Ave revius et revivus

Скотт дал очередное задание. На этот раз Лололошке предстояло убить 10 гарпий. 10, мать их, гарпий. И он почему-то не отказался. Просто улыбнулся, кивнул, и отправился в Санкхо-гол. Без плана, без понятия, как он будет выполнять это поручение, без уверенности в успехе, без варианта 'сдаться'. Джон влиял на него, слияние приносило и некоторые плюсы, но... Впервые Лололошке не доставало слияния и Джона внутри себя. Что-что, а личные границы Джон пожалуй отстаивал даже слишком хорошо. А Лололошка стоял и обречённо смотрел на сидящую на камне гарпию. Парень вздохнул и бросил в гарпию нож. Она взвилась в воздух, мерзковато крича, крутнулась, и ушла в пике, атакуя отчаянно машущего мечом противника. Лололошка ударил. Попал. В следующий раз не попал, к тому же растерял половину метательных ножей. Пришлось уходить. Спустя бесчисленное множество тактических отступлений, он выработал-таки тактику. Гарпии умирали одна за одной. Осталось всего три, и можно было возвращаться к Скотту. Однако оглянувшись в поисках восьмой жертвы, Лололошка внезапно осознал, что заблудился. Санкхо-гол становился не столь красным, не столь ровным, а на горизонте справа виднелся печально известный храм. Вспомнив о наличии у себя скинта сновидений парень развернулся спиной к храму и быстро зашагал в неизвестность, слабо оправдывая это для себя гарпиями. Может он уже и не видел треклятое строение, чувствовал, как оно прожигало ему спину, и лишь ускорялся и ускорялся. Возможно, оно уже и скрылось из виду, но память и безрадостные мысли успешно справлялись и сами. Из неприятных дум его вырвал крик гарпии. Оу, он уже и забыл о них. Нож в кармане, меч наготове, фиал жизненной силы почти полон - хоть отвлечется от страданий. Но тут он услышал предсмертый визг гарпии и шлепок - гарпия упала. Поднял голову (боже, он ещё и шел с опущенной головой, ужас - о, а вот и влияние Джона, когда не просят) и встретился с алыми глазами. Было отошедшие воспоминания нахлынули ещё хуже. Лололошка просто замер и глядел на багрянника, который просто глядел на него в ответ. В ярко-красных глазах не читалось абсолютно ничего. Красный плащ, как у всех багрянников, рост даже чуть выше, чем у Шангрина. ―Приветствую тебя, о достойный ― сообразил что нужно что-то сказать Ло. ― Неужели в этот мир каким-то чудом занесло вежливость? ― насмешливо спросил багрянник. "Да просто я к вам с граблей," ― подумал Лололошка, ― "чудом в тот раз не помер, да, понимаете..." ― Чтож, редкая ты зверушка... ― продолжил красноглазый, ― Я даже тебя не трону. ― Благодарю. ― сказал парень, и уже было собрался убраться по добру по здорову, но тут щелкнуло, память заскрипела шестерёнками и в голову пришла некая недосформированная идея. ― А правдивы ли рассказы о силе и могуществе багрянников? Красная фигура помедлила, и последовал вопрос в лоб: ― Ты меня на что развести хочешь? ― в голосе проступало опасное стрекотание, ― Я проявил несвойственное нам, багрянникам, милосердие, и чем же мне отплатил ты? ― Мне просто было интересно, хватает ли мощи багрянников на- ― Ты пытаешься взять меня на слабо?! "Ах ты, жучара, что ж ты умный сильно!" ― мысленно взвыл Лололошка. ― -на воскрешение? ― предпринял попытку закончить начатое парень. Багрянник издал не обещающий ничего хорошего рык. ― Хватает. Но в этом конкретном мирке не хватит жизни на то, чтобы такое проделать, нужна воля целого населённого мира, а то и двух. Я удовлетворил твое любопытство, а теперь умри! ― Качество или количество? ― Что? ― Занесённая рука с огненным шаром остановилась, ― Это что, самоуверенность или наивность? Спешу тебя огорчить, хоть твоя воля сильнейшая из всех, что я здесь встречал, но даже если у каждого в этом мире будет столь же сильная, как у тебя, не хватит. ― Послушай... Ты ведь меня сейчас убьёшь и дальше заберешь мою волю себе, так? ― Ло не был уверен, что он делает, но интуиция говорила, что он действует правильно. ― Так почему бы тебе не поменять порядок действий? ― Ты задаешь столько вопросов, что это начинает меня забавлять. ― Багрянник убрал огонь и сложил руки на груди. ― Зачем тебе это? ― Мне говорили, так воля будет сильнее. ― Это же кого ты так хочешь воскресить? ― фыркнул красный. ― Чертовщину тебе он наговорил. ― Так или иначе, не стоит ли попробовать? В конечном итоге, какая разница-то? Ты ничего не теряешь, ― Ло включил убеждение на полную мощность. ― Что-то ты мутишь... ― пробормотал багрянник, ― Хуже будет, разве нет? ― Нет, я всё ещё пытаюсь уломать тебя на воскрешение. Но даже если будет хуже, волю ведь можно вернуть и забрать заново. ― хоть бы память не подвела... ― Слышал я уже твою теорию бредовую... Но в целом ты прав, это не необратимо, так что могу удовлетворить твоё любопытство... Или последнюю волю. Лололошка кивнул в благодарность и преклонил колено. ― Повторяй слова ритуала за мной, буква в букву...

