Говоря прямо: я люблю тебя

Иногда Джисону нравится притворяться, что он курит, как в старые добрые времена. Он разрезает спелое яблоко, вырезая все необходимые отверстия. У него в комнате есть отличный бонг и хорошая трубка. У него даже есть бумага для скручивания, когда к нему приходят гости и каждый хочет покурить что-то свое. Он любит притворяться, что ему снова девятнадцать лет; он смотрит на Минхо, когда тот показывает ему то, чему его научил кто-то другой, и нервничает, когда он наклоняется и позволяет Минхо надавить пальцем на импровизированный карб и зажечь сделанную своими руками сигарету. Тогда он даже не умел пользоваться обычной зажигалкой и мог только нажимать пальцем на «зиппо». Тогда у него еще не было первого поцелуя. По его мнению, это было неизбежно. Травка и атмосфера подтолкнули их к тому, чтобы переступить черту, за которой они оба находились. Было очевидно, что после того, как Минхо сделал пару глотков, он предложит им пострелять из дробовика. Неизбежно было и то, что Джисон последовал примеру Минхо, позволив ему притянуть себя ближе к дивану за подбородок, чтобы тот выдохнул пятую затяжку ему в губы. Они оба уже были довольно пьяны, но еще не набрались терпения, которое приобрели спустя пять лет. Джисону предстояло проверить, насколько далеко Минхо позволит ему зайти, сколько времени потребуется, чтобы дым, выходящий из губ Минхо, стал проникать в его рот, и как быстро Джисон сможет потушить дым, прижавшись губами к его устам. Конечно, это было грязно. Это был первый поцелуй Джисона, и у него уже был немного вялый язык от принятых ранее доз. Когда Минхо понял, что происходит, он с трудом удержался на ногах и прижал руки к бедрам Джисона, чтобы притянуть его ближе и усадить к себе на колени. Впрочем, это было неизбежно, и они притворились, что ничего не произошло, как только оба пришли в себя. Сегодня вечером Джисон пригласил Минхо покурить. Но они оба знают, что это не так - курить для них означает целоваться на диване до тех пор, пока ни один из них не поймет, где заканчивается их собственное тело. Включить фильм и притвориться, что он им интересен, пока они будут заниматься скруткой косяков. Джисон нарезает яблоко, когда Минхо входит в его квартиру, ложится на диван и смотрит на Джисона, сидящего на полу. - Однажды ты сломаешь мой диван, - жалуется Джисон, не поднимая глаз с места, где он прессует цветок в только что приготовленную пиалу. Минхо хмыкает. - Плохой день? - Почему ты снова используешь яблоки? Минхо избегает ответа на свой же вопрос, и Джисон позволяет ему это сделать. - Мне кажется, что тебе они нравятся больше, чем все тридцать долбаных трубок, которые есть у тебя в комнате. - Мне нравится ностальгировать, - говорит Джисон. - Не могу найти ностальгию в трубке с динозавром. - А вот с метеоритом, думаю, смог бы, - говорит Минхо и откидывается на спинку дивана. - Хочешь, я куплю тебе яблочую трубку? Тогда тебе не придется тратить на это великолепные яблоки. - Не стесняйся, съешь их после того, как мы закончим, - говорит Джисон, прикуривая. Он отказывается смотреть на лицо Минхо, потому что знает, что в этом случае он рассмеется, а значит, подавится. Когда он заканчивает, то бросает на него взгляд. Тот не скорчил гримасу, как ожидалось, а внимательно наблюдает за ним. Джисон выдыхает дым: - Что? - Почему ты на полу? - Не знаю, - пожимает плечами Джисон, но тут же поднимается и подходит к нему, плюхаясь на диван, стараясь не выпустить из рук свое главное достояние этого момента. - Я просто лежал на полу, когда ты прислал смс, и смотрел видео о том, что будет, если титанобоа вернутся после вымирания. Ты бы полетел со мной на Луну, если бы это случилось? - Я бы полетел с тобой на Луну, если бы ты только попросил, - говорит Минхо и берет яблоко. Джисон поджигает его, и он попадает в точку, как профессионал. Джисон всегда испытывал восхищение, когда наблюдал за тем, как Минхо курит - он всегда смотрел на то, как Минхо спокойно вдыхает то, что обжигает горло многим людям. Он наблюдает, как Минхо сглатывает, а затем выдыхает, и остатки дыма проникают к нему на лицо. Джисон всегда старается вдыхать то, что исходит от Минхо, как будто тот сам входит в него. Но прежде чем слюна Минхо оказывается в его организме, он вдыхает дым, который Минхо не смог удержать в себе. - Но какое отношение это имеет к Титанобоа? - Не хочу жить в мире, где есть что-то такое жуткое, - говорит Джисон. Он позволяет Минхо прижать яблоко ко рту, как в старые добрые времена. Джисон смотрит в его глаза так, как никогда раньше. Он откидывается на спинку дивана, вдыхает дым и выпускает его. Минхо следит за каждым его движением. Это заставляет его чувствовать себя скованно, но он старается этого не показывать. - Думаю, я бы предпочел жить на Луне. Я бы жил в любом месте, куда бы ты ни отправился, - говорит Минхо. Обычно для того, чтобы получить кайф, требуется больше четырех затяжек; но они не хотят делать перерыв, и, по мнению Джисона, это потому, что им обоим будет не хватать поцелуев, если они бросят курить. Джисон знает, что не хотел бы долго оставаться без губ Минхо, но он также не достаточно смел, чтобы поцеловать его самостоятельно, без помощи любимого лакомства. Джисон чувствует, как начинает испытывать кайф, когда Минхо в четвертый раз подносит яблоко к его губам; он еще ни разу не позволил яблоку вернуться в руки Джисона, и тот всегда задается вопросом, не потому ли это, что Минхо так любит контролировать ситуацию. Ему нравится командовать, можно ли Джисону дать больше, ему нравится решать, сможет ли Джисон пойти дальше. Кроме того, Джисону нравится давать ему контролировать ситуацию, как и Минхо. Это равноценная сделка, о которой никто из них никогда не заикнется. Он считает, что им и не нужно об этом говорить, ведь он всегда думал, что им не нужны слова, чтобы понять друг друга. А может быть, это и есть кайф, потому что иногда, когда он трезв, он не знает, что Минхо чувствует к нему. Но ему хочется знать. Минхо выкуривает последнюю трубку, оставив Джисону свою, и кладет ее на журнальный столик перед ними. У них есть традиция. Они выкуривают по пять сигарет, а потом завязывают. Минхо откинулся на спинку дивана и уставился на Джисона затуманенными глазами. Джисону это нравится, потому что он знает, что Минхо не будет терять времени. Его голос бормочет следующие слова: - Ну что ж. Джисон все еще находится в вертикальном положении, но быстро выполняет указания Минхо, вжимаясь в его тело. Он прижимается к левому боку Минхо, позволяя ногам приземлиться над его торсом. Вот что они делают. Минхо запускает руки в кудрявые волосы Джисона и слегка натягивает их, притягивая Джисона ближе к себе и усаживая на колени. Он прижимается ленивым поцелуем к челюсти Джисона. - Такой красивый мальчик, - влажно бормочет Минхо, прижимаясь к нему. Джисон сдерживает дрожь, хотя Минхо был бы рад увидеть, какой эффект он на него производит. Он дрожит скорее от его слов и от того, что они заставляют его чувствовать. Он не хочет, чтобы Минхо думал, что это не просто так. - Красивый мальчик только для хёна, верно? - Ты ведь знаешь, - говорит ему Джисон, откидывая шею назад, чтобы дать Минхо больше места. Он податлив для него так, как никогда не был бы податлив в трезвом состоянии, по крайней мере, так он говорит себе. Логически он понимает, что Минхо заставит его рассыпаться, в каком бы состоянии он ни находился. Минхо посасывает его обнаженную ключицу, доказывая Джисону, что они действительно делают это, когда находятся под кайфом. - Только для хёна. Я это надел только для тебя. Минхо немного отстраняется, чтобы взглянуть на свою рубашку, и ощущает себя незащищенным. На Джисоне надета рубашка, которая слишком велика ему, поэтому она сползает вниз при любом его движении. Минхо подарил ее Джисону, когда тот остался у него ночевать после того, как они попали под дождь, и рубашка и одежда Джисона промокли насквозь. Джисон вспоминает, как после того, как они немного успокоились после прогулки под дождем и выкурили по косяку, Минхо прижался к коже Джисона, осыпая его поцелуями и хваля его тело. Джисон возбудился, и ему пришлось слезть с Минхо, прежде чем он успел это понять, и позволить Минхо следовать за ним, чтобы поцеловать его, а не как обычно, когда Джисон сидел у него на коленях. Ухмылка Минхо медленно пересекает его лицо, и он обхватывает пальцем воротник рубашки и тянет, обнажая больше кожи Джисона: - Да? Ты знаешь, что она моя любимая, верно? - Хотел сделать тебя счастливым, хён, - сказал Джисон. - Я делаю тебя счастливым? - Мой малыш всегда делает меня счастливым, - говорит Минхо, как будто Джисон принадлежит ему. Он умиляется этому имени и еще сильнее прижимается к Минхо. - Ты ведь знаешь это, правда? - Я могу лишь мечтать, - говорит Джисон, наклоняясь вперед и прижимаясь поцелуем к груди Минхо. Он улыбается, когда Минхо удовлетворенно вздыхает. Ему нравится, что Минхо именно такой, и нравится, что он может поощрять Минхо так же, как и он его. Остановившись, он смотрит на него. - Как прошел день? - Неплохо, - говорит Минхо, обхватывая левой рукой запястье Джисона и направляя его руку к своему плечу. То же самое он делает и с другой рукой. - Все, о чем я мог думать, это о том, чтобы прийти сюда. Понимаешь? - Да? Джисон не может сдержать улыбку - он искренне рад, что даже когда его не было рядом, он думал о нем. Так же, как и Джисон. Даже если Минхо говорит об этом платонически, это все равно много значит для него. - Мм, - хмыкает Минхо, но, похоже, ему не очень хочется продолжать разговор, так как он не сводит глаз с губ Джисона. Положив руку на левое бедро Джисона, Минхо продолжает играть с его волосами, а затем решает, что хочет, чтобы он был ближе. Джисон позволяет Минхо приблизить его к себе. Прошло четыре дня с тех пор, как они в последний раз курили вместе, и Джисон скучал по этому. Минхо всегда целует Джисона так, будто курит: медленно и расслабленно, как будто у него есть на это время. Он медленно двигает губами Джисона, не пытаясь просунуть язык внутрь, пока не услышит, как Джисон издаст слабый стон; он расстроен, потому что