Не так мир тесен

                        I Материнский могильный камень Потемнел от плевков дождя. Эта ночь в уходящем мае Троекратную скорбь несла. Путешествий программа в прошлом, Без согласья — глава семьи. Арианна трясётся в черном, Их уже не назвать детьми.                         II День за днём как прогорклый ужин. Послевкусье ничем не сбить Осознанья, что он не нужен, Как герой непришедших битв. Гениальность его к признанью Оказалась плохим ключом. Лишь Батильда слегка отчаянье Разбавляет своим умом. Интересных историй ведьма Разучила немало в век, По утрам ароматной снедью Угощает, даёт совет. «Скоро снова ты будешь весел, Вот приедет племянник мой…» — Пока месит старушка тесто, Обещает свести с судьбой. «Усомнюсь, ведь не так мир тесен», — Улыбаясь, ответил он. А Батильда и дальше месит, С хитрецой бормоча под нос.                         III Он как грех, облечённый в тело. Будоражит оскал зубов, Источающих запах спелых Запрещённых в раю плодов. «Познакомься, милашка Геллерт», — Их Батильда спешит свести. Так от жара лицо горело, Что расплавился Ал почти. «Неужели я проклят?» — мысли Завертелись, как лист в реке. Его чувства такие грызли — Не признался бы сам себе.                         IV Зачарованной дымкой скрыта Глубина разномастных глаз. Между ними черта размыта, Ежедневно прочнеет связь. «Ты годишься не брату сопли Подтирать, а вести войну», — Эти строки звучат как вопли. Не спасти ли ему страну? Бесконечна волна их писем, Всё знакомей тепло их тел. Их дуэт безупречным вышел, Будто Мерлин того хотел.                         V «Променял на соседа, верно?» — На пороге бормочет брат. По плечу он похлопал Эйба: «Как обычно ко мне предвзят. Между прочим, об общем благе Я волнуюсь и день, и ночь». «Ты от краха и горя в шаге, И потом не проси помочь».                         VI «Вот уедем и будет лучше», — Обещает, целуя в грудь. Между ними до искр скручен Предрешённых грядущих жгут.                         VII «Арианна, быстрей спускайся!» Чемоданы уже стоят. Им покинуть страну бы раньше, Чем вернётся из паба брат. «Я волнуюсь, прошу минуту», — Еле слышно за дверью писк. «Уже куплен билет в каюту, Не ко времени твой каприз!». «Что такое? Эй, Альбус, слышишь? Арианна, иди наверх! Здесь предатель, нахальный слишком. Кто позволил решать за всех?» «Боже мой, — тут встревает Геллерт: — Шёл бы дальше ты, козий друг». «Почему этот немец лезет? Хоть один я услышу звук…» «Перестаньте!» — вмешался Альбус, Но от вспышек уже ослеп. Разразился в гостиной хаос, И проклятья потерян след. Чьё из них отскочило алым? Эхом крики в ушах стучат. С Гриндевальдом одним отчалил К европейской земле фрегат.                         VIII «Ты был прав», — признается брату. Нос встречает его кулак. И второго надгробья дату Пожирает полночный мрак.