Побег жениха

Джеймс сидел за столом, склонившись над пергаментом, словно пытался уловить мысли, которые ускользали, едва он начинал формулировать их в слова. Квартира, которую он делил с Лили, была наполнена её присутствием: лёгкий аромат цветов, который она всегда приносила с собой, и аккуратно сложенные книги на полке. Через месяц она станет Лили Поттер, а он — официальным мужем самой умной, красивой и доброй ведьмы, которую он знал. Но сейчас, в тишине, Джеймс думал о другом. Он вспоминал Регулуса. Его лицо всплыло перед глазами — холодное, строгое, но такое притягательное. Ему вспомнились ночи, когда они встречались тайком, далеко от посторонних глаз. Вспомнился мягкий баритон, шёпот слов, которые никогда не могли быть произнесены при других. Регулус умел касаться не только его тела, но и души. Джеймс крепче сжал перо, пытаясь сосредоточиться. Он всё сделал правильно, говорил он себе. Лили его любит. Она будет прекрасной женой, матерью, спутницей по жизни. Но где-то в глубине души он знал: её любовь не могла заменить того, что он чувствовал к Регулусу. Он задавался вопросом, что было бы, если бы тогда решился поступить иначе. Если бы сделал предложение не Лили, а Блэку. Но реальность быстро возвращала его в настоящее. Регулус исчез. Их миры были слишком разными. Лили дала ему шанс быть счастливым, жить открыто, честно. А Регулус? Тот выбрал тьму, выбрал верность семье, которой всегда ненавидел, и теперь их разделяло не только прошлое, но и будущее. Джеймс поднял взгляд на кольцо, лежащее на столе. Оно предназначалось для Лили, но он не мог удержаться от мысли, как бы оно смотрелось на тонких пальцах Регулуса. На мгновение в сердце кольнуло что-то острое, почти болезненное. Вся его жизнь сейчас казалась компромиссом. Но пути назад не было. Через месяц он станет мужем Лили. И, возможно, однажды он сможет любить её так, как она этого заслуживает. Джеймс нервно отбросил перо, едва удержавшись, чтобы не сломать его. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, грудная клетка вот-вот треснет. Он долго боролся с этой мыслью, пытался подавить в себе желание, но в итоге сдался. Вздохнув, он потянулся за новым листом пергамента и, не раздумывая, начал писать: «Дорогой Реджи, Я долго думал, прежде чем написать это письмо, но всё-таки решил, что не могу оставить тебя в неведении. Хочу пригласить тебя на свою свадьбу. Она состоится 31 июля 1978 года в 12:00. Я бы очень хотел, чтобы ты пришёл. Это важно для меня, даже если наше общение стало редким, а пути разошлись. Если хочешь, можешь взять с собой Барти — думаю, вы прекрасно проведёте время вместе. Я уверен, что тебе удастся добавить нотку чего-то особенного в этот день, каким бы сложным он для меня ни казался. Пожалуйста, напиши, сможешь ли ты прийти. Я правда надеюсь на твоё присутствие. С уважением (и чем-то больше), Джеймс P.S. Я был бы рад просто увидеть тебя, если вдруг решишь остаться ненадолго после. Твой Джеймс.» Слова вышли корявыми, словно его рука дрожала, но он не стал переписывать. Это письмо было не столько приглашением, сколько отчаянной попыткой услышать Регулуса, почувствовать его рядом хотя бы на мгновение. Заворачивая пергамент, Джеймс удивился собственной смелости — или глупости. Но было поздно останавливаться. Он позвал сову, которая тут же слетела с полки, внимательно глядя на него своими янтарными глазами. — Отнеси это. Быстро, — хрипло сказал он, протягивая свёрток. Сова мягко ухватила послание клювом и взмахнула крыльями, исчезая за