Цветы нашей души

      В указанное время Колетт оказывается на главной площади города рядом с фонтаном и болтает ногами в ожидании знакомого. Заметив краем глаза нужный силует, она машет в его сторону в знак приветствия и привлечения внимания.       — Так, и... что случилось? — Убирает руки в карманы, слегка склоняя голову.       — А то ты не знаешь. Я не верю, что Фэнг тебе ничего не рассказал. — Скрещивает руки на груди и говорит не то, что с наездом, скорее просто раздражённо. Ого, когда надо, она действительно умеет быть серьёзной. — Не суть, в любом случае, Эд изменил ему и они расстались, — в ответ на округлённые глаза собеседника она продолжила, — что кажется мне очень подозрительным. Сам посуди, он впервые по-настоящему влюбился и хоть пить и не умеет, всё равно не пойдёт на такое даже в подобном состоянии. — Во время монолога она то теребила волосы, то задумчиво прикладывала палец к подбородку.       — И к чему ты ведёшь?       — К тому, что всё не так, как кажется. Я уверена в том, что никакой измены не было. — Тут она схватывает его руку и вместе с ним идёт в каком-то только ей понятном направлении. Оборачивается и замечает вскинутые брови на чужом лице. — Просто доверься мне.       — Ладно... А куда мы путь держим-то? — Уже высвободившись из её руки и находясь в состоянии идти самостоятельно, спрашивает он.       — Вчера Эд мне рассказал во всех подробностях чё да как случилось. И одно из сохранившихся воспоминаний — тот старый бар на проспекте.       — Да ну, я думал, туда уже никто не ходит. — Посмеивается, начиная идти более расслабленно.       — Честно сказать, я тоже. — Вздохнула. — Но он ближе всего к его квартире, а я не думаю, что ты будешь избирателен в разъярённом состоянии. — Переводит взгляд на небо. Облака красивые.       — В разъярённом состоянии я скорее что-нибудь сломаю. — Смешок.       — Или кого-то. — Смотрит уже на него, вытягивая губы в лёгкой ухмылке.       — Это точно. — В ответ направляя на неё взгляд, частично обнажает зубы.       Не проходит и пары минут, как они уже доходят до нужного места. Отворяя тяжёлую деревянную дверь, Колетт невольно морщится от неприятного скрипа и входит вместе с Бастером в помещение, что сопровождается звоном дверных колокольчиков.       Было оно не сказать, что просторным, но уютным уж точно. Приглушённый тёплый свет добавлял какую-то свою атмосферу и не резал глаза. Вокруг всё было из дерева, за исключением уже протоптанного большого грязно-бирюзового ковра на полу. Из тоже немолодых колонок играла спокойная музыка, пока Барли протирал прозрачные бокалы и стаканы до блеска. А что ещё делать в такой-то час и без посетителей?       Ну как сказать без... Не сразу их заметив, он, продолжая свою деятельность, насвистывает какую-то мелодию себе под нос. Наконец обратив внимание на подошедших к барной стойке, он отставляет стакан и кладёт тряпку на неё.       — О, давно не виделись! Чем могу быть полезен? — Всё так же доброжелательно, как и всегда, спрашивает бармен.        — Мы к тебе по делу. — Она подходит ближе, но не садится. — Помнишь парня в полосатом шарфе, который к тебе в тот четверг приходил? — В ответ на это он сначала поднимает голову и глаз вверх в попытках расчехлить воспоминания, а затем возвращает взгляд на неё и одобрительно кивает. — С кем он тогда ушёл?       — Не до конца отпечаталось в памяти, но помню то, что на вид он был дружелюбным и немолодым. — Чёрный зрачок на жёлтом экранчике превратился в дугу, смотрящую вверх.       — А внешний вид? Хоть какие-то черты? — Уже ближе подошёл Бастер.       — Тёмные волосы и повязка, скрывающая один глаз. Больше он мне ничем не запомнился.       — Ясно. Ну, тогда мы-       — Подожди. — Бастер прерывает уже развернувшуюся Колетт, схватив её за руку, а после поворачивается обратно к Барли. — У тебя нет, случаем, фотки или записи с камер?       — Посторонним записи видеть не положено. — Всё с таким же выражением... глаза(?) произносит миленький роботизированный голос.       — Ну пожалуйста, по старому знакомству. — Девушка скрещивает пальцы на своих руках, поднимая их чуть выше в умоляющем жесте, и чуть больше приоткрывает глаза, начиная хлопать ресницами. — Для нас это очень важно, всего разочек!       — Хорошо... Пройдёмте со мной. — Зрачок меняет форму на дугу вниз, а сам он смиренно пошагал в каморку. Были бы у него лёгкие, он бы обязательно вздохнул.       В этой самой каморке находилось непривычно технологичное для такого места оборудование. Хотя, что уж тут, здесь бармен — буквально робот с собственным разумом. Чуть наклонившись к мониторам, Колетт и Бастер начинают внимательно всматриваться в происходящее, пока Барли ищет записи недельной давности.       — Нашёл, любуйтесь.       У Бастера глаза из орбит чуть не вылезли. Мужчина, утащивший надравшегося до шариков Эдгара, оказался родным отцом Фэнга! И стоя сейчас в ступоре, он не может понять, что и думать. Колетт, заметив его выражение лица, повернулась к нему.       — Тебе это что-то дало? Что такое? — Изогнула одну бровь в вопросе.       — Это... Кэндзи. — Поворачивается к ней всем телом и накрывает лицо рукой. — Фэнгов батя. — В ответ её глаза тоже округляются и один только Барли имитирует моргание своим анимированным зрачком, выпроваживая шокированных посетителей.       Выйдя на улицу и вдыхая свежий воздух после довольно душноватого помещения, они переводят дух и, пока Колетт поворачивается к нему, не успев задать вопрос наподобие «И что нам делать?», Бастер больно нервно набирает номер на телефоне.       — Без лишних вопросов, батюшка твой с тобой? — Облокачивается о ту же деревянную дверь.       — Нет, у него смена сейчас. А что такое?       — Окей, спасибо. — Поворачивается к Колетт. — Идём в сушильню.       — Знаешь, меня очень пугает твоё рвение поговорить с ним, учитывая все твои шуточки про то, как ты его хочешь. — Смешок, а тот снова прикладывает трубку к уху.       — А ещё тебя напугает то, чем мы сейчас занимаемся. Бывай. — Сбрасывает, а после они выдвигаются в путь. Город не сильно большой, так что надобности за тем, чтобы воспользоваться каким-либо транспортом, у них не возникает.       Спустя время они оказываются у той самой сушильни. Бастер, делая глубокий вдох, открывает дверь, придерживая её для Колетт, а после заходит сам. Как раз только вышедший с кухни, видимо на перерыв, Кэндзи порадовал его глаз.       — Здрасьте! — Развеселённо подходит он, помахивая рукой.       — День добрый. — Сложив опущенные ручки и приподняв уголки губ, он слегка склоняет голову. — Что-то случилось или просто мимо проходили?       — Помните парня в полосатом шарфе, которого вы забрали в прошлый четверг из бара? — Кивок. — Что было потом? — Закусывает щеку.       — Он отрубился сразу на выходе, я его дотащил на руках до своего дома и уложил, куда смог. У самого сил уже не осталось, поэтому просто лёг рядом, а как проснулся — пропал малец. — Пожимает плечами. Бастер и Колетт быстро переглядываются, и если он чуть приоткрывает рот и глупо моргает, то девушка смотрит на него в духе «я же говорила». — А с какой целью интересуетесь?       — Да так, ничего особенного. Фэнг, если надо будет, вам всё расскажет, до свидания! — Протараторила девушка и, развернувшись и прихватив с собой Бастера, помахала ручкой, после чего скрылась в дверях, оставив растерявшегося Кэндзи с слегка приподнятой рукой, не успевшей помахать в ответ, в полном недоумении с оставшимся лишь на губах «странная какая».       Уже выйдя на улицу, она посмотрела на парня и почти засияла от счастья.       — Ты же понимаешь, что это значит? Мы можем им рассказать всю правду и все будут счастливы! — Вот с таким безумным тоном в голосе Колетт казалось более привычной. Серьёзность ей не к лицу.       — Только не факт, что они нам поверят. — Скрещивает руки на груди и всматривается куда-то вдаль справа от себя. — Они же знают, что и для нас обоих эти отношения были достаточно ценными, поэтому могут подумать, что мы всё придумали, дабы их помирить.       — Мало веры в наших друзей у тебя. При желании они могут сами проверить это, как минимум, познакомить Эда с Кэндзи. — Она двинулась, куда — не понятно, но Бастер машинально пошёл за ней. — Вообще странно, что они до этого знакомы не были, два месяца как-никак прошло. — Снова прикладывает палец к подбородку, задумываясь, что лишь вызывает смешок у собеседника и, всё же, признание её правоты.