Развязка

Ким Чжи Ён стоял перед мемориалом, тем самым, что должен был быть предназначен ему, но, к сожалению, с фотографии на него смотрел Сон Ук, его близкий друг и товарищ, с которым они вместе поступили в академию и сожительствовали несколько лет. Чёрт, парень успел стать ему не просто другом, а семьёй и от этого боль в груди ощущалась до жути невыносимой. Сравнивая её с тем ощущением, когда парень узнал, что старушку, собирающую картон, убили, это можно было считать в разы худшим — глаза слезились, но сейчас было не время. Времени на то, чтобы раскисать вообще не было. Перекинув вес с одной ноги на другую, находясь в своих мыслях, парень чуть не упал на одно колено — боль от простреленного бёдра тут же эхом раздалась по всему телу. Чертовски не вовремя, как обычно. Повернувшись и собираясь было идти, Чжи Ён увидел две знакомые фигуры на мосту перед ним — репортерша, Чхве Ми Рё, разговаривала о чем-то с Чо Хоном. Одну выдавали её ярко-красные, особенно под садящимся солнцем, волосы, в то время как второго — его телосложение. Чжи Ён даже не стал скрывать эмоций, когда посмотрел старшему коллеге прямо в глаза, ясно давая понять свои намерения. Обида, ярость, желание мести полыхали в парне черным огнём, который, кажется, не планировал потухать, пока не заберёт с собой как минимум нескольких жертв будущей прижизненной кремации. Парень отправился к себе домой, планируя сразу же искать цель, на которой можно было бы сорваться, выпустить пар. Однако, как стало ясно почти сразу, как он открыл ноутбук в гостиной, мыслить здраво парень пока не мог — он даже не удосужился проверить, нет ли на нём хвоста. «Придурок, — подумал парень, как только знакомые тяжёлые шаги раздались по комнате прямо за спиной, не давая времени опомниться. — Сам же на него пялился.» Чо Хон одним движением руки захлопнул ноутбук, сразу же за этим разворачиваясь и… По комнате неприятным эхом раздался звонкий звук пощёчины. Голова Чжи Ёна, сидящего на диване, по инерции повернулась в сторону наблюдая за своим отражением в стекле окна напротив. Щёку кололо от острого ощущения боли и обжигало тем жаром эмоций, что Чо Хон испытывал перед ударом. — Ты совсем идиот или что? — процедил через зубы старший. — Неужели ты собрался броситься к бешеным псам, как только удалось выйти из палаты? Ты хоть подумал, что своими действиями ты обесценишь жертву Сон Ука и на тебя, чёрт возьми, откроют настоящую охоту? — Я собираюсь отомстить, — словно ядовитая змея, прошипел парень, поворачиваясь и вновь смотря в глаза возвышающегося над ним мужчины. Сидя на диване, признаться честно, Чжи Ён ощущал себя ничтожно маленьким перед этим человеком. Парень встал и собирался было взять ноутбук, а затем уйти, но его быстро вернули на диван одним лёгким толчком ладони в грудь, отнимая технику и почти бросая её на стол. — Ты никуда не уходишь. Не сегодня, — пригрозил Чо Хон, буквально читая парня, как открытую книгу. — Я лично за этим прослежу. Чжи Ён удивлённо моргнул пару раз и затем ухмыльнулся, тогда как Чо Хону не нужно было слышать что-либо от парня, чтобы понять, что без боя тот сдаваться даже не планирует. — Попробуй меня остановить. И Чо Хон без проблем организовал ту остановку, ту самую разгрузку, которую так жаждал младший, когда хотел выпустить пар. Он без особых усилий схватил парня за плечи, шустро переворачивая его и заставляя лечь на диване на живот, уткнув лицом в подушку и удерживая шею одной рукой, а затем сам навалился сверху, не позволяя и шелохнуть телом ниже талии. Чжи Ён замер, по началу даже не поняв, что произошло. Но стоило старшему коллеге только приподнять ткань черных рубашки и футболки под ней, как по позвоночнику пробежался табун мурашек, будто предчувствуя запланированное мужчиной. Мозолистые пальцы, покрытые множеством шрамов, тут же принялись давить на ужасающие гемотомы, на побои, следы драк и, в последний их бой, перестрелки. Чо Хон закалил своё тело так, что даже раны от пуль зарастали буквально за несколько дней, чего нельзя сказать о младшем, который получил две пули, одну в спину и одну в бедро, нож в плечо и кучу синяков от тяжёлых ударов — организм парня просто не знал, какое ранение лечить первым, а потому очень медленно пытался