окном. Джеймс проследил за её полётом, пока маленькая точка на горизонте не растворилась в темноте. Он выдохнул, чувствуя странное облегчение, будто скинул с плеч половину груза, который носил все эти годы. Наконец, он опустился обратно на стул, взял чашку чая и сделал глоток. Но едва его мышцы начали расслабляться, как пара мягких рук обвила его за шею. — Что делаешь? — услышал он знакомый голос. Джеймс вздрогнул, едва не выронив чашку. — Лили! Ты меня чуть не убила, — пробормотал он, обернувшись. Её зелёные глаза смотрели на него с лёгким любопытством. — Ты не ответил, — заметила она с улыбкой. Джеймс торопливо поставил чашку на стол. — Письмо писал. И чай пью, — ответил он небрежно, стараясь выглядеть расслабленным. — Письмо? — Лили нахмурилась, отодвинувшись, чтобы взглянуть ему в лицо. — Кому? Джеймс отвёл взгляд. — Регулусу, — сказал он наконец, не решаясь посмотреть на её реакцию. На мгновение наступила тишина, и Джеймс почувствовал, как напряжение в комнате стало почти осязаемым. Лили осторожно разжала руки, но её пальцы всё ещё касались его плеч. Она была настороже, как будто чувствовала, что ответ Джеймса ей не понравится. — Зачем ты ему писал? — мягко, но с ноткой напряжения в голосе спросила она. Джеймс, пытаясь сохранить спокойствие, сделал вид, что не замечает её тона. — Пригласил на свадьбу, — ответил он, не глядя ей в глаза. На мгновение наступила тишина, но она длилась недолго. — Что ты сделал?! — внезапно вскрикнула Лили, её голос сорвался от удивления и раздражения. Джеймс наконец повернулся к ней, сохраняя на лице маску безразличия, хотя внутри всё сжалось. — Ты всё прекрасно слышала, Лили, — произнёс он, стараясь звучать как можно спокойнее. — Зачем нам твой бывший на нашей свадьбе?! — её слова ударили, как гром среди ясного неба. Джеймс нахмурился. Он не ожидал, что она скажет это вслух, даже если догадывалась. — Он брат моего лучшего друга, — сказал он, скрестив руки на груди. — Как это будет выглядеть, если Сириус придёт, а Регулус — нет? Лили прищурилась, её взгляд стал острым, почти ледяным. — А как это будет выглядеть для меня? — прошептала она с вызовом, прежде чем резко повернуться и выйти из кухни, громко хлопнув дверью. Джеймс остался один. Тишина казалась оглушающей, но внутри его бурлила буря. Он провёл рукой по волосам, взъерошив их ещё больше, и бросил взгляд на окно. Где-то там его письмо уже неслось к Регулусу. — Чёрт, — пробормотал он, чувствуя, что всё это может плохо кончиться

***

Регулус сидел в кресле в своей небольшой, но уютной квартире. Книга маггловского автора лежала у него на коленях — «Портрет Дориана Грея». Он читал медленно, вдумываясь в каждую строку. Ему нравилось, как Уайльд описывал внутреннюю борьбу человека, скрытые мотивы и жажду красоты. Это словно резонировало с его собственной жизнью, наполненной тайнами и противоречиями. Внезапно в окно постучала сова. Регулус поднял глаза, и его сердце сжалось, когда он узнал её. Это была сова Джеймса. Её тёмные, умные глаза смотрели прямо на него, как будто знали всё, что у него на душе. Он осторожно протянул руку и забрал письмо. Развернув пергамент, Регулус быстро пробежался взглядом по корявым строчкам. Почерк Джеймса был всегда аккуратным, но сейчас слова словно торопились выйти, переплетаясь друг с другом. Это могло значить только одно — Джеймс нервничал. Регулус сглотнул, чувствуя, как внутри поднимается знакомая боль, смешанная с теплом. Его глаза зацепились за дату — 31 июля. Свадьба. Он не знал, что