My December

Я хочу жить… Хоть я мечтал изо дня в день о смерти… Но я всё-таки хочу жить.

Я не должен был этого делать…

Это неправильно.

Птица парит в бескрайнем ультрамариновом небе. Крутой обрыв, разрезающий темно-фиолетовую гладь моря. Величественный пейзаж раскинулся перед ним, словно живописное полотно, простирающееся до самых пределов горизонта. Мужчина сидит, безмятежно свесив ноги с обрыва. Морозный зимний воздух нисколько не пронизывает его, а лишь нежно ласкает кожу. Ветер треплет его длинные волосы, которые он откидывает назад резким движением. Его взгляд, устремленный на панораму, полон сожаления. Горькие слезы тихо текут по его изможденному лицу. Он понимает, что этот мир продолжит свое существование без него. Неизменная красота его творения сохранится. Ведь это творение Божье, и Он наделил его совершенством. С трудом поднявшись на ноги, он несколько долгих секунд неподвижно вглядывается вдаль, а затем решается на отчаянный шаг, прыгнуть вниз. В одно мгновение он взмывает в воздух, расправляя белоснежные крылья, которые ослепительно сверкают под лучами солнца. Он не обычная птица, а существо, созданное самим Господом. Ему суждено любить лишь Бога и воспевать Его славу. Ангел парит вдоль скалы, сгорбившись под тяжестью своей ноши. Но затем он приземляется на землю и устремляет свой взор на простиравшиеся перед ним просторы. Его сердце болело, но он знает, что в этом его предназначение. __________________ В витрине своего уютного магазинчика Сокджин с упоением развешивает мерцающие гирлянды. На улице сейчас середина декабря, и воздух пропитался предвкушением Рождества и Нового года. Душа жаждет праздника, словно маленькое дитя, в ожидании чуда. Внутри магазинчика благоухает пьянящий аромат мандаринов и терпкого горячего какао, которое Сокджин позаимствовал, точнее купил в соседней кофейне. За стеклянной витриной он разбрасывает искусственный снег и развешивает пушистые еловые ветки, готовя свой маленький оазис к зимней сказке. Венки из сосновых шишек и золотых лент напоминали о теплом очаге. Красные и зеленые шары, переливающиеся в свете гирлянд, создают атмосферу волшебства. Управлять собственным делом, по правде говоря, непросто, особенно когда он знает, что этот магазин когда-то с любовью принадлежал его матери, теперь находящейся на заслуженной пенсии. Поэтому Сокджин особенно старается, чтобы этот маленький мир внутри его магазинчика был наполнен теплом и уютом. На полках красуются вязаные носки, мягкие пледы и затейливо расписанные елочные игрушки. Деревянный Щелкунчик, стоявший на декоративном камине, выглядит так, будто в любой момент мог ожить и пуститься в пляс. Парень поднимается по маленькой стремянке выше, он развешивает украшения на верхней полке и потолке. Его взгляд невольно скользит по прохожим, спешащим в суматохе городской жизни. На фоне играет песня "V - Christmas Tree". Джин улыбается. Он любит зиму, эту атмосферу. Но счастливая у него жизнь как таковая? Он цепляет серебристую мишуру, подпевает следом за исполнителем. — Your light's the only thing that keeps the cold out, — себе под нос бубнит Ким и переводит взгляд на улицу. И вот, за стеклом его внимание привлекает мужчина, одетый в безупречно белый костюм, словно сошедший со страниц зимней сказки. Его снежно-белые волосы ниспадают до плеч, словно тонкий шелк. — Не холодно ли ему, — говорит Джин. Он шел сегодня на работу и чуть не замерз в сосульку. Вот минус зимы. Холод. Но парню нравится снег. Думая об этом он отвёл взгляд от витрины, а когда вернул, то мужчины уже не было. Хоть бы не замёрз. Может на машине уехал. Сейчас парню двадцать, каждый его день бывает превращается в ад из-за неосторожности. Хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ) – распространенное заболевание легких, которое вызывает ограничение потока воздуха в дыхательных путях и затрудняет дыхание. Ее иногда называют эмфиземой или хроническим бронхитом. — "Я бы хотел жить такой же свободной и беззаботной жизнью", — думает он. — "Но моя болезнь