1 глава
19 ноября 2024 г., 19:57
Ее окружал лес. Холодный, темный, окутанный плотным, точно сметана, туманом, пробирающимся своими призрачными холодными щупальцами под одежду. Кривые ветки деревьев торчали со всех сторон, точно изломанные жуткие лапы, тянущие свои узловатые пальцы прямиком к ней, а голые верхушки уходили далеко в небо, почти закрывая собой темный небосвод, на котором красовалась лишь жёлтая, будто бы пластиковая блестящая луна.
Тело сковывал жуткий холод, мышцы ломило, пальцев рук и ног она не ощущала, лишь пялилась куда-то в черноту чащи, плотно сжимая сухие губы в нервном ожидании. Она не одна…опять не одна. Этот чертов лес не отпускал, манил к себе волчьим воем, тянул, звал, точно она нужна была ему. Женя из раза в раз боролась с этим желанием, хорошо помня, что им с Ромой пришлось пережить в ту роковую ночь на поляне, помнила изломанные останки одноклассницы, собственный страх и жуткую козлиную морду зверя, чья клыкастая пасть едва не сомкнулась на собственном горле.
Как она оказалась тут…почему? Помнила ведь, как ложилась вечером спать в собственную кровать, перед этим плотно закрыв окно.
Оглянувшись, Женя неловко оступилась, чувствуя, как голая ступня натыкается на что-то холодное, влажное и липкое, точно грязь. Несмело опустив взгляд, она едва не вскрикнула, сжимая трясущиеся от холода губы ещё плотнее. Под ногами чавкала кровавая каша вперемешку с прелой листвой и снегом. Ошметки гнилой плоти, запекшейся стухшей крови и волос чвакали под ее ногой так громко и противно, что Чернову тут же замутило. Она отскочила в сторону все ещё ощущая кожей мерзкую кровавую мешанину. В панике рухнула на спину, к собственному ужасу понимая, что вся земля под ней — кровавое месиво из тел, припорошоное снегом и листьями.
Руки и ноги начали увязать в кровавом месиве, рвотный ком застыл где-то в горле, мешая дышать, желудок свело спазмом, в нос ударила вонь. Пахло смертью, кровью, пахло тухлятиной…она хорошо знала этот сладковатый смрад, который оседал на лёгких и ещё долго потом не покидал собственного тела.
—Черт…—месиво тут же начало стремительно ее втягивать в себя, точно болото,чавкая и пузырясь. Женя, вопреки своим привычкам, громко закричала, чувствуя, что на глазах наворачиваются слезы. Ей было нечем дышать, руки и ноги отказывались двигаться, а кровяная каша все быстрее смыкалась вокруг нее, пожирая, окутывая, точно кокон. Почему она здесь?! Почему одна? Где ребята? —Помогите! — непонятное месиво слишком быстро дошло до лица, заставляя запрокинуть голову, в панике пялясь на ночное небо. Грудную клетку сжимало тисками, стало ещё холоднее. И Чернова громко зарыдала, в голос, так громко, как могла, глотая вместе с маленькими порциями холодного воздуха собственные слезы.—Помогите! По...могите! Кто-нибудь…Рома? — имя друга пришло на ум первым. Худое лицо хулигана появилась перед взором, точно мираж, тут же рассеиваясь. Он бы помог…они же друзья. Он никогда не бросил бы её тут.
Кровавая каша подступила к носу, плотно прилипая к губам и щекам, затекая в глотку, уши, пробиваясь внутрь, точно мерзкий слизняк, скатываясь по пищеводу вниз, принося с собой мерзкий вкус гнили и тухлых листьев. Женя в отчаянии закричала, чувствуя, как уходит куда-то вглубь с головой.
—Рома…—Женя подскочила на собственной кровати, хватаясь трясущимися пальцами за одеяло. Все тело сковал страх, грудная клетка часто вздымалась вверх, кожу покрывала липкая холодная испарина. Она тут же огляделась, понимая, что ей просто приснился кошмар.
Во рту будто бы ещё стоял отвратительный привкус гнили, трупный запах, казалось, окутывал ее с головой. Женя брезгливо сморщила, сглатывая вязкую слюну и морщась. Велес — ее верный пёс, тут же поднялся со своей лежанки, подходя к постели хозяйки и укладывая свою большую черную морду на ее колени. Чернова машинально вцепилась ледяными пальцами в густую шерсть, только сейчас понимая, что все это время не дышала, в напряжении задерживая дыхание и прислушиваясь к шуму их с бабушкой дома.
Опять кошмар…пропади все пропадом. И лес этот, и деревня и…то, что водилось в лесу, все ближе и ближе подбирая к домам, протягивая длинные лапища, цепляясь за живых, точно паразиты.
