Нашейный подарок

Зонтик больше любил дарить подарки, чем получать их. Дарение, правда, всегда сопровождалось неловкостью, потому что братья начинали благодарить его и — например, червовые, — даже целовать временами. Поэтому Зонтик всей душой любил анонимный новогодний челлендж, Тайный Санта, выдуманный Фёдором — дарение было абсолютно инкогнито, и остальные могли лишь предполагать, кто им и что подарил. В этом году Зонтику достался Феликс, и треф провёл несколько дней, на полученные от Фёдора деньги собирая валету черв сладкий бокс. Так уж получилось, что Феликс обожал сладкое, а значит, это был лучший подарок. Не особо любящий ходить по магазинам, Зонтик, однако, в этот получал настоящее удовольствие — в помещении пахло имбирём и ванилью, везде висела мишура, да и праздничный дух хорошо отразился на лицах приходящих людей, словно осветлив их внутренней энергией. Обычно новогодние покупки были муторным занятием для большинства, но до самого праздника ещё была куча времени, и дедлайн пока не наступил. А Зонтик, проходя мимо очередного прилавка, решил добавить в бокс и сухофрукты. Его подарок привёл Феликса в настоящий восторг. Ну, что взять со сладкоежки! А вот подарок, который ему на правах ведущего протянул Фёдор, заставил Зонтика внутренне задрожать. В небольшой коробочке нейтрально-бежевого цвета лежал красивый чокер серебристого цвета, с тонкими кожаными ярко-голубыми вставками. Выглядело красиво, если не задумываться, к чему был такой подарок. — О-о-о! — Ромео, успевший заглянуть в коробочку, расплылся в шаловливой ухмылке. — Какая прелесть! И кто у нас даритель? Зонтик захлопнул коробочку и густо покраснел. К счастью, все остальные были заняты своими подарками — кажется, Вару (ну а кто ещё любил зелёный цвет!) презентовал Куромаку журнал очевидно порнографического содержания, и это вызвало многочисленные бурления, — и его реакцию заметил только Ромео, понимающе покачавший головой. И Пик. Зонтик буквально ощущал его пристальный взгляд, заставивший спину моментально покрыться каскадом мурашек. Пиковый король сидел на диване и, кажется, не был сильно заинтересован в дарительном челлендже. Однако, когда Зонтик искоса глянул на него, едва заметно улыбнулся — лишь слегка приподнял кончики губ, но и этого хватило, что Зонтик всё понял и прижал коробочку к груди. Сердце тотчас волнительно забилось, а к щекам, и без того красным, прилил дополнительный жар. Подарок от Пика… Это даже звучало дико. Но реальность была иной. После дарения все расползлись по делам. Червовые убежали в магазин за жрачкой, по пути пообещав заглянуть в пиццерию и забрать Федин заказ — благо, они были достаточно похожи, чтобы закутанными в шапку сойти за него. Куромаку пошёл составлять сметы, Федя с бубновыми стал наряжать ёлку, которую накануне вырвал во дворе Пик. Пиковый король, скептично посмотрев на их потуги в украшательство, заявил, что пойдёт готовить оливье. — Ты идёшь со мной, — буркнул он, схватив за ухо Вару, который очень уж плотоядно глядел на ёлку. — Ты уверен, что его присутствие на кухне необходимо? — Фёдор вынырнул из коробки с игрушками и подозрительно посмотрел на валета пик. Тот в ответ скорчил недовольную рожицу. — Хочешь, чтобы он остался здесь? — Пик хмыкнул, заметив промелькнувший в глазах Создателя ужас, и добавил: — Вот и славно. Зонт, идём тоже, будешь на подхвате. Зонтик, сидевший на кресле в обнимку с коленями, вскочил и, прижимая к себе коробок с подарком, направился к нему. Данте проводил трефа задумчивым взглядом, перевёл его на Пика и слегка улыбнулся. На кухне, как всегда, царил бедлам. Клоны очень плохо готовили и постоянно тренировались в этом навыке. Обучаться