***
«Что… Кел! Ты заканчиваешь альбом оскорблением!?» — сказала Обри, притворяясь, что потрясена. Веселье в ее тоне выдало ее, и Кел сравнял ее с землей, приподняв бровь. В конце концов она сломалась, ухмыльнулась и отвернулась. «Ну, ладно. Я просто рада, что к концу все начали писать больше записей. Мне нравится видеть все эти разные цвета ручек…» «Еще есть место для еще одной фотографии», — пробормотал Кел себе под нос, отрицая обвинения Обри. Санни выглянул, Мари рядом с ним, хихикая. «Я знаю, что вы, ребята, делаете много снимков и для других альбомов, но это единственный, в котором вы пишете такие подробные заметки! Это мило. У тебя ведь есть новый альбом, который Санни подарил тебе на Рождество, да, Бэзил?» Бэзил кивнул, подтянув свитер и показав альбом, заправленный в штаны. Мари поморщилась. Санни пожал плечами, показав ему большой палец вверх. «Нам стоит чаще показывать господина Сасаки на фотографиях. Мы видим его только во время сильных непогод». Хиро нашел классным, как он появился на них, даже если большинство людей находили это пугающим. «Мне кажется, мы слишком часто его оставляем». Пока они разговаривали, мимо прошла мисс Сасаки, быстро вмешавшись с бокалом шампанского в руке. «Он стесняется камеры. Никто его не оставит. Ему становится неловко, когда он появляется в таком виде». Она махнула рукой, оборачиваясь.Она заметила Сильви, разговаривающую с Полли, и быстро подбежала, ухмыляясь. «О, Сильви! Я вижу, у тебя еще булочки!» Сильви тут же обернулась, теплая, милая улыбка расцвела на ее лице. «Да! Пожалуйста, бери столько, сколько хочешь, Кейко!» Она подняла корзину, которая казалась бесконечным источником разнообразной выпечки. «Ты святая, Сильви. Хотя я должна признать, что это твоя вина, что я так сильно набрала вес». Кейко вздохнула, обмахиваясь веером. Несмотря на ее слова, ее кожа светилась здоровым светом, а улыбка была яркой. Полли быстро покачала головой. «Ничего подобного — ты выглядишь потрясающе!» «Я никогда не говорила, что я так не выгляжу». Кейко ухмыльнулась, положив руку на бедро. «Даже так,я выгляжу прекрасно.Я была такой тощей раньше... Я знаю, мой муж всегда говорил, что ему нравится иметь больше, чтобы схватить...» «О, боже мой». Санни отвернулся, заткнув уши, опозоренный. Обри хихикнула рядом с ним, качая головой. «Она точно пьяна. Не могу дождаться, когда она снова начнет всех целовать». Обри вцепилась в Санни, издавая звуки поцелуя. «После нападения Сильви ты тоже был весь в помаде. Мисс Монтойя получила Кела... ах, материнская ласка». «Осторожно. Мисс Сильви может последовать за ними и достать тебя следующей, Обри». Мари поддразнила, затем послала многозначительный взгляд в сторону Хиро. Хиро густо покраснел. "Ой!" Внезапный визг привлек их внимание, и Санни обернулся. Затем он закрыл глаза, снова закрыл уши и вздохнул. Папа пытался заигрывать с мамой. Он не понимает, что мама находит таким очаровательным в неловких попытках папы безмолвно ухаживать за ней. Это не похоже на молчание Бэзила — Бэзил находит способы быть гладким. Его отец просто…действительно неловкий. «Вот, давай займём кушетку!» Кел быстро увёл Санни от хлынувшей воды, и остальные последовали за ним. Санни практически запрыгнул на кушетку, заставив Мяво мяукать в знак недовольства тем, что её потревожили. Санни подхватил её на руки и прижал к себе, когда Кел упал рядом с ним. «Так…» «Я иду!» «А!» Кел едва успел отреагировать, когда Обри бросилась на них, едва не упав на Мяво, которая с недовольным мяуканьем убежала. Она рассмеялась, несмотря на раздраженное выражение лица Кела. «Ты навредишь себе, если продолжишь это делать». Затем Кел поднял взгляд и увидел сверкающие глаза Бэзила. «Даже не думай об этом». Он притворился, что дуется, переместился к Санни и сел как обычно. Он надулся еще сильнее, расслабил осанку и медленно моргнул своими теперь уже слезящимися глазами. Кел тут же отвел взгляд, издав напряженный звук. Обри фыркнула. «Почему ты так слаб к щенячьим глазкам? Это ж Бэзил». «Посмотри на него!» — заскулил Кел, жестикулируя. «Посмотри на его личико!» Бэзил захлопал ресницами. Санни потер под очками, пытаясь сдержать улыбку. Обри скрестила руки, не впечатленная. «Если ты его игнорируешь, это легко». «У тебя были годы, чтобы выработать толерантность». В конце концов Кел сдался, протянул руку и провел рукой по волосам Бэзила. Бэзил наклонился к ладони Кела, победоносно ухмыляясь. «Ну, Сан-Сан на это не клюнет». Обри взглянула на свои ногти, только чтобы получить побежденный вздох. Она оглянулась, увидев руки Санни вокруг Бэзила, голову на его плече. «Ух ты. Серьезно? Ребята, нам нужно следить за часами. Не отвлекайтесь». «Что!?» — пронзительно прорезал воздух голос Героя, вызвав мгновение тишины. Его голос был неистовым, энергия отпугивала только то, как не впечатлилась Мари, стоявшая рядом с ним и потиравшая переносицу. «О, боже, это происходит. Это уже происходит! Я не готов!» «Сколько