История Алана

      Настали выходные. Я лежал на кресле, смотря шоу «Бойцы кухни» — любимую телепередачу Саймона. Сам дядя лежал в соседнем кресле и посмеивался с каждой шутки ведущего. У нас дома стоял один из этих старых, пыльных, небольших телевизоров, который по всем правилам приличия нужно было выкинуть ещё лет десять назад. Я сонно щурился в поисках очков. И когда нашёл их на ощупь, надел и проверил телефон. Было одно непрочитанное сообщение: «Кейси: завтра тусовка у девахи с экологического. Пойдёшь?»       Идти мне не хотелось, но отказываться тоже пока не решался. Уже представлял себе, как буду стоять на этой тусовке с чашкой чего-то странного и обсуждать биоразлагаемые упаковки, пока все вокруг будут говорить о том, как потрясающе «экологично» всё, что они делают.       В конечном итоге я не придумал, что ответить, и отложил телефон, продолжая пялиться на финалистов шоу. Саймон с кряхтением встал с кресла и стал его заправлять. — Нужно переставить микроволновку. Ты поможешь? — спросил с хрипотцой в голосе дядя. Две недели назад у нас на кухне отпала дверца ящика, и приделать её обратно, даже совместными усилиями, не получилось. Тогда мы решили, что сделаем из ящика полку и переставим туда микроволновку. — Помогу, конечно, — согласился я и тоже поднялся по примеру Саймона. — Я приготовлю яичницу. Ты будешь? — спросил дядя, и я кивнул, сдирая полотенце с сушилки и направляясь в душ.       Стоя под струёй тёплой воды, я вспоминал, что с нашего с Джейденом разговора в коридоре прошло уже три дня. И за эти три дня мы не пересеклись и даже не писали друг другу. А что, собственно, писать? Мы вроде и не поругались, но и момент, на котором расстались, был весьма неприятен. Я защитил Кэти, чем, как предполагал, взбесил Джейдена. Кэти же, наоборот, писала каждый день. Но это было обычно, и я бы, скорее, удивился, если бы она этого не делала. Даже тогда, пока стоял в душе, она уже написала три сообщения, в которых пожелала доброе утро, спросила, чем планирую заниматься, и скинула фотографию своего кота.       Когда вышел из душа, вытерся, то, как всегда, надел чистую рубашку и брюки. Причесался, протёр очки, побрызгался одеколоном. После такого ритуала я чувствовал себя готовым к любому дню. А этот день мне предстояло провести с Саймоном.       Дядя стоял посреди кухни и задумчиво чесал затылок. Свою порцию завтрака уже, видимо, съел и думал, как же нам перенести микроволновку на новую импровизированную полку. Он даже не пытался притвориться, что знает, что делает. Но мне это нравилось. В этих его маленьких слабостях было что-то родное и успокаивающее.       Я взял тарелку с яичницей и, подперев стену, стал завтракать неспеша, наблюдая, как дядя в очередной раз делает неудачную попытку поднять микроволновку, сдвигая её на полсантиметра. Это было почти комично. — Наверное, надо просверлить небольшую дырку для провода, — задумчиво протянул я. — Думаю, ты прав, — Саймон согласился. — Принесу дрель.       Он прошёл к комоду, стоящему в коридоре, и вытащил из него ящик с инструментами.       Я подумал о том, что у Джейдена наверняка часто ломаются вещи. Значит ли это, что и подобный контейнер с гайками и болтами у него имелся? А если имелся, получается, и с дрелью он обращаться умел? — Помоги-ка тут, — вырвал меня из размышлений Саймон. Я послушно отложил тарелку и помог дяде вытащить разломанный ящик. — Принесу маркер, чтобы отметить, где сверлить, — я кивнул, соглашаясь. — А ты уверен, что провод дотянется? — Да, должен, — ещё раз прикидывая в уме, задумчиво и тихо ответил дядя.       Саймон просверлил дырку в ящике, и мы стали корячиться с микроволновкой, пытаясь впихнуть её туда. Такие бытовые вещи всегда были приятны. В первую очередь потому, что я чувствовал себя полезным и нужным, закрывая таким образом потребность в аффилиации. А во вторую потому, что в подобные моменты мы не ссорились с Саймоном — мы были командой. — Я думал поехать сегодня за продуктами, хочешь со мной? — наконец, включая провод в розетку, спросил дядя. — Ещё спрашиваешь? Конечно, хочу.       