Бутылочка

Первое сентября. Девушка глазами пытается найти свою группу. А потом видит свою вроде как однокурсницу, которая машет ей рукой. Соня уголки губ приподнимает и шагает уверено к небольшому столпотворению людей. — Приветик, ты же из вет. сто одиннадцать? — Да, тут все из нашей группы? А куратор уже подходил? — Григорьева с любопытством осматривает тех, с кем проучится ближайшие пять лет. — Куратора ещё не было. Да и не все подошли, — девушка плечами жмёт, у неё кудряшки на лицо падают, она их рукой обратно зачёсывает, а затем улыбается, — я Саша. — Соня, — девушка руку протягивает и они пожимают в приветливом жесте. Первокурсников становится всё больше и больше. Григорьева назад смотрит и видит двух новоприбывших. Две девчонки нерусской внешности. И одну из них она цепляется взглядом. У той волосы чёрно-угольные собраны в хвост тугой и виски выбриты, взгляд достаточно суровой и строгий. Сама девушка одета в светлый костюм. А рядом с ней другая в платье чёрном облипку, которое не скрывало фигуры девушки и татуировки на шее. Соня у себя в голове заключает, что те двое друзья, ибо по ним было видно, что близки. Григорьева взглядом пересекается с той, которая в костюме, а та её с неподдельным интересом изучает, от чего Соня тушуется и глаза устремляет вперед, где было выступление. Кто-то начинает рассказывать про знаки зодиаков. И это тема становится намного интереснее, чем само представление. А уже через час они все сидят в огромной аудитории, где ректор всех поздравляет с поступлением, говорит напутствующие слова и желает успехов в учебе. Ведь они будущая "гордость" университета. От чего Софья себе под нос хмыкает, ага, как же. И нет, девушка мечтала поступить на эту профессию, только вот радости никакой не было. Личная жизнь пошла под откос, любимая девушка её бросила прям перед ЕГЭ и это сильно отразилось на её результатах. Мозг просто отказывался нормально соображать. Мать после этого очень наседала на неё, говоря о том, что нужно было меньше гулять с подружками и ходить на ночёвки. И вишенкой на торте — переезд за тысячу километров от друзей и родного города. В новом месте у Сони никого не было. Ни друзей, ни родственников. Она была одна и полностью разбита. — Мафтуна Абдиева, — гордо произносит ректор. И Соня видит ту самую девушку в костюме. Та шагает уверенно, благодарит ректора, пожимает руку и забирает свой студенческий билет. Из всех своих новых однокурсников Григорьева запомнила по имени лишь только эту девушку. *** Учеба на удивление проходит быстро. Знакомство с преподавателями, новые дисциплины и вечные мероприятия, из-за которых их частенько так снимали с пар. Григорьева нашла быстро общий язык Сашей и они ходили, как две подружки, всегда и везде вместе. И для Сони, как и для других было не секретом, что Мафтуна и Влада находятся в отношениях. Девушки этого не афишировали. Но это было просто видно. По взглядам, по жестам, то как они разговаривали с друг другом. И Соня даже им завидовала, жить вместе и учится с любимым человеком — это её мечта. Она этим горела больше года, пока находилась в отношениях, но её надежды и мечты рассыпались на маленькие кусочки. В глубине души Григорьева очень хотела тепла и понимания. Она пыталась знакомиться с девушками, гуляла, но никто не мог её зацепить. Бывшая любовь в её сердце поселилась и совсем не хотела от туда выходить. И вот наступил долгожданный день. Вся группа решила отметить поступление, и не важно, что уже была середина октября, как никак, к друг другу нужно было хоть немного притереться. А что может ещё их больше сблизить? Совместная пьянка. Григорьева проходится по домику, который они сняли на сутки. Внизу была небольшая кухня, зал, где два дивана и одно кресло. И что-то типа столовой, где стоял длинный стол, на которым уже находился алкоголь на любой вкус и цвет. От пива до водки. А на втором этаже было четыре комнаты с двухспальными кроватями и в каждой из них была своя ванная и туалет. И Соня очень надеялась, что в конце этой попойки она окажется на одной из этих кроватей, а не на жёстком диване внизу. Людей становится всё больше и больше. А музыка всё громче. Соня сидит рядом с Сашей и по чистой случайности с ней рядом оказалась Маф. За всё это время учёбы они ни разу не разговорили, лишь иногда перекидывались