когда все тягуче

минут тридцать спустя оффа стрима что-то в подъезде хлопнуло, оглушая сразу целый этаж питерского новостроя.  в замочной скважине поковырялись, пытаясь провернуть ключ, наконец, додумавшись, просто распахнули дверь. двое пьяных тел ввалились в квартиру. длинный и тощий, тащился за харизматичным шатеном, беспомощно хватаясь за плечо того.  - вов? - кое-как разобравшись с замком-ночником, крикнул в глубь двушки мафаня.  из-за прикрытой двери показалось еще одно тело, маленькое и пухлое. приколов стоял в свободной футболке и домашних шортах с щеткой в зубах, увидев нечто из перегара и нытья антона, тот лишь закатил глаза, кидая щетку в раковину и спеша помочь владу дотащить брамо до студии.  - о, вовка, а ты-то че тут забыл, - растягивая слога, промычал абрамов, пока его в четыре руки заталкивали на разобранный диван - не надейся сильно, мафа меня только люб… - продолжить откровение ему не дало блаженное прикосновение с подушкой. спустя минуту от, казалось бы, бездыханной туши послышалось храпение.  - ну и нахера? - шепотом начал возникать каша, рыская в шкафу в поисках какого-нибудь пледа, в августе ночи были все холоднее. - а вдруг белку посреди ночь словит, - также тихо отзывался калюка, скромно найдя себе место у ног антона.  наконец отыскав что-то наподобие покрывала, вова небрежно кинул то на диван, попадая ровно на голову брамо, немного приглушая храп.  - да похуй, - блондин двинулся к выходу, чувствуя как сзади последовали его примеру.  *** - ревнуешь?  по комнате разливался приятный полумрак, развевал который только одинокий торшер в углу. лунная дорожка никак не могла прорваться сквозь плотные блэк-аут шторы. влад крутил в руках одноразку, примостившись на груди приколова, увлеченно смотря тик токи, которые тот листал. - к антону? делать типо нехуй, - вова погасил телефон, укладывая его рядом с подушкой, чуть жмуря глаза в «домашних» очках.  - может чуть-чуть? - влад, успокойся, а.  калюка перевернулся, нависая над младшим, рассматривая чужой бегающий взгляд. - воняешь алкашкой.  - угу.  шатен приблизился к губам каши, специально выдыхая перегар, заставляя нижнего невольно поморщиться и улыбнуться.  - поцелую?  вместо ответа вова сам приподнял голову, сталкиваясь носами с мафой. невинное касание, укус, поцелуй и вот калюка уже переключается на линию челюсти, шею, оставляя еле заметные отметки и мокрые следы. каша подставляется, полностью размазываясь под партнером.  - знаешь, а антон всегда сосет перед еблей, - шепчет влад, тут же отлетая от прилетевшей пощечины.  в непонятном порыве, вова переворачивает их, заставляя калюку отодвинуться к изголовье. мутно-зеленые радужки заметно темнеют, скрываясь под поблескивающим огоньком похоти. сверху заинтересованно смотрят, скаля белоснежные острые клыки.  - какие мы сегодня инициативные, - говорит влад, нагло поудобнее устраиваясь на кровати. приколов зло зыркает на шатена и сползает ниже, одной рукой оглаживая вялый пресс под футболкой и поддевая резинку боксеров, опускающуюся с характерным шлепком, оставляя яркий красный след на белой коже. влад на это только пуще заливается тихим хохотом, начинающим значительно раздражать.  эти его потуги в проявление характера неебаться какого мачо и абьюзера в последнее время особенно бесили, какое-то нелепое желание выставить вову тряпкой в силу своих кинков. отношения все еще были прекрасными: нежными, чувственными и до ужаса пропитанными взаимной симпатией, но это все реже касалось горизонтальных дел. калюка выводил на ревность, заламывал руки, дразнился, больно кусал и, порой даже, заставлял рыдать от постоянно оттягиваемых оргазмов.  