Долговременное бесчувствие

— И что нам с тобой делать, принцесса? — задала риторический вопрос Мари, держа Эмму на руках. Маринетт только сейчас осознала, как быстро она согласилась посидеть с Эммой. Нет, последить за ребёнком своего начальника было не так трудно. Просто... Она не продумала чем можно занять маленького ребёнка четырёх лет... Маринетт любила планировать и рассчитывать всё наперёд, но когда по воле обстоятельств у неё не было чёткого плана, её это нервировало. Вот и сейчас она стоит с ребёнком на руках и не знает чем её занять, чтобы не было скучно. Сводить в кафе или погулять? Можно. Возможно, она возьмёт с собой свой скетчбук и разрешит малышке порисовать. Большинство детей её возраста любят рисовать. Вообще, Маринетт считала, что нет проблем в том, чтобы придумать чем увлечь ребёнка. Главное иметь хорошую фантазию, умение находить выход из любой ситуации и правильный подход к ребёнку. Иногда идя на компромиссы. — Хочу конфетки, можно? — сказала девочка, посмотрев на Мари щенячьими глазками. Это был запрещённый приём. Маринетт никогда не могла устоять перед детским обаянием. — Хорошо... — задумавшись протягивает девушка, — тогда пошли в магазин? Я куплю тебе любую шоколадку, — уже бодро добавила Мари, улыбнувшись Эмме. Конечно, она не обязана тратить свои кровно заработанные деньги на хотелки по сути, чужого для неё ребёнка, но... Ну вы только посмотрите на эти милые зелёные глаза, они словно свежая листва, которую ласкает рассветный луч. Почему-то именно этого ребёнка хотелось тискать и радовать. Мари хихикнула, смотря на радостное личико малышки и направилась к выходу. Весна. Погода тёплая, поэтому девушка посчитала, что одевать Эмму не стоит, тем более у неё не было ключей от шкафчика, и она не знала где находятся вещи девочки. Мало ли они в шкафчике Агреста? Нет-нет-нет, лазить там она не станет Маринетт выходит из здания, направляясь к пешеходному переходу. Ей нужно пересечь дорогу, пройти пару домов, завернуть за угол, и вот он — магазин. Маринетт заходит в помещение и направляется в отдел со сладостями. — Выбирай, принцесса, — Мари улыбнулась, а девочка активно начала рассматривать ассортимент. Маринетт умилялась детскому восторгу. Для неё это было бесценно. Эмма не могла выбрать что хочет, поэтому они ещё какое-то время походили по магазину, пока малышка звонко не сказала: — Мари, можно это? — показывая куда-то пальчиком. Девушка перевела взгляд туда, куда указала Эмма. Небольшие шоколадные пирожные. Мари улыбнулась. — Конечно можно, бери, — говорит она и подходит ближе, чтобы ребёнок смог взять желаемый дессерт. Мари рассматривала пирожные, они действительно были очень красивые. Мари не сомневалась, что тяга к прекрасному и чувство вкуса у Эммы от отца. Девушка усмехнулась сама себе. Каждое пирожное — это настоящее произведение мастерства, которое обязательно оставит яркие впечатления. На гладкой поверхности пирожного видны тонкие линии из нежнейшей шоколадной глазури. Внутри – мягкий, воздушный бисквит, пропитанный лёгким сиропом, и нежный крем, который тает во рту, оставляя незабываемое послевкусие. Пирожное украшено свежими фруктами, ягодами и орехами, которые подчёркивают его изысканность и создают эффектную композицию на тарелке.  — Будешь ещё что-нибудь брать? — вопросительно посмотрела на Эмму Маринетт, на что девочка отрицательно покачала головой. — Нет, я больше ничего не хочу, спасибо большое, — сказала Эмма, держа в руках упаковку с лакомством. Мари кивнула и направилась к кассе. — Какая у Вас милая дочка, — сказала продавщица, пробив товар. — Что? Нет-нет, это не моя дочь, меня попросили с ней посидеть, — протараторила Мари, отдавая пирожные Эмме. Девушка была ошарашена. Она же совсем непохожа на маму. Тем-более на маму этой девочки. — Оу, правда? Извините, пожалуйста, вы так мило смотритесь, я подумала... — начала оправдываться продавщица, но Мари улыбнулась и тихо сказала: — Всё нормально, не переживайте, — девушка пожелала продавщице хорошего дня и вышла из магазина. Мама? Нет, она совсем не похожа на маму. Маринетт так долго была одна, что уже не может видеть себя в этой роли... — А я бы хотела, чтобы ты была моей мамой, ты добрая и хорошая, а ещё ты красивая и похожа на фею, — внезапно говорит Эмма, заставляя Мари хихикнуть. — Ну что ты, ты же совсем меня не знаешь, вдруг я злая мачеха, м? — спрашивает Мари. Её беспокоило безграничное доверие Эммы. Это могло выйти боком малышке, а Маринетт этого никак не могла допустить. Эмма смотрела на неё своими большими зелёными и такими выразительными глазами, явно не понимая о чём говорит Мари. — Почему? — невинно спрашивает малышка и Маринетт поражённо улыбается. Эмма безоговорочно самый прелестный ребёнок, которого она когда-либо встречала. — Послушай, солнышко, я лишь хочу добра тебе. Нельзя безгранично доверять каждому встречному-поперечному, — на послелних двух словах она забавно скорчила лицо, чем рассмешила Эмму. — Почему? — вновь поступил вопрос от хихикающей Эммы. Что ж, видимо, разговор будет долгим. Она направилась обратно в офис. Мало ли Адриан захочет повидать дочь в перерыве между совещанием и важной встречей и не найдёт ни Маринетт, ни Эммы. Мари вздрогнула от представленной картины и немного ускорилась. Конечно, такой шанс очень мал, но всё-таки есть малая доля вероятности. Брюнетка тяжело вздохнула. — Я просто не хочу, чтобы потом у тебя были проблемы. Не все люди хотят тебе исключительно добра. Я понимаю, это очень трудно осознать, и я не прошу тебя делать этого, просто... будь аккуратнее, пожалуйста... — умоляюще сказала она, и Эмма прижалась ближе к Мари, обнимая её. — Хорошо, я не хотела тебя расстраивать, не грусти, — тихо сказала малышка. — Я просто хочу защитить тебя, малышка, — голубоглазая поцеловала ребёнка в висок. — Я понимаю, — сказала Эмма. Она впервые чувствовала такое... материнское тепло?