ему нужно больше. Расслабившись, он дает Джисону то, чего он так хочет, целует его еще глубже, прижимаясь к его бедру. Поцелуи расслаблены, он знает каждый уголок, который заставляет Джисона чувствовать себя уверенно, как будто он идет по лабиринту, карту которого он запомнил. Он поворачивает за угол, в котором уверен, и позволяет Джисону втянуть в себя еще больше, заталкивая свой язык в его рот, одновременно проводя рукой от бедра Джисона к его животу. Он просовывает руку под футболку отделяя ее от ткани и позволяя ему соприкоснуться с кожей Минхо. Он холодный, и Джисон тихо стонет, проводя пальцами по его животу. Его мизинец задевает край шорт Джисона и почти выходит из ворот лабиринта, просовывая мизинец под пояс. Джисон издал придушенный писк от удивления. Минхо никогда раньше не пробовал ничего подобного, никогда не пытался прикоснуться к чему-то ниже живота Джисона. Он поднимает руку вверх, словно сам испугался, а затем тянет голову Джисона назад, чтобы они могли отдышаться. Джисон задается вопросом, выглядит ли он так же глупо, как и чувствует себя; задается вопросом, как он должен выглядеть для Минхо, когда тот смотрит на него. Возможно, Минхо видит мир в его отражении. Возможно, он видит, как сильно Джисон хочет остаться таким. - Прости, - бормочет Минхо. Он прижимается к губам Джисона, словно извиняясь. Джисон не хочет, чтобы он просил прощения, не хочет, чтобы он просто пробовал что-то мизинцем; он хочет, чтобы он погрузился в него. Хочет, чтобы он продолжал медленно и расслабленно опускать руку в шорты Джисона, чтобы его рука не останавливалась только под шортами, а пробиралась под боксеры, которые тоже на Джисоне. Они на нем свободны, насколько он знает они даже принадлежат Минхо. Они достаточно свободны, чтобы Минхо мог легко просунуть руку внутрь и закрасить линию, которую они держат по неизвестной Джисону причине. - Я не должен был этого делать. - Почему? Джисон слышит, как в его голосе звучит отчаяние. Было бы неловко, если бы это был не Минхо. Было бы неловко, если бы он не был под кайфом. - Мы под кайфом, - говорит Минхо. Джисон моргает и думает: «Ну, да». - Я даже не спросил, не против ли ты этого... - Не против, - вновь отчаянно отвечает он. - Но даже тогда, - продолжает Минхо, тыкая Джисона в то место, где его шея сходится с ключицами. - Я не хочу ничего, кроме поцелуев. Это фраза. Джисон не станет с ним спорить. Да и кем бы он был? Минхо не хочет с ним ничего более, чем поцелуи - Джисон знает, как много значит секс для Минхо. Для Джисона он значит столько же; он не пойдет дальше с кем попало. Для Джисона Минхо не просто кто-то. Для Минхо Джисон не знает, кто он такой. Его лучший друг, которого он иногда целует, пока не найдет кого-то, с кем можно пойти дальше? Джисон знает, что Минхо ни с кем не спал с тех пор, как три года назад у него были последние отношения, и не собирается, пока не найдет кого-то, с кем ему будет комфортно. Джисон мечтает, чтобы это был он. Хочет встать на колени, чтобы попытаться соблазнить его, сделать самые большие глаза, на которые он только способен, и притвориться, что может заплакать, если Минхо не прикоснется или не позволит ему хотя бы прикоснуться ртом к телу Минхо через его треники. Он сдерживается и лишь кивает, прежде чем снова прижаться губами к губам Минхо. Минхо отвечает на поцелуй, но его пальцы, запутавшиеся в волосах Джисона, снова тянут его назад. Он снова прижимается к его губам и опускает взгляд на грудь Джисона, после чего расслабленно откидывается на спинку дивана. Медленно и расслабленно он убирает руку с волос Джисона, а затем говорит: - Если бы инопланетяне прилетели и попросили еды, чем бы ты их накормил? - Это надо спросить у самих инопланетян, - отвечает Джисон. - Это мы отправимся на Луну. Я хочу знать, чем они нас накормят. Минхо соглашается и, сняв Джисона со своих коленей, усаживает его на диван рядом с ним, после чего потягивается и стонет: - Ну, я хочу накормить этого инопланетянина, - он прижимает мизинец к шее Джисона, и тот корчится. - И себя. Чего ты хочешь? Тебя, думает Джисон. - Ттёкбокки, - говорит он.

***

В такие вечера, как сегодня, Джисон притворяется, будто он тот же наивный парень, что и в те годы, когда только начинал учиться курить. Ему нравится, когда Минхо берет на себя инициативу. Ему нравится, когда Минхо притворяется, что его раздражает, когда Джисон не хочет делать то, что он прекрасно умеет. Любит, когда Минхо, как сейчас, закатывает глаза, когда Джисон притворяется, что не может правильно чиркнуть зажигалкой. Джисон делает вид, что ему больно делать это большим пальцем, и притворяется, что не может нажать на большой палец достаточно сильно, чтобы зажигалка дала пламя. Джисон хнычет и краем глаза смотрит на Минхо, который пристально наблюдает за ним. Он подавляет довольную ухмылку. - Неужели нам снова нужно купить нашему Джисони зажигалку? поддразнивает Минхо. Он забирает у него трубку и подталкивает Джисона локтем, чтобы тот откинулся на спинку дивана. Минхо надавливает мизинцем на трубку, чтобы сильнее спрессовать цветки. Джисон моргает от трезвых мыслей о том, как бы ему хотелось, чтобы мизинец Минхо оказался в нем, может быть, во рту. В его - - Ты даже не смог правильно упаковать его. - Хён не показал мне, как это делается, - подыгрывает Джисон Минхо. Он не знает, почему это заставляет его чувствовать себя взволнованным, изображая, что он не знает, что делает. Он не знает, почему его пульс начинает учащаться, когда Минхо так с ним разговаривает. - Ты просто плохой учитель. - Хм... Минхо хмыкает, а Джисон наблюдает, как его руки осторожно берут трубку. Он приоткрывает губы, зная, что Минхо всегда позволит ему сделать первый затяг. Минхо приподнимает бровь, затем подносит трубку к губам и прикуривает. Джисон смотрит на Минхо, недовольный тем, что тот изменил их привычный ход действий. Он обижен тем, что Минхо не хочет продолжать оказывать ему особое внимание, которое он никогда не оказывал никому другому. Он расслабляется, когда Минхо не дает ему прикоснуться губами к трубке, осторожно поворачивает ее и наклоняется, чтобы прижать мундштук к открытым губам Джисона. Джисон послушно берет трубку. Он затягивается, не сводя глаз с Минхо, а затем позволяет себе выдохнуть, когда чувствует, что дым проник в его тело. Он лениво улыбается Минхо. - Зачем хёну показывать тебе, как это делается, если он может просто сделать это за тебя? спрашивает Минхо, прежде чем принять новую дозу. Джисон испытывает блаженство, наблюдая за ним. Минхо выглядит собранным и совсем не похож на Джисона. Ему нравится, что в такие моменты они разные. - Разве не этого ты хочешь? - Хён так хорошо меня знает, - говорит Джисон. Он открывает рот, чтобы сказать, что хочет еще один затяг. Минхо легко принимает его просьбу и прижимается ртом к губам Джисона, прикрыв глаза, наблюдая за тем, как Джисон вдыхает дым. Джисон бормочет в трубку: - Так? Минхо отводит глаза, и Джисон старается не чувствовать себя разочарованным. Он знает, что зашел слишком далеко; Минхо только один раз затянулся, и у него еще не было достаточно времени, чтобы поймать кайф. Джисон тоже пока не под кайфом, но даже в трезвом состоянии ему хочется продолжить начатое с Минхо. Может быть, если он сможет увлечь Минхо в трезвом состоянии, тот наконец-то захочет заполучить Джисона обратно так же, как и он его. - Да, - говорит Минхо. Он делает еще одну затяжку, а затем еще одну. Джисон задыхается. Минхо давится, смеясь над Джисоном, и потирает рукой шею, как будто это может облегчить жжение. - Хён слишком эгоистичен? - Недостаточно, - пробормотал Джисон, но не стал больше ничего говорить. Минхо смотрит на него и снова прижимает трубку к себе. Джисон раздвигает губы и вдыхает воздух, как бы копируя парня перед собой. Минхо опускает свободную руку на бедро Джисона. Именно так они всегда и поступают. - Понятно, - размышляет Минхо. Он снова раскуривает трубку. - Каким же надо тогда быть эгоистом? Он берет свою трубку. Джисон хочет быть честным и сказать Минхо, что тот может получить от Джисона все, что захочет, и хочет сказать - он может получить больше. Он может получить то, на что не обращал бы ни малейшего внимания, то, чего отчаянно хотят другие, но что может получить только он. Он достоин всего этого. Но он пока недостаточно хорош. И он не честный. - Я, наверное, под кайфом, - говорит Джисон. - Я сказал это не совсем правильно. Ты недостаточно великодушен. Дай мне больше. - Мы это проверим, - говорит Минхо и смеется, как будто это было смешно, когда Джисон на него надувается. - Хочешь еще? Он притворяется, что собирается отдать сигарету Джисону, как раньше притворялся, что собирается закурить сам, а потом убирает сигарету, чтобы снова закурить самому. - Хён, - хнычет Джисон и пытается сесть, но Минхо останавливает его, прижав свободную руку к спине Джисона, чтобы удержать его на месте. Джисон поднимает на него глаза и замирает. Минхо хочет, чтобы он оставался на месте, и наблюдает за тем, как Минхо очередной раз затягиваеться. Он сглатывает вместе с Минхо, словно тоже только что затянулся. - Почему? - Ты должен это заслужить, - говорит ему Минхо. - Я никогда не заставляю тебя добиваться этого. Это моя ошибка. - Но как? спрашивает Джисон. - Как я могу это заслужить, хён? Минхо пристально смотрит на него, не сводя глаз с кожи Джисона. - Я думаю, ты должен сам разобраться в этом, - говорит ему Минхо. - Хён не может делать все за тебя. - Но ты же можешь, - говорит Джисон и переползает к Минхо на колени. Рука Минхо, лежавшая на его спине, опускается на его задницу. Он наклоняется и целует Минхо в щеку. - Пожалуйста, хён? Я хочу еще. Мне нужно умолять об этом? Минхо вскидывает бровь, и Джисон чувствует, что ему становится жарко. Ему нужен еще одина доза, чтобы нормально воспринимать то, как Минхо смотрит на него. Он целует щеку Минхо, а затем опускается к его челюсти и шепчет: - Пожалуйста. Мне это нужно, хён. Минхо прочищает горло: - Хорошо. Хорошо, малыш. Я дам тебе больше, раз уж ты так нуждаешься в этом. Джисону хочется, чтобы они говорили о чем-то другом. Ему хочется, чтобы Минхо наконец