Trap of passion

      — Рюджин, хочешь ты этого или нет, но у тебя так или иначе будет мачеха. Это не обсуждается, — твёрдо заканчивает дискуссию отец, и младшая Шин, дико ущемленная отсутствием голоса, вся краснеет от злости и лишь встаёт из-за стола, уходя в свою комнату. — Не забудь официально одеться на ужин!        Брюнетка хлопает дверью и сразу же идёт к кровати, не церемонясь падая. Она достаёт из кармана зипки телефон. Серые игровые наушники, которые висели на шее, оказываются на нужном месте, и Шин быстро кликает на кнопку, возобновляя музыку.        Да не хочет она знакомиться с очередной путаной, к которой проявил симпатию ее отец и привел её домой. И пусть он говорит, что именно этот случай — настоящая любовь, Рюджин побоку. Ей уже 19, она давно хочет съехать. И если бы не её непослушание, за которое её и лишили больших денег, она бы давно снимала какую-нибудь квартиру. В теории она могла бы устроиться на работу, но так как её отец крупная шишка — договор о том, что Шин Рюджин не примут на какую-либо деловую должность до определенного возраста — факт остаётся фактом. А вот обслуживающим персоналом мистер Шин своей дочери быть просто не позволит.        И когда она слышит стук в дверь, Альфа фыркает и переворачивается с живота на спину, аристократично сложив руки на груди. Как-то красиво одеваться она не планировала и не планирует, поэтому застёгивает зипку до конца и, по пути до кухни поправив волосы рукой, наконец замечает отца и его новую бестию, стоящую спиной к Рюджин.        Брюнетка внимательно осматривает её: длинные коричневые волосы, яркий запах горького шоколада, худые руки, плечи, которые прикрыты накидкой, рост под 175, наверное, чуть меньше, красивая фигура и длинный нюдовый маникюр. Шин облизывает губы, а в горле почему-то пересыхает. Эта мадмуазель очень уж похожа на одну особу, с которой Рюджин недавно порвала отношения. Конечно, не очень приятно знакомиться с тем, кто напоминает тебе о расставании одним лишь своим видом, но что поделать. Спасибо, что не сама бывшая.       Или...       — О, милая, знакомься, это моя дочь, Шин Рюджин, — мужчина указывает на Альфу, и прежде чем незнакомка повернулась, брюнетка успела сложить руки крестом на груди, встряхнуть волосы головой и уверенно встать в свою любимую вальяжную позу. Старшая поворачивается, и у Шин, кажется, теперь действительно галлюцинации. — Это Хван Йеджи, Рюджин, твоя будущая мачеха.

***

      Что. Это. Сейчас. Вообще. Такое. К черту. Было?        Та самая Хван Йеджи? Та самая её ахуенная горячая бывшая? Та самая, которая умопомрачительно пахнет терпким шоколадом, а при сексуальном контакте к нему будто добавляется запах сушёного апельсина? Та самая неземная женщина 32-летнего возраста, которая заставила Альфу Шин Рюджин сомневаться в том, точно ли не родилась она Омегой? Та самая, которая каждый раз будто получала новую дозу героина, стоило ей оседлать младшую?       Хуй мне в рот и наоборот — единственная фраза, которую на данный момент смогла бы проговорить Шин, и то не может, ведь по мнению отца это «неэтично». Да хер Рюджин клала на вашу этичность.        И пока брюнетка глотала слюни, старшая уже успела подойти к ней и протянуть руку, нежно, но очень хитро улыбаясь девушке. А ведь младшая помнит, как раньше этой рукой помогали стимулировать её нехилое хозяйство, а ртом делали глубокий горловой. На секунду зажмурив глаза, Рюджин всё же кивает и, постаравшись сделать что-то наподобие улыбки, пожимает вытянутую руку.       — Твой отец много рассказывал мне о тебе, Рюджин-и, — улыбается Хван, и брюнетка чувствует, как сжимается её свободная рука в кулак. — Сонхун, у тебя красивая дочь, — обращается к мужчине шатенка под недовольный взгляд младшей. — Вся в мамочку, — быстро проговаривает Йеджи, и эта фраза звучит слишком уж двусмысленно.        Старший кивает, и ему вдруг звонят коллеги, поэтому он интеллигентно отходит в свой кабинет, крикнув, что придёт через пару минут. Шин быстро выхватывает свою ладонь из плена Хван и встаёт в недовольную позу. Старшая хмыкает и, глянув по сторонам, хватает её за запястье, прижимая к стене.        — Не пытайся делать вид, что я тебе безразлична, моя девочка. Ты ведь без ума от меня, — ухмыляется старшая Альфа, сильнее напирая на младшую. — Так не хотела новую мамочку, но увидев меня захотела. Во всех смыслах, — шатенка аккуратно хватает Рюджин за член, от чего та чуть ли не подпрыгивает. Она почти рычит, но вжатая в стену даже двинуться не может. — Я скучала.       — Какого хера ты делаешь, Хван? — Шин старается наорать на неё шёпотом, всё же отец не должен слышать. Шатенка лишь самодовольно улыбается, пальцем нащупывая головку члена, сильно зажимает, из-за чего Рюджин чуть ли не прогибается в спине. — Прекрати!   — Но тебе ведь нравится, милая. Нравится, когда я трогаю тебя здесь, — вновь сжимает в руке член. — И здесь, — резко проводит руку выше, нежно проводя пальчиками по торсу. — Уже жаждешь момента, когда сможешь трахнуть меня, да? — любопытно интересуется Йеджи. — Какая ты... Ммфх... — Рюджин и слова против сказать не может. И нет, не потому что не хочет, а потому что не может. Хван выбивает из неё весь чёртвов воздух и умело играется с младшей, выводя на кучу совершенно разных, никак не связанных между собой эмоций.  — Шлюшка? Конечно, Рюджин-а, тебе ведь нравится моя распущенность. А мне нравится, когда твой огромный член встаёт на один лишь мой взгляд в твою сторону, — Хван наконец прерывает столь долгий зрительный контакт, пусть смотрела в глаза лишь она одна, и, услышав шорох из комнаты, отстраняется от Шин, делая вид, что ничего не произошло.  — Извините, девчонки, немного задержался. Ну что, к столу? — любезно проталкивает их мужчина, и Рюджин, ещё не отошедшая от шока, чуть ли не задыхается резким порывом воздуха, всё ещё думая что-то по типу: «Что это вообще было?» — Да, Сонхун, ты был прав, у тебя очень милая и красивая дочь. Рюджин, ты омега, верно? — якобы интересуется старшая, хлопая глазками, мол, да, расскажи.  — О, нет-нет, Рюджин — альфа. Просто от неё идёт запах мяты с клубникой, поэтому её часто путают с омегой, — отвечает вместо дочери отец, и Шин впервые за последние годы ему благодарна, ведь если бы не он — паста, которую так аккуратно и по-аристократически ест Хван, сейчас была бы не во рту, а на лице этой милой дамы. Нет, ну хватило же наглости!  — Что расскажешь о себе, Рюджин? — любопытствует шатенка. Нет, ну она действительно потом отмывать соус от своего чертовски возбуждающего топа хочет?  — На гитаре играть люблю, — холодно бросает Шин, крутя вилкой в тарелке.  — Это так здорово! А я люблю играть на нервах твоего отца, — мило хихикает Йеджи, а за ней и мужчина, укладывая свою ладонь на её. — И не только на его, — вновь очень дерзко, но в то же время тихо кидает Рюджин. Хван продолжает чуть посмеиваться, незаметно бросая на брюнетку самодовольный взгляд. Она корчится, опуская голову в тарелку. Ну уж лучше, чем смотреть на всё ещё скреплённые руки этих двух голубков.  — Кстати, Рюджин, у Йеджи есть красивая татуировка, — вдруг заявляет отец, и младшая замирает. Конечно, Шин знает о тату шатенки. У неё она одна — это эстетичный эскиз солнца между двух грудей. Старшая замечает это, довольно ухмыляясь, упирается головой о подбородок, наблюдая за происходящим.  — М... Покажете? — спрашивает Рюджин, заранее понимая, что её сейчас тактично отошьют. Отец спокойно кивает, что уже вызывает у младшей непонимание, женщина также спокойно поворачивается, чуть прибирает волосы, светя тыльной стороной шеи, на которой виднеется изящная бабочка. — Ого, действительно красивая, — только и говорит Шин, но в душе успокаивается.  — Йеджи, ты ведь хотела рассказать нам историю, почему именно бабочка, — вдруг вспоминает Сонхун, и Хван кивает.  — У меня была бабочка, такая ярко-синяя, красивая. Она всегда сидела на моей шее, именно на задней стороне. Но недавно она улетела и, видимо, потерялась. В память о ней я набила татуировку, — воодушевлённо рассказывает Альфа, кидая короткий взгляд на Шин. 

