"Три младших брата и сестра".

«Все равно скользкий тип, не доверяю я ему. Ведь дружба между мужчиной и женщиной и вправду невозможна?». — рассуждала про себя Сэёми, косясь краем глаза на Курокаву. Изана кожей чувствовал на себе взгляд синих глаз. Парень изо всех сил старался делать вид, что сконцентрирован на вождении автомобиля. «Сэм, неужто всё настолько плохо? Что от банальной беседы и небольшого вежливого жеста ты уже запала на меня и поедаешь жадными глазками?». — глубоко вздохнув, разговаривал сам с собой Курокава. — Можно мне покурить? — выдернула Сэёми парня из собственных мыслей. — Нет. — сухо ответил блондин. — Да я в щелку покурю. — начала упрашивать парня рыжеволосая, смотря на него глазами полными надежды, что он всё же оттает и позволит. «Фак, она же не отстанет!». — пронеслось с раздражением в голове. — Окей. — вырвалось из уст. Сэм широко улыбнулась, и её рука нырнула в карман пиджака за пачкой сигарет с арбузной капсулой и бензиновой зажигалкой. Нащупав на дверце кнопку стеклоподъемника, нажала на неё, и стекло слегка опустилось. Рыжеволосая отвернулась к окну и подкурила сигарету. У Курокавы же внутри всё закипало, наблюдая за этой картиной. Никогда и никому в жизни он не позволял и не позволит курить в его дорогой, особенной, родной, матовой BMW красного цвета. А тут какая-то наглая соплячка по имени Сэёми просто перешагнула все черты запретов. Хосино была младше Курокавы всего на пару лет, но это не мешало блондину называть её про себя «соплячкой». «Радуется, как малое дитя, банальным вещам.». — пронеслось у парня в голове. Переведя взгляд фиалковых глаз на лобовое стекло, Изана моментально погрузился в недавние воспоминания.