сделал шаг вперед, прижал Джисона к полу и позволил ему спустить штаны и взять его в рот, или чтобы Минхо встал и отнес его в спальню, чтобы он закрыл за собой дверь и запер ее, хотя здесь нет никого, кто мог бы им помешать. Он хочет, чтобы он накрыл их одеялом Джисона, прежде чем раздеть его и заняться с ним сексом. Он хочет, чтобы Джисон стал единственным, кто увидит его таким, каким хочет видеть его сам Джисон, чтобы он принял меры предосторожности. Они не разговаривают об этом. Минхо прижимает свободную руку к груди Джисона, чтобы немного оттолкнуть его от себя, но так, чтобы было достаточно места, чтобы прижать трубку к губам Джисона, и выдать: - Ах. Джисон, как всегда, слушает, принимает свою дозу и, наклонившись вперед, начинает действовать. Он раздвигает губы Минхо и глубоко выдыхает в него, как он делает это с Джисоном. Минхо выглядит немного удивленным, но все равно принимает его, как эксперт. Джисон чувствует удовлетворение, отстраняясь и хватаясь за запястье Минхо, которое держит трубку. Он смотрит на него, замечает голодный взгляд Минхо и спрашивает: - Можно, хён?. Минхо не отвечает словами. Он дает Джисону то, чего тот хочет, подносит трубку к губам, и Джисон берет. - Хорошо, - говорит Минхо, когда Джисон заканчивает. - Достаточно. Минхо прижимает Джисона к груди, наклоняясь вперед, и придерживает его за талию, чтобы тот не упал с него. Нащупав стол, который стоит за Джисоном, Минхо кладет трубку на него, а затем прижимается губами к губам Джисона. В минуты любимых ночей он целует Джисона, словно учит его, как это делать. В голове у Джисона есть целая доска, перед которой стоит Минхо. Он проводит языком по верхней губе Джисона, словно предупреждая, прежде чем войти в него полностью. Минхо на вкус как мята - как будто он сосал свои любимые мятные конфеты, которые они покупали в магазине на углу, когда еще учились в школе. А еще как травка, но это само собой разумеется. Джисон надеется, что его дыхание тоже будет пахнуть мятой, смешанной с травкой, просто от их контакта. Он хнычет, когда Минхо обхватывает его за талию, чтобы притянуть еще ближе, поглотить еще больше, и прикусывает нижнюю губу Джисона, прежде чем отстраниться. Он прижимается лбом к лбу Джисона, его дыхание обдувает его, прежде чем он отстраняется, чтобы посмотреть на парня. Рукой, не обхватывающей талию Джисона, он убирает волосы с его глаз: - Хороший мальчик. Он всегда говорит с Джисоном так, будто они оба знают какой-то секрет, он бормочет так, будто кто-то находится рядом с ними и может услышать, что они говорят. От этого у Джисона кружится голова. Он не видит никого рядом с ними не потому, что никого нет, а потому, что когда Минхо так обращается с ним, он - единственное, что видит Джисон. - Сказал ты, хён, - отвечает Джисон. Минхо проводит рукой ото лба Джисона до его челюсти и сжимает ее так, будто Джисон сломался бы, если бы он сделал реальный жест. Следующим пунктом Минхо станет то, как заставить человека почувствовать, что вы в него влюблены, даже если на самом деле это не так. Он учит Джисона, как сделать вид, будто хочешь сфотографировать другого человека вот так - чтобы сохранить его в памяти, когда вы будете далеко друг от друга. Джисон так и делает: иногда он смотрит на Минхо, когда они гуляют, а Минхо не обращает на него внимания, сохраняя образ самого Минхо, слушающего историю одного из их друзей, на тот момент, когда он останется дома один. Он будет сидеть над этим образом и использовать его, чтобы расслабиться и заснуть. В его жизни есть Минхо, и, по его мнению, нет ничего более утешительного, чем это. Минхо проводит рукой от челюсти до ключиц, изучая каждое место, куда он опускал руки. Его пальцы скользят под рубашку Джисона, соприкасаясь с его грудью: - Серьезно, Сони. Я не думаю, что кто-то настолько красив, как ты. - Я могу предложить другого человека, - отвечает Джисон, пытаясь вернуть его внимание к себе. - Этот красавчик хочет еще один поцелуй от того красавчика. Минхо улыбается, прежде чем посмотреть на Джисона и поцеловать его в лоб, затем в скулу и спуститься к губам: - Иногда я просто хочу расцеловать всего тебя. - Ты можешь, - ему отчаянно хочется, чтобы Минхо захотел Джисона так же, как Джисон хочет его. Ему хотелось, чтобы Минхо считал его красивым. - Я разрешаю тебе, хён. Везде, где захочешь. Джисон не удивлен, когда Минхо отстраняется от него и моргает. Когда Джисон впадает в отчаяние, Минхо обычно отступает. Он не знает, почему решил, что в этот раз все будет по-другому. - Можно я расцелую тебя у Чанбина? Теперь он переводит разговор с места на место. - Я сказал ему, что мы пойдем к нему после того, как покурим. Понятное дело, что целовать его там никто не будет, но тем не менее он кивает. - Мне нужно отлить, - говорит ему Минхо, вставая. - Тогда мы можем идти. - Иди, писай, девочка, - говорит Джисон, но это звучит грубо, как будто он вот-вот заплачет. Он отгоняет от себя дурные мысли. Ни за что на свете он не позволит себе заплакать, сказав такую глупость. - Я буду здесь. Ждать. Собственно, ждать он умеет.

***

Они редко курят в компании других людей. Но после того как они хорошо провели время за ужином, а Феликс и Хёнджин выпили по паре бокалов, им показалось, что будет весело пойти к Джисону и покурить. У Джисона обычно курят все, хотя Минхо еще больший курильщик, чем он. Джисон считает, что это потому, что им нравится его диван, который намного больше, чем у других. Он купил его, долго копив деньги, специально для их компании, чтобы никому не пришлось сидеть на полу или неудобном стуле, когда они приходят в гости. Джисон не хочет хвастаться, но у него тоже неплохой набор, состоящий из множества красивых бонгов и трубок. Он, можно сказать, коллекционер. Джисон любит курить со своими друзьями, любит оказываться между Феликсом и Чаном, так как Феликсу хочется спать, когда он под кайфом, и любит прижиматься к Джисону, ему нравится, как заботливо Чан следит за тем, чтобы все они не перепили, прежде чем начать рассказывать о самых случайных вещах, о которых никто из них и подумать не мог. Сегодня Чан говорит о том, как он уверен, что жирафы однажды станут хищниками с уровнем динозавров, но Джисон не улавливает ни его аргументов, ни аргументов Сынмина против того, что жирафы совершенно безобидны, потому что все время смотрит на Минхо, который показывает Хенджину, как правильно собирать пиалу. Джисон не думает, что Хёнджин знает, как это делается, но считает, что каждый раз, когда его учат этому, в одно ухо влетает, а в другое вылетает. Джисон полагает, что все это происходит потому, что в мозгу нет мозгов, которые могли бы перекрыть этот путь, но, возможно, он так думает, потому что расстроен тем, что Минхо уделяет ему все свое внимание, когда они курят вместе. Минхо, на удивление, терпелив с ним и показывает ему, как измельчать цветы, а затем поручает Хёнджину упаковать их самому. Он не ревнует. Минхо держит дистанцию с Хёнджином, потому что они с Феликсом встречаются, а он предпочитает соблюдать границы, когда у его друзей отношения. Он не стал бы обниматься с Феликсом так, как это делает с Джисоном, хотя и Хёнджин, и Феликс не против физических прикосновений с друзьями. Джисон считает, что Минхо ревнив - он знает это по тому, как Минхо вел себя на втором курсе колледжа, когда встречался с Вонсиком, а Вонсик специально флиртовал с ним на его глазах, чтобы вывести его из себя. В отличие от Хёнджина и Феликса, которые уверены друг в друге, бывшему Минхо не стоило доверять, и в итоге он предал его. Джисон не может винить Минхо за то, что тот так бережно относится к дорогим ему отношениям. Есть черта, которую проводит Минхо, и все они ее соблюдают. Джисон просто хочет, чтобы Минхо не проводил эту черту и с ним. Ему некого оберегать, так почему же он относится так ко всем, кроме Чонина? Пока они не под кайфом, конечно. Сегодня Джисон делит кальян с Феликсом, Чаном и Сынмином, потому что Феликсу особенно нравится кальян с изображением осьминога, который он купил в интернете, а Чонин и Чанбин наблюдают за тем, как Хёнджин возится с пиалой. Минхо смеется, когда трубка выскальзывает из неуклюжих рук Хёнджина, и смотрит на Джисона, как бы проверяя, смотрит ли он. Они встречаются взглядами: - Джисони ты можешь показать Хенджину, как это делается? - Но для этого нужно двигаться, - хнычет Джисон, сидя под рукой Феликса. Минхо закатывает глаза и, переместившись на диван, протягивает ему руку и как ни в чем не бывало говорит: - Я перенесу тебя, маленький малыш. Джисон не может сдержать ленивой ухмылки, и протягивает руку Минхо, который тянет его вверх. Он удивленно вскрикивает, когда Минхо, не теряя времени, как ни в чем не бывало, хватает его на руки. Он пересадил его на другой конец дивана, где за ними наблюдали Хёнджин и остальные. Минхо садится и усаживает Джисона к себе на колени. Джисон хочет стянуть с себя одежду, так как она становится колючей на его коже. Минхо горяч, и Джисон хочет его еще больше. Минхо делал все как будто ничего и не было, вел себя с Джисоном как с невестой в брачную ночь. Он сильный, и Джисон хочет узнать, как еще он может с ним совладать. Он обхватывает Джисона руками. - Хорошо, - говорит Минхо, кладя голову на плечо Джисона, чтобы видеть его. - Покажи ему, как это делают профессионалы, малыш. Джисон позволяет себе прильнуть к нему. Минхо не станет целовать его, когда все находятся рядом, но он хотя бы его обнимет. Пусть будет, что будет. Джисон слушает Минхо и протягивает руку к трубе, которая находится в руке Хёнджина. Хёнджин отдает ее ему. Он думает, что им удалось избежать лишних упоминаний о случившемся, но если Чанбин и Сынмин окажутся рядом, им это с рук не сойдет. Чанбин смотрит на Джисона так, будто видит его насквозь, а Сынмин спрашивает: - Что это было?. - Вот и я задаюсь этим вопросом! громко говорит Чан. Он всегда громко говорит, когда находится под кайфом, что странно, ведь Джисон обычно дает ему индику. Может, ему стоит проверить, не дал ли он ему травку из пакетика с индикой? Впрочем, Джисон и сам не отличается повышенной возбудимостью, так что Чан может быть просто