***

― М-матерь первая! ― Багрянник чуть вздрогнул, посмотрел на свои руки, на Лололошку, снова на свои руки. ― Это не может быть- Это его ересь, это- Да это просто смешно! Я лишь ошибся в ощущениях, это вероятнее, да...

***

Сумеречно небо сна разразилось красной вспышкой. Невер подумал на Джона, Альфред подумал на Отца, Балсмег с Беренгарием и Гимлином уже ничему не удивились, дети не подумали ничего внятного, но очень испугались, а Джон... Джон понял, что происходит. ― Ascendio! Ascendio! ― голоса с небес стали сопровождать каждую вспышку. Впышки не были частыми, но успешно превращали сон ещё одного Лололошки в кошмар. ― Идиот!!! ― Взвыл Джон и рванул к скинту, пробегая некультурно послал обратившегося к нему Невера по известному адресу, и на ходу пытался мысленно докричаться до Ло: "ТЕБЯ ГДЕ НОСИТ, ДУРАКА КУСОК??!?!!" ― Ave! Ave! Ascendio!

***

Лололошка поднялся с колен и поморщился. Отвечать Джону или нет он решит тогда, когда багрянник соизволит успокоиться и выдать свой вердикт. Он, кажется, уже закруглялся. Ругаться он уже стал себе под нос и стал выглядеть всё задумчивее и задумчивее. Лололошка сел рядом с ним в любимую Джоном позу лотоса и попытался осознать, что только что произошло. Он отдал волю. Свою собственную волю. Ради призрачной надежды. Он не жалел о произошедшем. Дальше его размышления не зашли, из мыслей его вырвал голос багрянника. ― Вероятно, я ошибался. ― вздохнул тот. Лололошка поднялся и устремил взор на говорящего. Багрянник помедлил немного и произнёс ― Морнх'мрикст'нкрилл. Морнх'мрикст'нкрилл окинул Ло придирчивым взглядом и поправился: ― Можешь называть меня Морилл. ― Приятно познакомиться. Меня зовут Лололошка. ― "да прекрати уже орать, Джон, я на границе Санкхо-Гола, от храма налево." ― Ты помог мне прозреть, Лололошка. Это... Заслуживает некоей благодарности. Я могу воскресить кого бы ты ни хотел возродить. Мне нужно место, где находится тело и обозначение, кто. Лололошка кивнул, и двинулся в сторону храма. Он было хотел назвать имя, но... ― Нет, чёрт, я не могу выбирать кому жить, а кому нет! ― бормотал парень, ― Как я могу выбрать между Шангрином и Марком? Они ведь оба мои друзья! ― Погоди... Под Шангрином ты имеешь в виду... Шандр'гралла'дтрина? ― внезапно спросил Морилл, ― ты умудрился подружиться с багрянником? ― Да, его, и да, умудрился. ― Ло всё ещё думал о том, какой выбор на него свалился. ― Он мёртв? Мне есть что ему сказать... Я бы и сам воскресил его, будь у меня сила... Сила есть. "Выбор сделан за меня. Рад ли я?" ― додумать мысль он не успел – на горизонте появилась быстро приближающая фигурка. ― Лололошка, ты идиот и кретин!!! ― без предисловий начал Джон метров за 15, приближаясь, словно штормовая туча. ― Чем ты, мать твою, здесь занимаешься?! Забыл, чем продавания душ и воль чреваты?! ― Джон поровнялся с ними и заехал Ло по уху ― Так я напомню!!! Кошмары!!! Кошмарными снами!!! И это только начало, но сейчас я о том, что сам будешь объяснять своим квартирантам, что это такое!!! Лололошка не отвечал. Он лишь шел к храму, с решимостью в глазах и без сожалений.