справиться со всем сразу. — Нгх, — болезненный стон раздался под мужчиной, оповещая о том, что парню под ним руки на ранах вообще не нравились. — Какого чёрта? Отвали от меня! Злобный взгляд выглянул из-под чёлки, когда парень повернул голову на бок, укладывая щеку на подушку и внимательно наблюдая за коллегой, одновременно пытаясь придумать хоть какой-то план, как можно было бы освободиться. Тем не менее, старший даже не оставил ему возможности думать, когда ладонь двинулась по спине, очерчивая каждый позвонок, прежде чем оказаться на левой лопатке парня, надавливая всё сильнее, прямо туда, откуда всего несколько дней назад извлекли пулю. Парень завыл от боли, закусывая сперва щеку, а затем и подушку под собой. Голова плохо соображала и, в целом, парень особо и не понимал, чего добивается Чо Хон, ему никогда не удавалось читать его так, как получалось у самого следователя читать Линчевателя. — Чего ты добиваешься? — как только болезненное давление со спины и шеи пропало, парень задал вопрос, чудом подавляя стоны от оставшихся болезненных ощущений. — Я же сказал, что ты останешься здесь. Не моя вина, что ты так не хотел сдаваться без боя, — прорычал мужчина, прекрасно читая оппонента. Внезапно, вес с нижней части тела пропал и Чжи Ён было подумал, что он свободен, но как бы не так — мужские руки собственнически легли на узкую талию парня, переворачивая в этот раз на спину, а затем и вовсе закидывая тело, будто мешок картошки, на плечо, унося в примеченную по пути спальню. Тушка заключенного была брошена на кровать, забавно отпружинивая пару раз, прежде чем вновь оказаться прижатой чужим весом. Дыхание Чо Хона опаляло шею парня, заставляя дрожать в непонимании. — Что ты творишь, Чо Хон? — парень вздрогнул и упёрся руками в грудь напротив, как только чужие ладони полезли под одежду, оглаживая сперва подтянутый живот, затем рёбра, медленно поднимаясь к груди. — Заставляю тебя отказаться от любых затей и планов, — ответил как ни в чем не бывало мужчина, зажимая аккуратные соски между двумя пальцами и легонько их перетирая. — Как минимум, на ближайшие дни этого однозначно будет достаточно. Чжи Ён смотрел на мужчину неверящим взглядом, пытаясь считать хоть что-то с его каменного лица, но не смог найти вообще ничего. Чо Хон же времени не терял и сейчас парень под ним уже лишился половины гардероба — рубашка с футболкой полетели на пол. От столкновения с холодным воздухом комнаты, тело парнишки мелко задрожало, а глаза забегали по сторонам, будто пытаясь найти хоть какой-то выход из ситуации. — Я всё понял, давай просто, не знаю, поужинаем и ляжем спать, — не найдя вокруг ничего, что могло бы помочь, будто сдавшись, произнёс парень, умоляюще посмотрев в глаза слегка удивившемуся следователю. — И ты себе веришь? — усмехнулся мужчина, показывая белоснежные зубы, явно замечая, что парень всё ещё не намерен оставаться и, как только его отпустят, он однозначно найдёт способ отправить Чо Хона в отключку, чтобы сбежать. — Вообще-то, верю, — буркнул парень, отводя взгляд в сторону, понимая, что его слова совершенно не вызвали доверия у старшего, который, к слову, наклонился к чужой шее и вдохнул её аромат, приятно щекоча воздухом, а затем и согревая выдохом, улавливая едва заметный аромат геля для душа, который перекрывался запахом лекарств и антисептика. Язык Чо Хона легонько лизнул кожу над ключицей парня, прямо над крупной гематомой, из-за чего того словно током прошибло — он вжался в кровать и переместил руки с груди следователя на его плечи, пытаясь держать его на расстоянии, но это совсем не подействовало на более крупного мужчину. — П-перестань, не надо, — словно загнанный в угол дикий зверь, прошептал Чжи Ён. — Нам это ни к чему, правда. Давай просто поговорим. Чо Хон видел, как в глазах напротив зарождался страх, животный, почти не контролируемый. И его, нужно признаться, это заводило гораздо сильнее, чем когда парень выказывал свои неподчинение, непокорство, бесстрашие в его отношении. — Правильно, бойся, — улыбнулся мужчина, руками перехватывая запястья парня и вжимая их в кровать, не позволяя сдвинуть ни на сантиметр, после чего немного спустился вниз и укусил того за грудь, очерчивая ореолу соска на груди отпечатком