Прости?

Общага гудела, как улей, наполненный разношерстной компанией. Ники, как обычно, был центром притяжения, его заразительный смех и искрометные шутки разносились по коридору, задевая за живое даже самого угрюмого Кевина, который, несмотря на свою любовь к экси и привычку ворчать, не мог не улыбнуться выходкам своего друга, хоть и скрывал это. Сегодня у него было хорошее настроение. Однако сегодня светлые шутки Ники задели не того, кого следовало. Эндрю, сидевший в углу комнаты, скрестив руки на груди, и без того пребывал в мрачном настроении, а бесконечные подколки Ники в сторону Нила и откровенный флирт, граничащий с наглостью, окончательно вывели его из себя. — Ники, прекрати — коротко бросил Эндрю, его голос был ледяным, как сталь его любимых ножей. Ники, как ни в чем не бывало, подмигнул и продолжил свои шутки, игнорируя предупреждение. Кажись он сегодня сходил в церковь и хлебнул святой воды, либо же просто бессмертный. Эндрю, сдерживаемый лишь силой воли, стиснул зубы. Он терпеть не мог, когда его игнорировали, а тем более, когда его "личное пространство" нарушали подобным образом. Вспыхнув, Эндрю резко поднялся и бросился за Ники, который, заметив опасность, пустился наутек по коридору. Его смех, мгновенно сменившийся на отчаянные всхлипы и вскрики, эхом разносился по общаге. Эндрю, двигаясь быстро и бесшумно, догнал Ники у самых дверей комнаты Кевина, и прежде чем тот успел среагировать, оказался сверху, прижав его к полу, отчего тот замер, а потом всхлипнул, испуганно икнув. Он резко достал из рукава один из своих ножей, блеск которого отражался в карие, почти янтарных, глазах Эндрю. — Не смей больше так делать, я сколько раз предупреждал —прошипел Эндрю, голос его был низким и угрожающим. Ники, от неожиданности, чтобы Эндрю не упал и не пострадал, непроизвольно схватил его за талию и бедро, отчего Эндрю вздрогнул и замер на мгновение, готовый защищаться. Но, осознав, что это Ники, что он не представляет опасности, Эндрю застыл, и тут же успокоившись, начал слезать с него. Мысленно думая — "Блядь, я чуть не перерезал ему горло" — Прости, Эндрю, я… больше не буду, честно — затараторил Ники, глядя на него честными, полными раскаяния глазами. В глубине души он знал, что вряд ли сумеет сдержать свой язык и задор надолго, да и Эндрю, похоже, тоже догадывался об этом, но сейчас его гнев утих. Медленно отступив от Эндрю, Ники, улыбнувшись, послал ему воздушный поцелуй и, пулей вылетев из коридора, помчался к Аарону, чтобы похвастаться новой кофточкой. Эндрю, лишь фыркнул, наблюдая, как Ники скрывается за углом. В этот момент он увидел Элисон, выглядывающую из комнаты с телефоном в руках. Та, заметив, что Эндрю её видит, хитро улыбнулась и показала ему фото, которое, судя по всему, сделала незаметно. На фотографии Эндрю был сверху на Ники, что выглядело крайне двусмысленно. Маленький Эндрю, сидящий сверху на высоком и смуглом Ники – это выглядело, мягко говоря, странно по его мнению. Но очень красиво. Элисон, быстро спрятавшись в своей комнате, оставила Эндрю в замешательстве. Он нахмурился, постоял немного, а затем, молча, направился на крышу, чтобы покурить. Ему было нужно время, чтобы переварить произошедшее и разобраться в своих чувствах. Несмотря на то, что он был способен защитить свою семью от любой угрозы, от Ники он был бессилен. В его шуточках, в его смехе, в его искренней глупости была какая-то особая притягательность, которая, как ни старался Эндрю, не давала ему покоя. Несмотря на все свои старания, быть холодным и неприступным, Ники, словно солнечный луч, пробившийся сквозь темные тучи, проникал в его жизнь, медленно, но верно, меняя его восприятие мира. Но в слух он в этом никогда не признается, даже под дулом пистолета.