Женя тяжело вздохнула, переводя взгляд на часы. Четвертый час…уже не уснет. Велес под ее руками тихо заскулил, заглядывая в лицо хозяйки, от чего она мягко улыбнулась, почти заставляя себя расслабиться. Все хорошо…в доме они в безопасности. По крайней мере, так она хотела думать. Она хорошо помнила, как на задний двор пришел нежданный гость. И тоже ночью. Волчок…в гробу она этого волчка видела.
Не собираясь и дальше потакать собственным страхам, она поднялась с кровати, осторожно ступая на выход из комнаты. В горле пересохло так, что язык едва ли не присох к небу, нужно было попить воды.
Ступеньки, ведущие на первый этаж, привычно скрипели от каждого осторожного шага. Пёс остался в ее комнате, деловито укладываясь рядом с подушкой хозяйки. Из комнаты бабушки слышалось тихое сопение, дом поскрипывал от ветра на улице. Чернова прошла на кухню, не включая света, почти на ощупь нашла графин с водой, ловя себя на мысли, что специально не смотрит на дверь, ведущую из кухни на задний двор. Большое стекло в двери скрывала шторка. И признавать собственной трусости не хотелось, но Женя скорее съест кружку целиком, чем сейчас выглянет на улицу.
Особо сильный порыв ветра вызвал гудения где-то на крыше. Женя тяжело вздохнула, чувствуя, как на плечи наваливается усталость. Всё-таки, нужно было лечь и попробовать ещё поспать.
Внезапно откуда-то сверху послышался неясный стук. Тихий, но уверенный…точно кто-то стучал в окно ее комнаты. Чернова замерла, прислушиваясь. Ещё стук…скрежет? Тихий, едва уловимый. Сердце в собственной грудной клетке пропустило несколько ударов. Послышался шум…это шли по крыше, стуча длинными когтями, перебирали лапами по металлу, ловко забираясь на веранду…двинулись в сторону кухни.
Тело будто парализовало, мышцы стали похожи на камень. Чернова вперилась огромными от страха глазами куда-то в пол, не в силах прекратить слушать. Шарк…когти клацнули где-то около окна кухни…шарк...и ещё ближе…совсем близко…с глухим звуком кто-то спрыгнул на землю.
Не оборачиваясь, Женя каким-то чудом смогла заставить себя отставить кружку на кухонную столешницу, трясущимися пальцами хватая маленький нож, так удачно лежащий около раковины. Ну уж нет…она не позволит…в доме ведь ещё и бабушка. Она спаслась тогда, даст отпор и сейчас.
Собрав все свое мужество в кулак, она обернулась, давясь собственным вскриком, застрявшим в глотке. Алиса…чертова лиса стояла прямиком у окна, постукивая когтистой рукой по железному подоконнику. Ее жёлтые глаза хищно сверкали в темноте, точно угольки гаснувших углей в костре. Из открытой пасти, перепачканной в чем-то темном, торчал длинный шершавый язык,вязкая слюна мерно капала вниз, блестели грязные жёлтые клыки.
—Ну привет, Ведьма…откроешь? — игривый голос слышался приглушённо, но Женя слышала ее даже слишком хорошо. Шумно сглотнула, ощущая, какими сейчас ненадежными и тонкими кажутся стены собственного дома.
—Пошла ты…— крепче сжал нож в руке, не понимая, что ей делать. Прозвище, данное лесной нечистью, резало слух, страх накрывал с головой. Они раньше не совались так близко к домам…лишь единожды, когда на задний двор заявился волк. Скакал около двери на длинных задних лапах, улыбаясь своей страшной клыкастой улыбкой, точно поехавший головой клоун, крутил головой он, кстати, не хуже любого профессионального мима или фокусника Разве что смешно Черновой ни разу не было. Лишь неописуемо страшно.
Алиса на ее слова лишь усмехнулась. Даже через окно от нее чувствовался запах мертвечины. Маска тут и там была перекошена, покрыта дырами и прорехами, грязная шуба казалась сальной и мокрой. Женя присмотрелась, догадываясь, в чем же была перепачканна названная гостья. Темные пятна в ночной полутьме начинали приобретать бурый оттенок, гнилистый запах становился все отчётливее, к нему примешался и стойкий аромат железа, свежей крови.
—Тогда беги, Ведьма…— Алиса неожиданно вцепилась когтистыми пальцами в оконную раму, вереща не своим голосом.—беги! — окно затрещало. Рык лисы заставил все внутри похолодеть, трусливо отпрыгнув назад. Где-то сверху со звонком разбилось стекло, громко залаял Велес. Женя замерла, с ужасом понимая, что кто-то ворвался в ее комнату на втором этаже.
Алиса взвыла, точно вепрь, стекло разлетелось на части, обдав Женю градом осколков, больно резанувщих кожу. Она попыталась, прикрывая глаза и одновременно с этим слыша, как пёс наверху резко перестает лаять, даже не скулит, а потом сознание заполнил влажный хруст. Лиса замерла около нее, вглядываясь куда-то в темноту на лестнице, внезапно наступившую тишину нарушил мерный стук. Бах...бах...бах.