зубов, — запомни этот страх. Ты должен знать, на что я способен, и страшиться этого, а потому не перечить мне. — Я тебя не боюсь, — ядовито прыснул парень, жмуря веки и хмуря брови, одновременно закусывая нижнюю губу, чтобы ни один звук не покинул его рта. — И то, что ты творишь, можно считать изнасилованием. Это преступление, уважаемый глава следственного отдела. — Вот как мы сейчас заговорили, а, Линчеватель? — оскалился мужчина, прежде чем оставить ещё один след от укуса на и без того раненой коже. А затем и последующие, выбивая из лёгких парня под ним весь воздух. — Ну, моё преступление хотя бы оставит тебе позитивные эмоции и, в целом, ты останешься жив. Парень открыл глаза, наблюдая за тем, как его запястья свели вместе и Чо Хон, быстрым движением сняв с себя ремень из плотной кожи, обмотал их, фиксируя и оставляя без возможности выпутаться. Как только руки старшего оказались свободны, он тут же начал стягивать с парня штаны вместе с нижним бельём. — Какого черта, Чо Хон! — парень явно даже не задумывался, как далеко собирался заходить следователь, из-за чего довольно сильно испугался, как только его развернули на живот, поднимая упругие ягодицы в воздух, до неприличия выставляя их напоказ. Раздался шлепок, звонкий звук которого будто эхом отразился от стен, Чжи Ён уткнулся носом в кровать, сдавленно застонав от резкой боли, которая почти сразу ушла, оставляя лишь жгучее ощущение чужой ладони на ягодице. Затем и соседняя упругая часть получила свой удар, вновь срывая стон с губ парня, который попытался избежать соприкосновения, но не сумел — одна из рук Чо Хона легла ему на спину, прямо промеж лопаток, придавливая грудь к кровати ещё сильнее, настолько, что парень едва ли мог вдохнуть достаточно воздуха, чтобы оставаться в сознании. — Чтоб тебя, — всхлипнул парень, явно не ожидая, что от каких-то унизительных шлепков по заду, у него побегут слёзы. — Готов сотрудничать, м-мм? — неожиданно раздалось над ухом парня, заставляя его резко выдохнуть в испуге. — Какое, мать твою, сотрудничество тут может быть?! — парень и правда не понимал, чего вообще от него ожидал следователь. — Я, что, должен подчиниться и попрыгать на твоём члене, извращенец ты грёбаный? — Ну, можно и так, было бы неплохо, — будто удовлетворённо, кивнул мужчина, утыкаясь губами в загривок парня и целуя его, прежде чем укусить, да и к тому же так сильно, что в свежей ране тут же проявились капельки крови, а с губ Чжи Ёна сорвался болезненный стон, смешанный со всхлипом. — Разве это так сложно? — Да пошёл ты, — резко ответил парень, не желая продолжать разговор, дабы скрыть то, что ему начинало нравится такое отношение. Просто представив себя, оседлавшего этого крупного мужчину, чьё внимание было полностью сфокусировано на нём, без помех и препятствий, Чжи Ён почувствовал, как в паху скручивается узел возбуждения, а лицо, как в прочем и все близлежащие части: шея, уши, даже плечи, покрываются пунцовым румянцем. Конечно, Чо Хон это прекрасно замечал, ровно как и не ускользнул от него тот факт, как легко возбуждался парень, явно не находя времени на самоудовлетворение в пределах академии и его тайной жизни в лице Линчевателя, а оттого и самоконтроля ожидать от него было бы очень глупо. — И кто же из нас теперь извращенец, — вновь прошептал почти бархатный басс на ухо Чжи Ёна, заставляя дрожать, будто он на морозе больше часа без одежды пробыл, — Чжи Ён-и? Линчеватель даже не сообразил что-то ответить — стыд закрался глубоко под кожу, не позволяя словам покидать горло. Похоже, он и правда был ещё большим извращенцем, нежели Чо Хон. Мужчину, вероятно, возбуждали действия, в то время как парню было достаточно просто представить себя под контролем, в обладании мужчины. Черт возьми, ему нравилось всё — физическая форма, в которой находился следователь, его голос, способный как на чувственный шёпот, так и на крик на эмоциях, которые в нём вызывал парень, даже то, как сливаются их тела, когда старший так прижимает его к кровати. Кажется, Чжи Ён встрял по уши. Мужчина улыбнулся, замечая, как дрожат налитые румянцем плечи парня, отчасти понимая ураган мыслей в чужой голове прямо сейчас. Чжи Ён и правда был особенным для него, и, кажется, парень и