Часть 18
25 ноября 2024 г., 17:00
Джин провел руками по своим каштановым волосам, пытаясь успокоиться. В его груди было так много эмоций, что ему хотелось кричать.
Чонгук все еще не ел и не разговаривал.
Может быть, другие (за исключением Тэхёна) старались не принимать это слишком близко к сердцу, но Джин так не мог. Он постоянно думал о том, почему Чонгук оставался зарытым в его простыни. Состояние младшего расстраивало его все больше и больше с каждым приемом пищи, пока Чонгук лежал голодный на своей кровати.
Успокоиться не помогало и то, что завтрак был несколько часов назад, и Чхольсу мог прийти за ним в любой момент. Он склонился над раковиной в ванной, пытаясь не заплакать. Он должен был быть сильным ради остальных, ведь он был самым старшим. Если Намджун мог быть таким сильным даже после наказаний, то он тоже мог.
Он не понимал, почему Чхольсу так зациклен на нем. Его раздражало то, что ему приходилось оставлять своих товарищей, чтобы провести время с этим ублюдком. Но сегодня у него была миссия: вечеринка. Она должна была состояться. Ему нужно было достаточно умаслить Чхольсу, чтобы попросить его об одолжении.
— Джин? — позвал Намджун, входя в ванную.
Джин глубоко вздохнул, прежде чем обернуться и увидеть в дверях своего парня.
— Они здесь, — пробормотал Намджун.
— Ладно, — сказал Джин, смаргивая слезы, прежде чем они испортили бы его макияж.
Намджун подошел к Джину, соединив их губы в глубоком поцелуе. Он почувствовал, как руки Джина обвились вокруг его шеи, углубляя поцелуй, пока они ласкали языками друг друга. Это был самый глубокий поцелуй, который у них был с тех пор, как они попали в это место. Всего на несколько мгновений они забыли, что за ними со всех сторон наблюдают бесчисленные камеры. Может быть, они привыкли к ним, во всяком случае, научились их игнорировать по сравнению с тем, когда они оказались здесь впервые.
— Эй! — раздался голос охранника.
Намджун и Джин тут же отстранились друг от друга, сделав шаг назад, когда в комнату вошел охранник, направив пистолет на двух айдолов.
— Вы оба! Немедленно выйти из ванной, — угрожающе приказал охранник.
Намджун посмотрел на охранника низшего ранга, но все равно подчинился. Оружие не давало им возможности для спора.
Когда они вошли в зону гостиной, коробка с обеденными принадлежностями уже стояла на столе, а холодильник был открыт. Хосок и Чимин сидели за столом, ожидая, когда им разрешат готовить, а Тэхён стоял рядом с Чонгуком, защищая его.
— Ким Сокджин, Чхольсу хочет, чтобы ты составил ему компанию за обедом, следуй за нами, — приказал Рапунцель.
Джин не спорил. Сегодня у него была миссия: поговорить с Чхольсу о вечеринке и попросить у него всё необходимое. Без воздушных шаров и гирлянд они не смогли бы сбежать.
Он, как обычно, последовал за охранниками в столовую, где Чхольсу уже сидел за столом. В комнате ничего не изменилось, кроме новых цветов в вазах.
— А, Ким Сокджин, ты здесь, замечательно, — улыбнулся Чхольсу, вставая со своего места.
Джин стоял неподвижно, когда Чхольсу поцеловал Джина в щеку. Это было то, о чем он не рассказывал Намджуну. Первые несколько раз Чхольсу ограничивался лишь поцелуем в руку, однако в последние несколько дней он уже целовал Джина в щеку. Он изо всех сил старался не съежиться, как в предыдущие дни. Сегодня он должен был сделать Чхольсу счастливым.
— Твоя одежда в ванной, пожалуйста, переоденься, — сказал Чхольсу.
Не споря, Джин сделал так, как ему было сказано, снова переодевшись в одежду, которая идеально сидела на его фигуре.
— Ты такой красивый, — ухмыльнулся Чхольсу, — Ты всегда очень красивый.
Джин решил не отвечать на этот комплимент. Хотя ему нравилось, когда его хвалили за внешность, слышать похвалу от Чхольсу он не хотел.
Они оба сели на свои обычные места, и Чхольсу ухмыльнулся, как и всегда, когда они оставались только вдвоем. Джин сидел тихо, он всегда старался не начинать разговор первым, поэтому вместо этого ждал, когда заговорит Чхольсу.
