Биба и…

      У Джисона была мечта. С самого детства, с момента, как он услышал Эминема по телевизору, Хан мечтал стать им. Скопировать его личность от и до, его читку, стиль в одежде, покрасить волосы так же, как и рэпер, взять тот же псевдоним, но, чтобы не палиться, перевернуть его задом наперёд. Было лишь одно но! «Какое?» — спросите вы. Внушительное: у него были жуткие проблемы с речью и произношением слов. Родители таскали его по врачам, когда он был маленьким. Но врачи были дебилами, как говорил его отец. В городе, в котором он жил, всего-то на несколько десятков тысяч жителей, хороших врачей днём с огнём было не сыскать. Раз-два и обчёлся. Поэтому, уже став взрослым (но всё ещё не рэпером) и переехав в большой город, он скопил денег и решил пойти к логопеду.       Первым учителем по произношению и развитию артикуляционного аппарата стал молодой мужчина, родившийся в Австралии. Последнее ничуть не смутило Джисона (дополнительная практика английского языка точно не будет лишней, учитывая, что читать рэп он планировал на английском языке), наоборот, он с охотой записался на приём через симпатичную секретаршу. Он даже думал познакомиться с ней, но не нашёл слов. Или нашёл, но не смог бы произнести верно и со стороны выглядел бы полным дураком, мычащим какую-то ересь.       Улыбка Ли Ёнбока сразу же понравилась Джисону, она произвела на него приятное впечатление и подарила надежду на исправление дефекта. Но как только господин Ли открыл рот, то Хан понял, что тут ловить было нечего, потому что специалист не мог выговорить проклятую букву «р» и часто путал её с английской «r».       «Реально, ты не можешь произносить базовые звуки и ещё пошёл работать логопедом?» — подумал Хан, но смог сказать:       — Леально, ты не можешь плоизносить базовые звуки и ещё пошёл лаботать логопедом?       На что Ли лаконично ответил ему покинуть кабинет, ведь ему не нужны клиенты с хамским отношением.       Второй попыткой стал не более взрослый мужчина, который носил айпад под мышкой и завязывал чёрные волосы в низкий хвост, но очаровательные передние пряди, закрученные в лёгкие локоны, выпадали из резинки и лезли в глаза. К слову, Хан хотел начать занятие с какой-нибудь милой фразы, но, как обычно, ничего не вышло.       — Давайте начнём, — вполголоса сказал господин Хван, присаживаясь за свой стол и кладя излюбленный айпад на стол.       У Джисона было ощущение, что он сидел на какой-нибудь нуднейшей лекции, которую он не будет больше посещать ни-ко-гда. Хёнджин говорил медленно, нерасторопно, что-то там бубнил себе под нос, а Хан еле держался, чтобы не уснуть прямо на столе.       Господи, лучше бы его кто-то разложил на столе, но с таким человеком, который не мог нормально выговаривать слова, никто не захочет встречаться, да что уж встречаться, знакомиться! У Хана частенько бывало такое, что люди с трудом сдерживали свой смех, пока он рассказывал что-то безусловно интересное, но его дефект и смех окружающих не давали закончить мысль, из-за чего это и звучало бессмысленным. Это всегда задевало его, ведь он оставался недопонятым, на него смотрели, как на ребёнка, который учился делать свои первые шаги. Только вот он давно прошёл уже целую милю, но остался на месте.       После Хёнджина Джисон нашёл очередного австралийца, но в отличие от Ли Ёнбока этот мужчина умел произносить все звуки корректно, что и задобрило дотошного Хана. Однако он не учёл лишь один фактор, который рушил весь образ миловидного Бан Чана.       — Как говорит тигрёнок? — спросил после короткого описания, как будут проходить занятия, Чан с маской животного на лице, меняя интонацию, словно говорил с ребёнком. Эта маска лишь добавляла ироничности, напоминая Джисону детские утренники. В начале он подумал, что это такая шутка и вскоре это прекратится, но логопед, не дождавшись ответа от потрясённого Хана, снял маску, надел другую и ушки кошки и продолжил: — Как говорит киса?       — Мяу, пидалас.       Джисон подскочил со стула, уронив его, и выбежал из кабинета, проклиная детского логопеда с закосом на квадробера.       Расстроенный Джисон пошёл в бар попиздеть с барменом. Бармены отличнейшая профессия, может, ему стоит поменять свою мечту? Пьяные люди, плачущиеся ему в плечо барную стойку, даже не заметят его дефект. Вот Джисон и решил проверить это на себе: заметит ли он какие-то недостатки бармена. А он уверен, что недостатки будут, потому что не бывает идеальных людей.       Бар был не особо популярным. Джисон зашёл в первый попавшийся, а шёл он не по часто проходимой людьми улице. Зайдя внутрь, Джисон огляделся и решил первым делом зайти в туалет, чтобы смыть неприятный осадок. Облокотившись о раковину, он взглянул в зеркало. В отражении стоял парень, порядком уставший за день, по коже лица которого стекали капли холодной воды.       — Ну-ка не отчаиваться. Поплобуй ещё лаз, дай ещё один шанс себе, ты всё сможешь, — сказало отражение. Джисон растерянно и неуверенно кивнул, вытер лицо туалетной бумагой и вышел в общее помещение, направляясь к барной стойке.       Быстро проглядев ассортимент бара, он захотел заказать ром. Плюнув на всё, он дождался, пока коренастый бармен подойдёт к его месту за барной стойкой, чтобы не кричать на всё помещение, хоть его голос и будет приглушён музыкой, льющейся из-под потолка.       — Лом, пожалуйста, — совершил попытку Джисон, но заметив нахмуренный взгляд бармена, поджал губы и сказал: — Я не выговаливаю букву «л». Мне, пожалуйста, лом с буквой «л» вместо «л».       — Чувак, просто ткни пальцем.       Джисон тяжело вздохнул, но выполнил просьбу бармена. С этого и началась увлекательная ночь.       За первым бокалом рома пошёл второй, а за ним третий. Затем Джисон переключился на текилу, внезапно осознав, что мог бы не попасть в с десяток глупых ситуаций, потому что проблем с произношением названия этого напитка у него не наблюдалось.       — Я плосто ебанулся уже так жить, — ныл Джисон, оперевшись щекой о свою руку.       Чанбин, бармен, всё подливающий алкоголь в стакан Джисона, хоть и подумал, что парню уже пора закругляться, заметил, что мат в предложении, в котором отсутствует звук «р», выглядит до невозможного комично. Будто ребёнок услышал во дворе плохое слово и начал использовать его, не особо понимая контекста употребления.       — Так что тебе мешает пофиксить это? — участливо поинтересовался он, опираясь на локти о барную стойку с другой от Джисона стороны. — Я в том смысле, что… это, само собой, тяжёлая работа, и быстро это точно сделать не получится, но почему бы не попробовать?       — А я что делаю?! — возмутился Джисон, обиженно надув губы и сведя брови к переносице. — Сначала был Ли Ёнбок, котолый сам толком не плоизносил эту ахуевшую «л», потому что он, видите ли, иностланец и сам путает. — Чанбин поморщился от обилия «л», но говорить ничего не стал. Понимать Джисона ему это не мешало, так что и жаловаться было не на что. Разве что уместность матов подправить и вообще заебунчик, подумал Чанбин. Хотя у самого с этим были проблемы. — Потом Хван Хёнджин, но он настолько нудный, что это помогло бы только моей бессоннице. Потом Бан Чан. И вот я здесь. Слазу после плиёма у него.       — А с ним что не так? — нахмурился Чанбин, оглядываясь на входную дверь, над которой прозвучал колокольчик. Посетители уже разошлись и в помещении остались лишь он да Джисон. Зашедший же осмотрелся с удивлёнными глазами и быстро ретировался обратно на улицу, что-то бормоча себе под нос. Возможно, проклятия. Чанбину не привыкать.       — Он детский логопед. Он надел маску тигла и сплосил у меня «Как говолит тиглёнок?»       — И что ты?       — Пломолчал.       — Но?       — Он не остановился, поменял маску и сплосил уже «Что говолит киса?» — притих Джисон, отчего-то виновато опустив взгляд в пустую стопку, на кромке которой ещё остались кристаллики соли.       — Так как ты оказался здесь?       — После флазы «Мяу, пидалас» я понял, что это безнадёжно и плишёл сюда, чтобы отдохнуть от всех этих мыслей сегодня. И не позволить чувству вины сожлать меня окончательно. Бан Чан показался неплохим человеком, плосто не умеющим лаботать с дефектами у взлослых. А бал вообще пелвый попавшийся. Даже удивился, что на этой улице что-то вообще есть.       — Ну что могу сказать, — протянул Чанбин задумчиво.       — Ничего не говоли, если считаешь, что это ахуевший пловал. Тут уже ничего не поможет. Хёнджин сказал, что это всё из-за того, что я не сосал. Ну и ещё из-за того, что мне не подлезали уздечку. — Джисон поднял взгляд и заметил ахуевшие глаза бармена, отчего решил скорее пояснить: — Он сказал, что если не было глудного вскалмливания, то у лебёнка не лазвивается сосательный лефлекс, из-за чего потом он может плохо выговаливать букву «л». А пустышки плосто затыкают лебёнка, из-за чего он в плинципе начинает меньше говолить. Там что-то психологическое. А я соблал бинго.       — Не будь столь скоропостижным.       — Почему нет?       — У меня есть знакомый логопед. Помог мне, а потом мы сдружились как-то. И он точно не будет нудным, и точно не наденет маски животных. Это не в его кинк-листе.       — Сомневаюсь, что он сможет исплавить это.       Чанбин пожал плечами, задумчиво выпятив нижнюю губу, постучал пальцем по столешнице и кивнул.       — Сможет-не сможет, не знаю, но он классный специалист в своём деле. Попытка не пытка. Что ты теряешь, попытавшись?       — Самоуважение?.. — неуверенно, словно раздумывая над мыслью уже лишь в процессе произношения фразы, ответил Джисон.       — Брось, тут не из-за чего стрессовать настолько.       — Я мечтаю читать лэп, а даже само слово выговолить не способен. Тут есть, из-за чего пележивать настолько.       — В любом случае, это может стать твоей фишкой. Я напишу ему, попрошу, чтобы он нашёл время для тебя, — подбадривающе кивнул Чанбин и придвинул ещё одну стопку к Джисону. — Последняя для закрепления и я вызываю тебе такси.       Джисон безнадёжно вздохнул и опрокинул напиток в себя, снова падая щекой на кулак.       Чанбин написал вечером следующего дня. В сообщении он кратко изложил, что у этого Ли Минхо, которому Джисон по умолчанию решил не доверять, потому что идеальных людей не бывает, а по рассказам Чанбина Минхо идеальный спец, освободилось окошко на следующий день, которое может занять Джисон.       Джисон поставил реакцию класса и поджал губы, ни на что не надеясь. Немного поразмыслив, он написал «спасибо», следующее за сообщением с адресом, временем и номером этого Ли Минхо, и сообщил, что обязательно сходит, а потом, прихватив карандаш из-за уха, вернулся к тетрадке, в которой красовались по несколько раз перечёркнутые слова.       На следующее утро он встал рано. Хоть больших надежд на удовлетворяющий результат не было, Джисон всё же долго собирался: провёл в ванне около часа, открывая вкуснопахнущие баночки одну за другой, несколько раз переодевался, потому что то ему не нравилось, как сочетаются цвета, то было некомфортно в одежде.       Бизнес-центр, в котором принимал Ли Минхо, находился в двадцати минутах от Джисона общественным транспортом. Он же, тем не менее, решил дойти пешком, когда выглянул в окно и почувствовал тёплые солнечные лучи на своей коже и ласковый ветерок, треплющий волосы.       