следователя таковым для себя считал. Нежный поцелуй коснулся зашитой раны от пули на левой лопатке под пластырем, после чего путь из небольших касаний губами прошёл вплоть до тазовых косточек парня. Ничуть не медля, мужчина в очередной раз повернул парня на спину, вызывая у того небольшое головокружение и заставляя смущаться ещё сильнее от того, что его возбуждённая плоть не была ничем прикрыта. — Очаровательно, — ухмыльнулся старший, приблизившись к красному, словно спелый томат, лицу Чжи Ёна, накрывая его губы своими, делясь с ним дыханием, исследуя его зубы, десны, нёбо и утягивая язык в страстный танец. Парень был удивлён не меньше следователя, когда сам начал отвечать ему, услащая их поцелуй, делая его более глубоким, чувственным, заставляя сердца обоих трепетать. Скинув спущенные штаны с бельём окончательно, Чжи Ён обхватил своего мучителя ногами за бёдра, заставляя того вжиматься в тело под ним с ещё большей силой. Руки, связанные ремнём, вцепились в привычную белую рубашку, скрытую за расстёгнутым чёрным пиджаком. Даже несмотря на то, что младший особо и не видел следователя в другой одежде, сейчас он выглядел иначе — развратнее, соблазнительнее и до жути желанно. Чо Хон улыбнулся, ощущая, как рубашка сминается под силой рук парнишки, однозначно придётся отутюживать. — Развяжи, — после очередного поцелуя, отстранившись, чтобы сделать вдох, попросил Чжи Ён, взглядом указывая на руки, но в ответ он лишь получил отчасти заинтересованный взгляд старшего. — С какой целью? — приподняв одну бровь в вопросе, спросил тот, оглаживая ладонями чужую грудь, невзначай затрагивая чувствительные от возбуждения бусины сосков. — Хочу тебя раздеть, — шумно выдохнул парень, давая честный ответ, слегка закидывая голову от ласк, что заставляют его терять рассудок. — Пожалуй, ещё рано, — немного подумав, произнёс Чо Хон, наблюдая за реакцией парня, что тут же надулся, смотрясь невероятно мило, с покрасневшими от слёз глазами и блестящими от их общей слюны губами. Чжи Ён что-то хотел произнести, судя по тому, как приоткрылся его рот, но замолчал, шумно сглатывая подступившую слюну, как только руки с груди пропали и Чо Хон перед ним сперва снял пиджак, а затем начал расстёгивать рубашку. Непослушные руки связанного тут же дотронулись до груди мужчины, опускаясь вниз по мере того, как края рубашки расходились в стороны, как только державшие их пуговицы расстёгивались. Линчеватель медленно вёл пальцами сверху вниз, пожирая взглядом каждый сантиметр кожи. Такой же, как собственная, в ранах, но с почти полностью затянувшимся пулевым в правой части груди, в остатках синяков, которые уже почти сошли на нет, оставляя за собой лишь мелкие желтовато-синие пятна, в шрамах, по которым, вероятно, можно отследить всю подноготную мужчины. Рубашка улетела на пол, к пиджаку и вещам Чжи Ёна, туда, где им сейчас было самое место — подальше от двух разгорячённых тел. Линчеватель аккуратно довёл ладонь до низа живота, дотрагиваясь до начинающейся полоски щетинистых волос, которые на удивление не были грубыми — в этот момент Чжи Ён даже задался вопросом — какие на ощупь волосы на голове следователя? Мягкие, будто нежный шёлк, или же жёсткие, как иглы ежа? Из мыслей вывели чужие руки, отодвинувшие собственные, дабы разобраться с остатками одежды — штанами от костюма и боксеров, скрывавшихся под ними. Чжи Ён мог лишь наблюдать и покрываться мурашками, жадно глотая слюну — такое прекрасное шоу и всё оно посвящается ему одному и никому больше. За нижним бельём скрывался бесстыдно возбуждённый орган, что был прилично толще собственного, и это, правда, пугало. Чжи Ён не любил боль, хоть и сталкивался с ней практически на ежедневной основе, а такой размер уж точно безболезненно зайти не сможет — в этом сомнений не было. Парня вновь заколотила дрожь, когда он протянул руки и коснулся блестящей от первых капель предэякулята головки, вытягивая из уст сверху шумный выдох, будто вырывая воздух изнутри, заставляя опустошить лёгкие полностью. — Какой бесстрашный, — ухмыльнулся Чо Хон, тоже кладя ладонь на чужую возбуждённую плоть, жаждущую прикосновений, получая в награду скулящий стон, желающий ощутить ещё больше такой ласки, — правда не боишься, что я могу