— Спасибо, мой Король.

      Чара не помнит своё детство. Не совсем, но отрывками, причём довольно печальными. Мать была служанкой, и понесла от своего хозяина. Конечно, хозяину отпрыск был не к чему, так что, мать сама тянула сына в одиночестве. И в унижении. Другие служанки всегда несли о ней слухи, и всегда издевались над ней и Чарой. Пацанёнок быстро научился жизни. Быстро научился защищать себя и мать, выставить грудь колесом, подставить правую щёку, чтобы следом подбить левой ногой. И быстро понял, что мир жесток. Удостоверился он в этом тогда, когда мать провинилась перед господином и тот, устав слушать вечные ссоры на этаже слуг, продал мать и сына рабовладельцу. Чара помнит слёзы матери и крики из комнаты нового господина. Помнит, как затыкал уши. Помнит как молился Богу о даровании ему кинжала, лишь бы зарезать этого идиота. Но раньше зарезалась его мать. Следом он проклинал ее. За то, что подарила ему такую жизнь, в муках и мучении. За то, что оставила его так рано - ему всего 12 лет. За то, что вообще позволила с собой так обращаться. И, конечно, потом взялись за него. Он мечтал забыть гнусные, грубые и холодные руки хозяина, что прижимали его к стене и небрежно спускали штаны, лишь бы не порвать - тратиться ещё на одежду для раба. Он помнил, как больно было сидеть, помнил как ныли руки от того, что их заламывали. Помнил таких же, брошенных жизнью, несчастных и разбитых. Видел как они умирают, видел как из них выходит жизнь. Но он, один из немногих, дожил до значимого в жизни момента. Его первые торги. Он был последним номером. Его как и других вымыли, и дали приемлемую одежду - старое, но не рваное шмотьё. И то это были штаны и лоскут повязать на теле, пока они в дороге. На торгах пришлось снимать, чтобы показать тело. А оно было в ужасном состоянии - шрамы, синяки, царапины и даже несколько ожогов от пепела трубки. Зал тих. Чара ступает босыми пятами по деревянной лестнице и поднимается наверх, дёрнув руками по привычке, в желании избавиться от оков. В отличие от других, уже смирившихся, в нём никогда не затухал огонь борьбы и желания выбраться. Даже в дни, когда ему ломали конечности, когда он не мог сидеть, когда он молил Бога о быстрой смерти, он всё равно мечтал, чтобы эта смерть была не как раба. — Данный экспонат зовут Чара. Ему 18 лет. Он довольно силён, но исключительно дерзок и отвратен в поведении, — объявляет господин и наклоняется к Чаре с ухмылкой. — Тебе неистово повезёт, если хоть кто-то тебя захочет забрать. Чара не поднял головы, но взглянул на него и фыркнул, раздув ноздри на секунду. Впрочем, в его интересах быть паинькой. Может, тот кто его заберёт, будет женщиной и хотя бы не сможет насиловать его... Но руку поднимает мужчина. — Начальная цена? — 5 злотых. — Двадцать, — раздаётся от того же мужчины. — Двадцать пять, — раздаётся женское из другого угла. — Пятьдесят злотых! — выкрикивает маленькая девушка с последних рядов. Блондинка в очках явно ручной работы довольно улыбается, видя округлившиеся глаза господина. Проходит секунда, две, три.. хлопок. — Продано! Новых владельцев прошу подойти для подписания бумаг, а остальные могут быть свободны. Толпа разбрелась на две группы - уходившие и подходившие. Среди вторых была та самая маленькая и уверенная девушка, которая подбежала одна из первых, чтобы подписать нужный документ о продаже, передать увесистый мешочек с деньгами, и забрать ключ от наручников. Чара изучал её взглядом. Маленькая и резвая. Она действительно была низкой для своих лет, и было видно, что она молодая, но не взрослая - года на четыре старше Чары, не более. Голубоглазая блондинка, улыбчивая, но исключительно стеснительная - от хитрой улыбки господина раскраснелась сразу. Но стоило им выйти на улицу, и она тут же расстегнула наручники. — Думаю, так тебе будет удобнее. Чара щурится. Что-то не так. — С чего бы такое доверие? — В каком плане? — она невинно улыбается. — Вот так вот отпускать меня, словно бы я и не сбегу. — Тебе некуда бежать, очевидно же. Между тем, чтобы гнить на улице или гнить во дворце, думаю, ты выберешь второе. — Во дворце?.. — Чара нахмурился. Дворцом в городе называют только одно, очевидно подходящее, здание. Королевский дворец. Нет, Чара слышал слухи о том, что юный принц взошёл на престол по причине смерти родителей на войне в северном королевстве, но чтобы тот теперь набирал себе слуг из рабов?... Чара щурится. — Вижу, ты не веришь. Но если проследуешь со мной, то сможешь удостовериться во всём сам, — девушка протягивает руку. Чара смотрит на неё. Ему нет смысла верить ни ей, ни кому-либо ещё. Но... Будто бы у него взаправду нет выбора. И раз уж она забрала его, и даже если приведёт в какое-то захолустье, наверное, это всяко лучше перебиваться едой из мусорных бочонков и подрабатывать в тёмных местах. Чара, вздрогнув, протягивает руку. И девушка, лучезарно улыбнувшись, повела его в нужную сторону. В сторону королевского дворца.