привязывает меня к этому маленькому магазинчику, к этим дурацким лекарствам". Относительно недавно он чуть не умер. Ему казалось, что он не такой как все и от этого становилось ещё хуже. Жить во время когда дети, в большей частности, подростки, сущие дьяволы. Он же не виноват в том, что с рождения уже имеет эту болезнь. А вот в то время, когда каждый в школе старался его схватить и заставить дышать дымом это не интересовало. Для них это было забавно. Тоже самое было и в университете. Это случилось не так давно, поэтому дрожь пробивает тело. Он всё ещё помнит день, когда старшекурсники словили после пар в переулке и выдыхали табачный дым прямо в лицо. Буквально через несколько минут он начал задыхаться и те его отпустили. С презрением. Боялись, что что-то попадет на их одежду. Кашель был настолько сильный, что он не мог даже подняться на ноги, ведь при приступах ему нужно делать ингаляции. В глазах начинало мутнеть и вдруг он увидел чей-то силуэт. — П-помогите, — сквозь кашель просит Джин. — Я... Я не могу вмешиваться в людские дела, — под нос ответил тогда мужчина. — Я хоть и хотел умереть, — продолжает кашлять студент. — Но сейчас я хочу жить. Сокджин тогда потерял сознание, а очнулся уже в больнице. Он остался жив. Он не видел лица мужчины, но благодарен ему. Джин прикрывает на мгновение глаза. Это всё осталось в прошлом. Сокджин медленно открывает глаза, вернувшись в реальность своего уютного магазинчика. Песня продолжает звучать, а гирлянды мерцают, создавая теплую и праздничную атмосферу. Воспоминания о том злополучном дне всё ещё свежи в его памяти, но он не позволяет им затмить радость, которую ему приносит предстоящий праздник. Он возвращается к украшениям, продолжает заниматься подготовкой к Рождеству. Закончив со снежинками он спускается со стремянки, складывает её и прячет в кладовую. — Всё будет хорошо, — говорит он себе, ободряя. В этот момент дверь магазинчика со скрипом открывается, когда он заходит назад в зал. Это оказывается молодая девушка с двумя мальчиками возрастом шести лет. Выглядят как две капли воды, будто отпечатанные с одного и того же фото. — "Близняшки", — думает Ким. У него самого никогда не было родных братьев или сестёр, только двоюродные и троюродные. Сейчас он наблюдает как семья выбирают игрушки на ёлку. Детей было не оторвать от разноцветных шаров и блестящих гирлянд, они носились по магазинчику, как маленькие ураганы. — Простите, вам что-нибудь подсказать? — спрашивает любезно парень. — Да, я хотела бы спросить, есть ли у вас уличные гирлянды, — отвечает девушка, наблюдая за своими маленькими непоседами. — А Санта Клаус, — сразу активизируется один из мальчиков. — Да, мама, ты обещала купить, чтобы на крышу его поставить, — поддерживает брата второй мальчик. Девушка выдыхает, она сама понимает, что дети много запоминают, особенно, когда им обещаешь что-то купить. Ну, а что ей нужно было делать, если близнецы не хотели принимать лекарства во время простуды на прошлой неделе? Она смотрит на Сокджина, слегка улыбаясь. — Найдем, — говорит он и уходит в какую-то комнату. Ему доносился детский лепет на счёт того, что нужно ещё что-то купить. На самом деле Сокджину нравятся дети. Даже несмотря на то, как с ним поступали. Об таких людей с добрым сердцем всегда в первую очередь вытирали ноги. Он ещё слышит как включается самая распространенная песня, которую он знает. — Jingle Bells, Jingle Bells Jingle all the way Oh what fun it is to ride in a One horse open sleigh Jingle bells, Jingle Bells Jingle all the way Oh what fun it is to ride in a one Horse open sleigh, — доносится из колонок. Он начинает искать гирлянду и декор, спустя минут пять он всё находит и выходит к покупателям. Дети радуются видя достаточно большого Санту, больше чем гирляндам. — Может что-то ещё интересует, я подскажу, — говорит Сокджин. — Пока нет, спасибо, позже уже с мужем к вам зайдём, — улыбается девушка и протягивает карточку для оплаты. Для таких случаев Джин специально поставил в магазинчике