Ночь в нетоскливом октябре

Этим утром стоял такой плотный туман, что ничего не было видно на расстоянии пары шагов. Я закончил свой утренний обход. Проверил Тварь в гардеробе и Тварь в паровом котле. Тварь в круге меня ничем не удивила, продолжая свои слабоумные перевоплощения. Я рыкнул на Тварей в зеркале, чтобы они не расслаблялись, и пошел патрулировать территорию вокруг дома. В такую погоду там обязательно должно было развестись множество шпионов. И я оказался абсолютно прав. Первым мне попался Трескун, который заверил меня, что заблудился. Впрочем, той же версии придерживался и Шорох. Только Ползец сказал, что пришел проведать меня. Ему почему-то я поверил. С ним мы поболтали о погоде и о том, как туман мешает нашей работе. Мы распрощались. Больше утренних гостей не было. Я оббежал дом еще раз, чтобы в этом убедиться, потому что туман коварно стирал все запахи, и заметил какую-то тень за деревом. Я сделал вид, что смотрю в другую сторону, и боковым зрением снова увидел ее. – Кто здесь? – рыкнул я особым рыком, означающим, что это моя территория и без разрешения нечего здесь появляться. – Всего-лишь соседка, – безобидно промурлыкала черная кошка, наконец покинув свое укрытие. – И кто твой хозяин? – Безумный Джилл. – Длинноволосый парень в лохмотьях? – я не стал скрывать удивления. – Неужели он тоже игрок? – Самый что ни на есть настоящий, – она села и, по тому, как дернулся кончик ее хвоста, мне показалось, что мои слова ее задели. – Ничем не хуже всех прочих. – Ни капли в этом не сомневаюсь, – холодно ответил я. Дело было вовсе не в его чудаковатости, по сравнению с другими игроками он был далеко не такой уж и странный, а некоторым очень в этом уступал. Дело было в Джек. Я достаточно хорошо знал свою хозяйку, чтобы изучить ее повадки. Наш не расчёсанный, наряжающийся в рваные платья сосед, непременно станет очередной ее жертвой. Очень неудачно, что он тоже игрок, тем более если окажется открывающим. Конечно, Джек лучше знала, что ей делать, но на то я сторожевой пес, чтобы охранять ее. Между тем кошка, разобидевшись, демонстративно вылизывала свою лапку, что вполне могло означать, что она задумала страшную месть. Я решил представиться, так как, судя по всему, нам придется часто общаться и не только из-за игры. – Меня зовут Снафф. – А я Дымка. Шорох подкинул тебе проклятое перышко, чтобы ты заболел. Давай, я отнесу им его обратно. – Зачем ты мне это рассказываешь? – с подозрением спросил я. – Не люблю филинов, – безразличным тоном ответила Дымка. В ответ я рассказал ей, что Ползец разбросал у них во дворе свои чешуйки. В общем, я еще когда это увидел, понял, что они участвуют в игре, иначе зачем ему так делать, но все-таки надеялся, что ошибся. Дымка мне понравилась, чего нельзя сказать о ее хозяине. И мои худшие опасения оправдались. Стоило мне вернуться в дом, как я увидел Джек в ее любимом кожаном плаще, натягивающей на себя высокие сапоги. – Ну что, Снафф, – улыбнулась она, – пойдем знакомиться с соседом. Я принес ей кинжал, но она рассмеялась и вместо него взяла с собой бутылку вина и корзину фруктов. Я, конечно, рад, что моя хозяйка так уверена в себе, у нее для этого есть все основания, но все-таки я был бы рад, если бы она была осторожней. У Джилл Дымки не оказалось. Не знаю, где она бродила, но пока ее не было я смог безнаказанно обследовать территорию. Впрочем, ничего нового я не обнаружил и разочарованный вернулся к Джек. Сначала они просто пили вино и говорили ни о чем, о том, что обсуждают все игроки, о всяких магических штуках и лунных днях. Я улегся и положил голову на скрещенные лапы. Мне было прекрасно понятно, к