раз нам нужно об этом говорить? Мир не закончится. Он не закончился в тысячном году, он не закончится в двухтысячном». «Ты не понимаешь, Мари! Даже если мир не кончится, компьютеры! Компьютеры, Мари!» Кел отклонился от Бэзила и в замешательстве навалился на Обри. «Ты знаешь, о чем он говорит?» «Как ты не слышал, как он болтает об этом?» Обри недоверчиво подняла глаза. Тем не менее, она потянулась, чтобы потянуть его за щеку, обнаружив, что она мягкая. «Этой ерунде уже несколько месяцев . Он и его онлайн-друзья всё думают, что произойдет какая-то апокалиптическая катастрофа». «Эм...» — присоединился Санни, увидев, как Бэзил качает головой, неопределенно жестикулируя. «Это... компьютерная штука?» Санни не знал достаточно. Бэзил неохотно выпрямился, выглянул из-за дивана и насвистывал Хиро. Хиро мгновенно повернулся и бросился к нему. «Бэзил? Ты в порядке?» — забеспокоился Хиро, а Мари плелась у него за спиной. В то время как Хиро предпочитал имитировать обычную ходьбу, Мари не испытывала проблем с тем, чтобы парить вокруг, словно призрак. «Что случилось?» «Расслабься. Нам интересно, почему ты предрекаешь крах на Новый год и на свой день рождения. Давай, расслабься». Пока она говорила, Обри медленно вторглась в пространство Кела, заметив, что его заколка с ромашкой отваливается. За эти месяцы четверо полностью потеряли чувство личного пространства. Вместо того, чтобы разумно отступить, Хиро стал еще более страстным. «Вы, ребята, не понимаете! Сейчас компьютеры используют только последние две цифры года, чтобы определить время. Когда часы пробьют полночь, компьютеры не будут знать, какой сейчас год, и это вызовет огромные проблемы! Отключение электроэнергии! Транспорт останавливается! Банки...» «Ох,выслушай меня...» Мари сделала вид, что задумалась. «А что, если... все люди, отвечающие за это, спланировали все заранее и разослали соответствующие обновления?» «Если бы они были из тех людей, которые думают наперед, то это не было бы проблемой изначально». «Ты называешь все крупные компьютерные компании идиотскими?» «Существует ли реальная вероятность катастрофического ущерба из-за неправильного способа указания года?» «Ну, — Мари уставилась. — Ты меня поняла». «В любом случае, это не конец света, не так ли?» Обри начала играть с волосами Кела и прислонилась к его груди, вытянув ноги над Бэзилом и Санни. «Перестань быть таким драматичным. Худшее, что может случиться, это то, что ты не сможешь заставить Бэзила травить людей в сети вместо тебя». Хиро, потрясенный, прижал руку к груди, откидываясь назад. «Травить!? Я никого не травлю! Я поправляю их идиотские взгляды на предания о Headspace, потому что, честно говоря, они все тупее идиотов, которые изначально позволили Y2K стать проблемой!» Он схватился за голову, сокрушаясь, когда новый певец вышел на сцену в телевизионной трансляции. «А что, если я больше никогда не смогу поговорить с Редом? Он единственный, кто меня понимает...» «Красная Шапочка», — как ни в чем не бывало сказал Санни. (ОТ ПЕРЕВОДЧИКА:Тут должен быть прикол типо ээ...Ред-Red-Красный...На всякий случай говорю.) «Хорошая ассоциация», — улыбнулся Кел, как будто Санни присоединился к разговору. «Каким-то образом, хотя я видел от Рэда только то, как он общается в сети, я знаю, что он слишком крут, чтобы быть среди всех этих фриков на форуме. Он, скорее всего, будет частью Хулиганов или чего-то в этом роде — ну, я думаю, он слишком стар для этого. Может быть, байкерской банды». Обри потянула свитер Кела, текстура была приятной для подушечек ее пальцев. Хиро пошел протестовать, затем сдулся, Мари похлопала его по руке с сочувствием. «Он выше моего социального уровня, да... у него даже есть мотоцикл... » «Подожди, он что ,правда в байкерской банде?» Обри вдруг заинтересовалась гораздо больше, ее глаза засияли, когда она резко поднялась и наклонилась над головой Кела. Кел пробормотал, что не может смотреть телевизор, но не пошевелился, не желая ее беспокоить. Санни улыбался ему. Вероятно, насмешливо. «Я... так не думаю? Рэд бы об этом упомянул... может быть. Мы в основном говорим о комиксе. Может быть, я спрошу его в следующий раз, когда мы поговорим. Было бы намного проще, если бы мы могли поговорить по телефону или как-то так... подожди». Хиро повернулся к Мари. «А телефоны принимают голоса призраков?» «Да», — пожала плечами Мари. «Они звучат немного хрипло, и если ты подойдешь слишком близко к трубке, все будет совсем плохо, так что тебе придется стоять на расстоянии и включать громкую связь». «Ты это… проверяла?» Мари моргнула. «Может быть». «…Это ты позвонила Мэву в три часа ночи и сказала ему начать мыть парики, иначе крысы начнут вить в них гнезда?» Кел медленно повернулся, поднял Обри за талию и положил ее спиной к себе.