Прощение

Прости! Кая смотри на нее, теребя одну косичку. Глаза стали виновато-круглыми, и в них почти скопились слезы - так ей жалко. Прямо на лбу написано - прости! Все раздражение от царапины на клинке, который Лада бережно затачивала и полировала пол-утра, улетучивается от этих кругленьких оленьих глаз, полных вины. Кая по-другому воспринимает ее молчание, и, зажмурившись, начинает тараторить: — Ну не молчи, Ласточка! Прости-прости, я правда случайно, я тоже хотела попробовать заточить меч, а он соскочил, и- прости пожалуйста! Лада улыбнулась уголками губ. Как можно на это чудо обижаться? — Ну раз уж осталась царапина... нужно отполировать снова, правда? Кая спотыкается в своих извинениях и распахивает глаза, глядя на улыбающуюся сестру. — Ты не обижаешься? — Никогда. Пойдем, раз уж поцарапала, заточишь сама - я научу! Кая радостно подпрыгивает на месте, так что светленькая косичка подлетает вместе с ней, и кидается обниматься. — Спасибо, Ласточка! - она нетерпеливо тянет ее к столу! - я обязательно все заточу! А Лада не может сдержать улыбки. — Но не трогай без меня больше. Не поранилась хоть? И какая я тебе Ласточка!? Не называй меня так! Кая смеется и строит покорную мордашку. (Ее хватит на "Ладу" от силы на пару часов) Прости, Ласточка. Нам было так хорошо...