терминал. Не все ходят с наличкой, а в наше время это и вовсе редкость. Пока Сокджин пробивал покупку, дети продолжали носиться вокруг прилавка и выбирать из корзины разные безделушки. — Хочу вот этот шарик со снегом внутри, — указывает один из близнецов на маленький стеклянный шар, его если потрясти, то пойдёт снег. — Мне нужен вот этот колокольчик, — вторит ему брат. Мать мальчиков покачала головой и с улыбкой обратилась к Сокджину: — Извините за беспокойства, они всегда такие неугомонные. — Ничего страшного, — отвечает Сокджин. — Они ведь дети, им полагается быть такими. Девушка оплачивает покупку и собирает рассеянных близнецов. — Идём, мальчики, — говорит она, уводя их за собой. — До свидания, молодой человек. — До свидания, — отвечает Сокджин и возвращается к своим делам. Наблюдая за семьёй, уходившей из его магазинчика, он испытывал смешанные чувства, по большей части ему нравилось видеть счастливых детей. __________________ В лучах утреннего солнца, пробивающихся сквозь цветные витражи, мужчина в белоснежном льняном костюме, стоит на пороге величественной церкви. Его костюм безупречен, а каждый шов на рубашке кажется ювелирным воплощением симметрии. Колокола взвыли в унисон, их мелодичный звон заставляет стаю голубей взмыть в небо, из-за чего падает на землю несколько перьев. Епископ Чхве, облаченный в длинную золотистую рясу, спускается по ступеням к гостю. В его руках белоснежный шелковый платок, расшитый золотым пером, которое сверкает, словно изъятое из сокровищницы. Взгляд епископа, замирает на мужчине в костюме. Он медленно подходит к нему и аккуратно вкладывает платок в нагрудный карман пиджака. — Мы приветствуем вас на земле, — произносит епископ Чхве, его голос звучит, подобно пению григорианских монахов. — Ваше присутствие здесь отмечено особой миссией. Этот платок — символ вашего ангельского происхождения. Носите его со смирением и достоинством. Намджун слушает слова священнослужителя. Он впервые спустился на землю в обличии человека. — Это тот самый платок? — задаёт он вопрос который его наверное на протяжении всей жизни интересовал. — Да, смотри не потеряй его, а то от тебя останется лишь пепел, который унесет ветер, — отвечает мужчина, а Джун приподнимает в удивлении брови. *** Мы еще посмотрим!

Даже если придется перевернуть мир с ног на голову, я обязательно заставлю тебя влюбиться!

Часы на колокольне величественно возвышаются, возвещая миру о полуночи. Их циферблат тускло мерцает в лунном свете, отбрасывает таинственные тени на заснеженное подворье церкви. Тяжелый колокол неторопливо звонит, его мелодичный звон эхом разносится по улочкам. На перильцах лежит нетронутый снег. Намджун стоит в одиночестве, опираясь на ограждение, его взгляд устремлен далеко вдаль. В его глазах отражается печаль, грёзы о небесах, которые он почти что потерял из-за своего непослушания. Ему дали последний шанс, возможность искупить вину и заслужить прощение. Он смотрит на звёзды и бормочет себе под нос: — Правила ангелов, — начинает он.— Первое. Не лгите. Ангелы – посланники истинного и справедливого мира. Лгать запрещено. Если что-то красиво – оно красиво. Если что-то ужасно – оно ужасно. Если что-то нравится, то так и говорите. Если что-то не нравится – тоже. Иного выбора нет, — проговаривает мужчина, из-за температуры на улице у него изо рта выходит пар. — Второе. Не вмешивайтесь в дела людские. Ангелы – посланники Бога. Они не имеют права вмешиваться в человеческие жизни и порядок Вселенной. Влияние на жизнь и смерть людей является вопиющим нарушением, караемым судом и «развеянием», — загибает он второй палец, от этого его аж дёргает. — Третье. Платок с вышитым пером – неизменный атрибут ангела. Платок с вышитым пером в кармане белого костюма – неизменный знак ангела! В земном мире ангел появляется в белоснежном костюме, и одежда меняется после перевоплощения, но платок с вышитым пером всегда должен оставаться при нем, — после этих слов он сразу проверяет на месте ли его платок. — Четвёртое. Божественные