В отместку Обри вцепилась в его руку, засунув лицо в его рукав. Мари посмотрела в ответ, на ее лице была пустая улыбка. Она не ответила. «…Обратный отсчет». Санни указал на телевизор. До нового года оставалось всего десять минут. «Сказать родителям?» Кел моргнул, увидев, что они все стоят вокруг, в основном отвлеченные и болтающие. Они хорошо проводили время. «Может быть, когда будет чуть более близко». «До тех пор!» Мари хлопнула в ладоши, сияя. «Почему бы нам не поделиться нашими новогодними решениями? Помните! Пусть они будут достижимыми, разумными и выполнимыми!» «Это одно и то же три раза». Хиро прищурился, пробормотав. Мари улыбнулась ярче. "Что это было?" "Ничего." «Замечательно!» — взволнованно махнула рукой Мари в сторону четверых на диване. «Санни, ты первый! Я знаю, что у тебя уже есть свое». Санни кивнул. «Снова Headspace. Хочу сделать хотя бы... один том в этом году». Это был крайне низкий результат по сравнению с тем, сколько он делал раньше, но он был намного здоровее. Теперь, когда планы изменились, ему также нужно было время, чтобы составить остальную часть истории. «Да!» — ухмыльнулся Хиро, указывая на Бэзила. «Дай ему пять от меня!» Бэзил сделал так,как попросил Хиро,нежно хлопнув Санни по ладони. «Ладно, кто следующий?» Мари окинула их взглядом и остановилась на Обри. Она все еще цеплялась за Кела, пытаясь его раздражать, высунув язык. «Каково твое решение?» «Я хочу научиться шить настоящую одежду и все такое. Сейчас я умею только вязать спицами и крючком. Я читаю больше модных журналов... это довольно круто, что люди могут делать». Обри ухмыльнулась, прищурив глаза. «Будет ли мисс Сильви тебя учить?» «Да. Мама подарила мне новую швейную машинку на Рождество». Глаза Обри скривились, на губах появилась искренняя улыбка. Это было мягкое выражение. «Я быстро учусь, так что в мгновение ока стану экспертом! А потом буду шить одежду для всех, потому что у меня лучший вкус». Обри кивнула сама себе, указывая на Кела и Санни. «Разве они не выглядят великолепно? Не обращайте внимания на Бэзила. Ему нравится носить одно и то же каждый день... и шорты зимой». Бэзил пожал плечами. «Это замечательно, Обри! Ты преуспеешь — я знаю!» — захлопала Мари, поворачиваясь к Келу. «А как насчет тебя?» «Эм…» Кел нервно брыкнул ногой. «Думаю… Я просто хочу проводить больше времени с друзьями, ничего особенного…» Затем он засветился, вспоминая. «О! Я хочу узнать достаточно, чтобы помочь Санни с его комиксом!» Кел просиял, глядя на Санни. Он заслужил добрую улыбку в ответ, заставив его радостно покраснеть. «Еще одно замечательное решение! Мое — я хочу парить достаточно высоко, чтобы чувствовать, что лечу». Мари кивнула сама себе. Затем она зависла так, чтобы быть на голову выше Хиро, показывая, что она добилась прогресса. «Мой отец как-то зловеще появляется в некоторых местах. Я не вижу, чтобы он много двигался. Но Хиро и я боремся с большими взлетами и падениями. Я думаю, это ментальный блок». «Эй, тогда это будет и моим решением. Мы можем быть...» «Влюбленные пташки. Буквально». Обри фыркнула. «Так пошло. Вам обоим идет». Хиро закрыл лицо. Мари весело рассмеялась. Санни уставился на них, прежде чем его внимание было отвлечено рывком за рукав. Он с любопытством повернулся, взглянув на Бэзила. Он наклонил голову. После мгновения пристального взгляда он понял. «У Бэзила есть решение». Это привлекло всеобщее внимание. Мари сложила руки вместе, удивленная. «О? Что это?» Может быть, он записал это на бумаге. Они неправильно истолковали его сообщение, когда Бэзил указал на телевизор. Хиро подпрыгнул от удивления, паника вернулась. «О боже! Минуту! У нас есть минута!» «Мама! Папа! Все!» — крикнула Мари через плечо, хихикая. «Давайте! Они начинают отсчет!» Затем Мари притянула Хиро поближе, прикрыв глаза и самодовольно улыбнувшись. «Ты знаешь, что это значит…» «Ох». Мгновенно отвлекшись от конца света, Герой сосредоточился на Мари, запаниковав по новой причине. Обри закатила глаза, обнимая Кела за плечи. «Поцелуи — традиция! Кто кого целует?» «Что!?» Кел схватился за лицо. «О, я не готов!» Санни проявил инициативу, жестом показав ему и Обри поменяться местами. Они быстро поменялись местами, и Санни сел, немедленно потянувшись к лицу Кела. «Для традиции, Кел». «Ааааа…» Кел покачал головой, покраснев. «Я слишком застенчив». «Давай! Сделай это ради нового года!» Обри внезапно вцепилась в Бэзила, чьи глаза широко распахнулись. Он уставился на нее с недоверием, когда она устроилась у него на коленях, свернувшись калачиком, как раньше. Его руки тряслись, здоровый глаз дергался взад-вперед, пытаясь понять. Начались последние десять секунд обратного отсчета, и Мари зааплодировала, заставив Хиро присоединиться к ней. Старшие сзади также присоединились, мистер Монтойя держал Салли высоко в воздухе, пока она смеялась. Мисс Монтойя была рядом с ним, сраженная. Полли ткнула Сильви, указывая на ее щеку. Сильви кивнула, хихикая. Мисс Сасаки уставилась на мужа, наклонив голову, пытаясь понять, как поцеловать. Кел достаточно справился со своим волнением, чтобы наклониться в сторону