***

По приходе во дворец Чару облили вниманием. Его отмыли в бане, выдали одежду - рубашку, брюки и даже туфли! Ой как это неудобно, оказывается! Оно всё жмёт, и особенно рубашка. Чара постоянно расстёгивать верхнюю пуговицу, а девушка постоянно её застёгивала. — К слову, меня зовут Альфис, — говорит та, в очередной раз застёгивая пуговицу Чаре. — Для чего мне эта информация? Я тут ненадолго, в любом случае. Ты же меня и выкинешь за отвратительное поведение, — закатил тот взгляд. — Ничего, вы с принцем... С королём точно счёт сравните, так что, мне будет ой как весело, — Альфис тихо засмеялась. — С королём? Так я серьёзно буду слугой короля?... — Чара посмотрел на неё недоверчиво и хмуро. — А ты думал мы просто так тебя одели так? И то, подожди, сейчас придет портной, снимет мерки и пошьёт тебе твой собственный комплект одежды. Рубашка, брюки, жилет и пиджак.. чтобы достойно выглядеть в глазах короля и его гостей, чтобы гости видели, что король может себе позволить содержать слугу дорого и хорошо. — Я не понимаю... — хмурится Чара. — Ничего, ты быстро привыкнешь к тому, как работает Дворец. — Нет, я... Зачем королю какой-то раб? — Слуга. — Ты поняла, почему я спросил это. Ты не глупая, по тебе видно, — хмурится Чара, расстёгивая верхнюю пуговицу. — Ах, ну вот, ты раскусил меня, — она грустно улыбнулась, но было понятно, что это тоже не более, чем игра. — На самом деле, королю было всё равно, откуда я возьму ему слуг. А я знаю что вы, те, кто на самом дне, будете работать лучше всего, лишь бы выбраться из грязи. Меня король тоже на улице подобрал, — Альфи тепло улыбнулась. — Ты не похожа на уличную... Совсем. Ты ходишь элегантно, как вельможи, и говоришь аккурат как дворяне. — Потому что подобрал он меня давно, лет десять назад. Его Величество играли на улице с другими детишками, пока король и королева занимались делами в городе. И там он наткнулся на меня. Я ему пригляделась и он наотрез отказался уезжать без меня, — девушка хихикнула, — так что меня забрали. Сначала я тоже была слугой, но увидев во мне рвение работать и то, как я лажу с Его Величеством, Его и Её Высочества Азгор и Ториель приняли решение сделать меня доверенным лицом Дворца и правой рукой Его Величества. Теперь же я его главная помощница, и управляю Дворцом. Ужас, а не работёнка - перед глазами цифры, бумажки, а в голове письма для Его Величества. Но ничего, с новым слугой будет чуть полегче - ты постоянно будешь рядом с Его Величеством - вода, закуски, ванная... — Ванная? Мне что, надо будет мыть короля? — тут же кривиться Чара в отвращении. — Вообще, этим занимается другой человек, тебе просто нужно заняться самим подготовлением ванны. Но если того пожелает Его Величество, то и мыть его будешь ты. — Как отвратительно! — фыркает Чара и руки на груди складывает. — Я не поверю, что у тебя не было работы хуже, — хихикает Альфис. — Мы закончили! Вот, смотри, — она поворачивает его стул к зеркалу. В отражении был не Чара. Кто угодно, но не Чара. Чистое лицо, пестрящие веснушки, уложенные шоколадные волосы, белая рубашка. А ещё этот изумительный столик, деревянный и резной, с чистыми зеркалами. И вся эта комната... — Это твоя комната? — Мгм, — Альфи кивнула и поправила прядь на голове Чары. — А у меня... Что будет? — Своя личная комната рядом с покоями Его Величества, — Альфис взглянула через зеркало на парня. — Целая комната.. для меня одного? — Чара посмотрел себе в глаза. Только глаза были грустными, злыми, недоверчивыми. Какими угодно, но не радостными. А сейчас ещё и напуганными. — Для тебя одного. Да, это жуткая роскошь, знаю, — смеётся девушка и обнимает Чару сбоку, за плечи. Тот тут же напрягается, и уже сжимает руки в кулаки, но видя то, с какой искренностью она это делает, он пугается и замирает. Ему остаётся лишь слушать её. — Не переживай, со временем ты ко всему привыкнешь. И будешь даже скучать по старым временам, когда не был во Дворце. — Сомневаюсь... — бурчит Чара, не отводя от девушки пристального взгляда. — Все мы сомневаемся. Но я тебе говорю - так будет наверняка, — она хихикает и отстраняется. — Ладно, как будешь готов - выходи. Пойдём тебя знакомить с Его Величеством. Альфис выходит из комнаты, а Чара снова смотрит на себя в отражении. Это его жизнь? Он серьёзно сегодня ночью ляжет спать, а проснётся опять во Дворце? Он будет носить рубашки, брюки, и будет видеть Короля каждый день? Он будет... Он будет служить при дворце?... Нет, - Чара усмехнулся, - это бред, не более. На самом деле, он просто вывел из себя господина, и сейчас лежит без сознания, а это его сон и не более. А потом, когда он проснётся, он вернётся к жизни в ненависти и страхе. Чара встаёт со стула, выходит в коридор к Альфис и встаёт в дежурную позу пред ней. Она снова застёгивает ему верхнюю пуговку и ведёт за собой в комнату приёма. Чара оглядывался в этих высоких коридорах. Они словно бесконечные... По роду так высоко, и абажуры там такие большие, что ему страшно, что они упадут. И он с ужасом смотрит на настенные подсвечники, которые так близко к тканевым шторам. Кто-то говорил Королю, что его Дворец - лучшее место для скорой смерти? Нет? Тогда Чара и скажет. Каблучки Альфи отбивают четкий ритм. И туфли Чары, кстати тоже. Раздражает. Слишком громко. Чара старается идти мягче, и Альфис обращает внимание на то, что тот отстал. Он лишь демонстративно громко топнул туфлей, и пошел дальше куда спокойнее, чтобы было понятно сравнение звуков. Альфи кивнула и с улыбкой продолжила идти также - негромко, и стараясь не стучать туфлями. Интересно, с чего бы ей быть такой доброй... Хотя она выглядит как такой человек. Добрый. Такие люди совсем редкие, они буквально в единицах в каждом городе. Но даже так, Чара что, вымолил пощаду у Бога, что ему послали такую девушку, которая выбрала именно его, и такую девушку, которая является помощницей именно Короля? Глупость же. Они останавливаются и Альфис выдыхает. — Постарайся вести себя сдержанно и не дерзить Его Величеству. — Если бы ты это не озвучила, то я бы так не делал. А теперь мне из принципа хочется сделать обратное, — хмыкнул Чара и сложил руки на груди. — Да, характер у тебя правда интересный, — девушка качнула головой с тихой усмешкой и обречённым вздохом, но не прекращала улыбаться. — Впрочем, может, если Его Величество увидит зеркало, то пересмотрит своё поведение. Чара щурится. Сколько раз Альфи упомянула, что поведение Чары и Короля схожи? Раз десять? Это что, правда так? Они входят в тронный зал. Это огромное помещение, чуть дальше середины которого стоит три трона на возвышающихся ступенях. Конечно же, средний трон самый высокий, и два боковых чуть меньше. Но очевидно, где чей был трон. И вот, на среднем сидела фигура. Молодой экс-принц, отныне Король Карсеро, восседал на троне совершенно вальяжно как для Короля. Он был одет в белую рубашку, черные брюки, и на плечах у него была фиолетовая роба, а также привлекательная корона на голове. На ней в центре светился алый изумительный камень... Чара встал рядом с Альфи и уловил взглядом драгоценность. Как прекрасен этот камень... Он как цветное золото, как мозаика в церкви, как свет закатного солнца, как пылающая ярость и сила, как искренние чувства страсти... Хотел бы Чара потрогать этот камень. Король изогнул бровь, замечая восхищённый взгляд слуги. Но не проронил ни слова. — Ваше Величество, хочу представить Вам Вашего нового слугу - Чара. Он того же возраста что и Вы, так что, думаю, Вы поладите, — улыбается Альфис, жестом представляя парня. Чара всё не отрывал взгляда от камня на короне Короля. Он был исключительно прекрасен... Его Величество встал с трона и спустился на четыре ступени - ровно столько нужно для небольшого выступа на лестнице, чтобы предстать пред Королём достаточно близко. А иногда, как сейчас, он и сам подходит к людям на этом островке. Он оглядывает Чару, что был выше на пол головы и хмурится, переведя взгляд на Альфис. — Ты специально высокого искала, чтобы я всегда помнил свой недостаток в росте? — Что Вы, Ваше Величество, я всего лишь искала того, кто может помогать Вам с вещами вне вашего касания! — Альфис улыбается, но её рот тут же закрывают рукой сам Король. И видно, что он еле сдерживается от того, чтобы не покраснеть, и переводит взгляд на Чару, чтобы уже тянул руку к короне юного правителя. Тот тут же отбил ее и фыркнул возмущённо. — Как ты смеешь? — Что? — Чара непонимающе нахмурился. Затем повертел головой. — Нельзя? — Конечно нет! Это Королевская корона! Какое право ты имеешь трогать её? — рыкнул Фриск. Чара хмурится. Но лишь дует щёки и складывает руки на груди. — Каков нахал. Альфис, где ты его нашла? — На торгах?.. — Альфис невинно улыбнулась когда Король убрал руку от её губ. — Ты купила раба? — шок в синих глазах надо было видеть. Чара не сдержался и прыснул. — Он был последним, и как только я его увидела - поняла, вот кто тебе нужен! Ну ты глянь! — Альфис настолько привыкла к компании Короля, и настолько они близки, что она незаметно, даже для самой себя, перешла на «ты». — Нет нужды в фамильярности, Альфис, — тут же улыбается, стиснув зубы, Фриск. А затем фырчит тихо. — Ты позоришь меня на глазах у стражи и этого... Кто он? — Чара. Бывший раб, — кивнула Альфи и взяла в оборот слова про недопустимое отношение. — Ты позоришь меня у них на глазах. Где было видано, чтобы к Его Величеству на «ты» обращались? — фырчит недовольно парень. — Прошу прощения, Ваше Величество, — Альфи вздохнула с улыбкой и посмотрела на него: «Ну так тебе легче?», а тот одарил её ответным: «Да, спасибо за одолжение». — Ну так что же ты, Чара-бывший-раб, что умеешь? — А Вы не знаете, что умеют рабы? — Чара хмыкнул. — Нет, представь, никогда не опускался до их уровня, чтобы знать такое, — закатил взгляд парень. — Странно, я думал, что Король должен знать всё, особенно о своём государстве. Выходит, не такой уж Вы и хороший правитель, — улыбнулся Чара издевательски. — Ты больно дерзок для будущего слуги, — Его Величество щурится с презрением. — Я слугой и не был никогда. Почём мне здешние правила знать? — Ну коль не знаешь, так будешь обучен ими. — Думаете, что раз узнаю, то стану соблюдать? — он усмехнулся нахально. — Боюсь, ежели нет, то отправишься обратно на рынок. Не очень, пади, смотреть, как богатые дяденьки-тётеньки поднимают ставки, лишь бы выбрать кого получше, пока тебя последним забрали, м? Чара фыркнул. Опустил взгляд, и следом руки, сложив ладони в замок. — Знаете, меня хотя бы выбрали. У Ваших родителей же кто родился, тот и остался. — Уведи его с глаз моих, — одно движение, один короткий лязг, и подбородок красноглазого уже поднимает острое лезвие кинжала. А тот, вздрогнув, послушно поднимает голову, глядя на Короля теперь как получится. — Пока я не отсек ему голову. — Конечно, Ваше Величество, — кивает Альфи и поспешно отворачивает Чару от правителя, лишь бы тот его не порезал. — И следом зайди ко мне в кабинет, — говорит Фриск, возвращая кинжал куда-то под плащ. Чара даже не понял, откуда он его достал, если быть честным. Словно бы потайной карман. Чаре осталось лишь поворачивать голову назад, лишь бы углядеть этот камень на короне Короля. — Боже, я ведь правда где-то допустила ошибку, да? — Альфис усмехнулась и накрыла голову рукой, глядя на то, как Чара с опаской сел на край своей постели и сжимал мягкую простынь под пальцами. — Да, ты совершила ошибку, когда подумала о том, что раб может стать хорошим слугой для Короля. — Но ты можешь им стать. Тебе же нравится это место, не так ли? — Альфи подходит к нему и садится рядом совершенно спокойно. Чара молчит. Нельзя сказать, что нравится, но тут... Тут так просторно по сравнению с тем, что было до этого. Тут много света, много места, и, самое главное, у него есть своя комната. Своя, отдельная комната! Где вся кровать для него одного, где шкаф только для него одежды, где комод только для его вещей, даже есть письменный стол и столик как у Альфи, а ещё тут ковёр. Ковер! Изумительный тканевый ковёр, по которому он готов ходить голыми ногами сутками напролёт. — Мне страшно. Тут... Я не должен быть тут. — Кто сказал? Твой бывший хозяин? Или твои родители? — Альфис снова обняла его за плечо. Он повернул голову к ней и поджал губы. — Разве может раб, незаконнорождённый и бастард подняться так высоко?... — вопрошает Чара неуверенно и неверяще. — Не веришь мне, когда я говорю тебе свод историю, нет? — Альфи улыбается мягко. Чара качает отрицательно головой. — Ты совсем не похожа на уличную девочку. — А я уличная девочка. Я Сиротка, Чара. Была ею лет с 8. Меня принял дядя, у которого я работала. А потом меня увидел Фриск. — Так зовут Короля? — удивился Чара. — Да. Ты не знал? — Нам никогда не говорили, — он пожал плечами. — А на парады в честь королевской семьи не выпускали. — Вот оно что. Ну вот, знай - его зовут Фриск. И когда он меня увидел и забрал к себе, моя жизнь с ног на голову перевернулась. Конечно, я тоже не верила. И порой до сих пор не верю. Но это лишь первое время так. Потом ты привыкнешь. Я тебе обещаю, — она подбадривающе улыбается и гладит его по плечу. — А ещё ты всегда можешь прийти ко мне. Не обязуюсь браться за твое обучение - меня саму обучали учителя. Но ты всегда можешь попросить у меня помощи, и мы вместе разберёмся с этим. Я знаю каково это - одной в новом пугающем месте, таком большом, что ты кажется маленькой мышкой. Но у тебя рядом есть я. И я тебя пойму как никто другой, — она заглянула в его глаза своими, яркими и голубыми. Чара посмотрел на неё. Он знал когда люди врут, а когда говорят правду. И она ни разу нему не соврала с момента их встречи. Она говорит это все так искренне, что ему хочется верить ей. Ему просто впервые в своей жизни хочется кому-то довериться. Знать, что рядом есть плечо поддержки. Но не может же быть так легко. Не может. Так легко бывает только во сне либо в ловушке. Чара накрывает лицо руками и тяжело вздыхает. — Я допускаю огромную ошибку. — Почему? — Как я могу верить первой встречной? — он усмехнулся. — У тебя каждая первая встречная - помощница Короля? — хихикает Альфис. — Да хоть сам Король. Как я могу доверять тем, кого не знаю? — А как тогда ты нас узнаешь? Если не будешь доверять. Не логично же, — она качнула головой. — В этом и суть. Нельзя никому доверять, всё равно никто не поможет. В этом мире каждый сам за себя. — В твоём мире, Чара. В твоём бывшем мире, куда ты больше не вернёшься. Больше никаких наручников, — Альфис аккуратно берёт его за кисть руки, чтобы убрать от лица. — Посмотри на меня. Тот отрицательно вертит головой возвращает ладонь, чтобы снова спрятаться в своём домике. — Ты можешь мне верить потому что я знаю, что ты чувствуешь. Я была на твоём месте. И я знаю, что это страшно. И что неправильно. Я знаю что это кажется сном и что ты думаешь, что если завтра проснёшься, то на старом месте. Но это не сон, это реальность, и в этой реальности ты выбрался из той пучины ужаса. Тебе, наверное, будет труднее думать, что всё позади. Потому что кажется, что прошлое рано или поздно вернётся. От такого прошлого очень трудно отделаться. Но оно уйдёт, вот увидишь. Мне просто нужно, чтобы ты доверился мне и Дворцу. Так тебе будет легче. Чара слушал её. Она не врёт. Но всё это бессмысленно. Почему он? Почему не кто-то другой? Или Бог правда есть и он услышал молитвы? А может это судьба, чёрт бы её побрал? А может... Альфис накрывает его руку, но на этот раз не убирает, а просто трепетно сжимает. На этот раз он убирает руку сам, и поднимает взгляд на девушку. Она улыбается слабо, и следом встаёт. — Я пойду, меня ждёт Фриск. Но как только почувствуешь необходимость поговорить или посидеть, привыкнуть ко мне - приходи, я всегда буду тебе рада. Как верно она сказала: «посидеть и привыкнуть ко мне». Может, это и всё, что нужно Чаре? Время? Время привыкнуть быть тут. Привыкнуть задирать голову, чтобы увидеть потолок. Привыкнуть к рубашке и брюкам. Привыкнуть к высоким манерам и важным людям. Просто время. Дверь тихо закрылась, оставляя Чару со своими раздумьями.

