Приглушенные крики

      Хосок почувствовал себя полностью опустошенным, когда все охранники вышли из комнаты, оставив его наедине с младшими участниками группы. Он не понимал, что только что произошло. Так много всего случилось, и он знал, что Намджун и Юнги теперь вернутся очень нескоро.       Он поднялся с колен, поднял метлу с пола и вздохнул. Он знал, что что бы ни случилось с Намджуном и Юнги, это будет что-то очень плохое. Как бы он ни любил Юнги, он понимал, что его парень поступил глупо и подверг опасности их всех. Но он также знал личность Юнги лучше, чем кто-либо другой. Это было похоже на то, как держать испуганного льва в маленькой клетке и постоянно тыкать его палкой. Разумеется, он рычал и пытался укусить руку, которая его тыкала. Поэтому все старались поменьше беспокоить Юнги и предпочитали держаться подальше. Но все они знали, что что-то подобное произойдет, они просто надеялись, что их спасут раньше.       — Что нам теперь делать? — захныкал Чимин, все еще стоя но коленях, на полу. Его большие глаза смотрели на своего хена, он казался таким маленьким, таким уязвимым.       Внезапно Хосок ощутил то, чего не чувствовал никогда прежде; теперь он был главным, он должен был защитить своих макнэ. Он был старшим хёном, и ему это не нравилось, но он не мог позволить, чтобы его братьям причинили вред.       — Хён? — заговорил Тэхён, помогая Чонгуку подняться с пола.       Покачав головой, Хосок сделал глубокий вдох, мысленно пытаясь подготовить себя к ответственности, которую он никогда не хотел.       — Мы справимся. Мы позаботимся друг о друге и останемся сильными, пока наш хён не вернется.       — Но как долго это продлится? — спросил Чонгук.       — Я почти уверен, что он сказал, что наказание Намджуна продлится двенадцать недель, — ответил Хосок, молясь, чтобы его воспоминания были верны, но при этом умоляя, чтобы их лидер не исчез так надолго. Что они будут делать без Намджуна так долго? Им нужен был их лидер. Особенно в этой ситуации.       Чонгук надулся, ненавидя саму мысль о том, что их хёна не будет так долго. И вообще, надеясь, что они не пробудут здесь так долго. Он надеялся, что их спасут намного раньше, но их похитители, похоже, были уверены, что этого не случится. Он хотел верить, что даже чувствуя свою безнаказанность, похитители не станут причинять им вреда.       Наверняка кто-то из них допустил ошибку или сделал что-то, что могло бы помочь полиции сузить круг поисков и привести их к этому месту.       — Как ты думаешь, с Джин-хёном всё в порядке? — спросил Чимин, наконец вставая с пола.       — Я уверен, что с ним все в порядке и он вернется к обеду, — ответил Хосок, хотя и не был в этом уверен.       После этих слов в комнате повисла тишина. Чонгук и Тэхён пошли спать, Чимин сел за стол и ждал, когда Джин вернётся, а Хосок догадался, почему Намджун убирался в комнате. Он не хотел, чтобы эти ублюдки нашли повод наказать их. Теперь он был хёном, и ему нужно было защитить младших, иначе Намджун и Джин никогда его не простят.       К тому времени, как настало время обеда, Чонгук приготовил немного еды, так как все они были слишком взволнованы, чтобы действительно много есть. После еды Чимин и Хосок вымыли и вытерли посуду, а Тэхён снова взял на себя ответственность убрать приборы. Когда наступило время ужина, все было почти так же, за исключением того, что Чимин взял на себя складывание столовых приборов в коробку, а Хосок помог приготовить ужин.       Но Джин так не появился ни к обеду, ни даже к ужину. Они спрашивали охранников о Джине, когда те входили в комнату, но их вопросы оставались без ответов. Это только заставило всех занервничать ещё больше.       — Я думаю, что свет скоро выключится, — сказал Хосок, выходя из ванной. Его волосы все еще были мокрыми и с них капала вода.       