чувствовать. Грусть? Зависть? Или, может быть, удовлетворение от того, что Джеймс всё-таки нашёл свою дорогу? Он глубоко вдохнул, откладывая книгу в сторону, и взял перо. «Дорогой Джеймс Я получил твоё письмо. Признаться, оно стало для меня неожиданностью. Не знаю, правильно ли это — писать тебе сейчас, после всего, что было, но, думаю, ты всё равно хотел бы услышать мой ответ. Я постараюсь прийти на твою свадьбу. Но должен признаться, я ещё не уверен, что смогу. Это непростое решение для меня. Ты, наверно, понимаешь, почему. Я правда хотел бы быть там, но точный ответ смогу дать ближе к дате. Спасибо за приглашение. Оно для меня значит больше, чем я могу выразить словами. Твой Регулус» Регулус прочитал письмо ещё раз, прежде чем аккуратно свернуть его. Он медлил, как будто последний штрих ставил точку не только в письме, но и в какой-то части своей жизни. — Забери это обратно, — тихо сказал он сове, протягивая ей свёрток. Сова мягко ухватила письмо клювом и, взмахнув крыльями, вылетела в окно, растворяясь в вечернем небе. Регулус остался сидеть в кресле, глядя на пустое место, где только что была сова. Он взял в руки книгу, но больше не мог сосредоточиться на словах. Мысли о Джеймсе, о приглашении, о том, что будет, если он всё-таки пойдёт на эту свадьбу, заполонили его разум.

***

Джеймс, глядя на закрытую за Лили дверь, уже собрался идти за ней, чтобы попробовать всё объяснить. Ему не хотелось оставлять её в таком настроении, не хотелось, чтобы этот спор стал ещё одной трещиной в их отношениях. Он уже сделал шаг, но в тот момент в окно влетела его сова, гордо неся в клюве свёрнутый пергамент. — Ты быстро, — пробормотал он, подходя к птице. Сова с важным видом протянула письмо, и Джеймс аккуратно взял его, разворачивая. Он сразу узнал аккуратный, выверенный почерк Регулуса. Те самые ровные буквы, которые когда-то казались ему не просто красивыми, а почти магическими. Его губы невольно дрогнули в улыбке. Джеймс перечитал письмо несколько раз, словно пытался уловить что-то скрытое между строк. "Я постараюсь прийти..." Эти слова звучали как обнадеживающее обещание, но всё же оставляли лёгкое сомнение. Он скучал по этим строчкам, по самому Регулусу. Наконец, он сложил письмо, аккуратно положив его на стол, и направился к Лили. — Милая, — начал он, заглядывая в комнату. Она стояла у окна, скрестив руки на груди, и даже не повернулась к нему. — Уходи, Джеймс. Я не хочу с тобой разговаривать, — резко бросила она. — Ну, Лилс... — он попытался подойти ближе, но её голос резко оборвал его. — Уходи, — повторила она, на этот раз ещё твёрже. Джеймс остановился. Он понял, что сегодня разговора не выйдет. Вздохнув, он уже собирался выйти, как вдруг Лили добавила, не оборачиваясь: — Ты сегодня спишь на диване. Слова прозвучали как приговор. Джеймс замер на мгновение, но ничего не сказал. Он чувствовал себя виноватым, но и оправдываться перед ней сейчас не хотел. Молча выйдя из комнаты, он взял свою куртку с вешалки и направился к выходу. Закрывая за собой дверь, Джеймс поднял голову к тёмному небу, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Ему нужен был свежий воздух и хотя бы несколько минут тишины. 