странным. - Вы, ребята, наконец-то встречаетесь? Наконец-то? замечает Джисон. Если бы они встречались, они бы это предвидели? Джисон чувствует себя немного лучше, пока Минхо не хихикает из-за его спины: - Ребят, мы друзья. Я делаю то же самое с Чонином. Воздушный шарик надежды, появившийся у Джисона, медленно сдувается. Неужели он тоже целует Чонина, когда тот под кайфом? - Не то чтобы, - бормочет Чонин, сидя рядом с ними. Чтобы не чувствовать себя еще более разбитым, Джисон быстро переводит разговор на другую тему: берет у Хёнджина пакет с зиплоком и озвучивает каждое свое движение, пытаясь снова научить Хёнджина. Он старается не обращать внимания на Минхо, сидящего позади него, на то, как руки Минхо ложатся на бедра Джисона, и на то, как Минхо то и дело прижимается к его плечу, словно устал. Он распаковывает трубу, чтобы посмотреть, сможет ли Хёнджин сделать это сам. Чанбин очень любопытен - он пристально смотрит на Джисона, когда тот наконец переводит взгляд на него. Возможно, он читает Джисона как книгу, перелистывая страницы и останавливаясь на определенной цитате, которая предвещает все события. Джисон не знает, что это за цитата, он не может вернуться назад и стереть ее, поэтому ему приходится терпеть пристальный взгляд Чанбин, пока Сынмин не объявит, что хочет уйти. Сынмин и Чанбин обычно первыми покидают свои тусовки. Они живут вместе, поэтому им лучше уходить вместе. Минхо выпускает Джисона из рук, и тот вскакивает, чтобы обнять их, когда они будут уходить, а Хёнджин и Феликс решают, что тоже хотят уйти. Чанбин обнимает Джисона и шепчет ему на ухо: - Надеюсь, вы разберетесь с этим. Джисон слишком напряжен, чтобы понять, что это может означать, поэтому он просто отвечает «конечно», после чего они отстраняются. Чанбин целует его в лоб, и Джисон улыбается ему. Обернувшись, он застает Минхо на диване, который слушает, как Чан продолжает разглагольствовать о жирафах (похоже, он взялся за одну тему и не может с нее сдвинуться) и о том, как они хорошо подошли бы для фильма ужасов. Минхо смотрит на Джисона с нечитаемым выражением лица. Чонин зевает рядом с Минхо: - Я тоже, наверное, пойду домой. - Я отвезу тебя на машине, - радостно воскликнул Чан. Они живут в нескольких минутах ходьбы, и Чан никогда бы не позволил своим младшим ходить в одиночку. - А можно нам по косячку? - Жадина, - размышляет Минхо, но берет один косяк из сумки. - Один на дорогу. - Благодарю вас, сэр, - кланяется Чан. Джисон обнимается с ним, а затем падает на диван рядом с Минхо и хмыкает, когда Минхо встает: - Что? Ты тоже уходишь? - Пойдем в твою комнату, - говорит он. - Я устал. Джисону не нужно повторять дважды, он встает и почти спотыкается. Минхо, конечно же, ловит его. - Мы сможем привести себя в порядок завтра, - говорит ему Минхо, прежде чем потянуть его в сторону комнаты Джисона. Они заходят в ванную, чтобы почистить зубы - бок о бок, и Джисон не может оторвать глаз от Минхо, когда они оказываются перед зеркалом. Они и раньше спали в одной постели - часто после того, как покурят, потому что так удобнее, но обычно сначала они целуются. Джисон еще ни разу не курил с Минхо так, чтобы тот не зацеловал его до беспамятства, поэтому он уверен, что Минхо будет целовать его, как только они окажутся в его постели. Минхо берет одежду из шкафа Джисона, чтобы надеть ее как пижаму, а затем уходит, вероятно, в ванную. Джисон переодевается в одежду для сна и ложится под одеяло. Он играет на своем телефоне, пока Минхо не возвращается в комнату. Немного разочарованный тем, что Минхо одет в одну из своих рубашек, а не в рубашку Джисона, он ничего не говорит об этом. Он наблюдает за тем, как Минхо забирается на кровать, не утруждая себя тем, чтобы залезть под одеяло, и приближается к Джисону. Он хватает из его рук телефон, выключает и бросает на изножье кровати. Джисон не расстраивается по этому поводу, он рад уделить внимание Минхо. Минхо наклоняется и целует его, а Джисон охотно отвечает на поцелуй. Руки Минхо лежат по обе стороны от Джисона, и их разделяет лишь одеяло, когда Минхо прижимается к нему. Джисон жалеет, что Минхо не лежит под ним. Он кладет руки на спинку кровати, где лежит голова Джисона, с обеих сторон. Джисон издал хныкающий стон, когда Минхо углубил поцелуй и задыхаясь прижался к его губам. Он отстраняется и смотрит на Джисона: - Ты всегда такой громкий. Прежде чем оторваться от него, он еще раз целует Джисона. Однако Минхо зевает и хочет, чтобы Джисон последовал его действиям. - Я так устал, - говорит Минхо, снова зевая, и Джисон повторяет за ним. - Спокойной ночи, Сони. - Может, обнимемся? спрашивает Джисон, наблюдая за тем, как он забирается под одеяло. Ответа нет, но Минхо все равно обнимает его. Он знает, что утром его не будет рядом, поэтому ценит ту ласку, которую получает сейчас. Закрыв глаза, он понимает, что все еще видит свет, и открывает их: - Хён. Мы не выключили свет. - А я-то думал, почему я все еще вижу твое красивое лицо, - говорит Минхо.

***

Джисону не нравится курить без Минхо - он не видит в этом смысла. Он полностью уверен, что главная причина, по которой ему так нравится курить, - это выгода, которую он от этого получает. Травка с пользой, а польза - это полное и беспристрастное внимание Минхо. Они не часто ссорятся, обычно им удается уладить свои разногласия, сев вместе и просто сказав друг другу, чтобы он прекратил то, что их раздражает. Они умеют уважать друг друга, они слишком заботятся друг о друге, чтобы позволить чему-то встать на пути того, как близки они всегда были с тех пор, как встретились. Однако некоторые вещи остаются недосказанными. Джисон не может усадить Минхо и сказать ему, как сильно его бесит, когда Минхо прижимается поцелуем к чужой челюсти прямо у него на глазах, особенно если это Чонин, которого тот целует. Все в их компании знают, как сильно Минхо любит Чонина, и понимают, что ни одна из его привязанностей к нему не является романтической в каком-либо смысле. Это не мешает Джисону смотреть на то, как Минхо делает с Чонином то, что он никогда бы не сделал с Джисоном в трезвом состоянии, и не мешает Джисону наедине с самим собой, прежде чем объявить всем, что он рано уходит. Он не ожидает, что Минхо последует за ним. Если он говорит, что ему нужно уйти пораньше, Минхо воспринимает это как то, что Джисон хочет побыть один. Джисон жалеет, что не был с ним так почтителен, и хочет, чтобы тот последовал за ним и спросил, почему он хочет уйти. День спустя он все еще думает о любящем взгляде Минхо, когда тот игриво прижался губами к коже Чонина. Он приглашает Чанбина в гости и спрашивает, не покурит ли он с ним. Чанбин не очень любит курить, а Джисон никогда не курил без Минхо, но они прекрасно сочетаются. Джисон не может пригласить Минхо покурить. В конце концов, в данный момент он молчит, ведь расстроенный тем, что не может сказать Минхо, как его привязанность к другим задевает его чувства. Он не может сказать Минхо, что хочет, чтобы Минхо относился к нему именно так, и чтобы Минхо мог сделать это в трезвом состоянии. Джисон упаковывает сигарету как профессионал, зажигает ее как профессионал и курит как профессионал. Чанбин впечатляется, наблюдая за тем, как Джисон делает первую затяжку: - Ты похорошел с тех пор, как мы все курили в последний раз. - Я всегда был хорош в этом, - говорит ему Джисон. - С чего ты это взял? - Ты всегда позволял Минхо делать свою работу, - говорит Чанбин и берет сигарету из рук Джисона. Чанбин тяжело кашляет, когда берет сигарету. - Или это просто ты хочешь особого отношения? Джисон насмехается, думая в этот момент о Минхо. Минхо даже не догадывается, что он на него обиделся. Он отправил ему сообщение о кошке, которую видел на работе, и даже не поинтересовался, когда Джисон прочитал сообщение, но ничего не ответил. - Кто же откажется от особого отношения? говорит Джисон, забирая сигарету и ударяя по ней. Это не так весело, когда Минхо не следит за каждым его движением, у него нет той остроты ощущений, которая возникает, когда он ждет вознаграждения. - А ты бы хотел? - Нет, черт возьми, - усмехается Чанбин. - Так в чем дело? Минхо не может спокойно курить? - Нет, - отвечает Джисон. Ему не сложно быть откровенным с другом, и он думает, что это может быть связано с тем, насколько он близок к тому, чтобы просто сказать «К черту» и взять то, что должно быть по праву его, если бы ему повезло - внимание Минхо, его привязанность, его время и каждую частичку его самого. - Я расстроен из-за него. Чанбин смотрит на него сквозь дым. - Ты... расстроен из-за Минхо? - Я знаю, - говорит Джисон. - Невероятно, правда? - Что он сделал? Он ведь так тщательно следит за тем, чтобы никогда не сделать с тобой ничего плохого, - говорит Чанбин, наклоняясь вперед, так как его интерес возрастает. Джисон вдруг чувствует себя глупо, потому что ему кажется, что на это можно ответить только «Ничего». На самом деле Минхо не сделал ничего плохого. Джисон просто ревнует к тому, кого у него даже нет, ревнует из-за Чонина, самого младшего и всеми любимого. Это глупо и неловко, и Джисон рад, что дверь его квартиры открывается прежде, чем он успевает сказать что-то еще. Единственный человек, который может войти в квартиру, - это Минхо и Чан, поэтому он не удивляется, когда видит, как Минхо входит в квартиру, и его брови нахмуриваются, когда его взгляд падает на Джисона и Чанбина, курящих на диване. - Что за херня? говорит Минхо, глядя на них двоих. - Вы курите без меня? - Разве ты не работаешь сегодня? отвечает Джисон. Нет, он знает. Он знает расписание Минхо наизусть. Минхо иногда приходит, иногда нет. - Думал, ты занят» - Ты даже не написал и не спросил, занят ли я, - говорит Минхо, снимая ботинки, а затем топает к дивану и усаживается между ними. - Надеюсь, ты понимаешь, что это предательство высшей степени. Я никогда, слышишь, никогда не курю без тебя. - Интересная у вас зависимость, ребята, - говорит Чанбин, пользуясь тем, что Джисон отвлекся, чтобы сделать еще одну затяжку. - Это он тебе упаковывал сигарету? Минхо спрашивает Джисона, поворачивая шею, чтобы посмотреть на него сверху вниз. - И поджег