Тэхён кивнул в знак согласия. Было странно, что он уже привык к графику, который, установили для них похитители. Его не смущал ранний отход ко сну и заранее спланированные приемы пищи. Это сильно отличалось от их суматошного образа жизни, вечного недосыпа, жестких диет и того, что прежде они никогда не знали, когда их покормят в следующий раз.       — Пора идти спать, — сказал Тэхён Чонгуку, который сидел за столом с Чимином, пытаясь отвлечь рыжего от переживаний по поводу других участников группы.       Чонгук кивнул, вставая, как раз в тот момент, когда дверь в их тюрьму открылась, заставив всех четверых подпрыгнуть от удивления из-за неожиданного позднего визита.       Чимин мгновенно встал, спрятавшись за Тэхёном и Чонгуком, испугавшись, что они заберут и его от его мемберов. Последнее, чего он хотел, это остаться в одиночестве от остальных.       Четверо оставшихся участников повернулись к металлической двери, ещё надеясь, что Джин вернется после того, как пропал без вести тем утром, но в дверь вошел только один охранник.       Его взгляд упал на одного из макнэ.       На Чонгука.       Мгновенно Тэхён встал перед своим парнем. Что-то внутри него закричало об опасности, когда он посмотрел в глаза охранника.       — Чон Чонгук, следуй за мной, —строго приказал охранник по-английски.       Тэхён покачал головой, ещё больше заслоняя Чонгука, словно защищая его, и сердито глядя на охранника, предупреждая его глазами, чтобы он не пытался приблизиться к нему. Хоть он и не говорил по-английски, но это он знал. Ни за что на свете он не позволит этому ублюдку увести Чонгука куда-либо за пределы этой комнаты. Особенно если Тэхён не пойдёт вместе с ним.       Охранник рассмеялся, покачав головой в ответ на попытку Тэхёна, и вытащил пистолет, направив его на трио макнэ, стоявших у стола.       — Не усложняй ситуацию, Ким Тэхён.       Чонгук сглотнул, не зная, что делать, он не совсем понимал, что говорит охранник, но он не был глупым, он мог видеть взгляд, который этот человек бросал на него. Он был полон похоти и желания. Взгляд, от которого по его спине пробегали мурашки, а сердце колотилось от страха. Однако он не хотел, чтобы его друзья пострадали из-за него. Плюс, он был уверен, что этот человек ничего ему не сделает. Он надеялся, его заставят позвонить или написать кому-то с требованиями о выкупе. Что-то, что могло бы помочь им выбраться отсюда. В конце концов, он не сделал ничего плохого, чтобы разозлить своих похитителей, так что у них не было причин причинять ему вред, и их главаря тоже не было. Казалось, что без его приказа с ними ничего плохого не случится.       Он положил руку на плечо Тэхёна, прежде чем выйти из-за его спины.       — Хён, пожалуйста, мне нужно идти, — прошептал Чонгук, прежде чем сделать шаг к охраннику.       Тэхён обернулся, схватив Чонгука за плечо и не давая ему двигаться дальше.       — Ты что, дурак? Он может причинить тебе боль.       — Я не думаю, что он… — пробормотал Чонгук, — Кроме того, если я не пойду, он наверняка причинит боль тебе. Я… Если тебя подстрелят… У нас нет выбора. Намджуна-хёна и Юнги-хёна не будет несколько месяцев, я не хочу, чтобы тебя тоже забрали.       — Пойдем, Чон Чонгук, не заставляй меня стрелять, —крикнул охранник, быстро теряя терпение по отношению к айдолам.       Тэхён глазами умолял своего парня не уходить, но он видел, что Чонгук не слушал. Они оба знали правду. Они знали, что ни у кого из них не было выбора, но это не означало, что им должно это нравиться. Он был парнем Чонгука. Он обещал защитить его, и вот он позволяет монстру забрать его, видя этот взгляд похотливого хищника. Какой парень добровольно отдаст своего возлюбленного такому человеку?       Младший покачал головой, увидев мысли, кружащиеся в глазах Тэхёна. Он наклонился, поцеловав его в губы, прежде чем отстраниться.       Он знал, что Тэхён обещал защищать его, но сейчас настало его время защитить Тэхёна.