***

По дороге к храму все жуки, слизни и прочая нечисть безжалостно уничтожалась Мориллом ― как он объяснил, нужна не только воля, а и кровь. И вот, строение предстало перед троицей во всей красе. Высокие, будто висящие в небе потолки. Черные, серые и красные камни, странный, но красивый стиль ("будто бы перемешали готику, барокко и стиль 'накидали чего попало и пошли пиво пить'," ― определил Джон). Всё это создавало величественную атмосферу, вызывало благоговение. И безбожно воняло дохлятиной. ― Здесь. ― произнес скорее не вопросительно, а утвердительно багрянник. ― Здесь. ― потдвердили чуть успокоившийся Джон и непоколебимый Лололошка. Морилл помедлил и, склонив голову, забормотал что-то на родном языке. После он выпрямился, произнёс "Mater" и вошел в храм. В центре зала лежало тело Шангрина, из его разорванной груди торчал путеводный скинт, чуть дальше виднелся могильный камень Мрк'грш'траклара. ― Я... Недооценил масштабы проблемы. ― Пробормотал Морнх'мрикст'нкрилл. ― Тело почти разорвано пополам, а другой Возносился, не говоря уж о том, что он тоже багрянник. ― Ты... Собирался вернуть и Марка тоже? ― Один в благодарность, другой – для себя и тараканов в моей голове ― Морилл, скорее всего, не сказал бы столько в другом случае, но сейчас он явно находился под впечатлением от новообретённой силы и открывшихся возможностей. ― Но, это я собирался. Сейчас крови едва хватит, а воли – недостаёт. ― Сейчас будет, ― сообщил Джон и ушел скинтом.

***

― Laudare Morill! Ascendio! Nihil! ― звучали голоса с небес в такт вспышкам. Джон оглянулся. Невер сидел у скинта, скрестив крылья на груди. Остальные собрались в домике Беренгария. Поманив ворона за собой, он направился туда же. ― Господа соседи! Есть несколько новостей, касающихся данной ситуации. Все взгляды устремились к Джону. ― Начнём с того, что то, что сейчас происходит – это, по сути, Лололошке снятся кошмары. Причина им – отданая воля. А сейчас главная новость: Балсмег готовится съезжать! ― Джон любовался произведённым эффектом. Невер приоткрыл клюв. Гимлин ошарашенно-недоверчиво уставился на дом Марка. Беренгарий приподнял брови и улыбнулся. Альфред, Валин и дети-дворфы решительно ничего не понимали. Балсмег тоже решительно ничего не понимал, но уже очень недовольно. Насладившись реакцией, Джон продолжил, ― но с возвращением нашего дорогого друга Мрк'грш'траклара есть некоторая проблема. Начнём издалека. На что вы готовы для его возвращения? ― На многое, ― осторожно ответил за всех Гимлин, не понимая, что от него хотят, ― можно даже сказать – на всё. Повисла пауза. ― Лично для Невера вопрос звучит чуть иначе. На что ты готов, чтобы выжить Балсмега из дома Мрк'грш'траклара? ― посмеялись все, даже сами Балсмег и Невер. ― Короче. Нужно отдать волю-другую на возвращение Мрк'грш'траклара. Чем больше воль, тем больше шансов. Возможно, если будет достаточно воль, удастся вернуть этому измерению отсутствие гласа с небес и светометеорологических эффектов. Есть добровольцы? ― Джон глянул на всех поверх очков. ― А, могу ли полюбопытсвовать, в чём заключается передача воли? ― спросил Беренгарий. ― Некоторые психологические отклонения с немедикаментозными методами лечения, возможные неприятные сновидения, но в целом больше ничего. ― ответил JDH, ― Добровольная передача ограничивается данными малозначительными эффектами. Ну так что?