Санни, избегая зрительного контакта, но при этом постоянно попадаясь на теплые зрачки, откидывающиеся назад, сосредоточенные. Санни фыркнул, позабавленный, найдя смущение умилительным. Было ясно, что он хотел поцелуя. Обри двинулась, чтобы обнять лицо Бэзила, и он замер. Она посмотрела ему в глаза, брови изогнулись, на ее лице была не совсем улыбка. Это было что-то похожее на тоску, конфликт на ее лице, когда глаза Бэзила начали слезиться, дрожащие руки неспособны сделать шаг в ответном жесте, в ужасе. Он отвернулся. "Подсолнух…" Бэзил мгновенно напрягся и затаил дыхание. Обри медленно наклонилась вперед, прежде чем поцеловать его в первый раз с тех пор, как они расстались. Бэзил не осмелился закрыть глаза, замерев, вспоминая, какой теплой она была, как близки они были, каким злым он был, что когда-либо нарушал ее доверие и причинял ей боль, несмотря ни на какие обстоятельства. Это было затяжным, болезненным в его сердце, когда он позволил ей снова быть доброй к нему, показать ему привязанность, которую он никогда не заслужил. А рядом с ними Санни подарил Келу быстрый целомудренный поцелуй, наблюдая, как он мгновенно взорвался, пригнувшись и спрятав голову под Санни. Санни тихо, хрипло рассмеялся, быстро похлопывая его по спине, а взрослые подбадривали его, звеня бокалами шампанского. Возбужденные визги Салли были громкими. Хиро было хуже, чем Келу, он лежал на полу, свернувшись калачиком и держась за лицо, пока Мари смотрела на него, вздыхая. Они целовались всего несколько секунд, и он был полностью отключён. Видимо, месяцев было недостаточно, чтобы выработать терпимость. «Бедняжка...» — пробормотала она себе под нос, явно не чувствуя себя плохо. "Привет…" Голос Обри был тихим среди всего этого хаоса, но это было все, что мог услышать Бэзил. «Ты же знаешь, что я тебя простила, да?» Этого было достаточно, чтобы раздался первый всхлип, и выражение лица Бэзила сморщилось. Не то чтобы он был бесчувственным с того дня — со временем он стал больше проявлять эмоции, общаться другими способами и был функционален и в порядке. Диссоциация улучшалась с каждым днем. И все же он с звенящей ясностью осознал, что ни разу не плакал, даже во время тех первых ливней, когда они все были так напуганы. Все, о чем он думал, — это как их защитить. Возможно, он думал, что это в конечном итоге заставит его оставить в прошлом то, что он сделал, если он каким-то образом загладит свою вину перед людьми, которых любил. "Бэзил!" Эти двое были схвачены сбоку, прежде чем Обри успел сказать что-то еще. Обри пискнула, её оттолкнули обратно в личное пространство Бэзила, когда Кел крепко, встревоженно обнял их, а Санни извлек из воздуха салфетки и начал вытирать лицо Бэзила, пока тот плакал. На мгновение Обри задумалась, не сделала ли она что-то не так, и в панике поцеловала Бэзила в щеку. Его плач усилился, и она издала страдальческий звук, повернувшись к Санни. Санни тоже выглядел беспомощным, вытирая лицо Бэзила, глядя, как он будет плакать в детстве, жалкий и робкий. «Мы все тебя очень любим, Бэзил», — решил сказать Санни. Бэзил заплакал сильнее. «О нет», — прошептал Санни, потерпев неудачу. «Ребята! Ребята, это слезы счастья, я думаю! Я тоже так выглядел, да? И что заставило меня почувствовать себя лучше, так это множество объятий!» Кел уже был на работе, прижимая Бэзила так близко, что Санни задавался вопросом, может ли он дышать. «С Новым годом! Счастливого, счастливого Нового года! Мы будем держаться вместе вечно, ладно?» По какой-то причине Кел начал плакать. «О нет», — повторил Санни, расстроенный. «Это происходит». «Что происходит!?» — сказала Обри, понимая, что она плачет. «О, боже. Это заразно». «Башня», — торжественно сказал Санни, подняв руку. Затем он изобразил, что опрокидывает ее, и начал шмыгать носом. «Я...» Его глаза покраснели. «Все кончено...» «Нет! Ты прав! Это происходит!» — закричала Обри, плотина начала прорываться. «Нет! Мы так хорошо справлялись с тем, чтобы отложить это на потом! Подтягивайте, ребята! Мы должны подтягивать это!» К сожалению, Кел и Бэзил теперь рыдали вместе, а Кел извинялся снова и снова. Санни начал попугайничать извинениями, начиная разбиваться вдребезги. Обри посмотрела на Хиро и Мари, ища помощи, но они казались такими же беспомощными, как и она. Затем их взгляды изменились, и они посмотрели на нее с тем же беспокойством. Оно распространилось. «Все в порядке! Перестань извиняться! Ты даже не извиняешься вслух, Бэзил, но я вижу это по твоим глазам!» Обри внезапно почувствовала себя очень тревожной из-за своей повязки и сжалась, схватив Санни за рукав и потянув. «Санни... Кажется, я плачу». Санни, с лицом в беспорядке, кивнул ей. «Т-ты плачешь». Он прохрипел. «Эм... вы все такие», — заметила Мари, перекрикивая их. Они наблюдали, как четверо растворились друг в друге, в плачущем беспорядке бессмыслицы и извинений. Эмоции Кела в конце концов активировали его инстинкт спрятаться, но