***

Маленькая Эмма не помнила свою мать или, если быть точнее, не знала вовсе. Эмма всегда говорила: — У меня нет мамы, но есть папа и он самый лучший, — она всегда улыбалась. Несомненно, она знала, что её мама не умерла, а просто оставила их, тем не менее Эмма не чувствовала острой потребности в маме. Ведь у неё замечательный папа, и им хорошо вдвоём. Она слышала, как иногда её папа с кем-то ругался по телефону: — Да что ты говоришь, она не была нужна тебе, а тут ты резко вспомнила, что у тебя есть дочь?! Какая же ты всё-таки стерва.. — раздражённо говорил папа на повышенных тонах кому-то, думая, что дочь в это время сладко спит в своей комнате, видя десятый сон, но никогда нельзя быть уверенным, что ты скрыл что-то от кого-то на сто процентов. Вот и Эмма на самом деле в такие моменты не всегда спала. Она просто тихо лежала личиком к стенке, а из приоткрытой двери в детскую комнату было плохо, отрывками, но всё-таки слышно разговор отца с таинственной женщиной, которая, судя по разговору: "Безответственная, аморальная девка, что оставила свою дочь, игнорируя её существование" Эмма всё понимала, судя по разговорам "таинственная женщина" — это её мама, а "дочь, которую эта безответственная женщина оставила, забыв про него существование" — сама малышка. Сначала девочке было грустно от этого факта, но она же вообще не должна была этого знать. Чистая случайность и стечение обстоятельств. Хоть Эмма была маленькой, но она уже достаточно умная, чтобы осознать это. Первое время она была обижена на отца. "Почему он мне не рассказал?" Потом эти мысли отошли на второй план, потому что Эмма поняла, что не хочет ничего знать про женщину, которая её родила. Несомненно она хотела, чтобы у неё была мама, но добрая-добрая, любящая, хорошая... Эмма понимала, что её родная мама совсем не такая... Малышка с нескрываемой завистью смотрела на детей из своей группы в садике, когда их забирали мамы. Смотрела на то, как они любят их, обещая купить всё, что дети захотят, смотрела как их мамы о них заботятся... Она тоже хотела так. Конечно, у неё был замечательный папа, который старался окружить её заботой и вниманием, старался, чтобы его дочь ни в чём не нуждалась, но.. Эмма понимала, что мама это что-то другое... И каким каким бы замечательным не был её отец, он не сможет заменить ей фигуру матери, в которой она так нуждалась. Адриан это видел. Как бы Эмма не старалась скрыть свои эмоции и чувства по этому поводу, у неё не получалось. По крайней мере Адриан, как отец, был очень внимательным в отношении своей дочери. Он не мог заменить ей мать. Агрест видел каждый печальный взгляд его маленькой принцессы в сторону детей, которые гуляли со своими мамами. Они были такими счастливыми... Сердце Агреста разбивалось на тысячи маленьких осколков, когда он видел, как на глазах любимой дочурки наворачиваются слёзы от душашей зависти... Он мог лишь присесть на корточки, обнять её крепко, но нежно.. так по-отцовски... когда ты чувствуешь себя в безопасности, потому что папа рядом и тебе больше ничего не нужно... — Ну-ну, всё будет хорошо, моя маленькая, — тихо шептал он, успокаивающе гладя Эмму по спинке. Но даже если бы он попытался найти себе кого-то.. Слишком сложно. Ведь эту девушку должен любить не только он, но и его дочь. А как эта девушка будет относится к дочери? А вдруг она будет издеваться над Эммой? А вдруг она будет с ним только из-за денег? А вдруг... Нет-нет-нет. Исключено. В конце концов он не был готов к этому. Это слишком... Не под его контролем. Он ненавидел, когда что-то было не под его контролем, когда он не мог ручаться за что-либо, когда не мог дать гарантии. Это раздражало. Поэтому он решил, что пустить личную жизнь на самотёк — наилучший вариант.

***

Маринетт по пути в офис заходит в кафе, что напротив, она внимательно смотрит на Эмму: — Хочешь какао? Я думаю, пирожные будут вкуснее, если запивать их какао. Можем взять, а ты покушаешь у меня в кабинете, хорошо? — спокойно и как-то... нежно поизнесла Мари, от этого Эмма растерялась. О ней никто так не заботился, кроме папы и в редких случаях, Натали. Няня была не в счёт. Следить и ухаживать за Эммой — её работа. Ей за это платят, и не мало. А вот... чтобы кто-то посторонний, по своему желанию сделал что-то для неё... нет... Маринетт вздрогнула, увидев слёзы на глазах Эммы. — Боже, малышка, ты чего? — обеспокоенно, но так тепло спросила она, прижав девочку к себе и целуя в макушку. — Ты такая хорошая... ты похожа на маму, такую, какие у других детей, — прохныкала Эмма. Сердце Маринетт пропустило удар. Она буквально на себе прочувствовала эту боль и желание девочки иметь полную, любящую и счастливую семью. — Тшшш, всё хорошо, — тихо произнесла Мари, немного переминаясь с ноги на ногу, слегка качая Эмму на руках. Она не знала что именно случилось с её матерью, и почему Агрест воспитывает ребёнка один, но лезть не хотела. Как минимум, ей это было не так уж интересно, как максимум, это её не касается, это вообще не её дело, но оставить в таком состоянии Эмму она не могла. Когда малышка немного успокоилась, Мари всё-таки взяла Эмме какао, а себе кофе и булочку. Когда она брала у девушки за прилавком крафтовый пакет с заказом, её взор упал на небольшие шоколадные конфетки, которые были в целлофановых пакетах и лежали небольшими кулёчками за стеклом прилавка. — Извините пожалуйста, можно ещё вон те конфеты? — тут же оживилась Мари и показала свободной рукой на кулёчек конфет в цветных обёртках. — Конечно, одну минуту, — сказала девушка за прилавком и через несколько секунд пакетик с конфетами был в руках Эммы. — Это тебе, не плачь, пожалуйста, мне больше нравится, когда ты улыбаешься, — нежно произнесла Дюпен-Чен. Мари почему-то слишком быстро привязалась к Эмме.