*FLASHBACK*

      — Мамочка! — кричит откуда-то из другой комнаты девушка. Работающая второй час женщина, размяв шею, отзывается кратким: «М?». — Смотри, — брюнетка, вошедшая в кабинет Йеджи, быстрым шагом подходит к ней и, присев на соседний стул, довольно хлопает глазами, демонстрируя новый макияж. — У меня всё же получилось.       На веках появился красивый синий рассвет с тенями, напоминающими крылья бабочки. Синий цвет у внешнего уголка глаза плавно переходил в голубой у внутреннего. Темные линии вокруг глаз выглядели как камень, а на тенях блестели маленькие блестящие точки.       В середине теней можно было увидеть переливы синего и бирюзового цветов. Ресницы, накрашенные тушью, напоминали маленькие бабочки, которые трепетали от легкого движения.       — Моя девочка, — Хван гладит её по голове, пока та подставляется под руку, ожидая ещё больше ласк. — Я же говорила, что получится, а ты не верила.        — Хм, ну да... — девушка подскакивает со стула, обходя старшую, становится позади неё, обнимая за плечи, целует в шею, к тому же понимая, что после нескольких часов беспрерывной работы она будет болеть. — Зато верю, что со скоростью света затащу тебя отдохнуть на диване в зале, — соблазняюще шепчет в ушко Рюджин, из-за чего шатенка не на шутку заводится, чуть дёргаясь. — Ого, из-за одного лишь моего голоса ты уже хочешь попрыгать на...       — Рюджин-и, — прерывает её мамочка, закатывая глаза. Она указывает на плечи. — Пока что сделай массаж, а потом я подумаю, заслуживает ли моя девочка совместного времяпровождения.        — Зачем массаж, если есть мои губы? — не успевает Йеджи ничего уточнить, как чувствует, что её оголённую шею покрывают поцелуями. Шатенка удовлетворённо закатывает глаза, нехотя продолжая работать. — Я так часто целую тебя в шею, что тут скоро отпечаток останется, — смеётся Рюджин.       — Специально набью татуировку с эскизом... Ну, что-нибудь придумаю, что будет напоминать о тебе.       — Бабочку!       — Хорошо, милая, бабочку.