Мы справились. Маленький успех заставил улыбнуться нас обоих, и Саймон вернулся в комнату, чтобы сменить домашний халат на футболку и джинсы.       Ещё больше, чем что-либо чинить или переставлять вместе с Саймоном, я любил ездить с ним за продуктами. В магазине мы, как старые приятели, жаловались друг другу на цены, выбирали, что будем готовить, и всегда покупали что-нибудь новенькое на пробу. Конечно, в большинстве случаев это «что-то новенькое» оказывалось полнейшей дрянью, но были и удачные находки. Например, жвачка со вкусом корицы, которая понравилась как мне, так и Саймону. Мы даже до сих пор иногда её вспоминали, смеясь, как много нам пришлось перепробовать, чтобы наконец найти ее.       Но мои мысли снова унесло в сторону Джейдена. Я представил его в магазине с тележкой, задумчивого и выбирающего лапшу быстрого приготовления. «А у него есть список продуктов, которые он всегда покупает в магазине? Или он только пиццей питается? Ну, вряд ли, конечно, пиццей. У него же дома были спагетти...»       Я снова потянулся к телефону. На экране высветились сообщения от Кэти, Кейси и Лиззи — привычный список. Но вот от Джейдена не было ни слова. Я мельком просмотрел все сообщения, ответил на пару, убеждаясь, что ничего важного не пропустил. — Готов? — спросил Саймон, беря с тумбочки ключи от машины.       Мы с ним давно заметили, что наш старенький «Шевроле» не радовал своей скоростью. Он был больше как верный друг, с которым не спешишь, а просто наслаждаешься моментом. У легковушки был слегка побитый вид: помятый бампер, облезла краска и, конечно же, царапины на дверце со стороны водительского сиденья. Всё это придавало машине свой особенный характер, выделяющий ее среди остальных. «Джейден, скорее всего, тоже умеет водить. Просто зачем ему ездить на машине, когда до университета десять минут пешком?» — в голове в одно мгновение промелькнуло, как Джейден разгонялся по городским улицам, и я невольно усмехнулся.       Мы уселись в машину, пристегнули ремни безопасности, и Саймон аккуратно тронулся с места. Он вел машину как опытный водитель, плавно, без лишних движений. Это был его стиль: спокойствие, уверенность, строгость к правилам. Я мог бы поспорить, что у него не было ни одного штрафа за вождение.       Мы остановились на светофоре. Дорогу переходила счастливая пара с собакой. — Ты бы хотел завести собаку? — задумчиво спросил Саймон. — Не знаю, — я ещё раз посмотрел на парочку. — Нет, не хотел бы. А ты? — Иногда я задумываюсь выгнать тебя из дома и взять лабрадора, — засмеялся Саймон. Я тоже улыбнулся. — Шучу, если что. — Знаю.       Подъезжая к супермаркету, перед нами снова открылся знакомый, почти родной пейзаж. Пара кривых деревьев, которые уже давно потеряли свой былой зелёный блеск, растерянно цеплялись за землю, как будто не понимали, как здесь оказались. Кусты, стриженные с явным минимализмом, не то чтобы выглядели заброшенными, но тоже не радовали глаз. Всё это окружало яркую неоновую вывеску с названием магазина, которая сверкающим светом будто заявляла: "Добро пожаловать в этот мир обычных покупок". Людей было, как и обычно по выходным, гораздо больше, чем в будний день, и все они стремились попасть в супермаркет, как если бы от этого зависела вся их неделя. Стоянка была почти полностью забита, но, к счастью, для машины Саймона всё-таки нашлось местечко — в самом конце, между двумя старенькими фургонами, которые явно стояли тут не первый месяц.       Мы припарковались, не без усилий, и вошли в раздвижные двери супермаркета.       Магазин, как и любой другой в городе, не отличался ничем особенным: низкие потолки, тусклые лампы, полки, на которых всегда не хватало чего-то нужного. Но этот был наш. Каждую неделю мы с Саймоном приезжали сюда. Это место стало частью нашей привычной жизни.       Но в голове опять проскользнула мысль о Джейдене: «Где он покупает продукты? Наверняка в магазинах поприличнее этого... Может, в таких, где витрины чистые, полы блестят, а продавцы в костюмах с галстуками. Там наверняка не стоишь, как мы, в очереди по сорок минут...»       