На подходе к зданию, внутри начало всё переворачиваться. Как бы Джисон не настраивал себя, как бы он не старался не ожидать ничего, чтобы не разочароваться, всё-таки он желал, чтобы всё прошло хорошо и чтобы на деле логопед оказался, как и по словам бармена, хорошим спецом, который сможет решить его проблему.       Тем не менее, даже с таким настроем Хан умудрился опозориться. Как только он открыл дверь в нужный кабинет, то словно попал в начальную сцену «50 оттенков серого», упав, из-за того, что споткнулся о порожек.       Этот Ли Минхо, однако, тоже не отставал и словно стал живым воплощением Кристиана Грея из того же фильма, который Джисон — только никому не говорите — пересматривал холодными зимними вечерами в обнимку с кружкой какао и ведром мороженого, мечтая о любви (хоть какой-нибудь, господи!).       — Вы в порядке? — участливо поинтересовался мужчина, подходя ближе и подавая руку, чтобы помочь Джисону подняться.       — Да, да, — болванчиком закивал Джисон, во все глаза таращась на мужчину его мечты.       Аккуратный, ухоженный, приятно сдержанный, с блестящими в свете искусственных ламп тёмными волосами, с карими внимательными глазами, которые словно впитывали в себя каждую чёрточку Джисона, за стеклами тонкой золотой оправы на идеальной переносице. Чёрт, он словно вылез из романов для девочек, которые томно вздыхают, читая каждую сцену с мужчиной. Ли Минхо похож на Кристиана Грея больше самого Кристиана Грея. Он заставил дыхание Джисона сбиваться лишь взглядом.       Хану в голову закралась мысль, что даже если Минхо окажется ужасным логопедом, который не сможет помочь Джисону побороть свой дефект, то он всё равно продолжит ходить на занятия хотя бы ради того, чтобы лицезреть красоту мужчины и дальше.       — Начнём? — спросил мужчина, проходя к мягкому бежевому креслу, и указывая на такое же для Джисона. Между креслами стоял небольшой столик, а само помещение было в сдержанных оттенках, но тем не менее создавало расслабленную атмосферу. Джисону даже показалось, что он пришёл на сеанс к психологу. — Сперва расскажите о своей проблеме, чтобы я понимал, с чем предстоит работать.       Джисон неуверенно присел на край кресла, напряжённо сведя колени вместе от неловкости за себя. Надо же умудриться опозориться перед таким Аполлоном, ещё даже не открыв рот. Но после минуты молчания и поднятой брови Минхо Джисон всё же рассказал всё, выложил как на духу, со всеми своими неуверенностью, переживаниями и страхами.       — Знаете, мне кажется, тут не столько физическая проблема с артикуляционным аппаратом, сколько психологическая, — нерасторопно, вдумчиво произнёс Минхо, когда Джисон завершил свой монолог.       — Психологическая? — недоверчиво нахмурился Джисон, уже готовясь защищаться.       — Да. Есть один анекдот, которой вполне может сойти за скороговорку. Основная часть, которая и несёт смысл, не содержит буквы «р». Я расскажу, а вы повторите, не задумываясь и не стараясь выговорить просто идеально. Хорошо?       — Ладно, — непонимающе пожал плечами Джисон, всё же соглашаясь.       — Итак, это анекдот про Лупу и Пупу, — начал Минхо и улыбнулся, услышав сдавленный смешок, прикрытый ладонью, от Джисона. — Лупа и Пупа пошли получать зарплату. В бухгалтерии всё перепутали. В итоге, Лупа получил за Пупу, а Пупа за Лупу. Теперь Ваша очередь, — кивнул Минхо, указывая ладонью на парня и добавляя уверенности.       Что ж, атмосферу ему точно удалось разбавить. И Джисон передумал: идеальные люди всё же существуют. Чанбин, помогший Джисону найти если не решение его проблемы, то хотя бы просто этого мужчину мечты, один из них.