Жене казалось, что это отчаянно бьётся ее сердце, но источником звука была голова любимого пса, мерно скатывающаяся вниз по лестнице. Следом показались и длинные, переломанные, точно у старой игрушки, лапы, ступающие вниз нелепо, перекошенно, словно бы у паука оторвали половину ног и заставили идти. Уродливая морда волка, глаза которого хищно сверкали во тьме, показалась следом. Кривая, такая же переломанная, перекрученная — нижняя челюсть смотрела наверх, широкая клыкастая пасть скатилась в издевательской ухмылке, точно у клоуна.
—Не сбежишь…от Волчка…не сбежишь,— волк тихо заскулил, мотая своей головой, Алиса мерзко захихикала ему в такт, подхватывая собачью голову, как ребенок игрушку, и перекидывая ее из рук в руки, точно жанглёр. Женя, потеряв дар речи, замерла на месте, сжимая нож в трясущихся руках так, что начинали ныть пальцы. Ее любимый пёс...ее Велес...как? Что происходит...
—Не подходите! — вместо с животным страхом пришла и дикая злость. Она отступила назад, упираясь спиной в стену. Нужно сбежать...позвать на помощь... Почему бабушка не проснулась?! Как ей выбраться?!
—А то что, Ведьма? — Алиса повернула свою голову к ней, игриво постукивая когтистыми пальцами по лбу оторванной головы. Хмыкнула, с явным наслаждением наблюдая, как Чернову трясет от смеси страха, гнева и горя, пока она смотрит на останки своего любимого питомца.— Хозяин ждёт тебя…— она кинула голову прямиком к Женькиным ногам, от чего Чернова вся сжалась, с ужасом смотря в бездонные пустые глаза своего пса.— ты нужна ему…— волк резко прыгнул, оказываясь рядом. Сжал когтистой лапой горло Жени, выбивая нож из рук с такой силой, что запястья вмиг заныли.— тогда сбежала, а сейчас не сбежишь,— Алиса вновь захихикала. Из пасти волка смердило ещё хуже, чем от лисы. Гниением, смертью, прелой шерстью и кровью, словно этот волк гнил изнутри, умирал следом за мертвечиной, которую пожирал ночами.
Женя забрыкалась в чужих лапах, не понимая, как ей выбраться, страх захлестнул с головой, лишая ее возможности здраво мыслить, глаза начала застилать пелена слез, которая все равно не могла скрыть уродливые морды напротив. Боже...как же страшно...как же хотелось жить...помогите.
—Нет…ах…по…— боли от удушья она почти не ощущала, утопая в собственном страхе и ощущении безысходности, что холодило тело. Алиса вновь захихикала, глянув на своего дружка. И волчьи зубы сомкнулись на ее лице, с хрустом и громким чавкающим звуком разгрызая череп и сдирая с костей скальп.
Женя подорвалась на кровати от звука будильника, тут же вскакивая на ноги и едва не падая на пол, споткнувшись о развалившегося на полу Велеса. Пёс тут же недовольно заворчал на хозяйку, убирая с ее пути собственный хвост. Противная трель будильника била по ушам, с первого этажа слышался шум телевизора, за окном постепенно просыпалась деревня. И все было нормально. Это был кошмар...один большой кошмар.
***
—Ты чета долго сегодня,— Бяша и Рома ждали ее прямо у калитки их с бабушкой участка. Лениво курили, опираясь спинами о деревянные штакетины и выпуская вместе с никотиновым дымом клубы пара. —Не выспалась,—Чернова хмыкнула, плотнее укутываясь в своей пальто и пряча щеки в теплый шарф. Запах жженого табака приятно щекотал нос. —А чё так, на? Кошмары снились?—Бяша тут же нахмурился, замечая, какой бледной была их подруга. Бледнее обычного, едва ли не белая. Ромка, затянувшись в последний раз, выдохнул куда-то в сторону от Жени, внимательно вглядываясь в ее усталое лицо. —Ну типо того,—Чернова нехотя кивнула, понимая, что рассказывать о своих кошмарах не хотела бы. Особенно сейчас, когда голова и без того казалась очень тяжёлой и какой-то пустой, а пол глазами залегли такие темные тени, что смотреть страшно было. —Ромке вон тоже, на… —Завались... —Пятифан шикнул на друга, засовывая руки поглубже в карманы косухи.—идём?— слегка толкнул Женю плечом, пытаясь тем самым подбодрить. Чернова молча кивнула, вместе с ребятами неспеша направляясь в сторону школы. А за забором, прямиком в сторону леса, от их с бабушкой участка тянулись две цепочки следов. Неровные, кривые, животные...