***

Несколькими неделями ранее…

— Бззз-Бззз. — вибрировал надоевший до тошноты за день гаджет. Блондин только что вышел из душа. Стоял в одних боксерах в спальне своей роскошной квартиры. Курокава потирал полотенцем влажные, белые волосы. Надоедливый смартфон, лежавший на прикроватной тумбе на зарядке, всё никак не умолкал. Закончив вибрировать, он начинал это делать снова и снова. Кто-то определённо настойчиво трезвонил, забивая на игнор Курокавы. А ведь блондин упорно старался игнорировать как звонившего, так и свой телефон. Протерев волосы, парень с психу бросил влажное полотенце на спинку стула и, не выдержав, он всё же подошел к гаджету. На экране вырисовывалась подпись: «Каку» и их совместное фото на заставке времен «Тосвы». Свайпнув вправо и ткнув на кнопку громкой связи, блондин услышал голос друга. — Ну наконец-то. Я уже хотел сдаться и позвонить завтра. Подумал, вдруг ты там трахаешь очередную модель. Ха-х. Курокава глубоко вдохнул, стараясь сдержаться и не наорать на лучшего друга. — Да потрахаешься тут, когда ты названиваешь. Ноль концентрации. — Ха-ха-ха, сорян, что помешал. — рассмеялся громко Хитто, оценив сарказм блондина. — Я тут это, рядом с твоим домом. — Ну и? Я не настроен сегодня встречать гостей, хочу вырубиться до у… — прервался Курокава, ибо его перебил Какучё. — Ну раз тебе не нужно досье Хосино, то ок. Увидимся в участке. — Эм, нет, погодь. Я одеваюсь. — Давай, Ха-х. — с улыбкой в голосе Хитто сбросил вызов. Курокава тут же зашевелился, выходя быстрым шагом из спальни в коридор и следом в гардеробную. Зная лучшего друга, что тот будет здесь с минуты на минуту. Зайдя в гардеробную, Изана нашёл летние шорты и накинул на тело светлую футболку. Обувшись в домашние, мягкие тапочки, блондин направился на кухню, чтобы согреть чайник. Зная заранее, что на изучение досье уйдёт ни один час, а изучение досье правой руки Накагавы не хватит и нескольких дней. Наполнив водою чайник, Курокава поставил его на подставку и, щелкнув кнопкой. В дверь постучали. Хитто стоял уже за дверью, судя по всему, парень находился уж слишком близко к его дому. Встретив друга, парни направились на кухню, присаживаясь за кухонный стол. Под шипение чайника Изана бросил взгляд на молчаливого, даже о чём-то задумчивого друга, который сейчас был облачен в полицейскую форму престижного участка района Сибуя. — Давай скорее досье. — не выдержал уж слишком долгой паузы Изана, поторапливая напарника. Хитто скорчил лицо и положил на стол кожаную папку с бумагами. — Может, для начала накормишь своего дорогого друга? — не намекая, а говоря напрямую о том, что он только что со смены и дико голоден. Блондин, игнорируя ехидную речь Какучё, сам, молча, потянулся к папке, практически вырывая ту из рук парня. — Раз так голоден, то закажи всё, что захочешь, и мне данго заодно. — проговорил парень, расстегнув замок папки, раскрывая её. — Как всегда, в своём репертуаре. — пробубнил Хитто, доставая свой смартфон из кармана брюк, чтобы заказать доставку еды в квартиру Изаны. Пока друг с увлечением изучал меню ресторана, блондин принялся изучать досье Хосино. — Родилась в… в таком-то году. — бормотал Изана вполголоса совсем не интересующую его информацию. Сделав заказ, Какучё поднялся со стула и направился к кухонному гарнитуру. В этой квартире парень знал абсолютно всё, где что лежит. Взяв две чашки, Хитто принялся наливать себе и другу растворимый кофе. — Так, а это уже более интересно. — не глядя на собеседника, заговорил Курокава, изучая информацию о Сэёми, времен средней и старшей школы. — Что же такого там может быть интересного? — бросил с сарказмом Какучё, подойдя к столу и поставив на столешницу чашки с горячим кофе для себя и Изаны. — У неё довольно натянутые отношения с семьёй. Теперь понятно, почему она такая дерганная. — блондин принялся зачитывать записи. — Когда ей было четырнадцать, в семье появился ребёнок — её младший брат, родной по матери. Есть запись из архива школьного психолога, что год спустя Сэёми Хосино сбежала из дома через неделю после обращения матери к директору школы. Сэм вернулась домой, но им с матерью было предписано ходить к местному психологу, где они были всего один раз. — То есть? — не совсем понимая, к чему клонит блондин, поинтересовался Хитто. Ведь это вполне нормальное явление в период пубертата, многие сбегают из дома. — А то, что её матери было откровенно наплевать. Разговаривать с ней она явно не хотела. Сбежала Хосино явно из-за того, что на неё повесили младшего брата. Ведь чего больше всего не хватает подросткам? — Изана оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на друга. Какучё на его вопрос лишь пожал плечами. — Вот ты не знаешь, а это, — блондин потянулся к чашке с кофе, сделал глоток и выдохнул. Поставив чашку на место, он продолжил. — понимание окружающих и мира, всё, что окружает вокруг. — Тц. — цыкнул друг на его слова — Это ты у нас изучал психологию. Мне это и даром не нужно. — Ты зря не стал её изучать. Весьма интересная наука. — подтрунил над Какучё Изана. — Мне уже известно об одном брате-копе, и это явно не этот малец, сейчас ему где-то всего тринадцать. А это значит, что у неё двое братьев. Краем глаза Изана заметил уголок чего-то цветного под бумагой и, зацепившись фиалковыми глазами за этот уголок, потянулся пальцами к бумагам. Выдернув цветную картинку из-под бумаги, Курокава понял, что это была фотография. Судя по внешнему виду рыжеволосой девушки с картинки, это было фото с её выпускного. На лице — широкая, но несколько наигранная улыбка. Большие синие глаза горят огнем, озаряя всё вокруг. Каре до плеч было уложено в непослушную волну в виде «мокрого эффекта». Даже на фото её приоткрытые плечи сутулились. Судя по всему, с искривлением осанки Хосино маялась с детства. Не то, чтобы рыжеволосая была какая-то кривая-косая, просто девушка заметно сутулилась. А вспомнив сейчас её вечно наморщенный лоб, блондин понял, что Сэёми страдала ещё и испорченным зрением. «Она была вполне радостной и счастливой, что же стало с ней?». — рассуждал про себя Курокава, рассматривая фото времен юности Хосино. На фото она была очень стройной, а острые углы плеч и островатые скулы