***

Во Дворце время бежит. Оно бежит с той скоростью, с какой тележка катится по городу, с какой льется фонтан в Королевском Саду, с какой повар подаёт блюда на стол. Время идёт, и Чаре становится чуть легче. Его заботой стали учёба: этикет, манеры, чтение, письмо, поведение, учения слуг... Так много, что вечером Чара валится без задних ног. А ещё, чуть позднее, его научат боевому мастерству, езде на конях, владению мечом.. и этот список был составлен по инициативе Короля. Видите ли, ему хочется показать новому слуге все красоты Дворца и владений королевских. — Как благородно, мой Король, — закатил взгляд Чара, сложив руки вместе. — Ты, хоть когда-нибудь, начнёшь называть меня правильно? — фырчит Фриск, сложив руки на груди. — Вы когда-нибудь начнёте обращаться ко мне по имени? Оно и у рабов есть, представляете? — Чара также сложил руки на груди. Фриск фыркнул и развернулся, молча направляясь обратно в кабинет. Альфис рядом, наконец, рассмеялась тихо и качнула головой. — Вы оба стоите друг друга. Так его выводили только наглые послы западного королевства. — Видишь, я полезный. Из-за меня даже не придется послов звать, — Чара усмехнулся и ткнул Альфис плечом. — Ни на секунду не сомневалась, — она вздохнула с улыбкой и потянула Чару к нему в комнату. — Идём, нам ещё нужно проверить твоё задание по письму. — А может не надо? — Надо, Чара, надо. Кто же потом будет писать Его Величеству бумажки со смешными рожицами и ругательствами? — Как будто бы я собирался это делать, — Чара закатил насмешливо взгляд. — Я уже нашла такую, где ты не смог написать слово трижды и выкинул её за стол. — Всё-то ты найдёшь, — бурчит парень и, наконец, послушно следует за ней самостоятельно.

***

Время идёт. Чаре становится легче дышать в Саду, он подружился с некоторыми слугами, наладил связи со старшими: поварами, служанками, горничными, рабочими. Ещё он узнал, что Альфис и главнокомандующая Андайн что-то часто пропадают вечерами в городе. Чара, конечно, это замечал, и даже пару раз спрашивал Альфис, но та лишь краснела и махала рукой, избегая разговора. И вот, скоро в городе должен быть карнавал. За которым Чара всегда наблюдал из маленького окошка с решеткой, и лелеял мечты о том, чтобы попробовать эти яблоки в карамели, или печенья в забавной форме. А ещё хотелось поглазеть на костюмы людей, а не на их башмаки. Вот и сейчас Чара наблюдал с балкона этажа за тем, как активно в городе начали зажигаться огни, предвещая праздный вечер. Тут, сзади, подкравшись, его тыкнула Альфис и повисла у него на плече. — А ты чего не собираешься? — Куда? — Так на праздник. — В смысле? — Чара хмурится. — В прямом, Чар. На Праздник идёшь? — она улыбается ярко. — Мы с Андайн уже собрались, ждём не дождёмся когда пойти можно будет. Каждый карнавал такой интересный... — Так говоришь словно не ты стабильно раз в неделю прячешься с Андайн в городе, — закатил взгляд парень. — Да ну тебя! — они оба смеются и Альфи опирается на перила, сложив руки друг на друга. — И всё-таки, пойдёшь? — А можно? — Чара посмотрел с искренним удивлением. — Конечно! Его Величество всегда нас отпускает на карнавал. — Вот оно что... — Чара хмыкнул и взглянул на высокие столбы, где вешали гирлянды и светильники. — А сам он, конечно, остаётся во дворце? — Ну, естественно. Раньше во дворце оставались Их Высочества, а Его Величество шёл со мной на карнавал. Но так как теперь Его Величество один, то ему придётся остаться во дворце. — Несправедливо как-то... — хмурится Чара и опускает голову. — Таков долг властителя, — Альфис пожала плечами. — Ладно, я пойду проверю всё. И не забудь деньги. Хоть где-то мы можем тратить наше жалованье! — смеётся девушка и убегает. Чара хмурится. Это ведь правда несправедливо. Хотя кто он такой чтобы говорить о несправедливости? Впрочем, он как раз как никто другой знает, что такое несправедливость... Чара смотрит на столбы снова, отстраняется от перил и идёт стремительно внутрь. Для начала - собрать свои вещи. Ну а во-вторых... — Что значит ты хочешь «провести» меня на карнавал? — хмурится Фриск, отрываясь от писем, смотря на Чару, что держал в руках длинную робу с капюшоном. — Это же Ваш первый карнавал как Короля, так? И с чего бы Вам его пропускать? Что, стражники не присмотрят за дворцом? Слуги не в состоянии себя защитить? Я же вижу, чему Вы их обучаете! — Каждый слуга должен быть способен дать отпор обидчику и постоять за себя. В частности если это касается сохранения моей жизни, — хмурится Фриск и возвращается к письмам. — Вот! Так почему бы Вам не расслабиться на вечерок и не посмотреть, как живут люди, м? И даже не смейте перечить мне тем, что Вы не устаёте. Массаж каждый вечер Вам делаю либо я, либо Альфис. Так что, на меня эти: «я же Король, как я могу уставать» не пройдут! — хмыкает Чара и оставляет плащ с простыми рубашкой и штанами на свободном кресле. — Коль хотите - выйдете вместе со мной, я пойду чуть позднее Альфис и Андайн. — А коль нет? — Коль нет - останетесь во дворце. Всё очевидно, мой Король, по-моему, у Вас всё в порядке с логикой, нет? — Чара усмехнулся и махнул пальчиками в виде волны напоследок, уходя из кабинета. А Фриск лишь остаётся смотреть как истукану на эту одежду «смертных».