взглядами. — Давайте сыграем в бутылочку! — радостно восклицает Женя и почти все с большой охотой поддерживают эту идею и перемещаются на диван в зале. Соня присаживается на кресло, Саша отказалась от этой игры, предпочитая посмотреть на это всё со стороны. А Григорьевой не было особой разницы, она всё равно одинока, что она теряет, да и выпитый алкоголь уже давал о себе знать. Но, когда блондинка видит Маф, которая присаживается рядом, она округляет глаза. Софья смотрит на Владу, которая тоже решила отказаться от сия удовольствия и преспокойно попивала из своего стакана коньяк, стоя рядом Сашей и о чём-то разговаривая. Игра начинается. Целуются все, не отказываются. И неважно, парень с парнем, девушка с девушкой или парень с девушкой. Григорьева успела поцеловаться с одним парнем и девушкой. А потом бутылочка указывает на неё и Маф. У Сони сердце замирает, она взгляд бросает на Владу, но та никак не реагирует. Мафтуна же ухмыляется и тянется к блондинке: — Не трусь, малыш, — только и бросает Абдиева, руку кладёт на шею Сони и в губы впивается. И Соня сразу же поддаётся, чувствует властность, которая исходит от девушки. Мафтуна другой ладонью ведёт по талии, языком вторгается в чужое пространство бесстыдно, кусает, лижет, заставляя Сонечку задыхаться и чувствовать дрожь в коленях. А потом Абдиева отстраняется и подмигивает, а у Софьи щёки вспыхивают. Григорьева пытается дышать размерено, это просто игра, ничего большего. Но вот узел внизу живота, который стягивал до спазмов неприятно, говорил об обратном. И через пару раундов все устают и продолжают пить. Григорьева особо не следит за тем, что пьёт и сколько. Поэтому уже через час чувствуя слабость, наверх поднимается. Одна комната уже заперта, блондинка тащится в следующую и отпирает дверь. Девушка не включает свет и доходит до кровати, падая лицом на прохладные простыни. Усталость сразу накатывает и она прикрывает глаза, надеясь уснуть. Но неожиданный гость не дает ей погрузиться в сон. — Уже напилась, малая? — усмехается коротко Мафтуна, запирая дверь на замок. — Почему ты меня мелкой называешь? — Григорьева на локтях приподнимается, в темноте пытается рассмотреть черты лица девушки. — Я явно старше тебя, — Абдиева присаживается рядом, — я после техникума, а по тебе видно, что только школу закончила. Софья кивает только, информацию обрабатывая пьяным мозгом. Она понять не может зачем Маф к ней пришла. Неужели просто, чтобы поинтересоваться её самочувствием? Они же даже не общались толком. Абдиева тянется к девушке, ладонь кладёт на щеку, которая огнём горела. И губы блондинки своими накрывает, языком по ним проводит, посасываю нижнюю. А Сонечка выпадает. Замирает в моменте. А как же Влада? Они же с Маф вроде, как пара? — Ты чего, малая? — тянет насмешливо Маф, пальцами проводя по устам девушки, — до этого ты отвечала намного активнее на поцелуй. — У тебя же Влада... это как-то... — договорить ей не дают, приставляя палец к губам, на что Соня глаза округляет. — Забей просто, малыш. Сейчас это совсем не важно, — низким баритоном произносит Маф, мажет поцелуями по шее, убирая волосы золотистые, чтобы больше пространства было. А Григорьева шумно выдыхает, низ живота вновь жаром обдаёт и из губ вырывается томным стон, когда Маф начинает зубами оттягивать нежную кожу. Абдиева давит на плечи девушки, заставляя ту лечь на спину и нависает сверху. Вновь к губам припадает и в этот раз Соня отвечает активно, первая юркает язычком во внутрь сцепляясь с чужим, на что Маф только крепче в руках сжимает хрупкую талию блондинки. Мафтуна отрывается от губ желанных и стягивает футболку с младшей, также быстро разбирается с бюстгальтером. В ладони сжимает грудь округлую, пальцами играя с соском, а губами припадает ко второму, чуть зубами покусывает, а затем языком зализывает. Тем самым выбивает из Сони тихий стон. У Григорьевой грудная клетка тяжело вздымается, а в комнате повышается температура на несколько градусов. — Будь только тише, малая, — шепчет Мафтуна и опускается поцелуями вниз, ведёт по рёбрам, по плоскому рельефному животу, языком проходится по еле заметным кубикам, — бля, как ты ахуенна. А Григорьева смущается от таких слов жарких, губу закусывает, чтобы лишних звуков не издавать. Если их услышат будет не очень красиво. С тем фактом, что