Луна по соседству

Нежные, полные искренности глаза согревали своим теплом растаявших ледников, даруя что-то давно утраченное, сопровождали блондина в сновидениях до самого восхода солнца, мелькали так же гибкое тело полное изящности, трепетные руки, напоминающие материнское тепло, заросли густых волос, цвета чернил на бумаге. Всё это, успело стать для юноши буденностью, с которой он встречался каждый день, но каждый раз, он будто первый. О ком же эти строки, спросите вы? Они о дне и ночи, о солнце и луне, сменявших друг друга, но так прекрасно дополняя. Улыбки не сходили с их лиц, даже сейчас, пробуждаясь, блондин уже светился радостью о новом дне. Нежась в постели, он вдруг учуял стук тяжелых капель о стёкла окон, протерев глаза он наконец проснулся, выныривая из мира грёз. Вставая с кровати, он медленной походкой направился к кухне, где по привычке стоял аромат свежей выпечки с нотками пряностей, и кофе с молоком. Конечно же здесь был он, тот, кто есть ночь, кто есть луна, он. Непослушные пряди волос всё никак не хотели приводиться в порядок, создавая образ одуванчика, но даже это не помешало солнцу обрадоваться следам присутствия его луны. Присев за миниатюрный кофейный столик и с интересом обратив свой взгляд на плетёную корзинку устеленую белоснежной салфеткой, на которую были с любовью выложены его любимые синнабоны с цедрой апельсина, притрушенные сахарной пудрой, рядом с этим творением исскуства стояли фарфоровяе чашка с блюдцем, расписанные прекрасными синими цветами с орнаментом. Вдохнув аромат исходивший от сего чуда, парень прикрыл глаза, томно вздохнув. Как же он любил, вот так просыпаться, зная что на кухне его ждёт очередной кулинарный шедевр, от лучшего в мире соседа, что не сравнится ни с одним величайшим кулинаром этой Вселенной. Дождь всё не переставал отбивать своевольные мелодии по подоконнику, навевая ощущение спокойствия, расслабленности и приятной прострации. Лишь откусив кусочек столь желанного лакомства, блондин вернулся мыслями из соседнего домишки, где был тот, кто заставлял его ротовую полость ликовать с каждым укусом всё больше, в своё, немного по детски небрежное жилище, что стало для него очагом спокойствия и защищённости, в прямом смысле слова, дом. Вдоволь насладившись сладостью выпечки, что граничила с терпкостью кофе, в котором было строго ложка сахара и треть чашки молока, в рецепте ничего не менялось, как и в жизнях юношей, вдруг нашедших друг друга. Ежедневная стабильность их ничуть не тяготила, не утомляла, она была словно разновидность эйфории, приятной эйфории. С самого пробуждения, расслабленная полу-улыбка не сходила с лица юноши, сопровождая его и при утренних процедурах, и при укладке волос в свободную косу, и при подборе одежды. В одежде, блондин предпочитал разнообразие и пёстрость, одним словом, солнце. Сегодня выбор его пал на брюки, цвета какао, пояс с золотыми бусинами и свободную белую рубашку молочного оттенка. Посмотревшись в зеркало блондин остался доволен, вот только чего то не хватало.. - ах да, - как же можно забыть о льняном галстуке, с вышитыми подсолнухами на нём. -теперь уж точно готов.- Собравшись, он ухватился за зонт подаренныйим, и открыв двери выдвинулся в путь к соседнему домику. Дождь лил как из ведра, не оставляя не промокшим ни единый и маленький участок земли, пропитывая землю и даруя всем этим цветениям шанс на хоть и короткую, но всё же, жизнь. Шагая по дорожке выложеной камнями разной формы, блондин восхищался сему явлению природы, подставляя ладони на встречу тёплым каплям воды. Начиная с той встречи, он научился радоваться всему, грусть, печаль, тоска, все эти чувства давно позабылись им, оставив место лишь для наслаждения прекрасной жизнью, с таким же прекрасным человеком. Путь к его цели был не далёк, очень даже короток, но как же можно вот так просто взять, и не полюбоваться миру в котором живёшь. Беды, страхи, смерти, войны- нет, не слыхали, всё это проблемы других, живущих далеко, здесь о таком даже не думают, ну или предпочитают не думать. Зонт защищал идущего под ним своим прочным каркасом, не давая и капле сомнения просочиться под его покровы, ведь зонт был от него.Тропинка по которой шёл юноша вела чётко к нужному ему дому, на крыльце которого уже расслаблено сидел тот самый человек, даровавший ему весь белый свет, абсолютно весь. Веки приопущены, глаза перебегают от строчки к строчке книги, что лежала в его руке, другой он опёрся о быльце кресла, свесив на неё голову. Рядом с ним стояло ещё одно кресло, на котором предусмотрительно лежал тёплый плед с ягодками. Брюнет мирно сидевший в кресле-качалке, чуть было не заснувший, лениво потянувшись, отложил книгу на небольшой деревянный столик с кружевной белой скатертью, затем откинулся на спинку кресла и поднёс руку к лицу, массируя уставшие от чтения веки. Похоже он не выспался, пронеслось в голове у блондина, что с улыбкой стоял у небольшой аккуратной калитки, наблюдая за этим чудом. Тем временем, темновласый наконец заметил присутствие его любимого солнца, что так и светится в этой непогоде своей красотой и изяществом. Улыбка расцвела на ранее серьёзном лице, и подняв руку он жестом указал на место рядом с собой, специально приготовленном заранее. Джорно же больше не медлил, открыв калитку он нетерпеливо зашагал к своей луне, расплывшись в такой искренней и любящей улыбке. Когда же он взошёл на ступени крыльца сложив, оставил зонтик на подставке, развернулся и медленно подошёл к креслу Бруно вплотную. Широко раскинув руки он неосознанно перекатился с пяток на носочки и обратно, всем своим видом показывая что ему сейчас необходимо. Конечно же брюнет всё понял и без слов, поднявшись на ноги, он сделал шаг и заключил в обьятиях его маленькое солнышко, что от его влияния из серьёзного взрослого юноши, превратилось в мягенького золотистого котёнка.