взять тебя прямо сейчас, без подготовки? — Я, мнх, крайне надеюсь на твоё благоразумие, потому что моё, ах, ты уже растоптал, — ответил парень, облизнув губы, что начали подсыхать. Что там говорил Чо Хон: нравилось, когда парнишка боялся его? Пора менять мнение — такой податливый он нравился ему ещё сильнее. Парень только что буквально признался, что доверяет старшему делать с ним всё, что тот пожелает — как такое можно было не взлюбить? Вновь накинувшись на манящие губы, Чо Хон каким-то незаметным движением отвёл чужие связанные руки вверх, зажимая их между двумя торсами, в то время как оба их члена он обхватил своей рукой, создавая помимо приятного трения друг об друга ещё и трение с рукой. Чжи Ён прямо-таки захлебнулся в поцелуе — когда он в последний раз вообще себя трогал? В голове было пусто, он даже приблизительно не мог вспомнить, когда это было. Вероятно, больше года назад или даже двух? — Так приятно видеть, что у тебя давно такого не было, — произнёс мужчина, разорвав поцелуй и переместив губы на мочку уха, улыбаясь тому, насколько чувствительным был его партнёр. — Мне так хорошо сейчас, — постанывая от переизбытка ощущений, еле осилил сказать Чжи Ён, казалось, что каждая клеточка его тела возбуждена до своего предела. — Знаешь, я могу заставить тебя почувствовать себя ещё лучше, но это займёт больше времени, чем хотелось бы — у нас нет лубриканта, а без него придётся постараться, — шальная улыбка вновь коснулась губ мужчины, что уже предвкушал их будущее удовольствие, разделённое на двоих. — Хн, — тихий стон вырвался из-за закрытых губ парня, прежде чем он смог донести свою мысль, — п-проверь тумбочку. Один раз мой друг попросил ключи, чтобы провести ночь с девушкой, возможно… Чо Хон даже не думал медлить, тут же протягиваясь к прикроватной тумбе и, открыв выдвижной ящик, чуть было не сказал «Бинго». Внутри обнаружился небольшой тюбик с гелем-смазкой, хотя, к сожалению, презервативов не было. Тем не менее, кажется, это никого из них не беспокоило — что студент, что следователь — оба ежегодно проходили полное медицинское обследование и были полностью здоровы и чисты. Вернувшись к парню, Чо Хон наконец-то решил позволить тому «роскошь» и развязал тугой узел ремня, снимая оковы с запястий, что уже успели изрядно покраснеть от постоянного трения с жесткой кожей. — Спасибо, — прошептал парень, сразу же пользуясь возможностью и переворачивая мужчину на спину, удобно усаживаясь на его бедрах. Пошлый взгляд принялся осматривать всё тело парня, снизу вверх, особенно задерживаясь на лице с развращённым выражением. Щёлкнула крышка тюбика и небольшое количество лубриканта вылилось на пальцы мужчины, после чего обе руки отправились на ягодицы парня, раздвигая две упругие половинки и на ощупь обнаруживая колечко мышц, которому требовалась небольшая тренировка, чтобы не надорваться во время их соития. Колени Чжи Ёна задрожали, а руки не знали, чем себя занять, поэтому парень опустил взгляд вниз и решил принести немного удовольствия — ну или же проверить выдержку зверя под ним — располагая обе руки на их со следователем членах, в очередной раз отмечая разницу в их физических размерах, в том числе и рук — Чо Хону хватало одной руки, чтобы держать их обоих, в то время как младший мог целиком обхватить их только двумя. — Чжи Ён, это очень рисково, — с нотками угрозы, раздался голос снизу — мужчина нахмурил брови, но в глазах лишь сильнее полыхнул огонь похоти. — А я люблю рисков… А-ах, — парень даже не сумел договорить, когда в его нутро резко вошли два пальца, смазанные в геле. — Сам напросился, — последовал ответ на незавершенную речь партнёра. На самом деле, Чо Хон вполне мог взять его прямо так, без подготовки, действительно травмируя так, что парень не смог бы не то что день, а неделю ходить, но тёплые чувства к нему не позволяли следователю стать монстром. В конце концов, мужчина верил в то, что это не первый и последний их раз вместе, что Чжи Ён и сам будет желать повторения, но это сработало бы только в том случае, если парень действительно насладился процессом, а не в том, если бы старший грубо отымел его так, что ему пришлось накладывать швы на нежную слизистую, дабы остановить кровотечение. Тем временем, пальцы