10.07.1978 Серые стены дома Малфоев казались давящими, как и слова Волдеморта, что вновь звучали в наполненной напряжением комнате. Лорд говорил о великой цели, о будущем, которое они якобы строят, но для Регулуса эти речи давно утратили смысл. Он слушал его вполуха, погружённый в свои мысли. Как я мог так ошибиться? — думал он, опустив взгляд на свои тонкие, аристократичные пальцы, сложенные перед собой. Он тысячу раз проклинал тот день, когда принял чёрную метку. И первой причиной был Джеймс. Когда собрание наконец завершилось, Регулус первым покинул помещение. Шаги гулко отдавались по мраморному полу, пока он шел к выходу. Воздух снаружи показался тяжёлым, но всё же лучше, чем та удушающая атмосфера внутри. Он направился в сторону своей любимой кофейни. Американо без молока — маленькая традиция, которую он себе позволял, чтобы хотя бы на миг почувствовать себя нормальным человеком, а не пешкой в чужой игре. Блэк уже почти достиг двери, когда заметил знакомую фигуру. Его сердце на мгновение сжалось. Джеймс. Поттер тоже увидел его. Солнечная улыбка мгновенно появилась на его лице, и он зашагал навстречу. — Привет, Реджи, — сказал он, и в его голосе звучала искренняя теплота. Регулус ответил сдержанно, но вежливо: — Здравствуй. Какими судьбами здесь? — Кофе пришёл выпить. А ты? — Джеймс слегка протянул слово «ты», и его взгляд словно пытался поймать что-то в лице Регулуса. — Тоже, — коротко ответил тот, стараясь не показать своих эмоций. — Тогда пошли. Угощу тебя кофе, — предложил Поттер, его глаза блестели от радости встречи. Регулус почувствовал, как что-то ёкнуло в его груди. Джеймс выглядел так, словно они не виделись неделю, а не целую вечность. — Не нужно, я сам заплачу за себя, — тихо сказал он, немного отвернув взгляд. — Я не могу оплатить своему другу кофе? — с лёгкой улыбкой спросил Джеймс. — Можешь, но я не хочу, — ответил Регулус, сохраняя свою маску невозмутимости. Джеймс пожал плечами, но не стал настаивать. — Окей, пошли. Они зашли в кофейню вместе, и Регулус чувствовал себя странно — одновременно неловко и... тепло. Как будто среди всех ошибок, боли и тьмы, в которых он увяз, это был маленький островок чего-то настоящего. Джеймс уверенно подошёл к кассе, игнорируя протесты Регулуса, который оставался у входа, явно не собираясь вмешиваться. — Здравствуйте, — улыбнулся Поттер кассиру. — Мне, пожалуйста, большое капучино и американо без молока. Он положил на стойку 50 пенсов и, не дожидаясь ответа Регулуса, ухватил его за руку, потянув к свободному столику у окна. — Я же сказал, что не нужно мне ничего брать, — недовольно начал Регулус, усаживаясь напротив Джеймса. — Я сам бы себе купил кофе и... Он вдруг замолчал, прищурившись, словно пытаясь уловить в словах Поттера что-то скрытое. — И какого, — он сделал короткую паузу, прежде чем продолжить, — чёрта ты до сих пор помнишь, какой кофе я пью? Джеймс, не теряя самообладания, пожал плечами и слегка улыбнулся: — Регулус, всё забыли. Я просто взял кофе. Оно стоит всего 20 пенсов. Регулус продолжал смотреть на него, скрестив руки на груди. — А почему помню... — Джеймс отвёл взгляд в сторону, но голос его оставался спокойным. — Это неважно. — Ладно, — Блэк нахмурился, потянувшись к карману своего плаща. — Давай я хотя бы деньги тебе отдам. — Не надо, — махнул рукой Джеймс, успокаивающе глядя на него. Пару секунд оба молчали, пока Джеймс не собрался с духом и, склонившись чуть ближе, не задал вопрос, который явно беспокоил его больше всего. — И вообще, я хотел спросить. Ты приедешь на мою свадьбу? Регулус отвёл взгляд к окну, словно хотел уйти от разговора. Но затем спокойно ответил: — Планов никаких нет. Поэтому приду. Джеймс широко улыбнулся, искренне и радостно. Эта улыбка, светлая и теплая, была именно такой, какой Регулус помнил её все те годы. — Я очень рад. Регулус чуть