выходило не очень продуктивно, зато уборки с каждым разом требовалось всё больше. Пик захлопнул дверь, отпустил Вару и указал на заляпанный чем-то стол: — Тряпка на батарее. За дело, валет. — Так точно, папочка! — пискляво произнёс Вару и с недовольным пыхтением направился в сторону окна. Пик же перевёл взгляд на Зонтика. — Будешь нарезать, — решил он, доставая яйца из холодильника. Зонтик кивнул и, поставив коробочку на край стола, взял нож. Готовить он любил. Медитативное занятие, успокаивающее. Тем более что из всех клонов готовить у него получалось лучше всего. Вероятно, потому, что он никуда не спешил и старался не отвлекаться на разговоры или разборки. Ровные пласты солёных огурчиков, выловленных из банки, украсили доску. Зонтик пересыпал их в миску и принялся за колбаску. Её требовалось нарезать бретельками. А потом — яйца, которые Пик к тому времени сварил. — Хорошо справляешься, валет, — раздался сзади голос Пика. Зонтик обернулся, но так и не понял, кому тот это сказал, ибо Пик смотрел и на него, и на Вару, который, высунув язык от усердия, натирал стол смоченной в «Мифе» тряпкой. Треф вновь принялся за нарезку, но никак не мог сосредоточиться. Пик подошёл и встал сзади, заглядывая ему за плечо, и тёплое дыхание слегка шевелило волосы на затылке, заставляя Зонтика покрываться мурашками. От Пика исходило тепло, а его руки, лёгшие на стол по бокам от Зонтика, поймали трефа в ловушку. — М-м-м… Выглядит аппетитно. — Пик сказал это нейтральным тоном, но Зонтик всё равно почувствовал гордость за свою работу. Взгляд пикового короля тем временем переместился на коробочку, и в его голосе появились новые нотки: — Как тебе подарок? Зонтик выдохнул. — К-Красиво, — промямлил он и слегка прикрыл глаза, когда Пик легонько прикоснулся носом к его уху. — Я рад, — прошептал он в это же ухо. — Примеришь? Вару оторвался от стола и со смешливым прищуром посмотрел на них. Зонтик ответил ему ясным и не менее весёлым взглядом. Прошло то время, когда он боялся валета пик, много с тех пор воды утекло… и не только воды… Пик достал из коробочки чокер и аккуратно надел его на шею Зонтика. Сталь холодила, вызывая противоречивые чувства. Зонтик коснулся чокера пальцами и провёл ими по кожаной вставке. — Никогда не видел ничего похожего, — тихо признался он, на что Вару, хрипло фыркнув, заметил: — И не увидишь. Ты ж у нас правильняшка, не лазаешь по сайтам для взрослых!.. — С-Сайтам для… взрослых? — Зонтик удивлённо моргнул. Зелёные очки Вару замерцали от удовольствия, а, обернувшись, Зонтик увидел, как и Пик наконец-то открыто ухмыльнулся. — Это… это что-то… неправильное? — Всё правильное, что не наносит вреда, Зонт, — заметил Пик. Кинув быстрый взгляд на дверь, он сильнее навалился на охнувшего трефа и, слегка качнув бёдрами, вдавившись в ягодицы Зонтика своим напряжённым сквозь штаны органом, добавил мурлыкающе: — Ты такой нерешительный, валет… Думаю, тебе нравится, когда тобой… управляют. Зонтик прикусил губу и, не сдержавшись, подался назад. Он чувствовал сквозь две пары штанов, каким горячим и твёрдым был Пик, и это осознание заставило его задышать тяжелее. Пик выдохнул — и в следующий миг, схватив Зонтика за кольцо на ошейнике, потянул вниз, к полу. Зонтик понятливо бухнулся на колени и поднял голову. На него сверху уставились прищуренные глаза, сверкающие, как два начищенных ярких гелиодора. — Он тебе очень идёт, — признал Пик, и Зонтик, словно красуясь, сильнее запрокинул голову, чтобы дать пиковому королю лучший ракурс для обзора. — В нём ты такой… противоречивый. Невинный и развратный. Как… — …черв, — хмыкнул Вару, и Зонтик почувствовал, как тот, подойдя сзади, провёл ладонью по слегка