ее для тебя? Джисон закатывает глаза. Как Минхо может приходить и возмущаться? Ведь Джисон приревновал и расстроился первым! Минхо берет сигарету из рук Чанбина и прижимает косяк к закрытому рту Джисона. Глаза Джисона слегка расширяются. Он ожидал, что Минхо сам затянется, и уж точно не ожидал, что тот будет так прикасаться к нему в присутствии Чанбин. - А с тобой он тоже так делает? пробормотал Минхо, как будто хотел, чтобы это услышал только Джисон. Однако Чанбин совсем рядом. Не услышать было бы невозможно. Джисон принимает затяжку, которую протягивает ему Минхо. - Может, мне уйти? Чанбин смотрит на них так, словно они собираются совершить что-то неблагородное прямо у него на глазах. Джисон никогда не станет этого делать, как бы сильно он ни хотел, чтобы Минхо хотел его. Джисон говорит «нет» в тот же момент, когда Минхо говорит «да». Чанбин неловко усмехается: - Знаете, да. Думаю, я просто... - Так будет лучше, - говорит ему Минхо. - Да, - говорит Чанбин, встает и потягивается, а затем склоняется к Джисону и похлопывает его по плечу. Он выпрямляется и собирается сделать то же самое с Минхо, но останавливается. Вместо этого он сжимает свои руки в кулаки. - Увидимся, ребята. Когда Чанбин выходит за дверь, Минхо получает удар. Джисон ударяет его локтем в грудь. - Ауч, - кашляет Минхо, так как Джисон застал его врасплох. - Да что с тобой такое? Хён ведь мог задохнуться. - Вообще-то я собираюсь задушить хёна до смерти, - говорит Джисон. - Только не травкой. - Почему? Хён - кайфолом? говорит Минхо и невесело усмехается. - Жаль, что вы не смогли приступить к делу до моего прихода. Я скучал по своему лучшему другу, но, думаю, ну его на фиг. - Кайфолом - Что с тобой не так? с досадой говорит Джисон. Он любит Чанбин и считает его, конечно, привлекательным, но он ему как брат. Даже думать о нем в таком ключе. Джисон вздрагивает от нахлынувшего на него раздражения. - Я не ты,хён. Я не целуюсь со всеми нашими друзьями. Минхо растерянно моргает то одним, то другим глазом, а затем тушит сигарету в пепельнице, которая стоит на журнальном столике Джисона. На кофейном столике Джисона. Неужели он только что позволил Минхо выгнать их друга из его собственной квартиры? - Хён, ты только что вошел и выгнал Чанбина! - Он сам себя выгнал, - Минхо, похоже, гордится этим. - Я нецелуюсь со всеми нашими друзьями. Что это за претензии? - Такая же претензия, как если бы между мной и Чанбин-хёном что-то было. - О, так он теперь хён. - Да, он хён, - Джисон чувствует, что заводится, и садится прямо, ударяя Минхо в грудь, но не настолько сильно, чтобы причинить ему боль. - Что с тобой не так? - Что с тобой не так? Почему ты бросил меня на произвол судьбы? говорит Минхо, обхватывая запястья Джисона своей рукой. Он притягивает его ближе к себе, и половина Джисона оказывается на его бедре. Тот не двигается, чтобы сесть к нему на колени, как он обычно делает. Минхо не под кайфом - он сделал всего одну затяжку. Он сомневается, что Минхо потянет его ближе. - Хм? - Думал, ты не заметишь, - говорит ему Джисон. Он пытается отдернуть руку, но Минхо удерживает ее. - Я расстроен из-за тебя. - Мы оба с тобой. - Что я сделал? хнычет Джисон. - Горшок называет чайник черным? говорит Минхо. Минхо моргает глазами и наклоняет голову вперед, как бы говоря «да». - Чем я тебя расстроил? Почему ты просто не поговоришь со мной об этом? Я расстроен тем, что ты променял меня на Чанбин. Твоя очередь. - Я не хочу с тобой разговаривать, - по-детски отвечает Джисон. - Кто тебя пригласил? - Кто сказал тебе быть таким грубияном? легко отвечает Минхо. Джисон чувствует, как его щеки наполняются жаром. Ему вдруг захотелось посмотреть, как бы Минхо поступил, будь он гораздо строже. Если бы он еще немного испытал его терпение, может быть, Минхо наконец поставил бы его на место. Он сдвигается с места. Минхо прищуривает бровь и наклоняется вперед, чтобы взять сигарету, которую он только что положил на пепельницу, не отпуская запястье Джисона, которое он держит в руке. Он ничего не говорит, прикуривая, и усмехается, глядя на Джисона так, будто точно знает, о чем думает Джисон. Джисон не может сказать, что ему это нравится. - Знаешь, - говорит Джисон, начиная лгать. - Ты прав. Я планировал кое-что сделать с Чанбин-хёном. Мы просто курили перед тем, как случится настоящее... Джисона прерывает Минхо, наклонившись вперед и схватив его за челюсть, его глаза сузились. Возможно, Джисон почувствовал бы страх, если бы это был кто-то другой. Минхо выглядит сердитым - как полагается. Похоже, он мысленно убивает Джисона, а может, и Чанбина. Минхо прижимает мизинец к середине губ Джисона, раздвигая их, а затем наклоняется и пускает дым в его рот. Джисон принимает его как профи и глотает тоже как профи. Он задыхается, как новичок, когда Минхо прижимается к его губам. Он целует Джисона, словно под кайфом, но не так медленно, как обычно, а быстрее, чтобы засунуть язык в рот Джисону - это вознаграждение Джисону, хотя он должен быть наказан. От этого у него перехватывает дыхание. Джисон принимает его поцелуи как профессионал, даже если его знакомят с новой техникой, Минхо грубоват, но все же направляет Джисона в нужное русло. Ощущения грязные, и Джисон чувствует, как начинает твердеть, когда Минхо прижимается к нему еще сильнее, засовывает свободную руку, которая не держала сигарету, под рубашку Джисона и скребет ногтями по его спине, как будто хочет получить реакцию, или, в бреду Джисона, - пометить его. Если Джисон разденется перед кем-нибудь, то увидит его следы. Они будут знать, что есть кто-то, кому он принадлежит. Джисон хнычет, а Минхо покусывает его нижнюю губу. Минхо делает два толчка, и когда Джисон пытается скрыть свою растущую эрекцию, он удерживает его на месте. Он слегка двигает коленом, а потом вдруг шипит: - Черт. Горящий косяк закончился, и Минхо с недоумением роняет его, когда пламя достигает его пальцев. Он отстраняется, его колено упирается в твердый член Джисона, и Джисон произносит ругательство, прежде чем полностью оторваться от Минхо. Минхо поспешно хватает упавший на пол окурок и убеждается, что огня нигде нет. Он встает, когда на земле уже нет ничего опасного, и не сводит глаз с Джисона, говоря: - Это могло обернуться бедой. Джисон чувствует себя неуверенно. Имел ли он в виду горящий пол или то, что он чуть не позволил Джисону сделать? Джисон накрывает себя подушкой, когда Минхо убирает окурок. - Я пойду, Сони, - говорит ему Минхо, хватая ключи, которые лежат на журнальном столике Джисона. - Ты идешь завтра на вечеринку? - Эм, - разумно отвечает Джисон. - Думаю, да. Феликс попросил меня прити. - Понятно, - Минхо наклоняется, чтобы погладить Джисона по голове, как будто это не он только что резко поменял свое отношение к нему после того, как они почти зашли дальше, чем обычно. Все в порядке. Он потерялся в моменте и чуть не сделал то, чего не хотел. Джисон не винит его, но это не мешает ему чувствовать боль. Он вздыхает, когда Минхо уходит, и стягивает с себя подушку. Он позаботится об этом в душе.

***

Вечеринка, на которую его пригласил Феликс, уже в самом разгаре. Феликс явился в квартиру Джисона с Хёнджином и яблочным соджу в руках и заставил его сесть на пол в гостиной, чтобы Джисон выглядел еще красивее, чем обычно. Все, что он сделал, - это нанес блестящую подводку на линию глаз Джисона и немного черных теней, но Джисон не стал жаловаться и позволил ему делать все, что он хочет. Он также позволяет Феликсу выбрать себе наряд, потому что это делает его счастливым, и переодевается в «беспорядочный стиль», который выбрал Феликс. - Расстегнутая пуговица и топ, - сказал Феликс, протягивая ему обе вещи. - Можешь сам выбрать брюки. Он остановил свой выбор на черных слаксах. Джисон решил, что Минхо никогда не пойдет с ним дальше, потому что он ему не нравится в том смысле, в каком он нравится Джисону. Он не нравится ему в том смысле, в котором он требует от себя, чтобы ему кто-то понравился, прежде чем он сможет продолжить отношения. Тогда Джисон решает, что проведет время вдали от Минхо, как он пытался до того, как Минхо пригласил его к себе, и Джисон не мог сказать ему «нет», потому что не хотел. И сегодня, конечно, тоже не захочет. Он влюблён в Минхо, хотя и не хотел говорить об этом, и это значит, что он хочет быть рядом с Минхо, но при этом старается заботиться о себе. Он не хочет больше причинять боль, и если он попытается найти кого-то, кто захочет его так же, как он хочет Минхо, ему не придется пытаться сказать себе, что он должен сказать Минхо «нет». Минхо воспримет его интерес к кому-то другому как « все равно нет», а Джисон знает, что сам он никогда не сможет этого сделать. Они входят в дом знакомого Феликса. Джисон не помнит его имени, но это его не волнует, ведь обычно они никогда не встречаются с хозяином дома. Феликс говорит, что это потому, что большинство людей, устраивающих вечеринки, обычно проводят много времени с самыми близкими друзьями. Джисон считает, что если бы он устраивал вечеринку, то, по крайней мере, хотел бы знать всех, кто находится в его доме, поэтому он не понимает его. Они находят Чана и Минхо на заднем дворе, где, как сказал им Чан, они будут играть в пивной бонг. За игрой наблюдают люди, в том числе и Чонин, который стоит ближе всех к краю, где они играют. Есть и другая команда - две девушки, которых Джисон не узнает. Рядом с Минхо стоит парень, который, на взгляд Джисона, находится слишком близко к нему, поэтому Джисон решает начать действовать по плану. Он наклоняется к Феликсу и говорит ему, что собирается выпить, прежде чем присоединиться к ним. Феликс показывает ему большой палец вверх, а затем тащит Хенджина к ним. Джисон проходит мимо нескольких знакомых, спрашивает Уена которого он узнал как друга Чанбина, где напитки, и направляется туда, куда ему говорит парень. На кухонном столе стоит охладитель, и Джисону повезло, что в помещении не так много людей. Девушка и парень наливают себе по стаканчику, после чего отходят в сторону и пропускают Джисона к стойке. Он берет в руки бутылку с вином, открывает ее и берет стакан. - Эй, - слышит