Глава 23. «Брат и сестра»
9 марта 2025 г., 14:10
Сначала Арс проводил своих друзей, а после стал собираться вместе с Антоном. Он хотел проводить своего парня до дома, чтобы подольше побыть с ним. Шли они держась за руки. Правда, Антон был сначала не уверен в этом действии. Мало ли кто увидит из знакомых, да и живут они в стране, где не принято такое. Но Арс его убедил не волноваться. Когда парни подошли к нужному подъезду, они остановились, повернувшись друг к другу.
– Пока, – попрощался младший, смотря в глаза мужчине.
– Пока, принцесса, – Арс слегка наколнился и кратко поцеловал в губы парня, – не забудь пожалуйста поговорить с Ирой. А то встречаться сразу с двумя людьми как-то не очень.
– Да я помню. Поговорю обязательно. Просто это не так легко, понимаешь?
– Понимаю конечно. Ладно беги. Если что пиши, звони. Пока каникулы можем ещё не раз погулять.
– Конечно. Люблю тебя, – впервые Антон сказал эти слова, и обоих будто током прошибло.
Антон скрылся за дверью подъезда, а Попов ещё минуту остался стоять, улыбаясь. В этот же подъезд, пройдя мимо него, зашла девушка с молодым человеком и пакетами из магазина в руках, пристально косясь на Арса. Учитель не предал этому значения и ушёл обратно к себе домой.
Когда младший зашёл в свою квартиру к нему почти сразу вышла мама, став распрашивать его, всё ли хорошо, как он провел время со своей "девушкой".
– Мам, ну всё хорошо. Видишь живой и здоровый, – Антон, разувшись, увидел что двух пар обуви не хватает, – а где сестра и её парень? Они уже уехали? – немного взволновано спросил он, ведь если это так, то он слишком мало провёл времени с сестрой.
– Нет, не волнуйся, они в магазин ушли. Вот вот должны уже вернуться, – ответила ему мама и ушла обратно на кухню.
В этот момент Антон слегка напрягся. Если, по словам матери, они вот вот должны вернуться, то как бы они не заметили то, что было пару минут назад у подъезда. Шаст впал в ступор прям в коридоре, но это прекратилось, когда замок на входной двери снова издал щелчок.
– А вот и Вика с Максимом. Антош, помоги разобрать сумки, – в коридор вернулась Майя.
И да, действительно это были они. Шастун сделал глубокий вдох и стал разбирать принесённые пакеты с продуктами. Ведь это ещё не факт, что они увидели, как парень целуется с мужчиной. Но эта надежда была вмиг разрушена, когда шатен увидел хитрый взгляд сестры с ухмылкой.
– Антоша, братик, как погулял вчера? – спросила его, будто наигранно, Вика и обняла, – чуть позже поговорим, – сказала она уже намного тише на ушко младшему брату, а после с непринуждённой улыбкой отстранилась.
Антона слегка затрясло, но быстро собравшись, он доразобрал пакеты и мигом ушёл в свою комнату. Он присел на кровать и вплел руки в волосы, чуть сжимая светлые пряди волос.
Это конец. Она всё знает. Она точно расскажет матери.
Шаст ударил кулаком в подушку от злости на самого себя и отчаяния. Он прилег на кровать тяжеловато дыша, уже представляя у себя в голове разговор сначала с сестрой, а затем с мамой. Пролежал он так несколько минут пока в комнату не зашла сестра. У Антона мгновенно сжалось всё внутри.
– Пойдём на балкон, – довольно спокойно сказала Вика.
Парень встал и пошёл за сестрой на балкон, находящийся в спальне мамы. Раньше это была спальня отца тоже, но после развода эта комната стала принадлежать только Майи. На полках больше не стоят совместные фотографии, огромный шкаф на половину пуст, вторая тумбочка возле двухспальной кровати также почти пустая. Но такая картина уже привычна.
Брат с сестрой вышли на балкон, и вторая достала из кармана сигареты и зажигалку. Достав одну, она протянула открытую пачку младшему, предлагая взять ему. Но тот, неуверенно помотал головой, ведь сестра не должна знать о том, что парень курит.
– Ой, да брось. Я видела у тебя в комнате в мусорке под столом пустую пачку. Я не мама, ругать за это не собираюсь, – она хмыкнула.
– Ну да, когда мама спалила тебя с сигаретой в руках столько крика было, я помню, – Антон усмехнулся и всё же взял сигарету.
– Ага. Ты только давай чуть быстрее кури, пока мама на кухне сидит. А то влетит мне за то, что дала тебе.
Шатен кивнул и сделал первую затяжку выпуская изо рта дым, котрый заполнил лёгкие, в открытое окно. Парень уже забыл, зачем они здесь вдвоём стоят.
– Так ты у нас оказывается... гей, да? – спросила резко Вика, на что получила лишь тяжёлый вдох, – да не загоняйся ты, повторю, я не мама. Мне всё равно кого ты трахаешь, девушек или парней. Хотя наверное тот мужчина скорее тебя трахает, чем ты его, – она тихо посмеялась, смотря на брата.
– Ой иди в задницу... – Шаст закатил глаза.
– Расскажи хотя бы о нём. Хороший то?
– Очень, не представляешь как. Он такой... добрый, заботливый, красивый. Он мой классный руководитель. И... я на него сразу же запал. Оказалось, что это взаимно, – рассказывал Антон, а его глаза сияли.
– Я очень рада, что ты нашёл своего человека. Я ни в коем случае не буду рассказывать это маме, но посторайся как-нибудь сам донести до неё это. Я не думаю, что она может как-то негативно к этому отнестись. Ты ж её сын, – она притянула к себе парня и крепко обняла его.
– Хорошо, я попробую, – он обнял в ответ, – спасибо Вик, ты лучшая.
– Мы ж брат и сестра, я всегда тебя поддержу, ты же знаешь, – она потрепала брата по волосам, – помню как ты прибегал ко мне в комнату в слезах по ночам, когда тебе снились плохие сны. Как ты мне в 13 лет записывал слёзные голосовые, что тебя обижают в школе. Я была готова в ту же секунду приехать в Воронеж и навалять всем кто тебя обижал.
– Помню... – продолжил Антон, – когда ты в 16 лет пережила первое расставание, ты пришла ко мне в комнату и обняла, рыдая мне в плечо. А я в 10 лет не понимал, что произошло и думал, что у тебя просто что-то болит.
– Ты хоть и толком ничего не сказал и не поддерживал, но тогда мне было достаточно просто твоё присутствие. Я люблю тебя братик. И в следующий раз, чтобы я первая всё знала о тебе. Хорошо?
– Хорошо. Я тоже тебя люблю, – они обнялись ещё крепче.
В спальню зашла Майя. Антон с Викой тут же выкинули свои сигареты в окно и отстранились друг от друга.
– Что вы там делаете? Вика, учишь курить его или что? – строго спросила женщина, – идите на кухню есть, позорники, – тихо посмеялась она.