*END OF FLASHBACK*

      — Вот оно как, — первая подаёт голос самая младшая, сразу же обращая на себя всеобщее внимание. — Очень интересно. Ну, и как вы познакомились? Где и когда?       — О, это действительно интересно, — отвечает влюблённый Сонхун, начиная рассказывать всё от и до. Время, место, день недели, число. Да... Он, видимо, действительно влюбился по-настоящему. Пф, ну и флаг им в руки.       Явно не слушающая рассказ Рюджин небрежно заглатывает сразу всё содержимое бокала, абсолютно не аристократично вытирает уголки губ салфеткой, и, не дослушав отца, не спросив разрешения уйти, просто встаёт, кидая еле слышное «Спасибо», покидает обеденный зал.       Старшие лишь переглядываются, ничего не поняв. Ну, Сонхун уж точно ничего не понял. А вот Йеджи вполне узнала знакомые мотивы.       Рюджин ревнует.       Ревнует бывшую к собственному отцу? Смешно звучит, честно говоря. Однако по её поведению вывод можно сделать только такой.       — Ну, значит побудем на едине, — подмигивает мужчина и Хван, не правдиво улыбнувшись, кивает. Сонхун уж хочет было пригласить женщину в свою комнату, как вдруг, к большому счастью Йеджи, ему резко звонят по работе. — В офис? На целый день?! Но сегодня суббота!       — Милый, если ты нужен другим, то конечно тебе лучше поехать. А я пока что посижу здесь, налажу отношения с Рюджин, — непринужденно и так легко говорит Хван, что Шин волей-неволей, но прислушивается к ней.       — Да, это будет хорошим решением, ты права, — Сонхун встаёт из-за стола, а за ним и Йеджи, провожая его до двери. — Ну, тогда не скучайте там без меня. Скоро буду.       Хван всё так же радушно стоит возле него и, сделав вид, что вообще забыла о том, что они пара, быстрым шагом направляется куда-то подальше, чтобы ей не пришлось целовать и обнимать его. Фу.       Вместо этого, зная дом как свои пять пальцев, шатенка, убедившись, что Шин покинул дом, почти рванула в сторону комнаты Рюджин. Пустят ли её? Естественно. Что они там будут делать?       Сближаться.       Во всех смыслах.       Хван останавливается у двери, прислушиваясь. Брюнетки не слышно. Видимо, она сидит в наушниках или, как обычно это происходит, когда она ревнует, просто недовольно запрыгивает на кровать, смотря в потолок. Решив не стучаться, она входит в комнату, на мгновение замирая.       Шин, стоящая спиной к двери, почти полностью обнажённая, прикрытая лишь спортивным топом и боксерами, всё ещё не слышит Йеджи позади себя. Шатенка присвистывает и Рюджин, наконец, резко и довольно испугано разворачивается на пятках. Она раскрывает глаза в два раза шире, сначала даже не в силах сказать и слова.       — Выглядишь сексуально, — подмигивает Хван, мол, ну давай, начни истерику. Она смотрит на неё чересчур уверенным взглядом, из-за чего младшая начинает закипать еще стремительнее. — Что такое, милая? — Йеджи специально провоцирует её на грязные слова в свой адрес, ведь как только зашла в комнату – уже продумала все дальнейшие действия.        — Да какого хера?! — Рюджин моментально взрывается, вызывая у Хван внутри полное ликование. — То, блядь, ты меня провоцируешь, то сталкеришь, тебе нормально вообще? У тебя недотрах после нашего расставания? Беги к отцу, пусть он своим маленьким членом выебет тебя ровно так же, как всех остальных шлюх, с которыми когда-либо общался, — она закипает с неимоверной силой, и Йеджи, прочувствовав почву, аккуратно подходит к Шин, ничего не сказав, становится перед ней на колени. — Э, ты чего это...       — Закрой свой поганый маленький ротик, милая. Открывать его будешь тогда, когда я сяду на твоё прекрасное личико, а пока тебе он не нужен, — Рюджин не успевает моргнуть, как с неё тут же слетают боксеры, и Хван берёт в руку немного приподнявшийся от возбуждения член, сразу же плюнув на него вязкой слюной, начинает надрачивать.        