он голос позади себя и отходит в сторону, чтобы пропустить парня. Он выглядит так же, как Минхо, и у него такой же рыжий цвет волос. Джисон думает, что если бы он посмотрел на него под другим углом, то мог бы даже быть похожим на него. Однако он не делает ни шагу к холодильнику. - О, нет. Я увидел, как ты вошел сюда. Мне показалось, что ты симпатичный, и я решил поздороваться. Мои друзья считают, что я должен больше флиртовать с парнями, я ведь только недавно открылся для них, так что... Прости, я болтаю, когда нервничаю. У тебя, наверное, есть парень - или, ой, прости, девушка, я не хотел говорить об этом. Я сейчас заткнусь. Джисон моргает, глядя на парня. Он симпатичный, но говорит не так, как Минхо. Честно говоря, он больше похож на Джисона, и он думает, что они могли бы подружиться, но опять же - ничего общего с Минхо, кроме телосложения и волос. Джисон считает, что не должен основывать свою привлекательность и интерес к людям на том, напоминают ли они ему его лучшего друга, но он до сих пор не может забыть его. Это его первая встреча. - Ты не ошибся в своих предположения, - говорит Джисон и пытается осторожно прислониться к прилавку позади себя, но промахивается и чуть не падает. Парень, как и Минхо, делает шаг вперед, чтобы поймать его. С этим можно смириться. - Твои бредни очень милы. Я Джисон, а ты? Парень все еще обхватывает его рукой, когда его уши начинают краснеть: «- ... - Джисон! Его прерывает голос Минхо, и Джисон, оглянувшись через плечо парня, видит, что к ним идет Минхо и поднимает бровь, глядя на их положение. - Этот парень тебя беспокоит? - Хён, как глупо, - проворчал Джисон. Парень отпускает его и отступает на шаг. - Он - нет. А вот этот парень - да. - Что за парень? - Ты, - говорит Джисон, и парень хихикает. Минхо смотрит на него, и Джисон легонько пинает его по колену. - Мы разговаривали. Я думал, ты играл в игру. - Я проиграл, - говорит Минхо, опускаясь рядом с ним. Он не поворачивается, чтобы посмотреть на другого парня, сосредоточившись только на Джисоне. - Я искал тебя. Почему ты не пришел с Феликсом и Хёнджином? Я ждал тебя, чтобы мы могли пойти покурить. Джисон должен сказать ему, что не хочет курить. Он должен был бы сказать, что на самом деле он просто собирается остаться с этим парнем, но он знает, что как только Минхо проявит к нему хоть каплю внимания, его план пойдет прахом. Ему хочется ударить себя по рукам, когда он обращается к парню: - Извини. Не хочешь присоединиться к нам, чтобы покурить? - Нет, - говорит Минхо. - Ты пытаешься пригласить парня, имени которого я не знаю, в наше священное время наедине?» - Мы что, не собираемся курить? спросил Джисон, смутившись. Обычно на вечеринках они так и делают. А еще они обычно уходят пораньше, чтобы целоваться в машине Минхо. - Нет, - говорит Минхо. - У них за домом есть лес. Я хотел, чтобы мы покурили там. - Ты планируешь убить меня? спрашивает Джисон. Недолго думая, он позволяет Минхо, учитывая, как легко тот сдается, когда он рядом. Не дождавшись ответа, он поворачивается к парню: - Извини. Долг лучшего друга. - О, нет, все в порядке, - говорит парень. - Я знал, что у такого красавчика, как ты, будет парень. Извини, не хотел называть тебя так в присутствии твоего парня. И прежде чем кто-то из них успевает возразить, он оставляет их наедине. Минхо насмехается: - Черт, этот парень много болтает. - Ты почти не слышал, как он говорит! говорит Джисон, немного раздраженный и обиженный тем, что он много говорит. - Тебя тоже раздражает, когда я много говорю? - Что? Нет, мне нравится слушать, как ты говоришь, - говорит Минхо и берет у Джисона бокал с вином и ставит его на стойку. - Пойдем. Он вытаскивает Джисона из кухни, а тот хнычет: - Мой бокал, хён. - У меня есть вода, - говорит Минхо. - Ты же ненавидишь, когда тебе ставят прочерк, это заставляет тебя волноваться, помнишь? Минхо прав. На вечеринках Джисон обычно думает, что все будет не так, как раньше, - ему всегда нужно убраться подальше от всех, когда он смешивает алкоголь с травой, и в итоге оказывается в клубке на полу. Конечно, Минхо знает. Он знает его вдоль и поперек. В лесу есть скамейка, и Минхо кладет на нее свой телефон так, чтобы на него падал свет от фонарика. - Здесь гравий - это тропа, - говорит ему Минхо, кивая на тропу, о которой он говорит. Скамейка находится не слишком далеко от места проведения вечеринки, но достаточно далеко, чтобы оттуда никого не было слышно. Если бы рядом не было Минхо, Джисону стало бы жутко, и Минхо достает пакетик. - Гибрид - говорит ему Минхо, доставая косяк. Он всего один, а значит, Минхо планировал, что курить будут только они вдвоем. Если бы он хотел, чтобы и другие курили вместе с ними, то взял бы не один, а гораздо больше. - Круто? - Да, - отвечает Джисон. - Круто. Он недоумевает, почему Минхо ведет себя по-другому, но понимает, что тот, возможно, немного выпил. Он нервничает, словно ему нужно произвести на кого-то впечатление. - Круто. Он достает зажигалку и засовывает косяк в рот Джисону, прикуривая, когда тот надежно прижимает его к губам. Он смотрит, как Джисон курит, и вздыхает. В ответ Джисон растерянно смотрит на него. - Ты в порядке, хён? пробормотал Джисон, когда Минхо отнял косяк, чтобы закурить самому. - В порядке, - говорит Минхо, опускаясь на скамейку, и его телефон жалобно дребезжит от движения. - Ты собираешься сесть? - Если расскажешь мне, почему ты так странно себя ведешь, - отвечает Джисон. Минхо встает, потому что Джисон не садится. - Ты пьян? - Нет, - отвечает Минхо. Он притягивает Джисона ближе к себе. - Я просто волновался, потому что ты не поздоровался со мной. - О, - говорит Джисон. Он не думал, что Минхо будет задавать вопросы - он не поздоровался с Чанбином, Сынмином и с кем-то еще, но он уверен, что они не будут против. - Я не думал, что это будет иметь значение. - Ты мой лучший друг, конечно, это важно, - говорит ему Минхо. - Мы всегда находим друг друга. Минхо прав. Джисон считает, что из-за их близости он гораздо более чувствителен к тому, как он ведет себя с ним, чем другие, и начинает думать, что Минхо заботится о нем не так сильно, как он о нем. Он удивляется, когда они становятся нормальными. Не зря он решил рискнуть с тем парнем, имя которого он не смог узнать - теперь они почти никогда не бывают нормальными. - Прости, хён, - говорит ему Джисон, тихо, как будто кто-то может услышать. - В следующий раз я найду тебя первым. - Все в порядке, сейчас у меня есть ты, - говорит ему Минхо, а потом моргает. - Черт, косяк. Они тратили время на разговоры, но, к счастью, Минхо отлично упаковывает косяки, и они не перегорают слишком быстро. Он подносит косяк к губам и закуривает, слегка покашливая. Закончив, он садится обратно на скамейку, и на этот раз к нему присоединяется Джисон. На этот раз они делают несколько затяжек, и каждый раз Минхо держит косяк для него. После четвертой затяжки Минхо вытягивается. Джисон оказывается на ногах прежде, чем Минхо успевает его потянуть, он хочет добраться до него первым. Но у Минхо другие планы: он тянет Джисона за руку, чтобы тот встал перед ним. - Это твоя последняя затяжка, - говорит ему Минхо. - Давай сделаем ее как следует. Прежде чем Джисон успевает что-то сказать, он встает и, надавив на плечи Джисона, ставит его на колени. Джисон удивленно поднимает глаза: Минхо сидит и смотрит на него со своего места на скамейке. Он ухмыляется про себя, глядя, как Джисон придвигается ближе к нему и упирается руками в колени Минхо. - Что? спрашивает Джисон. - Мое предположение оказалось верным, - говорит Минхо, наблюдая за лицом Джисона, когда тот подносит косяк ко рту Джисона. Тот открывает его и вдыхает дым. - Ты так красиво смотришься на коленях, особенно если это происходит передо мной. Джисон поперхнулся дымом, закашлялся и упал с колен на задницу. Минхо никогда не был таким откровенным, может, он и зашел бы далеко, но поставить Джисона на колени и заставить его раскурить косяк так, как это сделал он, - это заставляет Джисона кашлять так сильно, что слезы наворачиваются на глаза и падают, когда он сопротивляется. Минхо выбрасывает косяк и затушивает его ногой, после чего сползает со скамьи и садится на корточки перед Джисоном. Поглаживая Джисона по спине, он бормочет: - Мой бедный малыш. Давай отвезем тебя домой. - Я не пьян, хён, - задыхается Джисон, когда ему наконец удается перевести дух. - Черт. Ты просто застал меня врасплох. - Хорошо, - хмыкает Минхо. Он поглаживает шею Джисона, словно пытаясь остановить ожог, с которым Джисон столкнулся, а затем целует его. На вкус он напоминает смесь водки с травкой, и Джисон чувствует себя немного обманутым тем, что Минхо солгал ему, что не пьян. - Ты хочешь остаться на вечеринке? Или мы можем уйти? - Я не так много тусовался, хён, - говорит Джисон. Он не думает, что сможет остаться наедине с Минхо прямо сейчас, как бы сильно ему этого ни хотелось. Минхо пытается отстраниться, и он знает, что это только потому, что он выпил. - Я хочу остаться хотя бы ненадолго. Минхо кивает, отстраняясь от Джисона, чтобы подняться, и хватает свой телефон. Он ведет их обратно на вечеринку, не позволяя Джисону убрать руку, даже когда они снова встречаются со своими друзьями в подвале - они просто сидят на диване с другими гостями вечеринки, и Минхо тянет Джисона за собой на диван. Он оказывается зажатым между Минхо и Феликсом, который протягивает Джисону напиток, и тот начинает пить, когда Минхо не видит. Он бы, наверное, остановил его, но Джисон уверен, что в этот раз кроссфейд не повлияет на него так, как в прошлые разы. Джисон - легкий человек, и он благодарен ему за это, потому что ему не придется раздумывать, когда Минхо снова обратит на него внимание. Он с кем-то разговаривал, но Джисон был под кайфом и слишком пьян от выпитого, чтобы сосредоточиться на этом. Минхо опускает взгляд на стакан: - Малыш, нет. - Малыш? Хёнджин и Феликс одновременно спрашивают. Они хихикают и показывают друг на друга, после чего начинают целоваться. - Родственные души, - бормочет Джисон, а Минхо хихикает, но смотрит на него с беспокойством. - Что, хён? - Я думал, мы не