улыбнулся краем губ, но всё ещё старался держать лицо. — Какой дресс-код? — спросил он буднично, делая глоток американо. — Ты можешь приходить как хочешь, — ответил Джеймс, слегка наклоняясь вперёд, будто хотел сказать что-то важное. — Почему это? — Регулус поднял бровь, в его голосе звучало лёгкое удивление. — Потому что ты особенный гость, — тихо ответил Джеймс, глядя прямо ему в глаза. Эти слова зависли в воздухе, заставив Регулуса чуть замереть. Он не ответил сразу, лишь сделал ещё один глоток кофе, пряча взгляд за чашкой. Регулус задумчиво сделал ещё один глоток своего американо, прежде чем взглянуть на Джеймса. Его серые глаза блеснули интересом, но в них таилась и осторожность. — Как Лили отреагировала? — спросил он, стараясь придать голосу нейтральный тон, хотя внутри всё сжималось. Регулус знал, что Лили его ненавидела. Она никогда не скрывала своей неприязни, а её холодные взгляды и язвительные замечания, когда они пересекались в школе, до сих пор всплывали в памяти. И всё же ему было интересно. Джеймс слегка вздохнул и откинулся на спинку стула. — Плохо, — честно признался он, но в его голосе не было ни осуждения, ни упрёка. — Но она смирилась. И приняла. Регулус хмыкнул, опустив взгляд на свою чашку. — Понял, — коротко ответил он, стараясь скрыть смешанные эмоции. Ему не хотелось углубляться в эту тему. Лили для него была словно чужим, недосягаемым миром — миром, в который он никогда не впишется. Но, несмотря на это, он чувствовал странное облегчение. Если Джеймс говорит, что она приняла, значит, в этом есть доля правды. Скорее всего, она просто сделала это ради него. Ради Джеймса. Регулус взглянул на опустевшую чашку перед собой, а затем перевёл взгляд на Джеймса. Он не был уверен, как долго они сидели здесь, обсуждая что-то незначительное, избегая тем, которые могли бы обнажить слишком много. Но он знал, что пора уходить. Медленно поднимаясь со стула, он поправил свой плащ и спокойно сказал: — Ладно, я пойду. Джеймс оторвался от своих мыслей, его глаза встретились с глазами Регулуса. — До встречи на свадьбе, — добавил Блэк, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри было неспокойно. Джеймс улыбнулся. Та самая тёплая, искренняя улыбка, которую Регулус помнил и которую всегда старался не выдать, что замечает. — До встречи, — ответил Поттер, провожая его взглядом. Регулус развернулся и направился к выходу. Джеймс смотрел ему вслед, пока тот не растворился за стеклянной дверью кофейни. Ещё несколько мгновений он сидел неподвижно, обдумывая что-то, а потом вздохнул и, допив своё капучино, позволил себе на миг улыбнуться. До встречи, Реджи. 30.07.1978 В доме царил настоящий хаос. Лили металась по комнате, вынимая из ящиков вещи, примеряя платья, расставляя макияж, то и дело что-то забывая или теряя. Всё вокруг было в движении, напряжённо и нервозно. В воздухе витал запах духов и лака для волос, а её быстрые шаги создавали ритм тревоги. Джеймс сидел на диване, пытаясь расслабиться и уже несколько раз потеряв счёт времени. Для него всё было проще — костюм, прическа, пара минут у зеркала, и он готов. Но Лили была не в таком настроении. — Ты чего тут расселся?! — вдруг выкрикнула она, выходя из ванной, с разочарованным выражением на лице. — Нет, чтобы помочь мне с выбором макияжа или прической! Джеймс удивлённо поднял взгляд от книги, не понимая, что происходит. Он сидел и просто отдыхал, а теперь вдруг оказался центром её гнева. Внутри всё взорвалось недоумением. — Лили, не ори на меня просто