чему это все шло. Джилл принялся хихикать, как смущенная девица. Хотя если бы в нем была хоть капля стыда, как, впрочем, и в моей хозяйке, услышав эти грязные слова, что она говорила, он должен был возмутиться и выгнать нас. Вместо этого Джилл игриво смеялся. Я встревоженно поднял голову, теперь они сидели совсем близко, гораздо ближе, чем в начале беседы, и рука Джек, нырнув под свисающие рваными кусками многочисленные юбки Сумасшедшего Джилл, настойчиво скользила по его бедру. Парень всем видом показывал, что тоже понимает к чему все идет и совершенно не против. Я бы крайне удивился, но заранее знал, что так будет. Очень скоро они удалились в спальню и дом наполнился скрипом постели, бесстыдными стонами Джилл и звуками шлепанья друг о друга голых тел. Явившаяся вдруг Дымка выглядела перепуганной. – Что происходит? – спросила она. Ее изумление говорило о том, что ее хозяин куда скромнее моей хозяйки. На следующий день мы пошли проведать Дорогого Доктора. Он очень обрадовался визиту Джек, отослал своего горбатого помощника, велев ему за кем-то хорошенько присматривать. Доктор показал Джек какие-то блестящие предметы, которые они бурно обсудили, после чего сразу разделся до гола. Джек предложила ему остаться в халате на голое тело, но тот заявил, что это может повлиять на чистоту эксперимента. Она пристегнула его к какому-то столу так, что Дорогой Доктор оказался не только в непристойном виде, но и в непристойной позе. Я безразлично наблюдал, как Джек засовывает в его задний проход одну из тех штук, что они рассматривали, когда, стуча своими маленькими лапками, ко мне подбежал черный крыс. – Убивает! – испуганно пропищал Бубон. – Твоя хозяйка убивает Доктора! – Успокойся, – я прижал лапой его хвост, чтобы он не наделал глупостей. – Они так играют. – Не может быть! – не поверил Бубон. – Ты врешь! Спасите помогите! – Ничего я не вру, – мне даже стало немного обидно. – Посмотри, он улыбается. – Никогда такого не видел, – недоверчиво причитал он. Про себя я такого сказать не мог, поэтому промолчал. Между тем Джек перестала бить Доктора слабыми разрядами тока и достала свою штучку, к которой больше привыкла. С этим имитирующим гениталии предметом она приходила к разным мужчинам и, вводя его им в задницу, заставляла их стонать от удовольствия. Что до меня, то мне казалось – игроки не должны так тесно общаться друг с другом, но в этом вопросе я, к сожалению, не имел права голоса. Они еще много чего вытворяли у нас на глазах, пока Дорогой Доктор не кончил с протяжным стоном. Тогда Джек отстегнула его и помогла одеться, Бубон к тому времени намаялся от переживаний и уснул. Они еще немного пообщались. После чего Джек с ним распрощалась, и мы наконец смогли уйти домой. На следующее утро Джек послала Дорогому Доктору коробку с угощениями и письмо, в котором справлялась о его самочувствии, что было весьма уместно, учитывая, что она вытворяла с ним накануне. Следующая наша ночная вылазка прошла как никогда гладко. Дома тоже все было без происшествий. Поэтому, заканчивая свой утренний обход, я чувствовал приятное спокойствия. Но вдруг на нашем пороге появился Сумасшедший Джилл, и меня снова охватила тревога. Правда, он всего лишь принес какой-то целебный чай, но вы бы видели, как на него смотрела Джек. Эх не к добру это. Так я подумал, и оказался совершенно прав. Тем же вечером Джек снова пошла к нему в гости, а ведь она не любит ходить к одним и тем же мужчинам, особенно так часто. Как бы это не вошло у нее в привычку. На утро она не отправляла ему вежливых писем, а сама ходила спросить, как он себя чувствует, что тоже являлось дурным знаком. Для