Влада скорее всего сейчас сидела внизу, ни о чём не волнуясь. Мафтуна джинсы девушки растягивает и снимает их сразу вместе с нижним бельём, сбрасывая всё с кровати. У Сони мурашки по телу проходятся от холодного воздуха, а потом она на бёдрах чувствует ладони горячие, плавиться начинает, внизу давно уже горело, а естественная смазка стекала на чистые простыни. Мафтуна любуется обнажённым телом, улыбается себе под нос, а затем целует бёдра, приближаясь к центру распаленному, вдыхает запах терпкий и языком мажет уверенно, поудобнее обхватывая ноги блондинки, не давая их свести вместе. Григорьева выгибается и ребро ладони закусывает, глаза жмурит. Её уже совсем не волнует, что у Маф как бы есть девушка, она просто хочет получить тепло и долгожданную разрядку. Мафтуна языком творит чудеса, причмокивает громко, со всей старательностью вылизывает, словно конфету смакует. Абдиева пальцы подключает, играется с клитором, пока языком спускается чуть ниже и проталкивает его вовнутрь, задевая мягкие стеночки, сладость всю собирая. Софья в волосы старшей пальцами забирается, к себе ближе тянет, стонет приглушенно и мечется по кровати, место пытается себе найти. Перед глазами звёздочки, а пальчики на ногах уже сводит. Мафтуна отрывается от своего занятия, чем вызывает у Сони стон негодования. — Открой ротик, малыш, — хрипит возбуждённым голосом старшая, вглядываясь в раскрасневшиеся лицо блондинки. У Григорьевой перед глазами дымка, а мозг плохо соображает, но она послушно губы раскрывает. Маф улыбается, гладит одной рукой по ляжке девушки, сжимает до красных отметин. Она погружает два пальца в горячий ротик младшей и та их старательно вылизывает, ощущая свой вкус. — Хорошая девочка, — Маф губы облизывает и выдыхает тяжело, эта мелкая ей голову сносила уже давно. Абдиева обратно вниз опускается, пальцами влажными по складочкам проходится, а потом медленно проникает в нутро раскалённое и тугое. Соня брови к переносице сводит, дышит через раз, простынь сжимает до белых костяшек. — Расслабься, малыш. Мафтуна оставляет влажный поцелуй внизу живота младшей и вниз спускается. Языком влагу собирает, внимание всё старается переключить, вылизывает старательно, а пальцами начинает двигаться внутри. Софья расслабляется и уже получает удовольствие, перед глазами всё искрит, а стоны становится тяжелея сдерживать. Она выгибается, сама на пальцы насаживается, по комнате разносятся звуки хлюпающие, вперемешку со стонами сладкими и сбитым дыханием обоих. Абиева чувствует дрожь чужую и понимает, что уже вот-вот. Накрывает своими губами чужие, чтобы младшую заткнуть, а пальцами только активнее двигает внутри. Софья задыхается и дугой выгибается, а потом падает без сил. Маф отрывается от чужих уст и целует в ключицу, вытаскивая пальцами, а затем облизывает по одному наглядно, смущая младшую. — Одевайся, малая, — Мафтуна на ноги поднимается и идёт ванную, чтобы смыть следы их время провождения. Софья на дрожащих ногах поднимается, натягивается нижние белье и слегка морщится от прохладной влаги. А после надевает на себя всё остальное. Тело совсем ватное, наверное, если она ляжет — уснёт моментально. — Малыш, спускайся после меня, а то потеряют все тебя, — Абдиева из ванны выходит, руки стряхивает и губы растягивает в самодовольной улыбке, — по лестнице только аккуратней, ножки то, наверное, совсем не держат. — Ага, спасибо, — Григорьева глаза закатывает, хотя прекрасно понимает, что в темноте этого не видно совсем. И через минут пятнадцать Софья всё же спускается, а ноги правда всё ещё дрожат. Она всех оглядывает, Саша ей улыбается и рукой машет, чтобы к ней шла. Маф с Владой сидит и за талию обнимают. Они со старшей взглядами пересекаются и Абдиева ей улыбается, губы облизывая. Соня глаза сразу же отводит, внутри червячок неприятный появляется, который на совесть давил. — Ты где была? — Саша на подругу вопросительно смотрит, щёку подпирая рукой. — Я уснула... перепила, — Григорьева по шее неловко проводит. И кто бы мог подумать, что обычная попойка с однокурсниками, может закончится сексом с тем, у кого уже есть пара. Но Григорьева мысли старается от себя подальше гнать. Она ни в чём не виновата. И жалеть ей точно не о чем. Но, видя липкий взгляд Маф на себе, Сонечка прекрасно осознает, что так просто теперь не отделается.