он был в середине кучи и должен был оставаться неподвижным, вынужденный противостоять чувствам. Хиро держал Мари за руку, волнуясь. «Что происходит? Что нам делать?» «Я думаю... мы должны оставить их в покое. Им это определенно было нужно...» Мари осторожно отступила, потянув за собой Хиро. «Ты же знаешь, они не говорили обо всем... что произошло. Я думаю, первый шаг — дать выход некоторым эмоциям, когда они почувствуют себя в безопасности». Хиро кивнул, расстроенный тем, что не может помочь. Затем, после минутного раздумья, понял. «Они... чувствуют себя в безопасности. Они чувствовали себя в безопасности достаточно долго... чтобы немного отпустить». Хиро чувствовал себя беспомощным. Это было горько-сладко, слышать, как они плачут друг другу, связь, которую он не мог понять. «Ммм». Мари схватила его за руку, нежно переплетая их пальцы. «И еще... с днем рождения,Хиро.На этот раз по-настоящему». «Спасибо, Мари», — Хиро прищурился, на его лице появилась улыбка. Это была улыбка. Мари уставилась на него и почувствовала, как у нее сжалось сердце. … Вскоре после этого все дети уснули кучей на полу, укрывшись в куче подушек и одеял. Салли помахала рукой на прощание человеческой куче, едва проснувшись, зевнув на руках у отца. «Ты будешь в порядке, малыш?» Отец Хиро с любовью посмотрел на него, наклонив голову.Хиро кивнул, улыбнувшись в ответ. Он уже начал угасать,снегопад вот-вот должен был утихнуть. «Да. Я отлично провел время». «Это хорошо. Я слышал, мы давно не праздновали твой день рождения, и Кел был полон решимости сделать его идеальным. Твоя мама тоже много работала над тематизацией и всем остальным». Он усмехнулся, похлопав Салли по спине. «Она всегда ищет повод собрать всех вместе, как большую семью. Которой… мы и являемся, не так ли, сынок?» Форма Хиро дрогнула, выражение лица пропало. Оно вернулось, теперь сияющая, честная улыбка была выражена. «Да. Я так рад, что все смогли прийти. И еще, гм, с Новым годом, папа». "С Новым Годом." «О! С Новым годом!» Мама подошла как раз в тот момент, когда он это сказал, присоединившись к нему с сияющей улыбкой. Ее волосы были немного растрепаны, мисс Сасаки снова вовлекала ее в праздничный образ жизни. «Всегда приятно тебя видеть, Хиро. Не могу дождаться следующего раза, когда мы сможем поболтать. Я не хотела беспокоить тебя сегодня вечером...» Она тихонько усмехнулась, посмотрев в сторону гостиной. «Надеюсь, вам всем было весело вместе». «Абсолютно». Хиро кивнул, а Мари осталась рядом с ним, улыбаясь. Она помахала Салли, которая была полусонной. «Следующий снегопад не так уж и далеко, так что скоро увидимся с вами». Хиро сжал руку Мари. «Ладно, ну, мы сейчас пойдем укладывать Салли спать. Присмотри за Келом для нас, ладно?» Мама помахала рукой, и тепло расцвело в ее взгляде. «Мы любим тебя, Хиро». «Я тоже вас люблю, мама, папа». Хиро быстро ответил надтреснутым голосом. «Тебя тоже, Салли». Сказал он, и в ответ раздался тихий храп. После этого они ушли, а Полли и Сильви последовали за ними, помогая мисс Сасаки убраться перед уходом. Мисс Сасаки со слезами на глазах улыбнулась, прощаясь с мужем, а Мари и Хиро вернулись на задний двор, а сильный снегопад утих. Было тихо и мирно, как всегда. Мари улыбнулась, сидя в саду, положив голову на руки. Черные волосы рассыпались по ее спине, и она наклонила голову, готовая обсудить с Хиро день и все, что произошло. Это была насыщенная вечеринка, и его день рождения впервые за много лет как следует отпраздновали, наконец приняв любовь, которую люди хотели ему дать. Да. Вот об этом и пойдет речь. «…Хиро?» Она не выпрямилась, не вторглась. Она просто наблюдала за ним, голос был приглушенным и осторожным, пока он сидел неподвижно, глядя вперед со сложным выражением. После месяцев, проведенных вместе, имея свою долю мелких ссор и глубоких разговоров, это был первый раз, когда она увидела в его глазах это. Все еще шел снег,сильный снегопад позволил ему отметить свой день рождения — Новый год — со всеми. Это было благословение, подарок, который они не были уверены, что получат. Тем не менее, весь день был полон радости, и только когда пришло время ложиться спать,все стихло. «Я знаю, что должна поговорить об этом, но... не знаю, справедливо ли это по отношению к тебе». Это было спокойное начало, хотя слова и были пугающими. Что бы это ни было , казалось, это был таинственный, затянувшийся груз на его плечах. Легкая улыбка перед детьми, радостная, всегда говорящая о моментах, проведенных вместе, ни разу не жалующаяся на свое положение. Было логично, что, увидев, как все они испытывают искренние эмоции — за пределами пугающих воспоминаний, защищая друг друга и тому подобное — искренне разделяя слезы в безопасности, Хиро почувствует себя обязанным открыться. Мари нашла его довольно сильным, несмотря на его внезапную кончину. «Если ты не готов говорить... у нас есть все время в мире, чтобы подождать». Никто из них никуда не пойдет. Они могли бы выбрать вознесение, как только у них не будет затянувшейся привязанности — как бы душераздирающе ни было представлять такое будущее. Они не были в ловушке. Они не спешили. «Мне кажется, оно меня душит, Мари». Снова улыбка. «Сегодня, по какой-то причине... это немного сложнее, чем обычно». «Про что ты?» Хиро посмотрел на нее, полный вины и стыда, упрямо сохраняя слабую усмешку. «Быть мертвым». "…Я понимаю." «Это несправедливо, не так ли? Я не имею права говорить об этом, когда ты уже так долго…» «Хиро.