***

Чара и не надеялся на компанию, но очень скоро, с его первым шагом со ступень дворца, сзади раздались шумные шаги и рядом с ним появился силуэт на голову его меньше. Со здешней едой и активными упражнениями Чара заметно вытянулся. — Мой Король? — Чш, полоумный! — фырчит на него Фриск. — Никто не должен узнать, что я покинул дворец. Даже Альфи...с. — Хорошо, — Чара наклонился и хитрюще улыбнулся. — Фриск. — Да как ты?! — парень схватил слугу за воротник, но быстро отпустил, поняв, что не может показывать свои эмоции на людях. — Ты!.. Умопомрачительный наглец! — Какого выбрала Альфи! — смеётся Чара и хватает Фриск за руку, спускаясь с ним со ступень. У них на поясах звенели мешочки с деньгами, а в руках у Чары болталась корзинка. Очень скоро, на шумном, весёлом и цветастом карнавале она наполнилась всем - выпечкой, сладостями, безделушками. А воздух наполнился смехом, пением, историями и духом праздника. Чара смотрел как зачарованный. Он ярко улыбался и вглядывался в каждую мелочь, в каждый блик света, в каждую искринку огня, в каждую частичку запаха. Он вдыхал, внимал и слушал каждый звук, каждый аромат и каждое слово. — Здесь так изумительно.. — улыбается Чара. — Ты что, никогда на карнавале не был? — хмыкнул Фриск, поправляя капюшон. — Никогда. Я мог только смотреть из окошка. А оно было такое маленькое, что проще было и не смотреть, — Чара слабо усмехнулся. Затем, он наткнулся на прилавок с драгоценными камнями и тут же побрёл туда. Фриск пошёл за ним. Чара увидел рубин. Красивейший натуральный рубин чудной формы, не обточенный, а натуральной формы камня. — Сколько? — спрашивает Чара, пальцем указав на красное золото в его глазах. — 7 злотых. Чара уже тянется за кошельком, но его за руку останавливает Фриск. — Ты поэтому тогда тянулся ко мне? К ко.. ну ты понял.. Чара лишь плечами пожал и снова попытался потянуться за деньгами. — Подожди пару дней. Ладно? — Но я хочу купить его сейчас! — фыркает слуга. — Подожди! Пож.. пожалуйста, — Фриск даже опустился до вежливых просьб. Подумать только. Чара это заметил сразу. И замер, глядя на то, как краснеют щёки под капюшоном. Но послушно убрал руку и кивнул, слабо усмехнувшись. — Лучше идём, я тебе покажу кое-что.. — Что? — Место одно. Идём, — теперь уже Фриск тянет Чару за собой и тот послушно следует за Королём. Через отросшие корни деревьев, пресловутые подъёмы и кусты они пробрались на скалу. На скалу что была на границе города и отсюда было видно все-все дома, и все огоньки карнавала, и было слышно песни и хохот горожан. — Ого.... — Чара замер, глядя на красивый вид. Он медленно опустился, поставив рядом корзинку, и неотрывно смотрел на город. — Как... Как тут красиво, оказывается... — А ты что думал? — Король усмехнулся и взял из корзины узорное печенье. — А я ненавидел этот город всей душой, — Чара слабо усмехнулся. — Ненавидел мать, что понесла от своего хозяина и не убила меня маленького. Ненавидел хозяина, что бросил меня. Ненавидел нового хозяина, что относился ко мне как к скоту. Ненавидел этот город, что я родился в нём, что мне не хватало смелости умереть тут. Но сейчас... — Чара расплывается в улыбке. — Сейчас я понимаю, что это, наверное, было испытанием жизни. И теперь у меня есть всё. — Оно того стоило? — Фриск усмехнулся. — Думаю, да. Даже если завтра ты выгонишь меня - я видел эту красоту. Видел прелесть этого города. И я уже не буду проклинать эту жизнь... — Чара прикрывает глаза. — Тебе хватило дерзости обратиться ко мне на «ты». — Тебе хватило наглости уйти из дворца, хотя ты король. А ещё, кажется, давно пора была понять, что я не простой слуга, — Чара усмехнулся и взглянул на Фриск. Тот посмотрел на него и, кажется, впервые ему улыбнулся. Фриск оглядел того с ног до головы и качнул собственной. — Да, ты определённо непростой слуга. Наверное, поэтому у меня не поднимется рука тебя выгнать, — он садится ближе. Недопустимо ближе. А затем вытворяет то, за что его бы отстранили от престола. Но сейчас он не король, сейчас он - Фриск. Так что, может себе позволить наглость. А Чара вздрагивает. Мужчина касается его. Он знает, что обычно следует за этим. И если до этого Фриск предупреждал, что они пойдут куда-то, то сейчас это было неожиданно. Но даже так... Кажется, у Фриск и не было никогда целей насиловать Чары. А ведь если подумать.. за эти месяцы, что Чара провёл во дворце, Чару никто не трогал. Наверное, сперва из-за страха в глазах парня, а затем потому что просто имели должное воспитание. Чара улыбнулся снова. Забавно. Он впервые чувствует должную расслабленность. А ещё тяжесть чужой головы на плече совсем не хочется убирать. Пусть лежит. Королю тоже иногда нужно расслабляться. Так и смотрят двое на ночной праздничный город, полный шума, пока они сидят в тишине и просто наслаждаются спокойствием. Вечер закончился славно. Уставшие и довольные все вернулись во Дворец, и Чара проследил, чтобы Король переоделся и лёг спать на постель, а не в кресло в кабинете. Следом, пошёл отдыхать сам. День выдался активный и вечер выдался ещё лучше. Ещё всю ночь ему снилась приятная ночь в присутствии Фриск, а не Короля, и то, как они, сидя вот также на скале и также в обнимку, смотрели на город.

***

А через несколько обещанных дней, вечером по возвращению в свою комнату, он обнаружил на постели загадочную коробочку. Взял ее в перчатках и вынес на балкон, чтобы если там был какой-то яд, то он не задерживался в комнате а быстро выветрился на воздухе. Но какого же было его удивление, когда открыв бархатную коробочку, он обнаружил колечко и браслет с красными камнями каждый. Кольцо было с красивым ромбовидным рубином а на браслете были маленькие круглые гранаты. А самое главное - записка с почерком Короля, в которой коротко и ясно: «Чтобы больше даже не смотрел на мою корону». Столько счастья за двое суток подряд Чара никогда не испытывал. Он буквально топнул ногой от того, что плохо получилось сдержать эмоции. И тут же надел кольцо на палец, а браслет оставил в коробочке, решив, что он будет на торжественные дни. И он успел обернуться ровно в секунду, когда в балконом проёме показалась знакомая фиолетовая мантия. Чаре оставалось лишь неловко хихикнуть и почувствовать как загорелись щёки.

***

Чара сидел в кабинете у Фриск и перебирал письма на: важные и неважные, когда в кабинет вошёл Король и глянул на слугу. — А я тебя обыскался. — Что, мой Король, уже скучаете? — Чара усмехнулся и взглянул на парня, поиграв бровями. — Полоумный, — закатил взгляд Фриск, но не смог сдержать лёгкой усмешки. — Лишь хотел предупредить, чтобы ты не забыл сходить к портному по поводу зимнего комплекта одежды. Скоро начнутся холода и камина в гостиной хватать уже не будет. — Хорошо, мой Король, я схожу к портному. И забавно, что Вы решили сказать это лично вместо того, чтобы передать через Альфи, — Чара опустил взгляд на письма, но даже так было понятно, что Фриск снова покраснел слабо и молча ушёл из кабинета. А Чара же расплылся в довольной улыбке. Интересно.