вьющимся лохматым бирюзовым кудрям. — Только не такой болтливый. — Конечно. Рот он использует для другого… — Пик слегка потянул за кольцо, притягивая Зонтика к себе и прижимая к своему горячему телу. Треф почувствовал под щекой влажное пятно, проступившее на штанах Пика, и задрожал. Он прикрыл глаза и потёрся щекой, заставив Пика зашипеть. — Д-да… Мне нравится… работать ртом, — тихо произнёс Зонтик, и оба пиковых вздрогнули. Их троица встречалась уже больше трёх месяцев, но ни Пик, ни Вару никак не могли привыкнуть к время от времени вырывающимся изо рта Зонтика пошлым фразам. — О-отлично… — Пик, облизав губы, вновь растянул их в ухмылке. — Тогда, может, продемонстрируешь? Зонтик пожал плечом и потянулся к молнии на штанах Пика. За эти три месяца он делал подобное так часто, что почти перестал смущаться. Самым сложным было начать, вот с этим и правда были проблемы. Продолжать казалось куда как легче. Он вытянул крупный орган в получившуюся расщелину и, не церемонясь, провёл по нему языком, собирая влагу. Пик шумно вздохнул сверху и крепче сжал колечко на ошейнике. — Молодец, — прошелестел он, зная, как похвала заводила непоседливого трефа. Зонтик на миг прикрыл глаза, после чего медленно погрузил головку члена в рот и принялся мусолить её языком, искоса поглядывая на Пика снизу. Этот взгляд больших голубых глаз, обрамлённых длинными девчачьими ресницами, всегда действовал безотказно. Пик дрогнул в хватке Зонтика и слегка приоткрыл рот. Его жёлтые глаза затуманились, а дыхание потяжелело. Вару кинул быстрый взгляд на дверь, после чего присел так, чтобы скрыть Зонтика от того, кто рискнул бы войти на кухню, пока её оккупировали пиковые. Он снова провёл руками по струящимся меж пальцев бирюзовым локонам, после чего крепко сжал их, заставив Зонтика сдавленно вскрикнуть. Впрочем, почти сразу вскрик превратился в придушенный стон. Зонтик прикрыл глаза, расслабился, позволив Вару перехватить запястья другой рукой, и полностью отдался на волю пиковых. Демонстрация доверия — вот как бы назвал это Куромаку. Пиковые же никак это не называли — их просто умиляло такое отношение Зонтика к ним. — Такой послушный, — пробормотал Вару, крепко сжимая волосы Зонтика и дёргая за них, направляя трефа, буквально насаживая его на член своего короля. — Не каждая девка может похвастаться таким. Особенность масти, м? — Спроси… у Куро, — слабо улыбнулся Зонтик, когда член ненадолго покинул его рот. Пик присел на стул, и Зонтик скользнул меж его коленей. Водопад бирюзовых волос разлетелся повсюду. Пик запустил в него пальцы, пропустил сквозь них лёгкие, будто невесомые, локоны и, склонившись, оставил на макушке осторожный поцелуй. Он крайне редко был ласковым, и Зонтик прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Волосяные ушки Пика дёрнулись, а из глубин груди вырвался мурлыкающий стон, когда прохладная ладошка трефа обхватила его обслюнявленный член. Зонтик медленно провёл по нему рукой, туда-сюда, слегка сжимая головку — и пиковый король, коротко зашипев, дрогнул. Он зарылся в чужие волосы носом, прижмурил глаза, наслаждаясь, а Вару, обхватив Зонтика со спины, ревниво засопел. Зонтик встрепенулся и протянул руку в его направлении. Пик сел ровнее и проморгался. Сильный оргазм буквально выбил его из тела. На миг он снова ощутил себя духом — но в этот раз не было никакой тьмы, ничто не держало его взаперти. Он вознёсся и пронёсся по космосу, по великой и необъятной Вселенной, сквозь время и галактики. Уже сколько оргазмов он испытывал, а всё не мог привыкнуть к этому моменту чистейшего наслаждения, когда он сам будто начинал состоять из свободы, к которой стремился всегда, когда осознавал