— Я слышал, Чон Чонгук еще ничего не ел, — начал Чхольсу.
Джин кивнул в знак согласия. У них был тот же разговор и вчера.
— Я же приказал тебе заставить его есть, — недовольно сказал Чхольсу.
— Я не могу запихивать ему еду в глотку, — парировал Джин как можно вежливее, но это все равно прозвучало грубо.
Ухмылка скользнула по лицу мужчины, заставив Джина закрыть рот и опустить взгляд на стол.
— Если он не поужинает сегодня вечером, то будет отделен от группы до тех пор, пока не сделает этого, понятно?
Джин сглотнул и кивнул в знак согласия.
— Не только сегодня вечером, Ким Сокджин, с этого момента ни один участник не должен пропускать ни одного приема пищи, ясно? — продолжил Чхольсу.
— Да, — ответил Джин, у него было предчувствие, что Чонгуку это не понравится, но он знал, что Чонгуку еще меньше понравится разлука. В каком-то смысле, это было им на пользу, по крайней мере, их не заставляли голодать.
— Хорошо, — сказал Чхольсу, прежде чем взять бокал красного вина и сделать глоток.
Джин поднял голову, глубоко вдохнув, он предположил, что сейчас самое подходящее время, чтобы поговорить о Юнги.
— Чхольсу, я хотел поговорить о Юнги…
Мужчина поставил свой бокал обратно, как раз, когда двери открылись, и вошли два охранника, неся две тарелки с одинаковыми блюдами из рыбы и овощей. После того как блюда были поставлены на стол, охранники покинули столовую.
— Мин Юнги, а что с ним? — спросил Чхольсу, взяв вилку, — Что ты хочешь о нем узнать?
— Когда он вернётся? Н-нам его не хватает, — проговорил Джин.
— Вернется, никуда не денется. Недель через пять, — прямо сказал Чхольсу.
— Он не может вернуться сейчас? Я уверен, что он уже сожалеет о том, что сделал. Клянусь, это больше не повторится, — настаивал Джин, хотя и знал, что вечеринка по случаю возвращения Юнги была частью плана побега Намджуна, но он всё равно хотел, чтобы Юнги вернулся как можно скорее. Чем дольше Юнги был вдали от них, тем большей опасности он подвергался.
Ухмылка не сходила с лица Чхольсу, давая Джину ответ, который он и так знал. Наказание не отменят досрочно. Он почувствовал, как его сердце болезненно сжалось, он так сильно хотел, чтобы Юнги вернулся раньше, чем ожидалось.
— Тогда… Я хотел бы устроить вечеринку по случаю его возвращения.
Чхольсу вопросительно поднял бровь, откусывая кусок. Он долго жевал, прежде чем проглотить, и ответить.
— Вечеринка? Я не думаю, что это необходимо.
Джин покачал головой.
— Это очень важно. Юнги наш брат. Мы были вместе со времен трейни, а теперь его нет. Мы все расстроены, и мы скучаем по нему, особенно Хосок, мы хотим его вернуть…
— Он вернется, — ответил Чхольсу, — после своего наказания.
— Мы хотим отпраздновать его возвращение. Это будет полезно для всех нас. Это сблизит нас и поднимет нам настроение. Хосок очень расстроен, Чонгук почти не встает с кровати, Тэхён очень переживает из-за него, Намджун и я тоже в стрессе, вечеринка отвлечет нас от всего этого, — утверждал Джин.
Чхольсу откусил еще немного еды и кивнул.
— Что ж, допустим, но это будет иметь свою цену.
Джин замер на слове «цена», он не знал, что имел в виду Чхольсу, и не был уверен, что хочет это узнать. Но вечеринка была частью плана Намджуна по их пробегу. Не было ничего важнее. Он согласился бы на что угодно, если бы это означало, что они смогут выбраться отсюда.
— Ты согласен, несмотря ни на что? — спросил Чхольсу.
— Я согласен, если ты согласишься на всё, что мы захотим для вечеринки? — предложил Джин.
— Почему нет? Это же ваша комната, вы можете попросить что угодно, в разумных пределах, — сказал Чхольсу.
— Тогда я согласен» — сказал Джин.
Широкая ухмылка появилась на лице Чхольсу, когда Джин согласился, заставив Джина внезапно пожалеть о своём согласии.
— Хорошо, моё условие очень простое: с этого момента вы с Намджуном должны прекратить свои отношения. Если я увижу что-то неподобающее и расценю это как проявление чувств между вами двумя, вечеринка будет отменена, понятно?