***

Буквально через неделю Чара обнаружил Фриск дегустирующим вино. Правда, тот явно переборщил с градусом, и теперь мазал пером на бумажке какие-то закорючки. Альфис пыталась уговорить его пойти спать, но тот наотрез отказывался. А вот с Чарой согласился пойти. Правда, далеко не дошли - почти добрели до спальни правителя, но завернули в комнату к Чаре. Тот пытался потянуть Фриск обратно, но... — Да ладно, — Фриск мягко роняет Чару на его же постель, — я же видел твою хитрую ухмылку, — он и сам соответствующе улыбается и берёт Чару за подбородок. Тот испуганно мечется глазами в чужих сапфирах и жмурится следом. Ну неужели этот хороший этап прошёл? Неужели ему опять гореть в этих мучениях? — Не надо... — шепчет Чара в порыве последней надежды на лучший исход. — Что? — Фриск не понял, чего не надо, но пазл начал складываться, когда его руку сжали в отчаянном порыве. — Пожалуйста... — Чара вздрагивает и открывает глаза совсем чуть-чуть. Вот таким - испуганным, зажатым и отчаянным Фриск Чару ещё не видел. — Ты не хочешь?.. — уточняет Фриск и щурится. Чара мотает головой активно и сжимает под другой рукой простынь. Не опять, пожалуйста, не снова... Он чувствует как рядом тяжелеет постель, и как на плечо ложится чужая рука. — Но я думал... Разве нет? — Совсем нет... Совсем.. Пожалуйста... — просит Чара искренне жалобно и смотрит на Фриск. Тот решает проверить. Протягивает руку и снова берёт Чару за подбородок, а тот снова жмуриться и начинает дрожать. — Боже, да тебя трясёт... Ты.. он с тобой что-то делал, да?... — даже объяснять не надо, кто и что. Чара поджимает стыдливо губы и накрывает чужую ладонь своей, убирая на постель, но не отпуская. Всё-таки, он доверяет Королю. Тот ещё ни разу не усомнил парня в своей вере в этом вопросе. А его руку трепетно сжимают в ответ. — Как и со всеми нами.. мне было больно, я не хотел этого.. совсем... — Чара поднимает влажные глаза на Фриск и горько усмехается. — Вы ещё не видели моё тело. — Боюсь даже спрашивать... — Шрамы, ожоги... — Чара снова опустил глаза, уже стыдливо. Фриск смотрит на него всего с минуту, а затем сжимает ладонь сильнее. — Покажи мне, — уверенно и без сомнения. — Что? Зачем? — хмурится Чара и тут же руку свою забирает. — Я хочу увидеть. Покажи. Это приказ Короля, — он накрывает его плечо рукой и сжимает в понятном жесте: «не сделаешь - не отстану». Чара хмурится. Но скоро расстёгивает рубашку и пред Фриск предстаёт та картина, которую видела Альфи, только синяки зажили Но шрамы и ожоги остались. А ещё у Чары отменное тело... Фриск тихо сглатыавает. Загляделся. Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт... — Как его имя? — старается отвлечь самого себя Король. — Я не помню.. — отвечает честно. Его имя Чара слышал всего пару раз и то в более подростковом возрасте. — Тогда скоро мы пойдём в город и ты мне пальцем укажешь на этого полоумного и я... — Да с чего бы тебе вообще желать преподать ему урок? — Чара выдёргивает плечо из руки Фриск. — Ты говоришь всё это сейчас лишь потому, что ты пьяный. Проспишься и ни слова не вспомнишь! Так что оставь этот разговор, он не имеет толку, — Чара принялся поспешно застёгивать рубашку. — Тебе нужно поспать. Так что иди и сделай это, — парень встаёт и постели и тянет Фриск за плечи на себя, а тот в коридоре отмахивается и в свои покои заходит сам. Какого же было удивление Чары, когда на следующий день к нему заявилась Альфис со словами о том, что Фриск дал ей поручение найти какого-то обидчика Чары. И скоро они действительно нашли этого рабовладельца в городе, и тот не смог откупиться одними только деньгами: мужчину посадили в темницу в срок двух недель, а потом последует казнь. Других рабов же, кто не был продан, распустили, дав в обеспечение по несколько десятков злотых каждому, чтобы те имели возможность питаться и купить себе одежду на первое время, пока ищут работу и жильё.

***

Чара стучит тихонько. Ночь, все спят, и Фриск, вероятно, тоже. Но нет, тихие шаги и сонная моська выглядывает из-за двери. — Чего тебе? — он трёт глаза и смотрит на Чару исподлобья. — Фриск, — зовёт Чара тихо-тихо. И обращение по имени уже возмутило парня, но слуга не дал ему вставить слово. — А рядом с дворцом или во дворце есть.. есть места, как там, рядом с городом?.. — Что?.. — Король явно не понял, что от него хотят. — Я хочу посмотреть на звёзды, — откровенничает Чара. — Я их раньше не видел так.. как на карнавале . — Выйди на балкон.. — бурчит Его Величество и уже хочется закрыть дверь, но ему не дают. — Просто скажи: есть или нет! Я сам найду.. — уже просит юноша. Фриск лишь дверью хлопает. Чара вздыхает тяжело и разворачивается, медленно следуя в сторону двери на балкон этажа, но скоро сзади на его плечо ложится знакомая по холоду рука, а перед носом оказывается утеплённая роба. — Одевайся и пошли, — бурчит Фриск и сам на себе такую поправляет, топая быстро в сторону лестницы. Чара, воодушевлённо улыбнувшись, поспешно натягивает плащ и бежит за Королём. Очень скоро Фриск и его слуга оказались на крыше дворца. Прохладный ветер, еле слышимая трель сверчков и... — Звёзды... — восхищённо улыбается Чара, глядя на небесное полотно, покрытое белыми точками. — Они всегда были такими красивыми? — Они всегда были. А ты ведёшь себя так, — Король садится, подложив под седалище ткань плаща, — словно впервые их видишь. — Ну, считай да, — смеётся Чара и не отводит взгляда. — Сядь рядом, — зазывает Фриск, и слуга послушно садится, но взора от неба не отводит. — Смотри, на небе есть разные созвездия. Так называется скопления звёзд в своеобразной форме. Вон там, — он указывает пальцем, и Чара старается уловить контур, — большая медведица. — А почему она так называется? — словно ребёнок интересуется Чара. — Потому что форма созвездия напомнила астрологам медведицу, охраняющую своё дитя. Кстати чуть ниже малый медведь. — Вау.. — у Чары с лица не сходит улыбка. Он жадно смотрит на каждую звёздочку. — А почему они синие? — В смысле? — Ну, ты видишь, некоторые звёзды будто бы с контуром, с синеньким таким. — Наверное, потому что небо синее? Не знаю, не слышал раньше о таком, — Фриск пожал плечами и скоро просто лёг на спину. — Знаешь, я впервые за всю жизнь вижу то, как человек восхищается звёздами. — В отличие от Альфи я рос в здании. Всегда. И с моего окна не было видно неба. Поэтому я мог о нём лишь мечтать. А тут... Тут я вижу небо каждый день. И звёзды.. но во всей красе увидел только на карнавале. Радость праздника украшает небо. Фриск посмотрел на Чару. Восхищение в этих алых глазах было таким искренним, что и не было сомнения в его словах. — Чара. Чара вздрогнул. Король впервые назвал его по имени. Парень с удивлением повернулся к юному правителю и посмотрел на того, не скрывая эмоции. — Почему ты появился в моей жизни? — спрашивает Король, смотря, в свою очередь, совершенно спокойно. Это не было претензией, или искренним любопытством. Это был исключительно риторический вопрос, просто чтобы не было тихо. Но Чара, уже неожиданно для Короля, взялся отвечать. — Потому что судьба решила, что я достаточно настрадался первую часть своей жизни, и что остаток я должен провести в роскоши, — Чара слабо усмехнулся и также лёг на спину, — и любви. — Любви? — Фриск усмехнулся. — Что, мне уже сватать тебя и Альфис? — он взглянул на парня. — Кто сказал, что я про Альфис? — Чара щурится лукаво, глядя на Его Величество. И у того сразу пропадает улыбка. — Не пытайся отрицать, мы оба знаем, что это так. — С чего бы? — Фриск фыркнул и отвернул голову, чтобы слуга не сделал замечание о покрасневших щеках юноши. — Украшения даришь. Такие только любовникам дарят - шикарные, — Чара поднимает руку и в свете полной луны рубин блестит исключительно ярко. — Ради меня рабовладельца казнил. Ну и самое главное: именно ты пришёл ко мне пьяный, и хотел сделать то, что делают любовники, — алоглазый тихо рассмеялся и глянул на Короля. — А ещё сейчас ты лежишь красный, именно поэтому отвернулся. Я тебе нравлюсь. — Полоумный, — Фриск встал с места, отряхнул робу и направился к лестнице. — Чтобы утром как вштык в кабинете был! — Обязательно, Фриск! — смеётся ему вслед Чара и продолжает смотреть на звёзды, стараясь запомнить положение каждой.

***

С того вечера, время от времени, в ночном наблюдении за звёздами Чаре составлял компанию Фриск. Он рассказывал ему про созвездия, которые видны с их земель, и показывал в книгах другие, которые видно с других королевств. И рассказывал, как раньше по ним могли предсказать положение дел в стране, и в частности в хозяйстве. А ещё у Чары, с чего-то, вдруг появилась новая форма: обтягивающая рубашка и узкие брюки. Сначала слуге было ой как неудобно, но заметив то, как на него теперь смотрит Фриск, он подавил в себе любые неприятные чувства - ловил жадный взгляд Короля и улыбался лукаво в ответ. — Мой Король, не отвлекайтесь, — советует Чара, кивая на стол, где Фриск писал письмо о торговых отношениях соседнему королевству. Юный правитель, что, откровенно, глазел на формы Чары, снова раскраснелся и опустил взгляд в бумагу, прикрывая щёку ладонью, на которую возложил свою голову. Такие гляделки стали слишком частыми. Фриск, в присутствии Чары, ни разу не усомнил того в своих наклонностях к слуге. И это дошло до стадии, в которой Фриск просто припечатал Чару к спине, пока они шли в пустом коридоре. — Мой Король, — улыбается Чара и щурится. — Вы что-то исключительно голодны сегодня, — и хихикает тихо. — Нечего ходить в обтягивающей блузе, — бурчит Фриск и опускает взгляд на шею Чары, вздрогнувшей рукой расстегнув верхнюю пуговку. — Ваша же прихоть, — Чара усмехнулся и перехватил руку Фриск, напоминая о своём отношении к вопросу раздевания. Но тот явно не собирался продолжать, ибо следом поправил воротник покрасивее и слабо усмехнулся, положив руку на плечо Чаре. — Ещё бы её не было. Тот, постояв всего минутку, продолжая держать руку Короля, вдруг прислонил её к своим губам и посмотрел на Фриск. Его лицо надо было видеть. Он в секунду раскраснелся, вздрогнул и сжал плечо слуги ладонью. — Умалишённый... — шепчет Фриск, тут же оглядевшись по сторонам. — По-моему, именно Вы и хотите лишить меня головы, нет? — спрашивает Чара и другой рукой хочет застегнуть верхнюю пуговицу обратно, по привычке, но теперь уже останавливают его. — Конечно, — Фриск фыркает с улыбкой, — она будет смотреться очаровательно на моём столе. — Как мило, Вы хотите видеть моё лицо и после смерти, — Чара смеётся тихо и поднимает руки в жесте: «сдаюсь». Ну а Фриск ничего не оставалось, кроме как самому отстранить. Правда, ненадолго. Скоро к стене прижали уже его, и внутри всё замерло. Фриск смотрел на возвышающегося над ним Чару, что своей тенью закрывал Короля и смотрел, от чего-то, совершенно уверенно. Чара наклонился ближе к лицу Его Величества, и заглянул в синие глаза, отражающие прелести сапфира. И то, как сейчас этот сапфир метался из стороны в сторону, лишь бы понять, как сбежать... Парень приближается. Фриск ничего не остаётся, кроме как прикрыть глаза, невольно пытаясь понять, от чего так спирает дыхание и почему в груди затрепетало сильнее. Но в итоге касание происходит ко лбу, и Фриск открывает глаза, слегка разочарованно выдохнув. — Напугать меня решил? — Что Вы, мой Король, — улыбается слуга и выпрямляется, следом снова сощурив хитрые алые глаза, опустив на секунду взгляд на чужие губы, — всего лишь смутить. Разве Вы не этого хотели, когда прижали меня к стене, до этого нарядив в обтягивающую одежду? — и спокойно отстраняется, давая красному королю сбежать из его оков. — Жду сегодня!