***

Прости! — Ласточка, Ласточка! Лада оборачивается. Удар летит мимо траектории, она сбивается. Из-за угла дома выглядывает улыбающаяся Кая. — Ну какая я тебе Ласточка! Не называй меня так! - но останавливается, слушая сестру — А я буду тренироваться, как ты? Я тоже хочу такой же камушек! - девочка со светлой завистью в глазах косится на ее перстень. У Лады опять растворяется все раздражение от прерванной тренировки. — Конечно, обязательно будешь, как дорастешь. У тебя будет такой же камень, не волнуйся. Лада собирается взять меч и вернуться к тренировке, когда опять слышит Каю. — Ласточка, Ласточка, а... — Я же просила, не называй меня так! Лада так и не доходит до положенного меча и бежит к сестре - защекочет, мало не покажется! Кая с хохотом кидается от нее к другому углу дома. — Ласточка, ласточка! Не догонишь! — А вот и догоню! И какая я тебе Ласточка, я же говорю! Они делают несколько кружков вокруг дома. Кая маленькая и быстрая, но Лада старше, так что все-таки догоняет ее, захватывая в жестокий старшесестринский захват. — Ууу, поймала! Кая хохочет и вертится ужом. — Хватит, хватит! Сдаюсь! Ласточка! За их возней Лада вдруг слышит какой-то звук из леса - не поняла толком, а как замерла, звук уже затих. Она нахмурилась. — Ласточка? Что-то случилось? — Пойдем-ка домой, Кая, странно это... В чаще зарычало нечто, скрытое в темноте и нацеленное на одиноко стоящий дом. Прости, что ушла тогда от тебя... Что позволила себе исчезнуть. Больше Ласточку я никогда не видела. *** Прости! — Когда я смогу вернуться домой? Я хочу к Ласточке! - Кая жалобно смотрит на взрослую женщину в кокошнике с властным взглядом и ярко-зеленым камнем в перстне. Тоже зеленым, как у Ласточки... Но Кае он не нравится. Таисия ласково улыбнулась. — Мы проведем обряд получения камня, и потом, если захочешь, ты сразу же вернешься, хорошо? — Но почему я не могу сейчас! Я хочу, чтобы Ласточка сразу увидела, что у меня будет такой же камень, как у нее! Таисия, не дрогнув, качает головой. — Так нужно, милая. Твоя сестра точно не будет против, если ты погостишь у бабушки с дедушкой. Она говорила тихо и мягко. Кая скучала, очень-очень скучала, поэтому поверила этому вкрадчивому голосу. Она вернется домой. Прости, Ласточка, что не могу вернуться. Ты, наверное, волнуешься за меня, места себе находишь. Я скоро буду дома! *** Прости! Кая смотрела на свой свой перстень. Ярко-зеленый камень на солнце сверкал и переливался тысячей лучиков, так же, как глаза сестры, когда та улыбалась. Перед ней - пустой, чистый лист, в руке перо, на столе резная чернильница. Таисия вдруг разрешила написать домой сестре - "Если хочешь, напиши всё, что есть сказать. А потом, если захочешь, поедешь домой". Это насторожило, но Кая не стала вдумываться - она так долго этого ждала! Хоть весточку! А потом домой! А сейчас смотрела на пустой лист, сжимая перо и вертя величественно-блестящий камень под солнцем из открытого окна. На бурно цветущих деревьях поют птицы, ласковый теплый ветерок приносит запах травы и цветов. Что есть сказать? А есть ли что сказать? Есть ли Ка... Йинелик что сказать? Она вглядывалась в пустой лист с золотыми узорами княжеского терема. Прекрасные золотые линии, вьющиеся и оплетающие края листка. Йинелик вспомнила меч сестры. Тот, который всегда ее так восхищал, своим стальным блеском, идеально прямыми гранеными выступами... Снова покосилась на вьющийся, сверкающий мед на листе. Стальной блеск в памяти потух, затягиваясь пеленой и уступая дорогу переливающемуся золоту. Она... поняла. Поняла, что хотела сказать Таисия. Она ее не держала. Просто, будучи старше и опытнее, знала ответ заранее. Им не о чем говорить. Прости, Лас.... Лада. Я не вернусь домой. *** Прости! Йинелик плачет, прижимая сестру к себе. Из раны хлестает кровь, заливая руки с ножом. На нее смотрят все. Главы Севера смотрят неверяще на мертвое тело своей хранительцы. Юг, наверное, рад - она не видит. Ей кажется, что она горит - ее захлестывает бушующее пламя, такое, что не остается ничего, кроме желания погаснуть навсегда. Почему!? Почему так больно!? Она все сделала правильно! Она убила своего врага чтобы спасти свою ветвь, чтобы спасти себя, чтобы спасти весь Юг! Она убила своего врага! Уничтожила главу Севера! На сырой земле, кажется, кровь рисует силуэт подстреленной ласточки. Она убила своего врага! Она убила... Прости. Прости, что предаю тебя снова! Что предаю тебя в который раз, Ла-.... Лада. *** Прости! — Хах, больше никаких Ласточек? На лице Лады - горькая усмешка. Йинелик трясет, она выпаливает: — Это все осталось далеко в прошлом! Там, где ты еще была жива! И сразу знает что врет. Потому что сейчас, говоря с Хранительницей Севера лицом к лицу, она не может верить в то, что та мертва. Зато знает и верит в другое - вот в этом она уверена. Лада Корнева жива. Мертва Кая Корнева. — Нет, нет, сестренка. Я жива... И уж точно не благодаря тебе! - в голосе Лады злость, и Йинелик не смеет поднять глаз, чувствуя, как льются слезы. Потому что Кая не верит, что ЛасточкаЛада может на нее злиться. Йинелик закрывает рукой глаза. Она убила ее! Убила Каю Корневу! Убила все, что ей дорого! Она не выжила. Не могла выжить. — Ты мертва, и ты останешься здесь! Кто мертва? Лада? Кая? Йинелик? А кто из них жив? — Нет, раз уж я стала Хранительницей Севера, я останусь ей до конца, Кая, - Холод и сталь. В голосе Лады холод, и сталь, и... еще что-то. Йинелик не видит, что это - закрывает глаза. — Меня зовут Йинелик-Костенец Фаворская, и это такой же факт, как факт твоей смерти! — Нет, тебя заставили думать так, Кая, - И Йинелик трясет. Потому что Лада залезает слишком глубоко. Потому что с каждым словом встряхивает стылый, хладный труп маленькой девочки с тоненькой косичкой и восхищением в глазах, дергает за безвольные плечи, заглядывает в потухшие глаза... - ты много лет пробыла на Юге, тебе промыли мозги, ты - Кая Корнева! Прости. Прости, Каи больше нет, я убила ее. Ты ее больше никогда не увидишь. Ненавидь меня, давай! Ненавидь меня... *** Прости! Прости-прости-прости меня! Лада лежит, раскинув руки, и судорожно пытается сделать вдох - сквозная рана не дает, и она задыхается. Йинелик рыдает, согнувшись над ней и прижимая остывающее потихоньку тело, и отказывается принимать это. — Зачем, зачем ты это сделала?! Зачем заставила себя ненавидеть?! Прости! Прости меня, Ласточка! Пожалуйста, не уходи! Я никогда не ждала тебя, а ты все возвращалась... Теперь я жду тебя! Не бросай меня! Не ненавидь меня! Пожалуйста! Вернись! — Чтобы... мы обе могли... выполнить свой долг, сестренка... Перед глазами плывёт и мутнеет. Лада уже почти не слышит звуков - зато видит лицо. Лицо Каи, с виновато-круглыми глазами и слезами. Тоненькая косичка, детские пальчики, полезшие к ее мечу... — Прости! - Лада не уверена, слышит ли это на самом деле, или образы прошлого забирают ее душу. Она слегка приподнимает уголки губ, на большее не хватает сил. Она хрипит: — Ну раз уж... осталась... ц-царапина... Она чувствует - зрение тоже подводит - как Каю сотрясает рыданиями. Кая... Йинелик... Какая разница, как тебя зовут. Какая разница, где ты и за кого ты. Ты можешь оцарапать мой меч, исчезнуть или убить меня - снова. Я не обижаюсь, никогда. Ты - моя младшая сестра. Как я могу не простить тебя?