внутри парня могли шевелиться уже почти без сопротивления, что позволило мужчине добавить ещё один. — Полегче, — застонал Чжи Ён, ощущая распирающую наполненность внизу, что посылала импульсы удовольствия в его член. — А-то что? — с забавой спросил старший, зная, что тот ничего не мог противопоставить. Чжи Ён не ответил, лишь продолжил усердно двигать руками вверх-вниз, иногда оглаживая головки большими пальцами, непрерывно постанывая от ощущений отовсюду, и Чо Хону пришлось прикусить свою губу, чтобы не сорваться на парня прямо сейчас, заполняя собой до краёв и выбивая резкими движениями из него и воздух, и слёзы, и стоны, становясь его единственным наркотиком, от которого он бы зависел всю свою оставшуюся жизнь. К четвёртому пальцу парень был не готов морально, хоть и достаточно подготовлен физически. Стоило фалангам по очереди пропихиваться внутрь, как парень замер, не в силах двигать руками, сильно задрожал и навалился на мужчину, сладко стоная, впиваясь короткими ногтями в его плечи. — Уже почти всё, дальше будет ещё лучше, — прошептал следователь парню, который его сейчас вряд ли слышал — шум в ушах и мыльная картина перед глазами позволяли сосредоточится только на ощущениях внизу, а не на происходящем вокруг. Чо Хон даже представить не мог, что Чжи Ён способен на такие жалобные взгляды и стоны, которые полились из него рекой, как только пальцы, что доставляли ему столько удовольствия, пропали. — А, а-ах, — парень даже не мог собрать мысли в кучу, чтобы произнести что-то кроме стонов. — Знаю-знаю, сейчас, — тихонько поцеловав парня в лоб, успокоил старший, вновь меняя их позу и укладывая того на спину, нависая сверху. Даже не смотря на то, что Чжи Ён не особо разбирался, что происходит, будучи пленником своего возбуждения, он не мог не засмотреться на мужчину перед собой, когда тот привычным движением руки зачесал волосы, упавшие на глаза, назад. Невозможно сексуально. — Если будешь напрягаться, будет больно, так что попробуй расслабиться, — прошептал Чо Хон, растирая смазку-гель по своему члену и сразу же упираясь головкой в манящее нутро. Будь у парня способность говорить, он бы обязательно сказал что-то едкое, по поводу того, что с размерами, как у коллеги, даже если б он в лужу растёкся, расслабившись, ему бы всё равно было больно. Но говорить младший толком не мог, а потому лишь промычал в ответ, прежде чем старший пошёл в наступление. Он не мог не смотреть за лицом Чжи Ёна в эти красочные моменты, когда внутри оказалась головка, парень издал восхищённый стон, наконец получая то, о чём он так долго грезил, но стоило Чо Хону продолжить продвижение, как стоны начали литься непрерывно, а голова парнишки всё сильнее закидываться назад, пока гибкость шеи не достигла предела. — Мнх, чуть-чуть подожди, а-ах, пожалуйста, нгх, — но следователь и не думал тормозить, пока не дойдёт до конца. И он дошёл. Как только он оказался внутри прямо до основания, парень под ним протяжно всхлипнул и кончил на сухую, без какой-либо дополнительно стимуляции, кроме как от члена в его кишечнике, что даже не был под нужным углом, чтобы ударить по простате, пачкая свои живот и грудь белыми линиями, что отлично контрастировали с румяной кожей. — Какой же ты красивый, — рыкнул Чо Хон, кусая парня за изгиб шеи и делая пробный толчок, не сильно покидая приятное тепло нутра, чтобы не доставить лишней боли на повторном проникновении. — У-умнх, — заскулил парень, не в силах контролировать собственное тело, вжимаясь в кровать, пытаясь уйти от болезненно глубокого контакта. — Б-больно, очень больно, правда. Чо Хон приостановил любые манипуляции на пару моментов, дабы хоть немного успокоить парня под ним. Он приблизился к чужому лицу, обхватывая его ладонями, после чего начал зацеловывать всё, до чего дотягивался: лоб, брови, веки, щеки, кончик носа, солоноватые дорожки от пролитых слёз, что всё ещё текли не прекращаясь, губы, приоткрытые от тихих всхлипов и стонов, поглощающие воздух для лучшего успокоения. Мужчина вновь сделал толчок, медленный, тягучий, но в этот раз меняя направление, пытаясь обнаружить заветную точку, способную отвлечь парнишку от боли. И он нашёл, с первой же попытки. Стенки горячего нутра чуть ли не до боли