себя. Тряхнув головой, Пик нашёл взглядом валетов и увидел, что те, не обращая на него внимания, вовсю развлекались. Зонтик лизал Вару, как котик, милое большеглазое создание в плотном ошейнике, а Вару, сосредоточенно сопя, мягко потирал Зонтика за ушами, зная, что там ему становилось хорошо. Ромео как-то называл подобные зоны на теле — и у Зонтика они находились как раз за ушами. Пик опустился рядом и, схватив Зонтика за длинные ноги, слегка раздвинул его бёдра, чтобы иметь доступ к самому сокровенному. Треф игриво вильнул задницей и сам раздвинул ноги. И был вознаграждён за это. Мозолистые пальцы Пика, привыкшие к тяжёлой работе на автомойке, являлись не самыми приятными вещами в мире, но когда их подушечки касались простаты, о мозолях думалось меньше всего. Зонтик громко застонал, и Вару, отстранившись, зажал ему рот. — Тихо, голубой, — прошипел он, пощипывая набухшие соски трефа. — А то Создателя удар хватит. Да уж, ударом бы тут не ограничилось. Если с пиковыми, в принципе, можно было предположить что-нибудь похожее, но вот с Зонтиком… К счастью, видимо, компания бубновых действовала на Фёдора куда более сильно, чем казалось вначале. Зонтик дрожал в руках пиковых, беспомощно хватаясь за их одежду. Ошейник поблёскивал в свете люстры, напоминая о своём существовании. Наслаждение накатывало волнами, и каждая новая волна была сильнее предыдущих… Пока однажды цунами не настало, накрыв всё вокруг пеленой шипящих оргазмических брызг. Зонтик тяжело дышал, выталкивая изо рта горячий воздух. Он словно лопнул, как воздушный шарик — и склеился вновь из сотни мельчайших деталей, как феникс, восставший из пепла. Сердце билось, как бешеное, грозясь выскочить из грудины, а горло пережимал ошейник, который Вару в пылу страсти затянул туже. От недостатка воздуха кружилась голова, и Зонтик вновь и вновь впадал в неизвестность, становясь никем и всем, пока пиковые не додумались расслабить блестящую игрушку на потной шее. Приток свежего воздуха казался чем-то удивительным и ярким, как сон. Зонтик лежал на спине, медленно приходя в себя. Вару придерживал его голову, положив на свои колени, и тихо поглаживал его по волосам, бурча под нос что-то невнятное. От него пахло сексом и мужскими феромонами — теми самыми, что веками сводили с ума представительниц прекрасного пола. И Зонтик мог бы признать, что это самый приятный запах, который он когда-либо нюхал. Пик склонился над ним и легонько похлопал по щекам. — Ты как, Зонт? С нами? — с нотками тщательно скрываемой заботы поинтересовался он, когда голубые глаза перевелись на него. Зонтик моргнул, а потом несмело кивнул. Уже какой раз он получал так много эмоций одновременно… но этот раз был особенным. Слишком ярким и насыщенным. Неужели это всё из-за подарка Пика? — Эй, у вас там всё хорошо? — послышался за дверью приглушенный голос Фёдора, и трое клонов, не сговариваясь, подскочили. — Да, с чего бы быть иначе? — гаркнул Вару, швыряя мочалку в мойку. — А что, ёлка уже похожа на красотку? Фёдор, засунувший в приоткрывшуюся дверь голову, подозрительно прищурившись, осмотрел кухню, однако ничего необычного не обнаружил и, вздохнув, капитулировал. — В процессе, — бросил он и добавил уже из гостиной: — Кончайте тут, наши уже поднимаются! — О да, — пробормотал Зонтик, помешивая получившееся… ну, будем называть это оливье. Да, скилла у них всё же пока не хватало. — Кончать тут - это мы можем. Пиковые переглянулись и, не выдержав, захохотали. А Зонтик, подумав, вскоре к ним присоединился, рассеянно поглаживая ошейник-чокер. Что ж, Тайный Санта с каждым годом нравился ему всё больше и больше. А получать подарки оказалось так же приятно, как и дарить.