***

Вечер опускается на государство, и Чара уже ютиться в зимнем робе на крыше. Смотрит на звёзды, слушает трель сверчков. Вздыхает тихо и, если быть честным, ждёт. Затем слышит шаги, и видит рядом силуэт, который сперва садится, а затем и ложится совсем близко, касаясь плечом плеча. — Зачем ждал? Я ведь мог и не прийти. А сегодня холодно, — шепчет Фриск, вдруг положив свою руку на кисть Чары. А тот, слабо усмехнувшись, повернул руку и нашёл чужую ладонь, сплетая пальцы. — Я бы в любом случае смотрел на звёзды. С тобой или без тебя, — он пожал плечами и вздохнул с улыбкой. — Но с тобой... Наверное, как-то лучше. Спокойнее. — Чара, — зовёт снова по имени, хотя, вроде, они и до этого говорили. — Да, Ваше Величество? — как-то неосознанно. Больше по привычке того, что слышит такое обращение чаще. Но и забирать свои слова не будет - лишь крепче сжимает руку. — Поцелуй меня. — Что? — лёгкая усмешка и откровенное непонимание. — Я видел, как ты глянул на мои губы. Да и обычно Короля просто так не прижимают, — Фриск и сам усмехнулся, но остался лежать. Не будет первый наступать. Чара приподнялся на локте. Взглянул на Фриск, поджал губы. Аккуратно передвинулся и теперь нависал верхней частью тела над королём, ноги оставив одна на одной, а рукой оперевшись сбоку от головы юноши. — Ты серьёзно сейчас? — удостоверяется Чара и смотрит в синие глаза. — Я серьёзно. Потому что я не могу действовать первым, — Фриск протянул руку и накрыл щёку Чары. — По крайней мере, пока ты не удостоверишься в том, что тебе точно ничего не грозит. — Почему ты думаешь, что я боюсь тебя? — Чара слабо усмехнулся, стараясь скрыть лёгкий вздрог. — Потому что ты дрожишь. Я никогда не забуду как затрясся от одного моего касания. И даже сейчас тебе страшно, хотя именно ты надо мной, — его рука опускается ниже, четко на то место на плече, где у Чары шрам. — И я никогда не забуду, где твои шрамы. — Говоришь откровенную ересь.. так откровенно даже супруги не разговаривают, — Чара отвёл взгляд и постарался скрыть нервозность и неловкость от ситуации, но скоро не выдержал и просто сел. Фриск сел следом. Затем, прямо перед Чарой. И аккуратно взял его за руку. — Смотри внимательно, — просит Король и кладёт руку на плечо Чары. — Мне нужно, чтобы ты сейчас доверился мне. — Мне нет причин не верить тебе. Ты... ещё ни разу меня не обманул, — пожал легонько этими самыми плечами Чара. Фриск кивнул. Затем, мягко смял чужие плечи. Опустил руки и взял ладони Чары в свои, сплетая пальцы. Подсел ближе и наклонился к его губам, выдыхая горячо. Слуга не выдержал и зажмурился. Слишком близко. Слишком страшно. Руки теплые, и действия трепетные, но ему всё ещё страшно. — Сейчас внимательно прислушайся к самому себе, — советует Фриск шепотом, сладким и манящим. — И ответь мне: да или нет? Чара замер. Он слышит страх внутри, огромный, но и надежда на лучшее сидит тут же. Правда, она куда меньше и своего голоса не имеет. Давно лишилась его. — Нет, — отвечает почти сразу, с выдохом. Фриск снова кивает. Улыбается мягко и отстраняется, но остаётся держать Чару за руку, просто сев рядом. Снова касается плечом, и снова кладёт голову на это же плечо. — А так? — А так... Да.. — парень остаётся сидеть практически без движений. Словно боится спугнуть. Но сейчас стало лучше: спокойнее, и хорошо. Хорошо снова чувствовать эту приятную тяжесть на плече, почему-то зная наверняка, что этим всё и закончится. Почему-то Чара уверен, что Фриск не переступит через правило и не будет касаться его насильно. Почему-то... Почему-то Фриск внушает доверие.

***

Посиделки за просмотром звёзд стали именно посиделками: Фриск всегда отдыхает на плече у Чары, и они всегда держатся за руки. — Почему ты тогда.. прижал меня? — вдруг спрашивает Фриск в один из вечеров. — В плане.. ты даже поцеловал меня в лоб. Хотя в тот же вечер боялся поцеловать в губы. — Подхватил твоё настроение, — хмыкнул Чара, и сам не зная точного ответа. — А поцелуй... Наверное, мне было спокойно. — Выходит, тебе спокойно, когда ты держишь всё под контролем? — уточняет Фриск. — Выходит.. наверное, да. Я не знаю, если честно. Раньше под контролем у меня не было ничего. А сейчас.. я утопаю во власти. Горничные, слуги, другие мелкие. И это так странно. Но мне нравится, — Чара усмехнулся. — И да, наверное, так правда спокойнее. — Вот оно что, — Фриск сжал его руку крепче, затем поднял голову и поправил шапку на парне. В последнее время совсем стало холодно, и теперь они стали одеваться теплее. — У тебя уже появился какой-то план? — Чара улыбнулся и глянул на юного правителя. — Возможно, — Фриск улыбается шире и щурится лукаво. — Хитрый Король, — смеётся Чара и опускает голову на макушку Фриск. Так и грелись, пока каждый думал об этом плане. Его Величество продумывал, а слуга - лишь догадывался.