сжали Чо Хона внутри, заставляя того рвано задышать, но продолжая двигаться в найденном направлении. Чжи Ён же заливался краской ещё сильнее, особенно слыша собственные громкие стоны в почти полной тишине, не считая звуков столкновения кожи с кожей внизу, он терял голову от умопомрачительных ощущений, которыми старший одаривал его. А как только темп движений в его нутре повысился, накалился и сам Линчеватель. Член, что только недавно получил разрядку, снова твердел прямо на глазах, и стоило старшему только коснуться его, как парень затрясся в очередном цунами удовольствия. — Чжи Ён-и, — тихо позвал мужчина, оглаживая влажную скулу парня большим пальцем свободной руки, — ты как? Но парень не мог думать, чтобы дать хоть какой-то ответ — не тогда, когда каждый толчок внутри бил по простате, в то время как его член подвергался нападкам мужской руки, оглаживающей головку, водящей ногтем по уретре. Голова пульсировала от пёстрых ощущений, конечности абсолютно не слушались, из-за чего бедняга Чжи Ён даже не мог отстранить чужую руку со своей плоти, когда был на очередной грани схождения с ума. — Я, я сейчас… Чо Хо-он, — парень схватил плечи партнёра, оставляя на них следы-полумесяцы в форме ногтей, вместе с этим закусывая свою губу, травмируя её настолько, что стоило зубам отпустить, как изо рта потекла небольшая струйка крови. Чужой кулак, что ублажал член парня, наполнился спермой, которая отличалась от той, что была в первом приходе парня — менее вязкая и более прозрачная. Но даже так, Чо Хон и не планировал останавливаться, продолжая фактически насилие над телом под ним, не давая времени прийти в себя, мужчина продолжил стимулировать только что размякший орган, попутно вбиваясь во всё ещё туго сжимающее своими стенками нутро. — Стой, хва-атит, п-пожалуйста-ах, — новые слезы от гиперчувствительности и непрекращающихся стимуляций посыпались из глаз градом, на что следователь ухмыльнулся, утягивая парня в мокрый поцелуй с привкусом крови. Одного только взгляда на такого вот Линчевателя было достаточно, чтобы совершить рывок к разрядке, но мужчина контролировал себя, даже если это требовало нечеловеческих усилий. Ловить всхлипы ртом оказалось очень даже приятно, но слышать их в полном объёме, когда они отскакивали от стен эхом, было в разы приятнее, поэтому Чо Хон разорвал поцелуй, медленно перебираясь к истязанию шеи, что и без того была усыпана засосами и укусами, со временем становившимися лишь отчетливее и ярче. Вся комната пропахла сексом, а воздух накалился настолько, что Чжи Ён, до этого дрожавший от холода, теперь не знал куда себя деть от непереносимого жара, что окружал его снаружи и плавил изнутри. — Я больше не могу, пожалуйста, — умолял парень, чувствуя, как в очередной раз его плоть возбуждается, твердеет, а толчки в нём, кажется, и не планируют сходить на нет, каждый раз ударяясь о простату и посылая практически электрический ток по всем рецепторам. — Ты сильный парень, Чжи Ён, я в этом уже не раз убеждался, — низкий рокот раздался в ключицу парня, лишая его всякой надежды на перерыв и, тем более, на завершение. — Чо Хон, умоляю, — попытался парень в очередной раз, но в замен получил лишь укус в грудь, прямо туда, где за слоем кожи, мышц и костей забивалось на пределе возможностей сердце. Мужчина резко остановил любые действия, заставляя парня под собой поднять на него взгляд наполненных слезами глаз, полный надежды, веря в то, что над ним сжалились. Только вот старший покинул парня всего на мгновение, прежде чем развернуть на живот и ворваться в чужое узкое тепло назад, заставляя того захлебнуться в стонах, утыкаясь в подушку — черт бы побрал размер Чо Хона и то, как глубоко он может зайти… — Чжи Ён, ты так прекрасен, — улыбнулся мужчина, ловя острым слухом каждый выдох, каждый сдавленный стон и всхлип, приглушенный подушкой. — Наверное, тебя всё же стоит запереть и никогда не выпускать. Никому не позволять даже смотреть на тебя, не то, что взаимодействовать. Речь Чо Хона пугала, но парень совершенно не обращал на неё внимания, просто не в силах сконцентрироваться на чём-то ином, нежели члене коллеги, что бил его слизистую так глубоко, что мститель ощущал, как напрягаются мышцы его живота, когда