так, — сказал он, стараясь оставаться спокойным, но в его голосе уже слышалась усталость от всей этой нервозности. Но она не остановилась. — А я буду! — резко ответила Лили, её голос звенел от ярости. Джеймс вздохнул и встал с дивана, подходя к ней с мягким взглядом. Он знал, что она сейчас в состоянии стресса, и он не мог просто сидеть и смотреть на это. — Лили, всё пройдёт хорошо, — сказал он, стараясь её успокоить. — Иди поспи, завтра — это завтра. Она несколько секунд стояла перед ним, её дыхание ровнялось, а взгляд становился менее агрессивным. Он всё-таки был прав — это всего лишь одна ночь. Завтра всё будет на своих местах. — Ладно, — тихо ответила она, опуская голову и выдыхая. Джеймс обнял её, мягко погладив по спине. Всё будет в порядке. *** Тишину комнаты нарушал лишь тихий треск огня в камине. Регулус сидел в полумраке, держа в руках дорогой бокал с огневиски. Густой, насыщенный аромат спиртного заполнял воздух, а жидкость в бокале почти закончилась. Он сделал ещё один глоток, чувствуя, как обжигающее тепло растекается по горлу, но не прогоняет холод внутри. Он не мог смириться. Смириться с тем, что Джеймс выбрал не его. С тем, что их было могло быть, но никогда не будет. Глаза автоматически закрылись, и воспоминания нахлынули волной. «Регулус лежал на коленях Джеймса. Его глаза были прикрыты, а губы тронула лёгкая улыбка. Джеймс нежно массировал его голову, и этот момент казался идеальным. Регулус чувствовал, как тепло от рук Поттера разливается по всему телу, снимая напряжение. Он был готов замурчать, как довольный котёнок. Но спокойствие длилось недолго. Вдруг Джеймс начал его щекотать, и Регулус, не ожидая этого, резко поджал ноги к груди и залился смехом. — Джи... Джи... — пытался выговорить он сквозь смех, но не мог. — Я тебя слушаю, малыш Регги, — шутливо ответил Джеймс, не прекращая своих атак. — Пере... пере... — Регулус судорожно пытался выдавить слово, но не мог из-за бесконтрольного смеха. Джеймс улыбнулся, понимая, что Регулус просит его остановиться. — Нет, как я могу перестать? — с усмешкой произнёс Поттер. Но он всё же остановился, и, прежде чем Регулус успел что-то сказать, Джеймс нежно поцеловал его в уголок губ. — Отстань, — надувшись, ответил Регулус, сев на траву под гремучей ивой. Его губы были слегка поджаты, а глаза выражали притворное недовольство. — Ну, Реджи, прости, — виновато сказал Джеймс, смотря на него снизу вверх, как пёс, умоляющий о прощении. — Отстань, — снова повторил Регулус, отворачиваясь. Не сдавшись, Джеймс подвинулся ближе, сзади и мягко обнял его, прижавшись щекой к его плечу. — Ладно, прощаю, — наконец прошептал Регулус, пряча улыбку.» Это было время, когда всё казалось таким простым. Когда мир был где-то за стенами их маленького пространства, а единственное, что имело значение, — это они. Воспоминания рассеялись, как туман, и Регулус открыл глаза. Его лицо потемнело, а рука крепче сжала бокал. Он сделал ещё один глоток огневиски, чувствуя, как горечь алкоголя смешивается с горечью внутри. — Как же тогда было хорошо, — хрипло прошептал он, чувствуя, как по щеке скатилась предательская слеза. Он вытер её тыльной стороной ладони, словно пытался стереть не только влагу, но и воспоминания, которые не давали ему покоя. 