Служанка со стажем

Климентий провёл жида с свое поместье, сразу отправляя его под душ. Грязное недоразумение. Смотреть противно. - Под душ, животное. Живо! - фюрер громко приказал еврею ступить на холодную плитку. Босиком он встал под лейку, всё еще находясь в одежде, в которой его привезли. - Одежду. Снимай. Потом в огонь бросишь. Женя послушно начал снимать с себя одежду, оголяя тонкие ключицы, плечи, талию. Нет, Климентий абсолютно не смотрел на него. Ладно, смотрел. Но в ванной комнате он остался для того, чтобы жид тут не вытворял своих еврейских проделок. - Мерзкий. - Он говорил это, смотря на еврея, пожирая его взглядом. Женя избавился от одежды и перед фюрером открылась шикарная фигура. Да, он худощавый. Грязный. Он жид. Парень. Но его задница - это что-то с чем то. У Климентия уже давно не было секса, ему не до этого. Но недотрах дал о себе знать. - Иди под струю. Сейчас же. Климентий нашел в себе силы взять чистую форму, положить на полку рядом с душем, и уйти из ванной комнаты. Такое зрелище. Но фюрер думал только о его заднице. Не больше. Ему просто надо снять напряжение. Фюрер дожидался Женю снаружи, в коридоре. Через пять минут Женя вышел из ванной комнаты и о боже. Климентий замер. Лицо чистое, красивое. Нос ровный, вытянутый, губы пухлые, а эти глаза. Они прекрасны. - Урод. - Климентий почувствовал, что ему жарко. Он развернулся и ушел в комнату. Дверь громко захлопнулась, а жид так и остался стоять в коридоре, не понимая, что ему делать.

***

Чёрт. Климентий никогда не думал, что у него встанет на жида. Тем более парня. Позорище для страны. Но он ничего не мог с собой поделать. Фюрер растегнул свои брюки, запустил руку в трусы. Блять. В мыслях снова и снова эта задница. Пухлые губы и худощавые ключицы. Красивый до невозможности. - Эм… Герр Штейнц? Что мне делать? - Жид постучался в комнату от безысходности. Его голос… прекрасен. От того, как Женя назвал его имя, Климентий впал в экстаз. Рука начала двигаться быстрее, а низкие стоны было сложно сдержать. - Позови… меня по имени ещё раз. - Сказал фюрер через дверь. - Что, простите? - Быстро! - Герр Штейнц. - он готов обкончаться только от его голоса. - Ещё. - он приказывал Жене, повелевал им. Этот жид теперь полностью в его власти. - Г-герр Штейнц. - Блять!!.. - Климентий бурно кончил, как животное. Что с ним происходит? Ему стыдно за себя. Пока фюрер пытался отдышаться, Жене за дверью хотелось сбежать или убиться. Что за херня происходит?