***

Когда возле скинта появились зелёные частички пустотной магии, Лололошка с Мориллом успели подготовить тела к ритуалу, оттащить их от центра зала, обсудить историю взаимоотношений Лололошки с Шангрином, доубивать Скоттовых гарпий и поговорить о населении Архея. И вот, наконец, в зелёных частицах появились Гимлин и Невер, а следом, в желтой вспышке возле скинта возник Джон. ― Ещё хотел прийти Беренгарий, но на нём и так держится весь сон от того, чтобы поехать кукушкой, ― самодовольно сообщил вновь пришедший мироходец. Он приопустил очки, взглянув на багрянника, ― Этого хватит, Морнх'мрикст'нкрилл?

***

Тело Марка взмыло вверх, чуть не ударившись в потолок. Красный луч магии, исходящий из руки Морилла, пронизывал Марка, так, что он будто светился изнутри. Другой луч окружал его хитросплетеной сферой. За спинами обоих багрянников вырисовался сложный символ, который мерцал и искрился. Первый луч, из руки Морилла, медленно начал уплотняться. Сфера начала вращаться с медленно возрастающей скоростью. Символ стал гореть спокойнее, но ярче. Багровые лучи, исходящие из сердца Марка, стали видимыми. Напряжение нарастало, его уже можно было разрезать ножом. Потом, в какой-то момент, всё потухло и Мрк'грш'траклар плавно опустился, поднимая в воздух пыль. Все, кроме возможно Морнх'мрикст'нкрилла, задержали дыхание. Марк шевельнулся, пробормотал нечто невнятное и, наконец, поднялся. Долго соображать, где он и что происходит, ему не дали – на нём повисли с обьятьями Лололошка и Гимлин. Невер и Джон, втайне, тоже хотели бы присоединиться, но сочли это излишним проявлением счастья. Спустя пару минут бурного проявления радости, Гимлин остался пересказывать Марку события, которые тот пропустил, а Лололошка подошел к Мориллу, который уже занялся возрождением Шангрина. Снова были лучи, сфера, символ и, наконец, багрянник поднялся. ― Odi Patrem, hypnotist malum! Quam fortis est voluntas eius! ― Лололошка не понимал слов, но был уверен, что Шангрин ругается, может быть даже очень некультурно. Морилл собрался с мыслями: ― Шандр'гралла'дтрин. ― Морнх'мрикст'нкрилл. ― Я, возможно, ошибался. Добровольное согласие правда сильно́. Считай, что у тебя появился первый последователь. ― Морилл слегка поклонился, ― Ave revivus. Шангрин улыбнулся. ― Ну, предположим, на данный момент "Ave revivus" стоило бы сказать мне, Возродитель здесь ты. Однако я восхищён твоей готовностью признавать ошибки. Два багрянника ушли, переговариваясь, вглубь храма. Джон убрался в сон, как он сказал, описать в общих чертах Балсмегу ситуацию. Невер изо всех сил делал вид, что он не учавствует в разговоре Лололошки, Марка и Гимлина. Спустя где-то киаф багрянники вернулись и Морилл отозвал Ло в сторонку. ― Я поговорил с Шандр'гралла'дтрином и пришел к решению... ― багрянник собрался с мыслями, ― Вернуть тебе волю. ― Что? Морнх'мрикст'нкрилл не ответил. Он просто проделал несколько пассов руками, вокруг Лололошки закрутилось алое искрящееся кольцо. Покрутившись немного вокруг ошарашенного мироходца, кольцо просто исчезло, и он почувствовал, что может дышать спокойно. ― Вот и всё. Твоя воля теперь твоя всецело. Не смею задерживать Шандр'гралла'дтрина, он тоже хотел перекинуться с тобой парой слов. Шангрин стоял чуть поодаль, наблюдая за их взаимодействием. Когда Ло подошел к нему, он улыбнулся чуть шире и потрепал парня по волосам. ― Занятный ты парень, Лололошка... Вот уже второй раз я падаю, и второй раз появляешься ты и вытягиваешь меня назад. Я ведь уже сдался. На момент своей смерти я утратил веру в себя и в то, что смогу кого-либо переубедить. И тут появляешься ты и приводишь Морнх'мрикст'нкрилла. Морнх'мрикст'нкрилла, который заявляет, что он принял моё учение. Морнх'мрикст'нкрилла, который забрал несколько добровольных воль. Морнх'мрикст'нкрилла, который меня воскресил ради того, чтобы мы вместе продолжали нести свет багрянникам. Морнх'мрикст'нкрилла, который нарёк себя моим первым последователем, хоть раньше и насмехался. Я не знаю, как тебе удалось переубедить его, Лололошка, но я восхищён тобой и вдохновлён вновь пробовать достучаться до своей расы. Открой мне, как тебе удалось его убедить? ― Да я не то чтобы его убедил что воля, отданая добровольно лучше и так дальше, я только убедил его, что если он попробует забрать мою волю, то ничего плохого не случится. ― Ло пожал плечами, ― За меня всё сделало его любопытство. ― Это... Может сработать. Найти того, кто сможет предложить другим багрянникам волю за просто так, и тогда... Да, да, вот только кто... ― Шангрин вышел из транса и обратился к собеседнику, ― Лололошка, ты не хочешь поучавствовать в обращении багрянников к свету? ― Я бы с радостью, вот только я ещё в этом мире не закончил свои дела... Да и за Джоном надо-бы приглядывать, ― мироходец виновато развёл руками, ― так-то я бы рад помочь, но Джон говорит, что если мы здесь не остановим Отца, то хаос грозит всем мультивселенным и реальностям. ― Да, Лололошка, поистине ты дивный человек... Уважаю, восхищён. Удачи тебе, Лололошка, надеюсь, ещё свидимся. За сим откланяюсь. Багрянник взмахнул рукой, намереваясь колдовать, но не произошло ничего. Шангрин нахмурился. ― Я что, не способен к сангвимантии? ― не веря, будто бы не вслух произнес багрянник. ― Добро пожаловать, ― фыркнул стоящий недалеко Мрк'грш'траклар. ― Может, это последствия Возрождения? ― предположил Ло, ― ты всё-таки умер. Спустя пару рассинхронизированных пассов руками, Марк и Шангрин в один голос заключили: ― Вся магия пропала. Мрк'грш'траклар подошел к скинту, после чего сообщил, что даже по мирам ходить больше не может. Решив, что это всё же от воскрешения, багрянники слегка успокоились, и на этот раз Шангрина увёл "побеседовать" уже Марк. Лололошка понадеялся, что он сможет убедить своего брата по несчастью, что у него всё и без сангвимантии получится, и устало уселся возле скинта, пытаясь осмыслить, что только что происходило.