Все наоборот», — прервала Мари, подняв голову. «У меня были годы, чтобы это осознать. Я приняла это, когда не могла ни с кем общаться — то, как я живу сейчас, я могу быть только благодарна. Но ты... прошло всего несколько месяцев. Честно говоря, я больше удивлена, что тебе потребовалось так много времени. Это не могло быть легко». «Это было легко. Решение было легким. Это…»Хиро наклонился в сторону, закрыв рот. Словно автопилот взял верх, эти слова легко отфильтровались, как их всегда говорили детям. Он не жалел о своем решении — это было вполне естественно, и он был счастлив. Ничто из этого не было ложью. Хиро был рад, что ему удалось спасти Кела. «Две вещи могут быть правдой одновременно, Хиро», — загадочно сказала Мари. Естественно, прочитав его мысли, увидев его лицо и то, как его рука скользнула по другой руке, он колебался. Его пальцы постукивали по ткани, одежде, которую он носил вечно — одежде, когда-то принадлежавшей Келу. Хиро медленно становился таким, как прежде, понемногу. Или, вместо того, чтобы стать своим прежним «я», она скорее думала, что это он просто выздоравливает и вносит изменения. Это было усилием с самого начала. «Может быть... это было нелегко», — Мари протянула руку, положив ее на землю рядом с ним, как подношение. «Я знаю, что ты доволен своим выбором, и ты никогда не пожалеешь об этом. Я знаю, как сильно ты любишь их всех, и как ты был рад освободить их. Ты спас всех ценой себя. Это нелегко сделать». «Это легко, это должно быть легко, Мари. Либо я, либо весь город. Либо я, либо Кел. Кто-то должен был умереть, чтобы Омори исчез, и я почти...» Лицо Хиро исказилось, чувство вины вернулось. «Я почти не сделал этого». Мари уставилась. В ее взгляде не было осуждения. Она просто ждала, слушая. Хиро понимал, что бурлит у него в горле, что океан, бушующий в его животе, манит к освобождению. И он прекрасно понимал, к чему в конечном итоге приведет проглатывание этого. «Я знаю, что Кел обижен на меня за то, что я умер. Я знаю, что он обижен на меня за то, что я бросил его. Я оставил его в той церкви однажды, вернулся и снова оставил. Другого выбора не было. В тот момент... или я ,или он. Я понимаю, что моя смерть была неизбежна. Кто-то должен был уравновесить временную линию». Хиро выглядел напряженным, держа руку на затылке, над самым заметным шрамом. «И все же, я... по какой-то причине... и это никогда не было проблемой раньше, я... я был в порядке, искренне, счастлив с тобой, счастлив со всеми. До этого я... я не жил. Я причинил всю эту боль. Если бы я просто был рядом с Келом... ну, должен был умереть я. Это была моя вина. И я хотел спасти Кела. Я сделал это». Подушечки пальцев Мари мягко надавили на руку Хиро, когда он сжал кулак. Она дышала, наблюдая, как он говорит по кругу, не в силах перейти к сути. Но она знала. Она всегда знала. «Ты не хотел умирать». «Я был пассивно склонен к самоубийству в течение четырех лет…» «И в тот момент, когда ты нашел в себе подлинную волю к жизни, ты уцепился за нее». Хиро опустил голову, прикусив язык. «Все, что тебе было нужно, это перемены. Тебе нужна была причина. Ты наконец собрался с духом и двинулся вперед после многих лет страданий, и в тот момент, когда ты снова стал тем человеком, которым хотел быть... в тот момент, когда ты наконец принял себя и вышел из собственной тени...» Мари подняла руку, обхватив его лицо, усеянное светящимися фигурами, портящими его черты. Мари улыбнулась, глаза ее увлажнились. «Ты умер. Твое окончательное изменение и раскаяние... было смертью. Ты сделал это. Чтобы полностью измениться и принять себя, тебе нужна была эта жертва. Тебе пришлось доказать не только словами, но и делом, что ты тот, кто ты есть сейчас. Что ты заботишься и любишь Кела. А потом ты умер. Ты закончил». Хиро прислонился к ее ладони, глаза сузились, стыд, тоска, страх, разочарование, печаль... все это сияло в тусклых радужках, темных и сложных. «Тебе никогда не удавалось прожить жизнь так, как ты хотел». «Но… мне так повезло. Я… я здесь, я с ними, они принимают меня… говорят со мной… они не ненавидят меня. Если бы это было не так, мы бы никогда больше не сблизились. Я так благодарен. Я не мог бы быть более благодарен. Это намного больше, чем я заслуживаю». «Это гораздо меньше того, что ты хотел». Хиро зажмурился. Мари вытерла ему слезы большим пальцем. «Ты улыбался, был счастлив, вел себя как старший брат, которым хотел