на лице говорили о том, что девушка была не то что стройной, а даже худощавой. Она могла и умела улыбаться, искренне или же слегка наигранно, но сейчас блондин знал совсем другую Сэёми Хосино: вечно ворчавшую, недовольную, без искренней улыбки, только с наигранной. Блеск в глазах совсем отсутствовал, а когда-то стройное тело заметно набрало вес. «Рост — сто шестьдесят два. Вес — сорок девять.». — прочёл блондин в карте здоровья десятилетней давности. Курокава слегка усмехнулся, вспоминая округлившееся веснушчатое лицо, понимая, что, судя по всему, Сэм активно заедает свой стресс, не в силах остановиться. Опять же, всё из-за своих комплексов. Внешность рыжеволосой девушки была на любителя. Единственное, что подчеркнул и оценил в её внешности Изана, — это были довольно аппетитные бедра. «Риндо бы оценил, ха-х.». — пронеслось у Курокавы с усмешкой в голове. Пока парень изучал и анализировал внешность и комплексы Сэёми, в квартире раздался звонок, и Какучё, встретив курьера, забрал у того заказ и, принявшись бубнить себе под нос, накрывать на стол. Зная своего друга и напарника по службе, Курокаву и за уши не оттащишь от изучения досье, пока тот не изучит всё до мелочей. — Твои данго. — бросил Хитто, поставив тарелку с шариками рядом с папкой бумаг. — Спасибо… — протянул Изана, не отрываясь от чтения, дотягиваясь свободной рукой до зубочистки. «Она много раз обращалась к психологам, что к школьным, что к платным.». — рассуждал про себя Курокава, читая записи. «А это что? Учёт у психиатра?!» — Ну-ф, твы нарвыл что-нибудь? — поинтересовался Хитто с набитым пищей ртом. — Прожуй для начала. — сделал другу замечание парень. — Она стоит на учёте у психиатра, но записей о психушке я не нахожу. Какучё вильнул плечами, парня как-то не особо интересовала незнакомая ему особа. — Тебе реально всё это интересно? Изана, всё ещё не отрывая глаз от бумаг, прожевал шарик и, проглотив его, заговорил: — Не особо. Меня она не интересует как личность. Меня интересуют её проблемы, на которые можно давить. Больше всего меня заинтересовал учёт у психиатра, но записей, кроме справки, больше нет. Может, она больная на голову, и во время перестрелки её переклинит, и она застрелит меня? — Откажешься от задания? — предположил Какучё. — Ещё чего из-за душевнобольной девки! Нет уж, сразу тогда увольте из органов. Я чё зря столько лет пахал на Интерпол? Сидевший напротив Какучё молча продолжил свой поздний ужин. Блондин же продолжал изучать досье. «В двадцать один год вышла замуж за Ватару Годзё. Спустя три года супруги развелись по инициативе господина Годзё.». После развода читать дальше стало неинтересно. Год жизни в Камакуре, и затем переезд в Токио. Ничего примечательного и особенного Курокава о ней не узнал. Родилась, училась, выросла, закончила колледж, вышла замуж и развелась. — Почему за три года не родила ребёнка? — задался вопросом блондин вслух. Спрашивая как бы у себя, Какучё или же у бумаг. Порыскав в разбросанных бумагах, он нашёл заключение врача-гинеколога: «Вторичное бесплодие». Понимая слово «бесплодие», но не понимая «вторичного», Изана попросил у друга смартфон и сделал запрос в интернете. Ознакомившись с информацией, блондин просто молча кивнул, возвращая гаджет Какучё. Рассмотрев остальные документы, парень понял, что это его особо не интересует, и, сложив бумаги назад в папку, закрыл её и застегнул замок. После Изана потянулся к чашке уже с остывшим кофе. — Уже всё? — недоумевая, поинтересовался Какучё, вылезая из смартфона. Блондин сделал глоток из чашки и слегка поморщился. — В принципе, и изучать-то нечего. С таким досье, как у неё, я очень сильно удивлён, как она вообще попала в «Кинцуги». Блат? Сто пудов, и к гадалке не ходи. — Думаешь, шуры-муры с Накагавой? — Какучё заиграл бровями, стреляя глазками. — Не думаю. По ней не скажешь, вообще не скажешь, что она занимается сексом. Но шуры-муры не исключаю, как и шантаж. — Ну, не знаю, зря ты так на неё наговариваешь. — принялся защищать незнакомую для него Хосино Какучё, вставая из-за стола. Парень направился в коридор. Изана без единой эмоции на лице пропускал мимо ушей слова друга, потягивая из чашки холодный кофе. Хитто вернулся на кухню с ещё одной папкой в руках, и бросил её на стол перед другом. — Потому что я пробежался глазами по её досье из базы данных «Бонтен». — О как! И даже не сказал, что пробил её ещё и по нашей базе. Поставив чашку на стол, блондин зашевелился, протягивая руки к пластиковой папке. Раскрыв ее, фиалковые глаза бегло забегали по строчкам. «Марш-бросок в начальной школе. Занятия в додзё с пяти лет, награды… Уход из спорта из-за драки с применением техники за пределами ринга… «. — глаза без остановки бежали по строчкам. Такая информация Курокаву заинтересовала, тогда и прежнее досье становилось более понятным. Почему и как, из-за чего Хосино Сэёми потеряла саму себя, спрятавшись под толстым панцирем недоверия к людям. «Второй взрослый разряд по стрельбе из огнестрельного оружия в средней школе. Непродолжительное время занятий боксом и тхэквондо». — Ух, а это уже намного интереснее. Девочка всё детство посвятила подготовке к полицейской академии. И, судя по всему, из-за семейных проблем попасть туда ей не удалось. «Интоксикация седативными препаратами.». — А это у нас что? — Изана широко заулыбался, понимая, что искал медь, а нашёл золото. Это была выписка из психиатрической клиники, в которую Хосино попала в возрасте шестнадцати лет. Следом последовала ещё одна выписка из другой психиатрической клиники, куда девушка попала уже с порезами на запястьях в возрасте двадцати трех лет, то есть, будучи в браке. — Она дважды пыталась покончить с собой. Теперь это объясняет причину учёта у психиатра. Но «Кинцуги» она зачем? — рассуждал вслух парень, смотря на спокойное выражение лица друга. — Ну так, может, это тебе и стоит узнать. Да и к тому же, наши шестёрки пообщались с другими шестёрками. Судя по разговорам, она не такая уж и размазня. — Не знаю. — блондин пожал плечами. — Пока за ней ничего такого сверхъестественного я не заметил. — Думаю, время покажет. А нет, то просто столкнешь деваху с пьедестала и встанешь на её место рядом с Накагавой.