способности утрачиваются, когда ангел принимает человеческое обличие. Все способности ангела сохраняются в человеческом мире. Однако способности закрываются, когда ангела посылают на «специальную миссию с перевоплощением» и он обретает человеческое тело. Это касается как крыльев, так и специальных возможностей. Таким образом, обретя физическое тело, — мужчина выдыхает, он уже знает каково это. — Пятое. Ангелы должны любить только Бога. Для ангелов не должно существовать человеческой «любви». Любовь ангела – агапэ! Другими словами, существо, которое должно любить только Бога. Поскольку они забывают все воспоминания о прошлых жизнях и повинуются Богу, любовь между ангелами и тем более между ангелом и человеком – невозможна. Намджун замолкает. Это все правила, что должен знать и помнить ангел. Иначе быть не может. Но он нарушил одно из них. Мужчина прикрывает веки. Ангел вспоминает события, которые произошли не столь давно. Он помнит как его завели в какую-то комнату. Намджун ошеломленно осматривается. Белая комната простиралась во всех направлениях, ее пустые стены лишены каких-либо отличительных черт. Белый свет, казалось, исходил из ниоткуда, освещая все углы и создавая ощущение нереальности. Пол безупречно гладкий, а воздух — чистый. Отсутствие каких-либо звуков или запахов делает комнату еще более жуткой и отчужденной, создает впечатление полной изоляции от реального мира. А нет, он замечает, что свет идёт от свечей. Уже становится не так страшно, но сути это не меняет. — Так это здесь. Вот где я исчезну… — в смятении проговаривает Намджун. — Внемли, ангел Ким! — поворачивается с сияющим нимбом на голове Архангел Ли, и разворачивает разом свиток. Джун непроизвольно падает на колени. — «Ангелы – всего лишь посланники Божьи. Ты должен быть безразличен к людским делам», — зачитывает Архангел так, что его голос раздается эхом. — Ангел Ким часто нарушал запреты и переходил границы дозволенного. Стоя на коленях, Намджун покорно выслушивает свой приговор. Он заслужил это наверное. Хотя он не сделал ничего плохого. — Мы надеялись, ты все осознаешь и будешь действовать благоразумно, — продолжает Ли. Джун закрывает глаза. Вот сейчас. Через мгновение он перестанет существовать. — В конечном итоге ты вмешался в человеческую жизнь! Верным решением будет наказать тебя за этот грех без промедления. Это окончательный вердикт? Намджун открывает глаза. Пусть лучше так. Кровь стынет в жилах. Он никогда не понимал эти правила. Разве ангелы не должны помогать людям? Направлять их на верный путь? — Ангел Ким исчезнет навсегда, — Ли щелкает пальцами, свечи гаснут, и только дым поднимается ввысь. Архангел Ли Чон Сок с горечью сворачивает свиток и смотрит вниз. В мир людей, точнее на одного определенного, которого спас этот непутёвый ангел, этот парень сейчас лежит в реанимации. — Ну что? — проговаривает он медленно. — Я… не исчез? — поднимает глаза Джун. — Как так? Вернее, почему? — задаёт вопросы один за другим потому что не может понять почему. — Отныне ты не ангел Ким, а человек Ким Намджун, — смотрит настойчиво старший, а младшего ангела аж передёргивает. — Это твой самый последний шанс. Выполни специальную миссию в своем новом обличии. — Старший Ли! — подскакивает Ким. — Люди, кхм, — делает паузу Ли. — Точнее человек которого ты спас и его близкие наполняют небеса благодарственными молитвами, — он делает несколько шагов в сторону. — Даже не знаю… стоит ли мне похвалить тебя или же наказать за такое тяжкое преступление. — Благодарю… — поднимает голову вверх к верхним небесам голову Джун. — От всей души спасибо! — У тебя есть время до рождества. Даже их мне удалось выбить с огромным трудом. Если ты управишься раньше, двери на небеса для тебя откроются вновь. Лишь до Рождества, ни дня больше! — Разумеется! Я выполню все что угодно! Если прикажете мне сдвинуть горы или соединить моря – без проблем исполню! Прикажете пересчитать перья всех птиц в мире, я и это сделаю! Так какое мое задание? — Любовь,— коротко отвечает Архангел.