***

День рождения Короля. Великий праздник. Карнавал в городе, а на следующий день праздник продолжился во Дворце. Чара и Фриск даже немного выпили. Но лишь по бокалу - больше из-за наличия тостов в честь Короля. Да и Чаре было интересно попробовать элитное вино, в чём ему не отказал Король. И вот, вечером, когда слуга провожал правителя в его спальню, Фриск вновь завернул в комнату Чары. Тот не стал спрашивать - молча зашёл следом, и молча наблюдал за тем, как Фриск запирает дверь. — Это.. было твоим планом? — слабо усмехнулся Чара, делая шаг ближе к Фриск. А тот и сам прижимается спиной к стене и улыбается заговорщически. — Возможно. Ну, чего встал, м? — и руку тянет. Чара берёт его за ладонь и их пальцы вновь сплетаются. — Тебе не кажется, что мы итак слишком много времени провели вместе за последние два дня? — вопрошает Чара, наклонившись к Фриск. Тот, закусив губу, смотрел в алые глаза своими, полными решимости и откровенного желания. — Тебе не кажется, что мы слишком много проводим времени друг с другом с тех пор, как ты тут, м? — Фриск тихо смеётся. — Да или нет? — и кладёт руки на плечи Чары. Чара смотрит в ответ. Внимательно, хоть и с улыбкой, и опускает взгляд на губы Фриск. — Мы всегда можем остановиться, — шепчет тот мягко, замечая то, как его будущий партнёр колеблется и явно внутри ведёт жесточайшую борьбу. Борьба внутри хоть и была, но не жесточайшая. Чего уж греха таить: Чара хочет поцеловать эти губы ещё с того самого момента, когда они прижимали друг друга в коридоре. Но сперва его желание ограничивалось именно поцелуем. А сейчас.. сейчас это юное тело в такой красивой одежде, почему-то, довольно манящее. И этот голос, а главное - честные глаза, которые никогда его не обманывали. И сейчас тоже не обманывают. — Мы можем остановиться. И ты обещаешь мне, что будет не больно? — Чара поднимает взгляд в эти глаза. Фриск поджимает губы. Краснеет, опускает собственные и нервно улыбается. Внутри Чары всё замерло от секундного страха, но фраза впечатала его в стену недоумения. — Разве что мне. Разве что ему? Это он сейчас так завуалированно сказал, что сверху будет Чара? — Подожди.. — Чара хмурится. — Я не буду повторять. Не представляешь, как трудно такое самому себе признать, — Фриск легонько оттесняет парня, отвернув голову, лишь бы как-то попытаться скрыть румянец. — А тем более тебе... — Ты.. почему ты так решил? Именно так, а не... — Чара не продолжил, но суть была ясна. — Потому что тебе трудно по-другому, — пожал плечами Фриск. И поджал губы. — Ну и.. ты выше.. и мне нравится.. Ай, да иди ты к чёрту! — фырчит Фриск и выныривает из-под Чары, взявшись за ручку двери. — Нет, подожди, — слуга взял короля за руку, мягко останавливая и, вдруг, притягивая его к себе. Вторую руку положил на талию, а первой скользнул выше по запястью, сплетая пальцы трепетно. — Ты.. тебе нравится, что я выше? — И не только... — Фриск опускает стыдливо взгляд, всё ещё краснея совсем аки ребёнок. — Ты.. мне нравится что ты можешь быть немного сильнее... — и еле поднимает взгляд обратно. Чара наклоняется к нему ближе. Фриск снова глаза прикрывает, выдыхая судорожно, словно сейчас задохнётся. — Фриск, — шепчет Чара. — Да? — тот сглатывает тихо. — Да, — кивает слуга одними глазами, моргнув. — Да? — уже недоумевает Фриск, ибо первый вопрос был лишь как ответ на зов. А сейчас уже непонимание. — Да, — тихо смеётся Чара, и опускает взгляд также на губы юноши. Теперь дошло. Фриск снова выдыхает, совсем коротко, и свободной рукой обнимает Чару за шею, чтобы удержать момент единения на подольше. Их губы соприкасаются в поцелуе. Сперва в исключительно невинном: попробовать друг друга в первый раз, ощутить касание в полной мере, и просто привыкнуть. Отстраняются, смотрят друг другу в глаза, чтобы удостовериться, что всё в порядке. Чара кивает, и Фриск тоже. Следом снова целуются. Уже смелее, смакуя губами друг друга. И так, с каждым касанием, воздух наполняется жаром, страстью и уверенностью. Они плавно перемещаются от двери к постели, на которой оба оказываются уже полуголые: рубашки устроились на комоде, как и плащ королевский. — Точно? — уточняет Чара после очередного поцелуя, сидя меж ног Фриск, которыми тот обхватил поясницу своего партнёра. — Точно, — кивает Король и тянет к себе любовника за шею, сплетаясь с ним в очередном поцелуе. Скоро касания стали гореть огнём везде. И от губ, и от пальцев, у Фриск горел каждый миллиметр кожи, где касался Чара, где даже случайно тронул и куда выдохнул горячий воздух. А у Чары кругом шла голова от одного только вида юноши перед ним: разгорячённый, желающий и тянущийся. Фриск правда тянулся: к рукам, к касаниям, к поцелуям. Это было так странно и так хорошо. Внутри завязывался узел, и он становился только туже от осознания, что сегодня всё происходит по согласию. Что Фриск, лежащий под Чарой, еле сдерживающий постыдные стоны, жмурящийся от удовольствия, сам согласился на это, и сам жаждал этого. И что Чара, делающий всё максимально осторожно, внимательно следя за эмоциями, также если и не жаждал этого, то явно был не против попробовать. Несмотря на то, что такие сладкие мгновения словно бы продолжались вечность, и казалось, что за окном уже должно светлеть, этого не произошло. Чара лишь обессиленно упал рядом с Фриск, что громко дышал и накрыл глаза кистью руки. Почувствовав появившуюся рядом тяжесть, Его Величество усмехнулся. — А теперь представь, что было бы, увидь кто-то даже поцелуй, — шепчет он устало, убрав руку и повернув голову. Чара, прикрыв глаза, молча смотрел на бывшего принца. Пот на лбу, шумное дыхание, но довольный вид. Что, так тоже бывает? Слуга тянет руку и касается щеки Фриск. Тот изогнул бровь, но скоро закрыл глаза вовсе и накрыл чужую ладонь своей. — Мне понравилось, если ты переживаешь. Очень понравилось, — признаётся тот, теперь совершенно не стыдясь горящих щёк. — По тебе видно, — слабо улыбнулся Чара, погладив этот огонь, и следом снова нависая сверху лишь частично, локтём уперевшись в подушку. — Я тебя таким счастливым редко вижу. — Знаешь, меня больше удивляет тот факт, что таким счастливым ты меня уже видел, — хихикает Король и открывает глаза, чтобы взглянуть в алые глаза, полные спокойствия и наслаждения. — Ну, сначала на первом карнавале. У тебя искрились глаза. А потом в первый раз когда мы сидели на крыше. И.. м.. сейчас, — Чара довольно улыбнулся. — Чар, — зовёт мягко. — Да, Ваше Величество? — такое же мягкое и тихое. — Нет.. лучше мой Король. — Потому что Король? — Потому что твой, — Фриск протягивает руку и гладит Чару по носу. Тот закрывает глаза, полностью вверяя себя Королю, и улыбается шире. — Хорошо, мой Король, — мурчит в ответ. — Ты ничего не хочешь сделать? — спрашивает со слабой надеждой в голосе Фриск, перекладывая пальцы на висок парня, скользя к щеке. — Хочу. Поцеловать хочу, — кивает легонько Чара, открывая глаза и ища согласия в чужих. Фриск лишь улыбается и легонько поддаётся навстречу наклоняющемуся лицу.

***

Ох, сколько же раз, с той ночи, Король и его Слуга прятались в уголках дворца, сколько раз запирались в кабинете и украдкой целовались, когда случайно сталкивались в коридоре. А сколько хитрых взглядов было брошено, и в обязательном порядке несколько из них заканчивались тем, что произошло и в ночь праздника. Ну и куда же без наблюдений за звёздами, во время которых Фриск обязательно лежал головой на груди Чары, и пальцы их сплетались в новые созвездия, пока они тихонько разговаривали и представляли себе жизнь отныне. И всё было хорошо, до момента приезда послов с северного королевства. Его Величество чуть ли не с порога прогнал их куда подальше, но Альфис уговорила его послушать их. А закрепил всё Чара, обещающий, что если те предложат что-то выходящее за рамки - он самолично лишит каждого головы. И что же.. предложение было таким, что Чара еле выстоял на месте. Его схватила Альфи за руку, и крепко сжимала, ясно давая понять, что если тот хотя бы шелохнется - всё будет испорчено. — Мне нужно это обобщить, иначе я просто не понимаю... — Фриск потёр глаза, следом взглянув мрачно на послов, что стояли как раз на выступе выше пола, но и ниже трона Короля. — Принцесса северного королевства изъявила желание о женитьбе во имя мира между нами? — взгляд переменился во фразу: «Вы что, идиоты?». — И это после того, что Король и Королева севера сотворили с моими... с Их Высочествами Ториель и Азгором? — у Фриск даже язык не поворачивался назвать "тех" правителей по именам. — Видите ли, Ваше Величество, родители Ваши погибли совершенно случайно, к этому никак не причастны правители. И уж точно не причастна принцесса, от того она и просит сего брака, чтобы окончательно закрепить отношения королевств и улучшить их... — Пусть она сперва докажет, что мои родители погибли не от рук её крови. Тогда мы и поговорим. А сейчас - прочь! — рычит Фриск, следом вставая с места, уже потянувшись за лезвием. — Я провожу! — улыбается Альфис чуть нервно и быстро спускается к послам, подтолкнув мужчин к выходу. Те разочарованно вздохнули, но таки быстро покинули тронный зал. Фриск садится обратно, тяжело вздохнув, накрыв глаза ладонью. Затем услышал шуршание, и почувствовал на колене чужую руку. Ну, как чужую? — Мой Король, — зовёт мягкий, явно давящий в себе эмоции, голос. — Она.. что она вообще о себе возомнила? — вопрошает Фриск и откидывается на спину трона, взглянув на Чару в отчаянии. — Что ты думаешь об этом? — Я не советник, чтобы обсуждать с Вами такие вопросы, мой Король, — слабо усмехнулся слуга. — Для этого больше подойдёт Альфис. — Да.. да, ты прав, — он вздохнул, потерев виски. — Мне нужно обсудить это с Альфис, она знает эту историю лучше.. но ты.. — юноша смотрит на Чару где-то с минуту и слабо улыбается. — Будь рядом в этот момент, ладно? Мне нужны все мои доверенные лица рядом. — Выходит, мне ждать извещения о повышении? — Чара прищурился и улыбнулся шире. — А ты, хитрец, так и рад этому, — Король тихо посмеялся и вздохнул. — Ладно, всё, ты уже слишком долго стоишь так. Вставай, — Фриск накрыл чужую ладонь своей. Чара, что доселе стоял на одном колене, заглядывая в лицо правителю, взаправду выпрямился и поспешно отряхнул колени. — Я так понимаю, обсудить этот вопрос Вы захотите этим же вечером? — уточняет Чара. — Да.. пока он свеж, нужно обсудить это как можно раньше. Ночью.. наверное, сегодня без меня, — Фриск чуть стыдливо улыбнулся. — Всё в порядке, мой Король. Ночью и меня, тогда, не будет, — они всегда говорят загадками, не уточняют свои секреты, ибо даже по одному слову могут понять в чём суть. — Прикажу приготовить к вечеру Ваше любимое печенье. — Я был бы благодарен, — кивает Фриск и только сейчас отпускает чужую ладонь, вставая с места. — Пока идём в кабинет. Хочу перечитать письма послов ещё разок, может.. может я что-то упустил... — он тяжело вздохнул и вместе со Слугой направился к нужному помещению.