ритуала Джек нужна была какая-то особая ушная раковина, ради которой мы раскопали все могилы, до которых не успели добраться наши соперники, но так ее и не нашли. На это ушло несколько ночей. Днем она была крайне занята, пытаясь придумать замену недостающему ингредиенту. Я же бегал по округе, пытаясь проследить все линии, так много, что прямо с лап валился. И тем не менее считал это время затишьем. Потому что хозяйка на время забыла о своих похождениях и занималась исключительно делом. Но замена быстро нашлась. И вот мы стоим на пороге у Растова. Сначала он не хотел нас пускать, чем меня довольно сильно обнадежил, но Джек взяла с собой бутылку хорошего алкоголя и тем самым получила пропуск в его спальню. Растов выглядел очень печальным, хотя другим я его никогда не видел. Они пили из стаканов, сидя прямо на его кровати. Он о чем-то без конца жаловался, Джек кивала и гладила его по спине. Потом пообещала помочь. Я прекрасно знал в чем состоит ее помощь, поэтому отправился посмотреть, что там делает Ползец, который между тем подглядывал за ними в окно. Поэтому я хоть и оказался на улице, а продолжил наблюдать за тем, что делала Джек с сумасшедшим монахом. Он тоже разделся, как и все мужчины, с которыми она оставалась наедине. Джек взяла плетку и била его по спине, оставляя красные полосы. Ползец смотрел на это все довольно безразлично. Я невольно вспомнил реакцию Бубона. – Не боишься, что она его убьет? – между тем Растов лег, Джек села на него сверху и весьма правдоподобно душила. – Он такое постоянно делает, – спокойно сообщил Ползец, – сам с собой. А потом плачет и снова напивается. Я решил, что ему, пожалуй, повезло еще меньше с хозяином, чем мне, и проникся к нему сочувствием. А может от того, как он печально вздыхал. После проведенного времени с Джек Растов не плакал, а напротив непривычно лучился. Такая она моя хозяйка, солнечная. И дарит свой свет и тепло людям вокруг. Я почувствовал, что ушел куда-то на поэтичную волну и усилием воли вернул себе серьезный настрой. Нам нужно было быть на чеку. На стороже. А не крутить любовь со всеми вокруг. Но дня не прошло, как Джек наведалась в гости к Ларри Тальботу. Он показывал ей свою оранжерею, в которой они после чая побили много горшков. Но это все не сильно меня беспокоило. Больше меня волновала ее прогулка с Сумасшедшим Джилл на следующий день. Они расхаживали по залитым солнцем полям, как настоящая пара, хотя из далека можно было все перепутать и решить, что Джек – статный джентльмен, а Джилл – его неопрятная спутница. Я не был вправе вмешиваться в личную жизнь своей хозяйки, но привязываться к другим игрокам – дело совершенно другого порядка. Дымка была со мной совершенно солидарно в этом вопросе, хотя за последнее время мы с ней тоже стали очень близки. А потом Джилл увидел, как Джек, сопровождая некую Линду Эндерби, нагнула ее у прямо у дерева на обочине дороги и, задрав ее пышные юбки, сношала не боясь, что их кто-то заметил, правда в такой глуши это было очень маловероятно. И все-таки их увидели. Конечно же, мисс Эндерби была ни кем иным, как переодетый Великий сыщик, возможно Джилл не знал об этом, но думаю все же суть конфликта была не в половой принадлежности данной особы. Разразился настоящий скандал. Я, признаться этому даже обрадовался, потому что надеялся, что после этого они порвут любые отношения и мы сможем спокойно сосредоточиться на деле. Но как оказалось зря. Мало того, что этого не произошло, напротив, Джилл переехал к нам вместе с Дымкой, практически полностью. Это было просто возмутительно. Мало того, что теперь было непонятно, что именно считать жилищем