***

― Я не люблю повторять, ― Джон начал выходить из себя, ― Балсмег, у тебя есть выбор: либо ты уходишь из сна, либо ты начинаешь платишь за жильё и как-то уж терпишь конкуренцию. Из сна я могу тебя вернуть хоть туда, откуда взял, хоть в лагерь выживших после Эшхолда, хоть ещё куда. ― Дык ты ж говорил, что не осталося от Эшхолда никого! Если там кто-то выжил, то может и кенты мои остались! Хоть с орками наконец поболтаю, а не вот это вот. Давай свой лагерь. Джон устало выдохнул, и без предисловий начал ритуал. Отправив Балсмега к лагерю выживших, мироходец встряхнулся, сделал колесо и повернулся к жителям сна. ― А теперь вторая часть марлизонского балета. Сейчас будет порадостнее.

***

Пришло время прощания. Марку на прощание было подарено несколько фиалов крови Морилла, чтобы он мог уйти из Архея в случае чего. Шангрин поздравлял Ло с излечением от потери памяти. Невер наконец собрался, и сказал Марку, что считает его своим другом. Наконец, когда прощальные слова были сказаны, а обещания найти друг друга на просторах мультивселенной и встретиться даны, Лололошка начал ритуал переноса в сон. В этот раз было сложнее, чем во все предыдущие, ведь переносил он сразу троих. Но он справился. Во сне около скинта появились в зелёных частичках Марк, Невер и Гимлин. Следом в золотых искорках появился Ло. Первым, что они увидели был огромный висящий в воздухе плакат, гласящий "С Днём Возрождения, Марк!!!" и изрисованный радостными рожицами, явно детского исполнения. Не успел никто спросить "что за...?", как сзади раздалось: ― СЮРПРИИИЗ! ― Из-за дерева Невера встали-выпрыгнули все обитатели сонного измерения. У Беренгария в руках был торт, у детишек хлопушки, которые немедленно были хлопнуты, а Джон сам светился, как новогодняя ёлка. Все захлопали, даже новопришедшие подхватили. Джон прокашлялся, и все хором запели: ― С Возрожденьем тебя! ― С Возрожденьем тебя! ― Ло, Гимлин и Невер подхватили. ― Поздравляем, тебя, Мааарк, С Возрожденьем тебя! Марк замер, потрясённый, а потом улыбнулся и – возможно, впервые в жизни – прослезился.