люциус и Драко сидели в шоке. Выражение лица главы семейства было нечитаемым. - Нарцисса, любовь моя, ты не смеешь ставить под сомнение наш брак. - Если такова цена счастья моего единственного сына - будь уверен, Люциус. Люциус знал свою жену. Она была непреклонна, но никогда не угрожала их семье. Молчание длилось долгих двадцать минут, но из-за стола никто не уходил. - Помолвка с Панси будет разорвана. Драко, пребывая в состоянии шока, с благодарностью взглянул на мать, на глазах его блестели слезы. Она нежно обняла сына, поцеловала мужа и с гордым видом удалилась в свой кабинет. Драко вернулся в Хогвартс, всё ещё чувствуя обиду и растерянность. Гермиона с нетерпением ожидала его. Она подсознательно начала избегать Виктора. Едва Драко вошёл в большой зал, она, уловив любимый запах, подняла голову. Их взгляды встретились: её заплаканное лицо и его уставшее. Малфой всё также не подал вида, Грейнджер проследила за ним глазами, однако в этот раз он сел далеко от Панси. Все стали спрашивать что случилось, и тогда Панси, все ещё оставаясь лучшей подругой Драко, сделала заявление. - Я расторгла помолвку с Драко, поскольку у меня и у него нашлись истинные партнеры. Прошу всех отнестись с пониманием к нашему решению. Гермиона не могла поверить своим ушам. Расторгнули? Прошла ещё одна неделя. Гермиона надеялась, что теперь их отношения изменятся, но альфа оставался непреклонным. Все по-прежнему обсуждали их громкий разрыв, но более свежей темой стали разговоры о том, кто же был их парой тогда. Панси пошла навстречу Блейзу Забини, который столько лет страдал рядом с ней, как Гермиона рядом с Драко. Сама же гриффиндорка ждала, когда же её суженный наконец решится всё прояснить. И не дождалась. К концу недели Миона обсудила всё с Крамом — они поняли друг друга и обоюдно расстались, но пока ещё ни перед кем не заявили об этом. Когда Виктор уезжал, Гермиона поднялась на астрономическую башню и провожала его взглядом. Драко учуял её по запаху и пошёл следом. Не обращать внимание на такие вещи было выше его сил, зато её запах наконец очистился. - Ну что, благо твоё уехало? Реакции не последовало. Гермиона лишь осторожно на секунду глянула ему в глаза, затем снова отвела их к полу и слезла с небольшого подмостков, направляясь к выходу и стараясь не коснуться Малфоя. Однако самого Драко это совсем не устраивало, и он остановил её за локоть. - Я со стеной разговариваю? Омега медленно второй рукой убрала его хватку, всё ещё не смотря ему в глаза. - Не трогай, испачкаешься. У альфы болезненно кольнуло сердце. Грязнокровка. В этот раз он двумя руками схватил Миону за плечи. - Хватит, Гермиона. Ты ведь рассталась с ним. Герми уже хотела возразить или сказать ему, что он ничего не знает, однако не успела. Драко прижал её к себе, перехватывая за талию, и стал носом проходится по шее омеги. - Не надо мне врать. Наконец этого запаха нет.