быть. Ты давал советы, направлял, проводил с ними время, защищал и присматривал за ними. Ты также был со мной. И, Хиро... Я знаю, что это заставляет тебя чувствовать себя только хуже». "Нет…" «Да, Хиро. Я точно знаю, почему ты застрял в постели. Я знаю, что стало причиной разлада между тобой и Келом. Если уж мы собираемся свалить все на кого-то, то в конечном итоге источником являюсь я. Я напрягала Санни, что и привело к инциденту. Без этого... куклу бы не принесли домой. Ты бы не потерял себя». «Это не твоя вина». «И не твоя. Все это слишком сложно, чтобы приписывать одному человеку. Даже обвинять во всем Омори глупо. Он не выбирал свое существование. Он не выбирал обретать разум. Мы можем винить Бога, небо, саму бурю, и это ничего не изменит. Даже если бы мы знали, кто ее вызвал, даже если бы они жили в страданиях, чтобы искупить свои поступки... ничего не было бы отменено». «Если бы я отпустил тебя немного раньше…» — сказал Хиро, наклоняясь к ней, протягивая руку и притягивая ее ближе. «Я был так зациклен на тебе… что потерял себя и людей вокруг меня. А потом, когда я наконец изменился…» Его губы задрожали, и он прижался, уткнувшись лицом в ее плечо. «Я каким-то образом оказался рядом с тобой. То, чего я всегда хотел… но это… я не понимаю. Это несправедливо по отношению к ним. Я должен был потратить всю свою жизнь, чтобы загладить свою вину перед ними, но все, что я могу сделать, это задерживаться и появляться только иногда. Я не могу дать Келу все объятия, которых он не смог получить, я не могу присматривать за ними, пока они не будут рядом…» Мари всегда чувствовала, что то, как его руки обвились вокруг ее платья, было особенно отчаянным. Это была цепляние за землю, что хотя они были призраками, отделенными от мира, они все еще были друг у друга. «Проблема была в моем горе по тебе, и я вышел наружу только потому, что я, наконец, вышел, потому что мог тебя видеть. Как бы я ни говорил о спасении Кела...» Он всхлипывал, и Мари обнимала его, закрыв глаза и изогнув губы. «Я действительно пошел к тебе первым делом. И это ранило Кела больше всего. Он никогда... он никогда не поднимал тему с тех пор, как я умер. Это как будто я умер... это как будто сделало меня невосприимчивым к обвинениям. Но это несправедливо. Почему он не может... почему он не может просто накричать на меня? Все, что я сделал неправильно... как сильно я причинил ему боль...» «Тебе стало бы легче, если бы он тебя ненавидел и продолжал наказывать? Ты хочешь, чтобы он страдал от злости, глядя на тебя и испытывая только негативные эмоции, с которыми ему приходится постоянно бороться? Ты хочешь, чтобы он не получил обратно своего брата?» «Я просто…» «Сколько страданий тебе нужно пережить, прежде чем ты простишь себя?» Странно, как они обменивались теплом, как объятие оставалось успокаивающим, настоящим. Мари хорошо знала, кто такой Хиро, и он тоже, под бесконечным отвращением к себе. «Ты с нетерпением ждал, Хиро. Ты все делал правильно, наслаждался собой, наслаждался нашим временем вместе и нашим временем с детьми. Но ты сломлен. Ты притворяешься, что это не так, потому что ты начал свои изменения, но они всегда есть, не так ли? Ты чувствуешь необходимость страдать, чтобы уравновесить боль, которую ты причинил. Ты не веришь, что твоя смерть достаточно хороша. Ты не можешь забыть, что ты сделал в прошлом и как сильно ты причинил боль людям. Ты застрял. Ты виноват, потому что я здесь с тобой». В конце концов Хиро опустился, обняв ее за талию, по-детски положив голову ей на колени. Это было похоже на то, что делал бы Кел, когда искал утешения у Санни, и Мари могла только подчиниться, проводя пальцами по его волосам, а другая рука крепко держала его за руку. Они действительно были братьями. «Ты не сможешь собрать себя по кусочкам, пока не осознаешь, что ты разбит.Ты не сможешь забыть эти чувства, вину за то, что ты сделал, даже после того, как ты изменился.Пока ты не признаешь это и не смиришься с этим, даже в счастливые моменты тебя будет душить стыд, и ты никогда не сможешь отпустить его. Ты все еще тот человек, который горевал, пока тебя не уничтожили, но ты вырос.Ты оглядываешься назад и видишь кого-то неузнаваемого». Хиро сжал ее, и Мари вздохнула, наклонив голову. «Ты принял его, но не простил». «…Он этого не заслуживает». «Все остальные его простили. Почему не ты?» «Они простили меня только потому, что я умер». "И так?" Мари посмотрела на небо. «Разве это не ты пожертвовал собой и упрямо остался, чтобы преследовать их?» «Если бы я не умер…» «Ты найдешь другой способ доказать свою перемену и загладить свою вину перед ними. Нет нужды думать о том, как бы они отреагировали, если бы ты был жив, потому что это никогда не станет возможным. То, что ты тогда был храбрым. В конце концов, это не отменяет того, кем ты был когда-то. Тебе нужно сделать больше, чем просто принять и наказать его». Хиро поднял голову, лицо было в беспорядке. Мари