Рюджин выпускает из гортани первый хриплый стон, закатывая глаза, откидывает голову назад. Старшая усмехается, специально вторую руку кладя на мошонку, играется с ней, ласково, но очень уж шаловливо вынуждая альфу застонать вновь. Шин рычит, как вдруг чувствует, как Йеджи, переместив ладонь почти к основанию члена, берёт головку в рот, затем набирая сантиметр за сантиметром.        Рюджин кладёт руку на макушку, желая насадить старшую на себя, однако та умело сопротивляется, продолжая делать всё в своём темпе, очень уж профессионально мучая брюнетку. Альфа заводится пуще прежнего, грозно рычит, но тут же прерывается на мягкий стон. Сука.       Йеджи берёт член в рот почти полностью, оставшуюся часть стимулируя пальцами. Она вдруг резко отстраняется, из-за чего пошлое причмокивание раздаётся на всю комнату, а нить слюны, что тянется от члена к губам, почти мгновенно прерывается. Хван смотрит на Рюджин пару секунд, пока та старается отдышаться. Шатенка, вновь взяв член в руку, проводит большим пальцем по рельефу головки, наблюдая за реакцией младшей.        Рюджин тихо постанывает и, не успев среагировать, чувствует, что Йеджи берёт её донельзя, и, видимо, хочет показать своей девочке хороший, качественный, тот самый заглот, который Шин не ощущала уже долгое время после расставания. Йеджи продолжала двигаться неторопливо и уверенно. Её движения были изящными и точными, она явно очень хорошо знала, как нужно действовать в этой ситуации. Вдруг она заглотила весь член в рот, даже не пикнув от неудобства. Шин вздрогнула от неожиданности. Её дыхание сбилось, а сердце забилось быстрее, словно весь мир замер, и всё внимание было приковано только к этому моменту.        — Я сейчас кончу, сука, — вырывается изо рта брюнетки, из-за чего старшая самодовольно улыбается, почти полностью отстраняясь, но продолжает надрачивать член, подставляя свою грудь, с которой она, конечно же, сняла облегающий топ, чтобы Рюджин излилась прямо ей на сиськи.       Шин, закатив глаза, моментально кончает, чуть ли не падая на пол. Сперма попадает на грудь, ложбинку между двумя частями и немного задевает татуировку. Йеджи усмехается, пальцем собирая пару капель, подносит ко рту, вылизывая первую фалангу, всё это время смотря в глаза младшей.       — Какая же ты шлюха, — вырывается из уст Рюджин, на что Альфа лишь пожимает плечами, вставая с колен. — Убежишь к моему папочке, чтобы точно так же отсосать?        — Нет, заставлю тебя кончить ещё раз, — стальным голосом оповещает старшая, хватая брюнетку за член, из-за чего та вновь стонет. — В меня, — она строит глазки, словно омега в течке, но через мгновение добавляет ещё одну фразу. — Но сначала ты мне отлижешь как следует, милая.        Шин, как и парой минут ранее, не успевает сказать и слова, как её тут же толкают на кровать, садясь на живот. Хван чуть привстает, стягивая лишь трусики, откидывает их на другой край кровати, через минуту оказываясь на лице младшей.        — Лижи, — приказывает старшая, и брюнетка, не задав ни одного лишнего вопроса, удерживает руками бёдра, прикасается языком ко входу, ведёт выше, пытаясь задеть клитор, приходится чуть приподнять голову, но она всё же играется с комочком нервов, на что шатенка закатывает глаза. — Умничка.        Рюджин возвращается ко входу, круговыми движениями немного мучает мамочку, после чего наконец входит во влагалище, наконец выбивая первый стон. Она самодовольно начинает поглаживать бёдра, ведь знает, как Йеджи отреагирует на этот, казалось бы, обычный жест. Хван закидывает голову назад, начиная громко скулить. Не забывает пару раз чертыхнуться в сторону Альфы, но после этого вновь уходит в стоны.       Шин ещё пару раз входит и выходит языком, после чего ведёт его к клитору, чуть всасывает, создавая вакуум, из-за чего Хван сносит голову и она норовится прямо сейчас кончить. Рюджин ощущает ещё бо́льшую влагу с каждым разом, продолжает гладить бёдра, иногда грубо сминая их в руках.        — Рюджин-а! Ммх...       — Уже? — усмехается младшая, на секунду отстраняясь. Старшая фыркает, тут же заново простонав, ведь Шин вернула язык на клитор, ускоряется, переводя пальцы с бёдер на ягодицы, шлёпает пару раз, из-за чего стоны Йеджи разносятся по всей комнате. — Не строй из себя недоступную сучку, я ведь знаю, что ты уже хочешь кончить.        — Как же я тебя ненавижу! Я... Мммфх!        Рюджин ещё больше ускоряется, дабы скорее довести старшую до яркого финала. Обе не успевают ни среагировать, ни сказать и слова, как Хван кончает прямо на лицо младшей, тут же хватаясь руками за спинку кровати, жадно заглатывает воздух, которого так не хватает. Она скулит, стоит Шин ещё пару раз провести языком по складкам, чтобы оставить мамочку настолько чистой, будто так всегда и было.       — Всё ещё ненавидишь меня? — интересуется Рюджин, всё так же смотря на вылизанную промежность шатенки. Та слезает с лица, присаживаясь рядом, облокачивается спиной на спинку кровати.       — Ровно так же, как и ты меня, — язвит в ответ старшая, не забыв невинно похлопать глазками. Она, отдышавшись, оседлает Шин, начинает надрачивать член. Поднимаясь выше с каждой пульсацией и стоном брюнетки, Хван, потеревшись о бёдра, на которых сидит, чувствует чрезмерное количество естественной смазки, без страха насаживается на конец, начиная стонать. — Я уже забыла о том, что он такой большой.       — Забыла? Да брось ты, меня и моё достоинство забыть невозможно, — Рюджин подмигивает, и Йеджи, фыркая, насаживается почти полностью, из-за чего младшая начинает рычать. — Я поняла-поняла!        — Нравится, да? — Шин быстро кивает несколько раз, и шатенка, усмехнувшись, опирается о живот девушки, начинает двигаться вверх-вниз, чем ублажает не только Рюджин, но и саму себя. Они двигаются и стонут в унисон, полностью отдаваясь моменту.        Йеджи начинает ускоряться, прыгая всё быстрее с каждым разом. Брюнетка, почти задыхаясь от повторного возбуждения и скорейшего желания кончить прямо внутрь этой шлюшки, что скачет на её члене, и сама помогает бёдрами, чем ещё больше возбуждая девушку. Но не успевает она кончить, как Хван вдруг замедляется, а после и вообще встаёт.       — Сука, я почти кончила!        — Догги, — приказывает Йеджи, тут же вставая на четвереньки ближе к краю кровати. Рюджин почти подпрыгивает, дабы как можно скорее войти в неё. — Ммх!!        И теперь, почти полностью контролируя ситуацию, Шин начинает двигаться с неимоверной силой и скоростью, чуть ли не вдалбливаясь во влагалище старшей. Та беспрерывно стонет, с каждым разом становясь лишь громче.        Брюнетка свободной рукой проводит по животу Хван, спускаясь к клитору, начинает стимулировать его, чем окончательно выбивает её из колеи и, не дав пройти и нескольким минутам после первого оргазма, позволяет кончить ещё раз.        Йеджи изливается прямо на член Рюджин, но та не прекращает движения, разрешая закончить Альфе первой. Когда та еле держится на весу из-за трясущихся рук, Шин кончает прямо внутрь, из-за чего Хван вновь стонет, уже окончательно выдыхая.        — Боже... — шатенка переворачивается на спину, наблюдая за тем, как Рюджин тоже падает на кровать, интуитивно обнимая старшую, ложится на её грудь. — Ты всё такая же охуенная, — оповещает Йеджи, на что Шин довольно кивает. — Вернёшься ко мне?        — А что отец скажет? — поднимает на неё взгляд Альфа.       — Ты так спрашиваешь, будто тебе не похуй, — усмехается Хван, поглаживая младшую по волосам. — Собирай вещи и поедем. Набирайся сил, ночью ты мне нужна в своей лучшей форме, — подмигивает та.       Рюджин быстренько чмокает её в губы, сразу же надевая на себя боксеры, подходит к шкафу с вещами.        — Быстрее, я трахаться хочу, — жалуется Хван.       — Подскажи, кому из нас 20? — мило интересуется Шин, на что Йеджи фыркает, смеясь. Брюнетка на пару секунд останавливается, о чём-то думая. Старшая вновь торопит её. — Не, быстро я умею лишь тебя трахать.        — Кто сказал, что это — быстро?        — Э-э-э!