31.07.1978 Во дворе коттеджа, где должна была состояться свадьба, Джеймс нервно ходил взад и вперёд. Он постоянно оглядывался, его глаза бегали по толпе, словно что-то или кого-то искали. Сердце билось быстрее обычного, и он никак не мог успокоиться. И вот, спустя несколько долгих минут, он наконец заметил её — кудрявую чёрную макушку. Это был Регулус. Джеймс ощутил странный всплеск облегчения и одновременно тяжести в груди. Он быстро подошёл к нему, не дожидаясь, пока кто-то из гостей обратит на них внимание. Взяв Регулуса за руку, Джеймс вывел его из толпы в более уединённое место, подальше от взглядов и разговоров. — Что такое? — удивлённо спросил Регулус, глядя на него, слегка нахмурившись. — Во-первых, привет, — ответил Джеймс, пытаясь хоть немного разрядить напряжение. — А во-вторых, я знаю, что ты не любишь людные места. Регулус чуть приподнял уголок губ в слабой улыбке. — Нужно привыкать к людям, — тихо сказал он, опуская взгляд. Джеймс внимательно посмотрел на него. — Ты не спал всю ночь? — спросил он, заметив тёмные круги под глазами Регулуса и опухшее лицо. — Спал я, — коротко ответил Регулус, но его голос был недостаточно убедительным. — Не пизди, — строго перебил Джеймс, и в его голосе появилась почти братская забота. — Я тебя как облупленного знаю. Что случилось? Из-за кого плакал и не спал? Регулус попытался что-то ответить, но ком в горле не дал ему вымолвить ни слова. Его глаза наполнились слезами, и он отвёл взгляд, словно пытаясь спрятать своё лицо. Однако картинка в голове — Джеймс и Лили вместе, их свадьба — снова всплыла перед его мысленным взором. Слёзы предательски покатились по щекам. Джеймс, видя это, сразу обнял его, притянув ближе. — Эй, ну ты чего, — тихо произнёс он, но Регулус уже не мог сдерживаться. Слёзы лились рекой, и вместе с ними прорвались слова, которые он так долго держал в себе. — Ты ведь не любишь её... Почему ты женишься на ней? — голос Регулуса дрожал. Он хватал воздух между словами, пытаясь говорить сквозь рыдания. — Скажи же, что не любишь её. Скажи, что любишь меня! Джеймс молчал. Его сердце сжалось от боли и вины, но он не знал, что ответить. — Ты ведь не мог меня так быстро разлюбить, Джейми, скажи правду! Ты её любишь? Только не ври... Регулус смотрел на него со слезами в глазах, почти умоляя. Джеймс опустил взгляд, а затем, словно по наитию, поднял руки, обхватил лицо Регулуса ладонями и, не говоря ни слова, наклонился, чтобы поцеловать его. Поцелуй был солёным от слёз, но в нём было столько боли, нежности и долгожданного тепла, что у обоих перехватило дыхание. Регулус закрыл глаза, его руки поднялись и запутались в растрепанных волосах Джеймса. Этот момент принадлежал только им двоим, как если бы весь мир вдруг перестал существовать. Но тень реальности всё же нависала над ними. Джеймс медленно отстранился, тяжело дыша, а их взгляды встретились. Регулус смотрел на него с болью и сомнением, словно пытаясь удержать эмоции, но глаза выдавали всё. Джеймс же всматривался в лицо перед собой, пытаясь найти в нём того самого мальчика, которого он знал и любил. Его маленький Реджи. Но это был не тот весёлый, жизнерадостный мальчишка, которого он помнил. Регулус выглядел усталым, измученным, с тёмными кругами под глазами. Казалось, жизнь забрала из него свет. Джеймс тихо сказал: — Я люблю тебя. Регулус отвёл взгляд, его голос был глухим и надломленным: — У тебя есть Лили. Ей будет больно. — Дай мне шанс, — настоял Джеймс, не отрывая глаз от его лица. Регулус чуть хрипло усмехнулся, и его голос стал едва слышен: — Но ты же уже женишься. — Хочешь, я всё отменю? — Джеймс смотрел на него почти с вызовом, и в его глазах горело что-то, что могло сжечь все препятствия. Регулус вздохнул, словно боялся выдохнуть свои желания: — Хочу... Но так нельзя. Лили тебя любит, и ей будет больно. — Плевать на неё, — Джеймс шагнул ближе, его голос дрожал от эмоций. — Давай сбежим? Регулус с горечью покачал головой: — Нет, Джеймс. Ты должен выйти за неё, и вы будете счастливы. — Я хочу быть счастлив с тобой, — настаивал Поттер, тыкая пальцем ему в грудь, как будто пытаясь доказать что-то не только Регулусу, но и самому себе. — Лили тоже заслуживает любви, — тихо возразил Регулус, опустив голову. — Но я её не люблю! Я люблю тебя, Регулус! На эти слова Регулус поднял глаза. Его взгляд дрогнул, но он всё ещё пытался удержать равновесие в своём внутреннем хаосе. — Я пожиратель смерти, Джеймс. — Мне всё равно, — резко ответил тот, не давая ни секунды для возражений. — Я обожаю книги, и они разбросаны по всей квартире. Ты просто утонешь в них, — сказал Регулус с лёгкой, будто защитной улыбкой. — Это круто, — без малейшего колебания ответил Джеймс, глядя ему прямо в глаза. Регулус чуть улыбнулся краешком губ. Эта улыбка была такой редкой, но Джеймс чувствовал, что за ней кроется что-то настоящее, глубокое. — Ты всё ещё хочешь сбежать? — мягко спросил Регулус, испытующе глядя на него. — Да. Очень хочу, — уверенно ответил Джеймс. Регулус посмотрел на него, а потом тихо рассмеялся, слегка прикрывая рот рукой. — Тогда пошли. Только как мы это будем делать — думай сам, — с усмешкой добавил он. Джеймс улыбнулся, схватил Регулуса за руку, и они поспешно выбежали из помещения, не оглядываясь назад. Они оставили позади свет, шум и напряжение того дня. Когда они оказались на улице, небо вдруг разразилось дождём. Сначала это были лёгкие капли, но вскоре они стали превращаться в холодный, проливной ливень. Однако ни Джеймс, ни Регулус этого не замечали. На одной из пустынных улочек Джеймс резко остановился, повернулся к Регулусу и, не говоря ни слова, притянул его к себе. Их губы встретились в порыве, полном страсти и тоски, которая копилась слишком долго. Дождь стекал по их лицам, капли смешивались с солью слёз, а мир вокруг будто замер. — Бежим, — шепнул Джеймс, отрываясь от поцелуя, и вновь схватил его за руку. Они побежали, смеясь и спотыкаясь, срываясь в лужи, брызги которых летели во все стороны. Ветер бил им в лицо, мокрая одежда прилипала к телу, но им было всё равно. Регулус чувствовал, как промокает до нитки, как дождь проникает даже под пальто, но он только крепче сжимал руку Джеймса. Когда они наконец добрались до квартиры Регулуса, оба были совершенно мокрыми. С их волос капала вода, одежда буквально стекала, оставляя на полу лужи. Регулус, ослабленный дождём и усталостью, тяжело дышал, а лёгкий румянец на его щеках смешивался с усталой, но искренней улыбкой. — Ты весь промок, — заметил Джеймс, отводя мокрую прядь с лица Регулуса. — Ты тоже, — выдохнул Блэк, стараясь унять сбившееся дыхание. Джеймс хмыкнул, стряхивая воду с рукавов. — Завтра ты точно заболеешь, — сказал он, вспоминая, как Регулус всегда был болезненным. Регулус пожал плечами, усмехнувшись краешком губ: — Пусть. Всё равно, мне плевать. Джеймс смотрел на него с улыбкой, полной тепла и нежности. — Знаешь, я сделаю тебе горячий чай. А если ты всё-таки простудишься, то буду рядом, — произнёс он, сжимая ладонь Регулуса. — Глупый, — тихо ответил тот, но не отстранился. Дождь за окном усиливался, громкий шум заполнял тишину комнаты. Но внутри, несмотря на лужи на полу и мокрую одежду, было тепло. Тепло от того, что они, наконец, были вместе, даже если это стоило их покоя или привычной жизни.