Джилл, к тому же после новолуния, к тому же мы пустили к нам другого игрока, даже не зная, закрывающий он или открывающий. Но главное – все мои расчеты снова полетели коту под хвост. Ничего не имею против Дымки, но пускать ее в свой дом… Джилл расхаживал по нашему дому совершенно голым. Здесь он выглядел не так как у себя, где завернутый в лохмотья без конца бормотал себе что-то под нос. Он был довольно щуплым и больше подходил на роль девушки, чем тот же переодетый Великий Сыщик, но я все равно не понимал, зачем Джилл наряжался в женское платье, а не одевался, как того подобает джентльмену. Впрочем, Джек тоже никогда не выглядела как леди, хотя фигурой и красотой могла дать фору первым красавицам Лондона. Вместо этого она предпочитала брюки и рубашку, жилет, плащ, да что угодно, лишь бы никто не подумал, что в ней есть что-то женственное. Волосы ее все время были собраны в пучок или хвост, иногда она стриглась совсем коротко. Джилл же лишившись всякой одежды, все равно походил на девушку, может в этом виноваты были его длинные спутанные волосы. Отличие было в другом – в нашем доме он все время улыбался. Может дело было в его сумасшествии. «Ему что совсем не холодно?» – удивлялся я. Впрочем Джек заметила эту его привычку и топила так, что мне тоже захотелось раздеться. Нашему новому жильцу я не доверял, поэтому следил за ним круглосуточно. Впрочем, Джилл не делал ничего подозрительного, что было само по себе подозрительно. Он выглядел через чур счастливым, что тоже мне казалось очень странным. Я смотрел, как Джек, уложив его на бок, задрала его левую ногу и ритмично входила в него. Парень улыбался, словно ничего лучше с ним не было. Потом он заметил меня и, смеясь, придержал ее за руку. – Твоя собака смотрит, – игриво сообщил Джилл. Продолжая двигать бедрами, я знаю, как нелегко остановиться даже когда обнаружил что за тобой наблюдают, Джек повернулась ко мне и укоризненно сказала: – Снафф, – я не стал спорить и вышел, она снова повернулась к Джилл: – Тебя смутил мой пес? – Немного, – прошептал он, и я, уже оказавшись за дверью, услышал звуки влажных поцелуев. Джек выпустила одну из Тварей в зеркале. Конечно, сделала она это не просто так. Сначала они с Джилл долго хихикали, обсуждая предстоящую игру. Потом нарисовали на полу особый магический круг. И только потом туда перекачивала одна из шуршал. Джилл тоже был там. Голый, как обычно. Мне не нравился этот его костюм, как по мне, людям положено ходить одетыми. Джек не раздевалась. Она развалилась в кресле с рюмочкой хорошего хереса. Джилл расхаживал внутри круга вокруг клубящейся твари и шептал заклинания. Шуршала дергалась и вела себя так, будто ее хорошенько оглушили. Джилл протянул к ней руку, его запястье обхватило черное слабо сформированное щупальце. Парень издал сдавленный стон. Они с Джек игриво переглянулись. Под ее горящим взглядом Джилл улегся на спину и слегка развел ноги. Пришибленная заклинаниями тварь, подползла к нему. На обнаженное тело напали дрожащие тентакли. Джилл застонал сильнее и выгнул спину. Джек больше не могла делать вид, что ей совершенно все равно на раскинувшуюся перед ней картину, и подалась вперед, так и не отпив из хрустальной рюмки, но продолжая взволнованно сжимать ее в руке. Между тем Джилл извивался, наслаждаясь оплетающими его щупальцами клубящейся тьмы. У твари не было намерений ублажать нашего извращенного соседа, но для Сумасшедшего Джилл не было большой разницы между пытками и удовольствием, а у нашего пленного чудовища не было никакого чувства стыда. Что естественно для существ, что вызывала Джек. Шуршала, ни капли не стесняясь, сжимала