головка выпирает из него. Господи, Чжи Ён даже на момент успел поймать себя на мысли, что он может залететь от Чо Хона, если тот продолжит так выбивать в его организме ложе под их ребёнка, формировать в нём матку, как у женщины. Ну что за извращение? Парень вновь почувствовал руку на своей плоти, что тут же принялась издеваться над его головкой, потирая пальцами края, царапая уретру ногтями, затем спустилась ниже, к основанию, слегка пережимая его, но почти сразу же отпуская и вновь двигая вверх-вниз по всей длине. И Линчеватель в очередной раз был доведён до гребаного пика, до самого предела, уже не в силах даже застонать — парень беззвучно уткнулся в подушку, сотрясаясь всем телом, после чего излился на постельное белье, практически прозрачной жидкостью. Его организм уже даже сперму нормально конструировать не мог — после такого долгого перерыва, три раза подряд оказались просто невозможными. Чо Хон принялся кусать спину парня, едва ли отдавая себе отчёт о том, как парень будет жить с этим сумасшедшим количеством отметок на теле, когда даже старые гематомы не могли пропасть из-за истощенного резерва сил организма. Движения стали хаотичными и до ужаса быстрыми, и, не прошло и пары минут, как Чо Хон излился внутрь, заставляя младшего в очередной раз хрипло застонать, получая порцию ощущений, которых он ещё не испытывал. — Спасибо за вечер, — произнёс мужчина, целуя парня в затылок, прежде чем тот повернул голову на подушке на бок, позволяя увидеть результат работы следователя на лице мстителя. Всё лицо парня было залито слезами, а около рта — слюной и кровью, глаза расфокусированы, будто ещё немного, и сознание покинет его, отправляя в обморок. Чо Хон лишь улыбнулся и поцеловал того в губы, одновременно медленно покидая чужое тепло, принимая тихий стон парня, как ответ на его действия. Сердца обоих колотились, как умалишенные, будто они только что пробежали марафон. Что ж, зато сейчас мужчина был уверен, что у парня не то, что сил сбежать нет, но и даже подумать о побеге. Вероятно, он перестарался, но так было даже лучше. Аккуратно подняв тело, что сейчас было больше похоже на безвольную куклу, на руки, мужчина понёс Чжи Ёна в ванную комнату и сразу укладывая в ванну, наблюдая за тем, как парень поморщился, когда спина соприкоснулась с холодным покрытием. Включив тёплую воду, Чо Хон на несколько минут вышел из комнаты, прежде чем вернуться с запачканным постельным бельём и, в другой руке, чистым махровым полотенцем для парня и себя. Белье отправилось сразу в стиральную машину, минуя корзину, а полотенце — на табурет, стоящий рядом с ванной. Мужчина недолго думал, прежде чем слегка приподнял парня и залез к нему в ванну, укладывая младшего спиной себе на грудь и медленно начиная очищать от следов их времяпровождения. Сперва Чо Хон аккуратно намочил руки и вытер лицо парня, смывая кровь и слёзы, затем отправился на шею, нежно обводя все ноющие укусы и синяки, а так же засосы, после чего опустился ниже, избавляясь от подсохшей спермы с груди и живота. Напоследок, он подтянул Чжи Ёна повыше, медленно вставляя пальцы в его распухшее колечко мышц, выбивая хриплый стон и заставляя парня дрожать, пока сперма изнутри вытекала наружу, омываемая водой. — Чо Хон, — прошептал парень сорванным голосом, — возьми ответственность. Следователь удивлённо вскинул брови, после чего усмехнулся и, поцеловав парня за ухом. — С самого начала я был к ней готов, конечно, я за тебя в ответе, Чжи Ён. Не волнуйся, я тебя не брошу, — видимо, от слов обещания быть рядом, Чжи Ён в самом деле поверил мужчине, позволяя организму расслабиться, а сознанию отключиться — Чо Хон заметил, как пышные ресницы парня опустились, а затем он тихо засопел, практически теряя сознание от переутомления. — Спи спокойно. Завершив все процедуры по очистке, мужчина спустил воду и затем поднялся из ванны, следом хватая полотенце и, конечно, свою ценную ношу в виде спящего Линчевателя. Насухо обтерев их обоих, Чо Хон вернулся в спальню, где он заранее постелил свежее постельное, укладывая парня под одеяло и ложась рядом, даже не задумываясь об одежде. — Приятных снов, Чжи Ён, — прошептал мужчина, целуя парня в макушку, перед тем как закрыть глаза и провалиться в сон.