***

Маринетт ещё несколько часов посидела с Эммой, после чего в её кабинет аккуратно постучали, не дождавшись ответа, гость вошёл внутрь и увидел следующую картину: Маринетт задремала сидя на диване, на её коленях лежала Эмма, которая заботливо была укрыта пледом. Обе они тихо сопели. Адриан не смог сдержать улыбку. Он аккуратно провёл рукой по волосам дочери, так, чтобы не разбудить её. Мари открыла глаза, чувствуя постороннее присутствие. От неожиданности она дёрнулась, но малышка, что мирно спала на её коленях не проснулась. Сильно устала за день. — Извините пожалуйста, я совсем забыла о времени, — шёпотом сказала Мари, взглядом поискав циферблат. Оценив ситуацию, она поняла, что встреча скорее всего или отменилась, или перенеслась на другое время, потому что Адриан пришёл значительно раньше, чем планировалось. — Всё нормально, Маринетт, не беспокойтесь. Наоборот, спасибо Вам, Вы очень меня выручили, — так же тихо сказал Адриан, посмотрев Мари в глаза, — да и Эмме, Вы видимо, понравились, такое бывает очень редко, — закончил реплику парень. Голубоглазая удивилась. Редко? Получается, заслужить доверие этой маленькой принцессы не так уж и просто? Мари с теплотой посмотрела на Эмму, благодаря её за признание. Для девушки это было бесценно, но очень важно. Адриан кивнул, словно что-то оценивая. — Видимо, моя дочь не доставила Вам хлопот и Вы сдружились, это похвально, — одобрительно улыбнулся он. — Ну что Вы, она просто чудесная, — Мари улыбнулась в ответ. Её начальник не такой уж интроверт, непреклонный и бесчувственный, как она считала ещё вчера. Чтож, сказать что ей не было любопытно узнать его поближе, значит соврать. Личность "злого босса-тирана" потерпела крах в её глазах. Теперь перед ней был заботливый отец-одиночка с трудной судьбой. — Что-то не так? — отвлёк её Адриан. — Нет-нет, всё хорошо, извините, — сказала Мари и Адриан аккуратно взял дочь на руки. Маринетт быстренько собрала вещи малышки: Пара рисунков, которые они успели вместе нарисовать за это время, а ещё недоеденные пирожные и конфеты. Адриан многозначительно посмотрел на это. — Не стоило тратиться, сколько я Вам должен? — спрашивает он, уже намереваясь взять свободной рукой телефон, чтобы перевести деньги на счёт Маринетт. — Не нужно, это была моя инициатива, я хотела порадовать Эмму, всё нормально, Вы ничего мне не должны, — спокойно сказала Мари. Адриан был удивлён... — Вы... уверены? — недоверчиво произнёс Адриан, — он не верил в бескорыстность людей, особенно женщин... Кажется, его мнение на счёт Маринетт тоже пошатнулось... Поняв, что он буквально уже несколько минут открыто пялится на Дюпен-Чен, Адриан спешно прощается, кидая через плечо: — Можете идти домой. Девушка кивнула, пожелала ему хорошего вечера и начала собираться. Сегодня много всего произошло и ей нужно переварить всю полученную информацию, поэтому она решила, что идти прогулочным шагом — самое то. Выйдя из офиса, девушка направилась в сторону автобусной остановки. Для неё происходящее было чем-то за гранью её понимания... по крайней мере это точно переворачивало её представления о боссе с ног на голову, это было... странно?... В их жизни явно намечался ветер перемен.