пьем, - говорит ему Минхо так тихо, словно он сломается, если будет говорить громче. Джисон раздражается. Помнишь? - Ты пил, почему я не могу? говорит Джисун и отдергивает руку Минхо от себя. - Ты еще и врешь об этом. - Но я не пьян, - говорит Минхо, нахмурив брови. - Откуда ты вообще знаешь, что я пил? - Я почувствовал вкус? с сарказмом произносит Джисун. Он прижимается к Минхо и целует его так, как Минхо целовал его в лесу, глубоко вдавливаясь в его рот, чтобы показать ему, что он тоже сможет почувствовать этот вкус. Он отстраняется: - Вот видишь. Кто-то свистит рядом с ними, но Джисон больше сосредоточен на Минхо, чтобы посмотреть, кто это. Минхо моргает и встает. Из-за этого Джисон падает, ведь он был почти на нем. Джисон смотрит на него с земли. Он наполовину ожидает, что Минхо просто оставит его там. Минхо протягивает руку: - Пойдем домой. Джисон не спорит. Минхо не любит целовать его на виду у других людей, и он нарушил одно из негласных правил. Он идет за Минхо и становится рядом с ним в ожидании машины, которую вызвал Минхо, и чувствует, как нарастает его тревога. Он все испортил, и Минхо теперь наверняка его ненавидит. Возможно, он отменит все их отношения, раз уж хотя бы один из их друзей видел. Он подбросит Джисона до дома, оставит его в покое и больше никогда к нему не прикоснется. Он поднимает кулак и прикусывает костяшку. Джисон отвлекается от своих мыслей, когда Минхо отводит руку от своего рта. Он переплетает их руки и встает перед Джисоном, выглядя гораздо более трезвым, чем раньше. Его глаза яркие и внимательные, когда он смотрит на Джисона: - Эй, ты в порядке. Прости меня. - Правда? спрашивает Джисон и не может удержаться от слез. - Я все испортил. Я не хочу, чтобы ты перестал меня целовать, хён. Я люблю тебя и нуждаюсь в тебе в любом виде, хён. Пожалуйста, не оставляй меня, прошу тебя. - Хён не бросит, - мягко говорит ему Минхо. Он всегда такой мягкий, когда Джисон попадает в неприятную ситуацию. Его большой палец нежно поглаживает руку Джисуна. Он не признается Джисону в любви. Он никогда не скажет ему этого в ответ. - У нас все хорошо. Ты никогда не сможешь нас сломать, Джисон. Ты слышишь меня? Давай посчитаем, хорошо. - Посчитаем? - Я вижу одно дерево, - говорит Минхо, оглядываясь вокруг. - Хён, здесь не одно дерево, - смущается Джисон. Однако ему становится легче дышать, когда он тоже оглядывается по сторонам. - Мы... Мы окружены лесом. - Два фонаря, - говорит Минхо. - Ты очень плохо считаешь, когда находишься под кайфом, хён, - говорит Джисон. - Может, мы не только пять заходов сделали, раз ты так считаешь». Губы Минхо искривляются в забавной улыбке. - Три звезды, - говорит он. Джисон моргает, поднимая глаза, и слезы отходят на второй план. Глаза немного мутные от остатков слез, но он чувствует себя намного лучше. На небе много звезд. Прежде чем они успевают заговорить, подъезжает машина, и Джисон позволяет Минхо затащить себя внутрь. Пока водитель ведет машину, Минхо не перестает считать неправильные вещи. Четыре сиденья (их пять), пять радиоприемников (один) и шесть окон (четыре). Джисон все время поправляет его, и к тому времени, как они добираются до его квартиры, он уже не помнит, почему вообще был расстроен. Минхо готовит им рамэн, заставляя Джисона сидеть в гостиной. Тот потирает лицо, садясь на диван, и получает от Минхо поцелуй в лоб. Оставшись наедине со своими мыслями, он быстро включает телевизор, чтобы не впасть в очередную панику, и ложится, глядя на экран. Показывают документальный фильм об истории вампиров, но он не может понять, о чем говорит монотонный голос. На глаза наворачиваются слезы, и он трет их. Минхо, как всегда, был прав. Он ненавидит, когда его вычеркивают. Сколько бы раз он ни думал, что все будет по-другому, ничего не выходило, и вот он уже слишком выбит из колеи и расстроен тем, что Минхо предпочитает быть на кухне, а не с ним в гостиной. Если бы он был просто под кайфом, Минхо бы его поцеловал. Если бы он был более собранным, возможно, Минхо любил бы его так, как он его любит. Если бы он мог быть таким же идиотом и не плакать по пустякам, если бы он мог быть таким же зрелым, как все бывшие Минхо, возможно, он бы полюбил его в романтическом плане. Минхо возвращается, когда Джисон уже вовсю плачет, прикрывая рот рукой, пытаясь отдышаться от приступа паники. Минхо быстро откладывает еду и собирается схватить его, но останавливается: - Можно мне прикоснуться к тебе, Джисон? Он икнул и кивнул. Минхо обнимает его за плечи, чтобы убедиться, что у Джисона есть возможность выдохнуть. - Посчитай со мной, малыш, - говорит Минхо. - Один нос. Два глаза. Джисон качает головой. Он не может придумать ничего, где было бы три вещи, не то что бы видеть что-то - Ладно, не будем об этом, - говорит Минхо. - Дыши со мной, хорошо Джисон следит за Минхо, медленно делая глубокий вдох, а затем выдыхая. - Очень хорошо, малыш, - размышляет Минхо. - Ты можешь придумать что-нибудь, что начинается на букву А? - Альфа, - быстро говорит Джисун. - Бета. Гусеница. Динозавр. Слон. Трахаться. Гей. - Трахать геев? говорит Минхо, и Джисон заливисто смеется. - Хенджин, - продолжает Джисон. - Индика. Жанна из ковчега? - Ты такой замечательный, - говорит ему Минхо. - У тебя все идеально выходит. Джисон чувствует, что начинает успокаиваться: - Крабби Патти. Люблю. Минхо. - Кажется, я оставил записку о «Крабби Паттис», - усмехается Минхо и проводит руками по рукам Джисонга, нежно поглаживая их. Джисон откликается на его прикосновения. «З?» - Записка. Конечно, - говорит Джисон и чувствует себя намного лучше, наблюдая за тем, как Минхо смеется, откидывая голову назад. - Прелесть. Милый. Правда. - Я подсчитаю, - говорит Минхо. - Ты почти закончил, у тебя так хорошо получается. - Бродяга. Транс. Единство. Видимость. Победа. Ксилофон, - хихикает Джисон, продолжая. Минхо улыбается ему: - Яой. Зебра. - Вот и все, - говорит Минхо, когда он заканчивает. Джисон потирает руки, чтобы избавиться от остатков слез, и Минхо помогает ему, его прикосновения такие мягкие. Он всегда такой мягкий с ним. - Давай дадим тебе немного еды и воды. Я принес тебе таблетки, чтобы ты не проснулся с головной болью. Минхо остается с ним до конца ночи и даже тянет его на кухню, чтобы убрать посуду в раковину, а потом тащит в свою комнату. Он не выходит из комнаты, чтобы переодеться, как обычно, и Джисон хочет прикоснуться к нему, но отворачивается, чтобы дать ему возможность побыть одному. Они ложатся вместе, оба под одеялами, и Минхо прижимается поцелуем ко лбу Джисона. Когда он засыпает, ему снится, что Минхо бормочет, что тоже любит его.

***

На следующее утро Джисон просыпается один в постели и поднимает себя из нее, чтобы переодеться и пойти почистить зубы, ненавидя вкус остатков всего чего он выпил, выкурил и съел прошлой ночью. Он полагает, что они оба забыли почистить зубы из-за своего пьянства и кайфа. Он чувствует себя как зомби, когда тащит ноги в ванную и чистит зубы. Он еще наполовину спит, когда понимает, что слышит музыку из другой комнаты, и быстро пробирается в гостиную. Из кухни доносится шум, и он обнаруживает там Минхо, который напевает какую-то песню, готовя еду. Джисон моргает: - Хён? Ты здесь? Минхо быстро поворачивается, лопатка уже в воздухе: - Ты меня напугал! - Ну ты даешь, - фыркает Джисон. - Я так растерялся, когда услышал шум на кухне. - Почему ты не подумал, что это тот парень, который спал в твоей постели прошлой ночью, ты что, забыл? - Нет, - говорит Джисон. - Просто ты никогда... не оставался... после. Минхо моргает. - Точно, - говорит он. Они вместе едят рис и яйца за столом, как будто это нормально для них с тех пор, как они начали курить вместе, а когда они заканчивают, Минхо остается рядом и ложится на диван с Джисоном. - Может, покурим, хён? спрашивает его Джисонг. Может, поцелуемся? Вот что он имеет в виду. Минхо качает головой, почесывает колено, как он делает, когда что-то обдумывает, а потом притягивает Джисона к себе поближе на диване: - Нет. Давай сегодня останемся трезвыми. Минхо никогда больше не поцелует его. Он знал это. Если бы Минхо сказал ему, что не пьет, он бы, конечно, соврал. Джисон хмурится. - Что? спрашивает Минхо. - Мы что, не можем ни дня не курить? - Нет, - оправдывается Джисон. - Нет, неважно. - Или это... Подожди, - говорит Минхо, прежде чем затащить Джисона к себе на колени. Они не делают подобного. Они никогда так не делают. Джисон моргает, глядя на него. - Ты действительно хочешь курить или я могу поцеловать тебя без этого? спрашивает Минхо. - Потому что я думаю, что мы оба были идиотами и использовали травку как оправдание... Джисон наклоняется и целует его первым, слишком возбужденный, чтобы сдерживаться. Минхо слишком хорошо его знает. Он хихикает в ответ на его поцелуй. - Хён, - Джисон отстраняется, но Минхо хватает его за голову, чтобы не дать ему отодвинуться слишком далеко. - Хён, я тебе нравлюсь? - Я люблю тебя, - говорит ему Минхо. - Говоря прямо, я люблю тебя. Джисон фыркает от каламбура, а затем снова погружается в поцелуй, и Минхо позволяет ему немного поиграть, позволяя Джисону скользить языком по его языку, как они делали, когда курили. Джисон стонет, когда Минхо запутывает пальцы в его волосы, чтобы притянуть его обратно. - Пойдем в твою комнату, - говорит ему Минхо. Сейчас еще светло, они не собираются идти туда спать, и Джисон сползает с его коленей быстрее, чем когда-либо. - Отчаянно, Сони. - У тебя есть какие-нибудь идеи? спрашивает Джисонг. - Хён, ты знаешь, сколько раз мне приходилось дрочить после того, как ты уходил? Особенно после... - Я понял, малыш, - говорит Минхо, трезвея. Наклонившись, он заправляет волосы ха ухо и шепчет: - Мне приходилось дрочить в машине, как только я находил свободное время. Джисон отходит в сторону и позволяет Минхо провести его в комнату. Он издает удивленный стон, когда Минхо прижимает его к двери, целует и закрывает дверь на ключ, как того и хотел Джисон. Когда Джисон с любопытством смотрит на него, он говорит: - Твой ключ у Чана. Я не буду останавливаться, если ты не возражать. - Боже, хён, - говорит Джисон. - Просто