Саймон взял тележку, и та, стуча колёсиками по плитке, покатилась между рядов. Я шёл рядом, неспешно осматривая полки, вглядываясь в яркие упаковки, которые щедро обещали вкусовое разнообразие, но редко когда оправдывали ожидания. — Давай приготовим картошку? — предложил Саймон, а я покривился. — Не. Давай лучше салат какой-нибудь. — Можем и салат, и картошку, — справедливо заметил дядя. — Ты иди возьми что хочешь, мне надо ещё масло для машины посмотреть. — Хорошо.       Мы разделились, и я завернул в отдел с попкорном. Набрал штук десять разных вкусов. Попкорн у нас никогда не пропадал. И теперь, когда микроволновка обрела новое место жительства, хотелось ею воспользоваться поскорее. После этого я направился к рядам с газировками. Взял банку с лимонным напитком, потом ещё одну — с вишнёвым вкусом. В глазах мелькали разноцветные бутылки, но мысли как всегда цеплялись за другое. «А что понравилось бы Джейдену?» — подумал я, скользя взглядом по ярким этикеткам. «Может, он предпочёл бы что-то менее сладкое? Или, наоборот, что-то с изюминкой?»       Ко мне подъехал Саймон, и я выложил всё, что успел набрать в тележку. — Хм, а помнишь, мы во вторник хотели что-то купить? Это было важно, и ты даже записал на бумажке, — спросил Саймон, задумчиво поглаживая усы. — Да-а-а, — тихо протянул я. — Не помню, что это было. — А! Батарейки для пульта! — воскликнул дядя. — Да, точно. А у тебя хорошая память для старика, — посмеялся я. — Боже, мальчик, да у нас разница в возрасте лет десять. — Да ну? Мне двадцать, а тебе? Сорок семь? — Саймон хохотнул, и мы перешли в раздел электроники. Там взяли батарейки и пару лампочек.       Так мы обошли весь магазин, набрав целую корзину всякой всячины: шарики для пинг-понга, чипсы, новую открывашку для бутылок. И тут я внезапно почувствовал некую вину. — А тебе мама отправляет деньги? — спросил я у дяди. Голос мой, наверное, звучал взволнованно, я не мог это скрыть.       У нас был уговор. Я оставался у Саймона, пока не закончу университет, а родители отправляли деньги на мое существование. Вот только с родителями я не выходил на связь уже больше недели. Они не отвечали на звонки, не звонили сами, а только передавали всё через Саймона. Вскоре, узнал всё также от дяди, что моя младшая сестра заболела, и у родителей просто не было ни сил, ни времени на старшего ребенка. Такое уже случалось — когда родители влезли в крупный долг, игнорировали меня почти две недели, чтобы не тревожить своими проблемами. Это казалось несправедливым, и я яростно пытался им это объяснить. Но в ответ слышал: «Просто ты слишком эмпатичный, Алан. Срываешься с места, чтобы помочь нам, забывая, как важна сейчас учеба». Вот и приходилось смиряться, ждать, когда они наконец позвонят с извинениями и сообщат, что на праздники точно приедут к нам. Или, может быть, позовут к себе. — Не беспокойся об этом, — уклончиво ответил Саймон и нежно похлопал меня по спине.       Покупки были оплачены, и мы вернулись к машине. Закинули пакеты в багажник, уселись на привычные места, и я сказал: — Я рад, что ты мой дядя.       Мужчина поднял глаза и меланхолично посмотрел куда-то вдаль. На лобовое стекло упало несколько капель. Начался дождь. — Иногда я слишком парюсь из-за некоторых вещей, — виновато сказал Саймон. — Но я тоже рад, что ты мой племянник. И что ты такой, какой есть.       Мы сидели неподвижно, кажется, целую минуту, а потом Саймон включил дворники, и мы выехали с парковки. И как я не старался, не думать не получалось. Вопрос возник сам собой: «А какая семья у Джейдена? У него есть дядя или, может, тетя? Они часто общаются друг с другом?»       Когда мы приехали домой, то стали разбирать продукты по полкам. В микроволновку закинули готовиться попкорн, а в пульт вставили новые батарейки. Шоу «Бойцы кухни» закончилось еще в полдень, и теперь по каналу шёл фильм. Мы сели смотреть его, подремывая и перекусывая. Саймон выглядел умиротворённым, жевал снеки и изредка отходил покурить. В стаканах пузырилась вишневая газировка, а в духовке запекалась картошка. День принес в себе приятную усталость, такую, когда ты чувствуешь себя наполненным чем-то хорошим и тёплым. И только когда я лег спать, то вдруг понял — я весь день думал о Джейдене.