и дергала его гениталии и, раз это не нанесло «жертве» никакого вреда, разозлилась и засунула тентаклю в его задний проход. Джилл завизжал, на его глаза выступили слезы. Я немного напрягся и посмотрел на Джек. Хозяйка не шелохнулась – значит все под контролем. И в самом деле, Джилл засмеялся. Тварь стала агрессивнее, насколько могла в своем ослабленном состоянии. Сидящая рядом со мной Дымка сосредоточенно вылизывалась и, вообще, ее это мало волновало. Я бы тоже не смотрел, но вдруг шуршала вырвется, приходилось продолжать наблюдать. А как иначе? Я ведь ответственный пес. Пытаясь задушить Джилл, тварь запихала свое темное щупальце прямо ему в горло. Парень вздрогнул, глаза его расширились. Было видно, что тентакле сложно пробиться дальше, и она раздраженно ходила туда-сюда. Джек закусила губу и засунула руку себе между ног. Что ж, у необычных людей и вкусы необычные. Мало кто заведется, глядя как ее мужчину насилует в рот адское создание. Она дала Джилл пару минут с наслаждением задыхаться, после чего взмахом кинжала и крепким заклинанием отогнала от него тварь. Джилл откашлялся и посмотрел на нее с укором. – Я мог еще продержаться, – сообщил он, поднимаясь на ноги. Джилл спокойно вышел из круга и, как и был голый, направился к Джек. Хозяйка протянула к нему руку и помогла взобраться к ней на колени. Он ерзал и выгибался, когда она засовывала в него пальцы, пока они вместе не кончили. После чего они так и остались сидеть в обнимку, воркуя, перешучиваясь и поглядывая на мечущуюся в кругу тварь, которая так и не поняла, что ее использовали для развратных человеческих игр. Потом приперся викарий. Я был в доме и сразу зарычал, когда учуял его за нашей дверью, но Джек велела мне успокоиться и открыла ему дверь, хотя я запросто мог перегрызть ему глотку. Я уже встречал этого человека и могу точно сказать, ему у нас не рады. – Снова в этом, – скривился викарий, едва увидев хозяйку. – Девушке не стоит ходить в таком виде. – Чем могу быть полезна? – между тем Джек вела себя очень приветлива, я знал, что она может за себя постоять, иначе все-таки пустил в ход зубы, хоть мне и было велено другое. – Это, конечно, не мое дело… – Вы правы, – перебила его Джек. – Что-нибудь еще? – Незамужняя девушка живет в одном доме с мужчиной, который не является ее родственником, – пунцовея, завизжал викарий, хотя готов поставить свой хвост, его больше беспокоило то, что Джек переманила на свою сторону его потенциального союзника. – Действительно, – задумчиво ответила она, – было бы куда интереснее если бы Джилл был бы моим братом, но увы шанса на инцест у меня не осталось. – Кто там? С кем ты разговариваешь? – сунул свой любопытный нос Сумасшедший Джилл. Он вышел в прихожую в своем привычном неглиже. Викарий достиг ультразвука и ретировался. Джилл выразительно фыркнул и снова удалился, тряся своими длинными спутанными волосами. Джек закрыла дверь и почесала меня за ухом. – Некоторые категорически не принимают отказов, – сказала она, имея ввиду само собой викария. – Наверно скучает по оргиям в своей секте, – предположил Джилл, звякая бокалами в гостиной. – А у нас будет оргия? – спросила его Джек. – Разве что из нас двоих, – игриво подмигнул ей Джилл. Я поторопился уйти, потому что надоело смотреть одно и тоже. В общем, все это не дело. Время близилось к полнолунию, нужно было решать множество вопросов, а мне приходилось следить за голым парнем, сидящем в гостиной с Дымкой на коленях. Ее как раз все устраивало. Я тоже был не против ее компании, и мне нравилось, когда Джилл говорил: «Хороший мальчик» и трепал меня за ухом, но, честное слово, лучше бы он оделся.