трахни меня здесь и сейчас. Минхо целует его, прикусывая нижнюю губу: - Дерзкий мальчишка. Ты должен быть хорошим, чтобы заслужить это. - Я и так хороший, - говорит ему Джисон. Минхо опускает руки с того места, где он прижимал Джисона к себе, и опускается к его заднице. Он поглаживает ее, а затем прижимает к себе. Он наклоняется и целует Джисона: - Приподнимись. Джисон слушается, помогает Минхо поднять его, и тот хватает его за руки, чувствуя, как работают мышцы под его руками, пока Минхо несет его к кровати. До кровати всего три шага, но Минхо хочет взять все в свои руки и опускает Джисона на кровать. - Малыш, малыш, - говорит Минхо и снова целует его, а затем отстраняется, чтобы посмотреть на него сверху вниз. Джисон знает, что выглядит не лучшим образом: его волосы все еще не расчесаны с того момента, как он проснулся, и растрепаны от того, что он прижат к кровати, но Минхо смотрит на него так, словно он был одной из трех звезд на небе прошлой ночью. - Ты знаешь, какой ты красивый? Я всегда это говорил. Как говорится, высокие мысли - трезвые слова. Джисон смеется, приподнимается, чтобы поцеловать Минхо, но тот останавливает его. - Хён хочет сам все сделать, - говорит ему Минхо. - Чтобы загладить свою вину за то, что ты думал, будто я этого не хочу. - Почему? спрашивает Джисон. Если и есть время получить ответ, то только сейчас. - Я не хотел, чтобы мы занимались этим под кайфом, - говорит Минхо. - Поцелуи - это одно, а вот это? Ты значишь для меня гораздо больше. По крайней мере, для нашего первого раза. - О, - говорит Джисон. - А как же тогда... Минхо наклоняется и целует его: - Я люблю тебя и думал, что ты не чувствуешь того же, поэтому я стал оправдываться. Понимаешь? - Я понимаю, - говорит ему Джисон. Он принимает еще один поцелуй и удивленно стонет, когда Минхо прижимается к нему бедрами. - Ах, хён, ты... Ты должен был предупредить меня. - Хён собирается поцеловать тебя, а потом полапать, если ты не против. - Хорошо, не бери в голову, - говорит Джисон. - Трогай меня, где хочешь, хён. Минхо принимает разрешение и целует Джисона так, будто от этого зависит его жизнь, и ощупывает его рубашку, прежде чем позволить своим рукам проскользнуть под нее и провести руками вверх по телу, прежде чем стянуть рубашку, и Джисон выгибается, чтобы помочь ему стянуть ее через голову. Рубашка Джисона отбрасывается в сторону, но ему все равно: Минхо наклоняется и целует его в челюсть, потом в шею и проводит языком по соскам. Джисон извивается и стонет, когда он облизывает его. - Хён, - хнычет Джисон. - Твоя рубашка. Пожалуйста. Минхо отрывает губы от тела, чтобы снять с себя рубашку, и Джисон быстро кладет руки на его грудь, когда тот возвращает свои губы Джисону. - Доволен? - Мой малыш всегда делает меня счастливым, - говорит Джисон. - Может быть, теперь мы поработаем с нижней частью тела? - Только у меня здесь есть нижняя часть, - говорит Минхо, покусывая нижнюю губу Джисона и позволяя легким прикосновением провести по поясу его шорт. Джисон вздрагивает, чувствуя, как в нем разгорается возбуждение. - Мы можем. - Ты так уверен, что я нижний, - говорит Джисон. - А если я хочу быть сверху? - Я позволю тебе делать все, что ты захочешь, - говорит Минхо, стягивая с Джисона шорты. - Ты хочешь быть сверху? - Нет..., - говорит Джисон, а затем берет одну из рук Минхо и подносит ее к губам. Он прижимается поцелуем к его указательному пальцу, затем открывает рот и медленно вводит его в себя, слегка посасывая, и добавляет еще один палец. Потом еще один. - Я хочу, чтобы эти пальцы были внутри меня. Минхо застонал, опустив голову на живот Джисона, а затем свободной рукой стянул с него боксеры. Его твердый член освобождается, поблескивая от выделений. Минхо не теряет времени и целует его. Джисон хнычет и извивается от удовольствия. Минхо улыбается, снова целует его член, а затем отстраняется: - Такой чертовски красивый, ты и твои звуки. Не могу дождаться, когда услышу, как ты звучишь, когда я буду тебя трахать. - Пожалуйста, - бормочет Джисон, нащупывая пальцы Минхо. Он вытаскивает пальцы из своего рта и чувствует сильное возбуждение, наблюдая за тем, как Минхо подносит свою влажную руку ко рту, словно слизывая то, что оставил Джисон, а затем использует ее, чтобы охватить ею его член, прежде чем погладить его. Джисонг стонет. - Хён, ты. Твоя очередь. Он помогает ему стянуть штаны, а затем, привстав со своего места под ним, вздыхает, чувствуя, как член Минхо прижимается к его собственному, когда они наконец освобождают его. Джисон пытается посмотреть вниз, но Минхо прикрывает ему глаза рукой: - Как насчет того, чтобы чувствовать меня, а не видеть, малыш? Ты не против? - Ещё как, - задыхается Джисон. Свободная рука Минхо снова обхватывает его, на этот раз прижимая его член к своему, и он чувствует, какой толстый у него член. У Минхо член длиннее, чем у него, и они оба вместе стонут, когда Минхо двигает рукой, скользкой от их слюны и спермы. - Хён, - говорит Джисон. - Хён, мне нужно, чтобы ты трахнул меня. Пожалуйста, хотя бы вставь в меня свои пальцы. - Раз уж ты так любезно просишь, - бормочет Минхо, но звучит это так же чертовски задорно, как и у самого Джисона. - Я могу это сделать. Где у тебя смазка и презервативы? - Никаких презервативов, - говорит Джисон. - Я ни с кем не был с тех пор, как мы начали развлекаться, хён. Я чист, я постоянно сдавал анализы. - Я тоже, - говорит Минхо. - Хорошо, смазка? - Под кроватью, - говорит Джисон. - Что? - Под моей кроватью, - повторяет Джисон. - Раньше у меня были соседи, хён. Они постоянно воровали мой лубрикант, если я хранил его в ящике. - Черт, - говорит Минхо. - Я не хочу разлучаться с тобой. Но он все равно это делает, ради общего блага. Глаза Джисона адаптируются к свету, и Минхо быстро хватает смазку, прежде чем вернуться к нему, позволяя ему видеть, как он смазывает свои пальцы, а затем скользит ними к его анусу. Он и туда брызгает немного смазки. Джисон вздрагивает, когда палец Минхо остается на месте; он касается дырочки, но не входит в нее. - Скажи мне, если я когда-нибудь сделаю тебе больно, - говорит Минхо. - Хорошо, малыш? - Не беспокойся об этом, - говорит парень и пытается протолкнуть палец Минхо внутрь, надавливая на него. Минхо удерживает его на месте. - Хён, пожалуйста. Пожалуйста. - Ты должен быть послушным, - говорит Минхо. - Ты послушный? - Да, - хнычет Джисон. - Я очень послушный мальчик. Пожалуйста, просто трахни меня. Я так долго ждал. Минхо вводит в него палец, и тот стонет от ощущений: - Хорошо. Я рад, что ты знаешь, какой ты хороший. - Только для тебя, хён, - хнычет Джисон. - Для тебя. - Нет, - говорит Минхо, проникая глубже. - Ты хорош и для самого себя. И для всех, кто тебя окружает. Вот какой ты хороший человек. - Ах, - стонет Джисон. - Еще, пожалуйста. Минхо награждает его еще одним пальцем. Он наблюдает, как его пальцы входят и выходят из него, Минхо зачарованно смотрит на Джисона, как будто даже эта часть его тела кажется ему красивой. Он вводит еще один палец, удерживая парня на месте, когда тот начинает активно двигаться, и больше ничего не говорит, слушая звуки, которые издает Джисон, и хлюпанье, которое вызывают его пальцы, когда он входит и выходит из него. - Готов, - хнычет Джисон. - Готов, готов. Я готов. - И? спрашивает Минхо, быстро вводя в него пальцы. - Пожалуйста, - задыхается Джисон. - Ты мне нужен во мне. Пожалуйста, хён. - Хороший мальчик, - замечает Минхо, и Джисон вздрагивает. Минхо выглядит довольным, когда вытаскивает из него пальцы. - Рука, малыш. Джисон протягивает ему одну из своих рук, и Минхо выдавливает на нее немного смазки. - Приготовь меня, пожалуйста, - говорит Минхо. Джисону не нужно повторять дважды, он с удовольствием прикасается к его члену и покрывает его смазкой, его пальцы скользят по большому члену Минхо. - Так хорошо, - простонал Минхо, схватив руку парня и удерживая ее, а затем другой рукой подвел свой член к анусу Джисона и слегка надавил на него. Джисон реагирует движением, ошеломленный, и Минхо не удерживает его в этот раз, когда входит в него, а держит его за руку, прижимая ладонь к сердцу. Сердце Минхо бьется так же сильно, как и сердце Джисона, и они вместе издают стон, пока Минхо двигается в нем. - Твою мать, - ругается Минхо. - В тебе так чертовски хорошо, малыш. Мне так повезло, что я сейчас в тебе. - Только для тебя, хён, - задыхается Джисон. Минхо начинает двигаться быстрее, насаживаясь на него, и все это время Джисон чувствует каждую частичку его тела: его член вплоть до глубины души, его сердце и руку, он создан для Джисона. Все ощущения настолько переполняют его, что на глаза наворачиваются слезы: - Я люблю тебя, хён. У него получилось. Минхо стонет: - Я тоже тебя люблю, малыш. Ты собираешься плакать из-за хёна? Можешь выпустить слезы. Джисон задыхается, когда Минхо попадает в его простату, и делает то, что ему говорят, выпуская слезы, хватаясь за свой член. - Ты такой красивый, даже когда плачешь, - говорит Минхо, целуя его слезы. - Черт, я так близко. Ты просто такой... - Я тоже, - говорит Джисон. - Я тоже. Минхо целует его лицо при любой возможности, вжимается в него так, будто только этого и ждал, и когда Джисон прижимается к нему, он кончает в него. Содрогаясь, Джисон тоже доводит себя до конца, кончая на грудь Минхо, и давая последним слезам упасть. Минхо поцелуями убирает и их. Когда они приводят себя в порядок, Джисон становится таким же бескостным, как и во время курения, а Минхо несет его в уборную и набирает ванну. Он не перестает прикасаться к Джисону ни на секунду. - Мы действительно должны потрахаться, когда под кайфом, - говорит Джисон Минхо, когда они вместе принимают ванну. Минхо прижимается влажными поцелуями к его груди, как тогда, когда Джисон впервые надел его рубашку. - И с завязанными глазами. Пожалуйста, завяжи мне глаза в конце концов. - Да, и еще раз да, - говорит Минхо, прижимаясь к нему. - Я хочу, чтобы мы попробовали все возможные комбинации. У нас есть для этого каждый день. Не волнуйся. - Хорошо. Я люблю тебя, думает Джисон. А потом, трезво и честно говорит это. Минхо отвечает ему тем же.