***

Несколько дней тщательного обсуждения, а через неделю поступило письмо от имени самой принцессы. Так как письма приносил Королю его главный Слуга, то Чара не смог устоять перед любопытством. Распечатал письмо прямо перед дверью кабинета и прочёл. Затем ещё. И ещё. Внутри закралось смутное сомнение. Написанное было похоже на правду, но Чара относился к ней очень скептически, потому что наблюдал со стороны. А вот Фриск, как только прочёл всё, попросил оставить его одного. И просил так он двое суток подряд. И по утру третьего дня попросил Чару отправить ответное письмо принцессе. Ну и тот, не получивший ни одного слова о решении, решил просто прочесть письмо. И как же исказилось его лицо после прочтения, он впивался в текст взглядом ещё где-то минут пять, просто в тишине стоя под дверью кабинета. Следом направился в комнату к себе. Там, из сумки, которую он брал в город буквально на днях, достал заветную коробочку и вернулся к тому месту, с которого начал. Постучал всего раз, и зашёл в кабинет распахнув дверь. — Ваше Величество, — начинает он язвительно, с улыбкой, и громко хлопает дверью. Фриск положил ладонь на сердце, взглянув на Чару, что явно разбушевался. — Я думал... Я верил, — поправляет он себя, — что есть нормальные люди. Что Вы, Король, не врёте. По крайней мере - мне. И что же я получаю? Ах, да, — он поднял вверх руку с письмом, — «Вы знаете, я считаю, что этот брак может стать началом чего-то нового, поможет нашим королевствам и сердцам обрести покой. Так что я принимаю Ваше предложение и согласен заключить с Вами брак»! Началом чего? Началом твоей новой любовной линии в жизни? Надеюсь твоё сердце обретёт покой в руках принцессы! Кстати, вот, в помощь. Может хоть кому-то из нас двоих оно пригодится! — рычит Чара и стучит бархатной коробочкой о поверхность стола, оставляя её там. — Я не буду многословен. Просто скажу, что мир везде одинаковый. Что на улицах бедных, что во дворце Короля. Кругом обманщики, — он разворачивается, небрежно швырнув письмо в сторону. Фриск в это время берёт коробочку и открывает её. Изнутри на него смотрит обручальное кольцо с фиолетовым камушком, что приятно блеснуло от солнечного света из окна. — Сегодня вечером меня уже не будет, не переживай, — Слуга шоркает в сторону выхода. — Подожди, — Фриск подрывается с места, когда понял, что имеет ввиду Чара. Он останавливает того прямо у двери, схватив за руку, и крепко сжав её в своих. — Послушай меня, пожалуйста. — Да что мне тебя слушать? Тебя слушать теперь принцесса должна! А я тебе никто и никем не был! Так, раб уличный! — Чара вырывает руку, но его тут же притягивают за ворот жилетки и впиваются в губы. Хотел бы Чара отпрянуть, но чего уж, эти губы были самыми сладкими и опьяняющими на свете лекарством. Он выдыхает, и выпрямляется, когда его отпускают. — Ты.. хотел сделать мне предложение? — слабо улыбается Фриск. — Да.. хотел, — акцентирует Чара и отводит взгляд. — Но какой толк теперь? Ты женишься на принцессе.. и я тебе больше не нужен. — Ну вот кто сказал тебе это? — Фриск тяжело вздохнул и мягко повёл Чару ближе к столу, медленно и плавно. — Ты, Чара, думаешь, что брак только по любви, верно? Слуга лишь кивнул, взглянув на юношу. — А во дворце не так. В высших слоях общества брак, обычно, по расчёту. Деньги, наследство, власть... Вот и сейчас брак такой же. Чара лишь хмурится - в голове не укладывается. — Вот, — Фриск забирает коробочку со стола и вкладывает её в ладонь парня. — Забери и сделай мне нормальное предложение. Как в любой другой нормальной паре. — А мы что, нормальная пара? — тот зыркает на Фриск, — Нет, — Фриск слабо усмехнулся, — но что мешает нам быть хотя бы немного похожей на них? — Тот факт что у тебя будет жена? — бурчит алоглазый и взгляд отводит. — Ну почему ты не понимаешь, — Король обречённо вздыхает, — что это политический брак? Ради перемирия государств. Я буду видеть ее максимум два раза в год – она будет приезжать ко мне на день рождения, а я к ней, и то из дани уважения союзу, не более! — Обещаешь? — спрашивает Чара тише и жалостливее. — Обещаю, — кивает тот и протягивает руку с оттопыренным мизинцем. — Мы что, — Слуга слабо усмехнулся, — дети? — Ну, ведёшь ты себя как исключительный ребёнок, — посмеялся Фриск, на что в ответ получил фырк, но мизинец ему всё равно крепко пожали. — Сегодня без поцелуев. — Посмотрим, кто первый нарушит слово, — Фриск щурится, прекрасно зная, что это будет сам Чара – тот слишком любит целоваться. Так и произошло ближе к вечеру, когда возле дверей в покои Короля его остановили и впились в губы жадным поцелуем с тихим: «мой», а следом нарушитель убежал к себе в комнату, под тихий смех Его Величества.

***

Следующее утро началось раньше положенного совершенно случайно: Чара наблюдал за рассветом через окно, подставив стул, и к нему тихонько постучались. А в приоткрытую дверь выглянула сонная макушка. — Спишь? — спрашивает хрипло Фриск. — Нет. Заходи, — улыбается Чара и хлопает по коленке неосознанно. Приглашённый заходит, прикрывает дверь и подходит к хозяину комнаты. И действительно садится на колени к нему, закинув предварительно свой плед также и на плечо Чары. Тот укутывает их обоих нормально, и прижимает к себе юного правителя. — Красиво, — шепчет Фриск, словно снова сейчас уснёт. — Красиво, — соглашается Чара и опускает взгляд на Фриск. — А вот ещё красивее. И в отличие от заката - тебя можно увидеть не раз в сутки, — хихикает он, получая в ответ чуть смущённую спросонья улыбку. — И запомни, Чара, — Фриск и сам поворачивает голову, протянув руку и взяв Чару за подбородок, от чего у того пробежали лёгкие мурашки. — Чтобы тебе от меня уйти, придётся сделать что-то невообразимое. Я такое же постоянное, как и солнце, и тебе от меня не убежать, — он тянется и оставляет мягко касание губ в уголке чужих. — Тогда.. я буду сидеть сложа руки, — улыбается тот, и целует сам, уже более откровенно. Чара молчал всего минут десять. И затем, прижав к себе Фриск крепче, спросил тихо-тихо. — Ты выйдешь за меня? — Выйду, — кивает Король с улыбкой, уже пригревшись на плече возлюбленного, закрыв глаза, — и буду носить только твоё кольцо. А после брака с принцессой её кольцо выкину. Скажу что просчиталась с размером и оно потерялось, — следом носом утыкается в родную шею. — Идём спать, Чар. — Идём, — Чар и сам улыбается. Самое нелепое предложение, которое можно было сделать. Но он услышал главное - «Выйду». Уже через несколько минут это «выйду» превратилось в «лягу», и оба парня устроились на мягкой постели в объятиях друг друга, бессовестно проспав до обеда.

***

Весна. Она встретила молодожёнов с распростёртыми объятиями, позволяя принцессе и Королю поженится на улице и отпраздновать пиром семейств. Со стороны Фриск же сидели главные в его Дворце, как самые близкие люди, и, конечно же, Альфис с Чарой. Последний смотрел с улыбкой - нет, ему не нравилось торжество. Просто он знал, что самолично снимет кольцо сегодня вечером с пальца Фриск. Таким произошло - кольцо принцессы быстро отправилось в самый нижний ящик комода, и его место заменило обручальное кольцо Чары, которому Фриск всё никак не мог нарадоваться. — А почему оно фиолетовое? — спрашивает Король, удобнее устроив голову на плече любимого. — Ну, это твой цвет. Твоего государства. А вообще.. если смешать цвета наших глаз - будет фиолетовый, — улыбается Слуга, пожав плечами. — Как мило, — Фриск усмехнулся и поднял голову, чтобы поцеловать Чару в щёку. Затем, чуть подумав, смотря в радостные глаза напротив, он встал с постели. Лязг, и лицо Чары снова поднимают кинжалом. Тот лишь слабо усмехается, прекрасно зная, что Король его не ранит и в следующую секунду на него смотрит рукоять оружия. — Ты.. отдаешь мне?.. — теперь он хмурится, и Фриск перед ним садится на одно колено, — подожди... Ты настолько мне доверяешь, что отдаёшь фамильный кинжал? — Ты отдал мне руку и сердце. Так пусть в этой руке будет мой кинжал, — Фриск смотрит с искренней любовью и доверием, — а сердце пылает огнём чувств. Чара смотрит на него теперь также долго, целую минуту, и поджимает губы, не в силах скрыть улыбку. Он аккуратно забирает оружие и притягивает к себе юношу, усадив на колени и впившись в губы этим самым чувственным поцелуем.

***

С тех пор место королевы в тронном зале нагло занимает Чара. И носит он такую же фиолетовую накидку, как и Король, а ещё... — Кажется тебе очень нравилась эта корона? — Фриск протягивает ему корону принца с рубином. — Да.. так, подожди, — Чара усмехнулся, взяв корону в руки. — А мне всяко другую нужно. Это - корона принца, а я - король, — подмигнул Фриск, прячась за бумажками за столом. А Чара опускает взгляд на корону, на которую чуть больше полугода назад мог только смотреть, и с улыбкой вздыхает. — Спасибо, мой Король.