а у блондина работа, съемки - в постели хотелось отрешиться от этого всего, а не терпеть бесконечные унижения. хотелось долго, нежно и любяще, никак уж не довольствоваться грубыми толчками и обманчиво сладкому тону сзади, будучи придавленным к простыням лицом. маф был настоящим эгоистом, жутким собственником и манипулятором, но ни о каком расставании и речи никогда не шло. к чему? чтобы ежечасно страдать от не утихающих чувств и со стыдом возвращаться к нему постель? приколов чувствовал, что любим, что ради него меняются, но в очень редких областях влад все еще ставил себя превыше чужих желаний.  это не были тошные созависимые отношения, скорее они просто страдали от неумения вовремя поговорить и найти компромисс.  вот и сейчас один испытывающе изучает чужой краснеющий анфас, пока другой нервно мнет простыни с кулачках, подавляя ненависть внутри.  - и чего же мы остановились? я уж подумал, сегодня кто-то решил показать зубки.  бесит.  - смелости не хватает? или все-таки нравится, когда тебя берут как шавку?  влад раскален, и это чувствуется уже на физическом уровне. голос старшего тяжелеет с каждым словом, срываясь на протяжный бас, и это до ужаса выводит из себя, эта вопиющая самоуверенность в каждом слове.  - нет, влад, блять, нет! - не выдерживая, орет блондин, больно толкаясь ладонями в чужой торс и усаживаясь на край кровати, принимаясь разглядывать недавно вымытый линолиум. - что - нет? - тупо роняют сзади, привставая на руки и щуря глаза в темноте, выцепляя очертания сгорбленной спины.  - нет, мне не нравится, вообще все это, - он обводит рукой по комнате - мне не нравится.  - ты типо расстаешься со мной? - как-то прискорбно говорит мафаня, будто уже смиряясь со своей участью. - боже, нет! какой же ты тупой иногда, а, - оборачивается приколов, вкрадчиво ища что-то в шоколадных глазах напротив - мне не нравится секс.  - ты асексуал? - теперь уже удивленно воскликнул влад без капли сарказма, вызывая этим умилительный смешок. - нет, даун, я вполне себе сексуал, но меня уже вымораживает от этих твоих игр, или как там, блять, фетишей, детских травм, я не ебу в твоих тараканах. меня это вообще никак не трогает, только раздражает. сам бы попробовал слюни в простынь пускать, пока тебе одновременно ломят руки и засаживают по яйца. - я не думал.., - виновато начинает калюка. - да ты вообще никогда не думаешь, влад!  на пару минут воцаряется звенящая тишина, больно давящая на плечи. торшер в углу мигает пару раз, и каша, уже постепенно отпуская эту ситуацию, думает, что лампочку стоит поменять в ближайшее время.  сзади также похоже не думали.  мафаня придвигается ближе, трепетно дыша в светлый затылок, путает пальцами короткие волоски на загривке.  - скажи, как ты хочешь, - шепчут в ухо, вызывая жаркую дрожь.  вова думает, тяжело дыша, чувствуя, как влад перекладывает тяжелую ладонь на мягкий бок, оглаживая, как скользит к груди, чуть сжимая у шеи, и, как ни в чем не бывало, убирает ее на ляжку приколова, опираясь.  - хочу прелюдию, - кое-как проговаривает каша, не сдвигаясь с места. - вот так? - риторически спрашивает шатен, опускает губы на чувствительную шею, оставляя мимолетные поцелуи.  сильные руки поддевают край растянутой футболки, помогая стянуть ее, отдавая обратно вове, машинально начинающему складывать ее по шву, аккуратно укладывая после на тумбочку рядом с кроватью.  язык ведет влажную полоску по копчику, беспорядочные касания кончиков пальцев дотрагиваются голой кожи, оставляя почти ощутимые ожоги. блондин коротко вдыхает моментами, упираясь ладонями в матрас, перед глазами все плывет от чужого тепла и нежности. интимную тишину разрывает тихий полу-стон, невольно вырвавшийся, когда калюка особенно правильно сжимает руку на плече, сминая ноющую мышцу.  - ляг на живот, пожалуйста, - просит влад, слегка шлепая младшего по боку.  приколов слушается, укладываясь, кладя голову на сложенные руки. маф седлает его бедра, опуская ладони на напряженные плечи и принимаясь бережно разминать их.  - так зажат, родной, - говорит он какой-то удушающе нежной интонацией, что у вовы подгибаются пальцы на ногах.  