***

Настоящее…

— Эй, Курокава? — громко позвала парня Хосино, сидя на пассажирском сиденье. Но парень за рулём никак не реагировал, не говоря ни слова и выруливая на автомате. Внутри рыжеволосой заиграла паника, ведь Курокава никак не реагировал на её зов, словно парень впал в транс. Они двигались по очень узкой улочке, срезая путь к зданию организации Кинцуги. Увидев впереди притормозивший грузовик, Сэм расширила глаза и кинулась тормошить парня. — Изана!!! — громкий крик страха, паники и одновременно мольбы в ухо привёл Курокаву в чувства. Вернувшись из собственных мыслей, блондин резко ударил по тормозам, от чего синеглазая, не удержавшись, наклонилась вперёд и ударилась носом о панель автомобиля. — Сэм? — позвал блондин девушку, которая, не двигаясь, лежала лицом на панели. Рыжая курчавая копна волос зашевелилась с тихим стоном. — Ты совсем уже, что ли? — резко обернувшись к парню, накинулась на него Хосино, из носа которой стекала кровь. Курокава молча бросил на неё невозмутимый взгляд. — Неужто помереть боялась? — также невозмутимо поинтересовался парень. — Я за тебя испугалась, дебил! Срать мне на свою жизнь, ты мог погибнуть! — закричала в истерике Сэёми, потирая ладонью кровь на лице. Курокава на её крик лишь тихо усмехнулся. — Не в состоянии водить машину, дай я сяду за руль. — начала бубнить рыжеволосая, шмыгая носом. Изана проигнорировал её слова и молча достал из кармана пиджака носовой платок, протягивая его девушке. — Возьми. — бросил он, смотря на её разъяренный взгляд. Хосино со психом выхватила платок из его руки и, опустив козырек, смотрясь в зеркало, пыталась оттереть уже подсохшую кровь. — Здесь магазин, я схожу за льдом. — проговорил блондин, увидев рядом с ними небольшой магазинчик. — Ай, да брось. Не впервой уже. Поехали скорее, нас ждут. Да и мы дорогу перекрыли. — пробубнила с раздражением Сэм, подняв козырек, бросила взгляд на зеркало заднего вида. Надавив на педаль газа, спорткар двинулся вперёд вдоль по улице. В салоне автомобиля повисла нагнетающая и дико душащая тишина. — И многих ты так спасла? — первым прервал молчание парень в красном костюме. — Многих. — зло буркнула Хосино. — А вот тебя — никто, да? — в голосе Курокавы была слышна ядовитая издевка. Сэёми поняла. Она догадывалась и знала, что он уже всё о ней пронюхал. — Интересно, узнал всё обо мне, но всё спрятал о себе. — с сарказмом проговорила Сэм. — А ты хотела знать? — взгляд синих глаз встретился с фиалковым. — Больно надо. Это ты у нас копаешься в мозгах и комплексах других. Вот и копайся дальше! — бросила со злостью девушка. Автомобиль Курокавы притормозил на стоянке Кинцуги, и Сэёми пулей, не говоря ни слова, выскочила из машины и направилась к парадному входу здания. «Думаю, сегодня мне стоит избавиться от тебя, Курокава».

Конец шестой главы…