смягчилась, наклонившись. Она мягко столкнула его с колен, устраиваясь рядом с ним так, что они оказались лицом друг к другу, лежа на траве. Он посмотрел на нее так, будто у нее был ответ на все вопросы. Она не считала себя очень мудрой. Так уж получилось, что это была эмпатия. «Ты ведь простишь себя… правда?» «Не знаю, смогу ли». «Ну…» Мари заправила волосы ему за ухо, провела по щеке. «Нет смысла торопиться, пока ты позволяешь ему сидеть с твоими чувствами. В конце концов… у нас полно времени, чтобы разобраться». Мари наклонилась вперед и поцеловала его между глаз, наблюдая, как дрожат его ресницы, сдерживая еще больше слез. Когда она отстранилась, Хиро поднял ее руку, поднес к своим губам, осыпая поцелуями ее ладонь. Это щекотало. Мари хихикнула, подавшись вперед и притянув Хиро к себе, его руки естественным образом обвились вокруг нее. Она подложила голову Хиро под свою, чувствуя его дыхание, когда он прижался ближе. «У нас такая сложная жизнь, не правда ли?» — промычала Мари, закрыв глаза и улыбаясь. Хиро слабо хихикнул, моргая ей в шею. "Ага…" «Но она не плохая». «Это не так». Снег закончился. «...Я с нетерпением жду возможности прочитать о твоих новых приключениях в комиксе Санни... Не могу дождаться, когда мой ослепительный рыцарь в сияющих доспехах унесет меня от зла», — поддразнила Мари, проводя ногтями по голове Хиро. «Не могу поверить, что получу такую крутую арку!» Фанат в нем тут же вырвался наружу, и Мари вдрогнула, когда Хиро сжал её сильнее, легкомысленно. «Sweetheartfan#1 будет в ярости, а rosedefender будет в восторге! Боже мой, я уже представляю себе их споры!Мне нужно заставить Бэзила снова зайти на форум и поговорить с ними всеми побольше!» «Почему же Кел не передает сообщения?» «Ну, я пытался сделать это с Келом, но он слишком милый и не записывает все, что я говорю», — пробормотал Хиро, дергая Мари за платье, ткань была мягкой. «Обри пытается быть слишком агрессивной, а Санни говорит, что он не может, потому что он автор, что ставит под угрозу его честность. Бэзил — мой единственный вариант». «Что... такого ты говоришь, чтобы Кел не стал их расшифровывать?» "…Ничего." «Хиро,Обри была права? Ты издеваешься над людьми в сети?» «Я не издеваюсь! Объективно,Sweetheartfan#1совершенно не прав относительно предания Orange Oasis! Он так одержим ею и ее глупой историей с пончиками, что не обращает внимания на секреты пустыни!» Взгляд Мари был пустым. «А, да. Понятно». Он стал полным задротом. На ум пришло еще одно слово, но она не стала его произносить вслух. «В любом случае, они не понимают комиксы так, как я. Я исследовал их, и я разобрал их по частям — боже, они просто не на моем уровне, когда дело доходит до теорий. Только Рэд понимает меня. Я имею в виду, он называет нас всех неудачниками, но он довольно восприимчив к моим теориям. Мы друзья! Он не знает, что я призрак, но я не думаю, что это имеет значение. Онлайн-друзья довольно хороши в этом плане. О, он также слушает мои теории о конце света... сегодня...» Хиро помолчал. «Наступил ли конец света?» «Нет, Хиро. Сейчас двухтысячный год, и все живы». Ее стратегия поцелуев сработала, чтобы отвлечь его от этого раньше, но тема вернулась. «Держу пари, что компьютерный апокалипсис, которого они ожидали, все еще не наступил. Бэзил должен будет проверить утром. Не могу дождаться, чтобы ткнуть в лицо sweetheartfan#1! » «Ладно...ладно,Хиро. А как насчет того, чтобы нам сейчас отдохнуть?» «Ты уверена, что не хочешь услышать о…» «Может быть, утром. Сейчас время отдыха, мхм». Мари быстро похлопала его по спине. Она часто не имела понятия, о чем он говорит. «Мы просто притворяемся спящими…» «Это помогает нам сохранять рассудок и восстанавливать умственные способности. Давай, поспи, красавчик». Хиро проворчал, и она почувствовала, как его лицо горит на ее коже, смущенно. Он все еще был таким застенчивым после всех этих месяцев. «Ладно…» «Вот и все. Люблю тебя очень сильно,Хиро». «Я тоже тебя люблю, Мари». Они обнялись под теперь уже ясным ночным небом, над ними ярко светила луна. Новый год стал для всех них новым стартом. Может быть, через некоторое время они наконец смогут поговорить обо всем и осознать, что произошло. Та ночь стала первым шагом к тому, чтобы они начали осознавать, что произошло. До тех пор они будут мирно спать, некоторые из них завернуты в одеяло, в тепле, а двое других — под прекрасным ночным небом.***
{40} [Все вместе, обнявшись, крепко спят. Их глаза кажутся опухшими, хотя они мирно отдыхают. Мяво свернулась калачиком посреди всех и гордо сидит.] (1/1 – ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ХИРО) «Они все вымотались из-за позднего сна. Я знаю, что они будут чувствовать себя сонными, когда проснутся, поэтому Сильви придет к нам чтобы помочь мне приготовить великолепный завтрак с разнообразной едой! Надеюсь, им понравятся угощения. Сегодня тоже наверняка будет день, который стоит прожить!» – Кейко