крепкие руки переходят на грудной отдел, уже сильнее надавливая на сведенные усталостью мышцы, чувствуя как они расслабляются под касаниями. дальше одна рука спускается на поясницу, пальцы второй так массируют почти что каменную шею, что от таких касаний простреливает блаженной болью. - так много работаешь, такой молодец, - причитают сверху. - влад, - лишь зовет разморенный приколов, открываясь от рук, и сбрасывая чужие ладони со спины. - что такое, хороший? - поцелуй, пожалуйста.  маф осторожно переворачивает блондина, почти ложась на него, и припадает губами к чужим обветренным, ловя и сминая нижнюю, показывая, что не ждет инициативы снизу. младший только приоткрывает рот, впуская настойчивый язык, тут же проскальзывающий по небу. клыки чуть царапают губу, выпуская капельку крови, железный привкус которой шатен слизывает, опускаясь обратно в тягучий поцелуй.  вова протягивает руки к боксерам калюки, пытаясь стянуть их трясущимися пальцами, но его тут же пресекают, невесомо хлопая по бедру.  - сегодня я сам, - отрываясь от светлого лица, говорит влад.  глаза закатываются от столь желанной нежности, но прикосновений начинает уже до невозможности не хватать, и каша инфантильно хныкает, когда руки старшего скользят по живот к шортам, стягивая из в одно движение. не скрытая ничем кожа ловит холодок приоткрытой форточки. ладони ложатся в опасной близости на бедра, медленно двигаясь вверх.  - пожалуйста, влад, - поднимает на него взгляд вова.  - скажи, что мне сделать, - шепчет в ответ калюка, потираясь грубой тканью о сочащийся смазкой член младшего.  каша на это лишь просяще стонет, откидываясь обратно на подушки.  - ну же, малыш, я жду, - мягко оглаживая втянутый по привычке живот.  - подрочи, - на выдохе лепечет блондин.  влад усмехается, кладя ладонь на щеку приколова, большим пальцем утыкаясь на губы, удивленно втягивая воздух, когда вова высовывает язык, очерчивая его и пропуская глубже, лишь слегка касаясь зубами и втягивая щеки. как в трансе шатен убирает его, заменяя указательным и средним, следя, как они утыкаются во впадину на розовом языке, и как пунцово заливаются щеки каши, вызывающе глядящего ему в глаза. вязкая от возбуждения слюна стекает по подбородку, и  калюка, опомнившись, подбирает ее пальцами, опуская мокрую ладонь на член, двигая им на пробу, и сладко ловя ответный благодарный стон.  движения то срываются на бешеный ритм, то вовсе прекращаются. влад шумно дышит в щеку младшему, слушая несдержанные вскрики того.  - ты.. тоже.., - задыхаясь, выговаривает приколов, поворачиваясь на бок.  - что я тоже, вов?  блондин на это выуживает свою ладошку из-под плотно прижимающихся тел и запускает ту в чужие боксеры, пошло намокшие и показывающие очертание крупного члена. влад рычит на прикосновение, возобновляя движения, чувствуя, как от невинных сухих поглаживаний все ближе и ближе подступает желанная разрядка.  он утягивает младшего в поцелуй, теснее прижимаясь и подмахивая бедрами в кольце сжавшихся пальцев в такт своих же скольжений.  одновременный оргазм накатывает липкой волной. вову подбрасывает в чужих руках, и сквозь пелену в ушах он еле улавливает протяжный низкий стон.  парни отлипают друг от друга, откидываясь на сбившиеся прохладные простыни. в воздухе царит запах пота и феромонов, неприятно впитывающийся в кожу. влад пытается отдышаться минуту, поворачиваясь обратно к приколову, любовно засматриваясь на порозовевший профиль того.  - ну как? - спрашивает наконец шатен, придвигаясь ближе и окольцовывая младшего, также смотрящего сейчас на него. - я тебя люблю, - только говорит тот, улыбаясь.  калюка смеется, оставляя легкий поцелуй в кончик носа и краешек губ, прижимаясь еще ближе в объятиях, и проваливает в сон, слушая, как рядом тоже начинают сопеть.  *** вышедший попить воды в ту ночь антон решил больше никогда не оставаться на ночь у друзей.