Ты же тут?

      Женщина сидит в углу комнаты на корточках, сжимает свои черные локоны волос трясущимися руками, тянет их вниз до жгучей боли, которая отвлекает лишь на мгновение. Иногда чёрные ногти царапают до проступления крови кожу головы, которой женщина безудержно мотает, как бы отказываясь от реального мира.       Со стороны можно подумать, что её ударило током. От части это оказалось бы правдой, но только ток исходит от всё новых и новых погибающих нервных клеток.       Напротив на обычном стуле сидит девушка - полная противоположность первой женщины. Ее лицо выражает спокойствие и лишь немного сомнения и печали, проявляющихся в сочувственной полуулыбке.       - Нет! нет, нет, нет! - глухо, но неимоверно жалобно слышится из угла. - Ты не могла! Это ложь!              Женщина поднимается на негнущихся ногах, опираясь на стену и чуть ли не падая, медленно, но стремительно подходит к стулу и тянется онемевшими руками к плечам девушки. Наклоняется, чтобы прижать её к спинке стула, но её руки встречает лишь холодное дерево.       - Нет! Вернись! Ты же тут!?       Женщина перевела взгляд на листок бумаги, лежащий на сиденье стула.       - Ты же тут?..       Прищурившись карсными от слез глазами, она вновь, неверя тексту, прочла:       "Гермиона Джин Грейнджер Дата рождения - 19.09.1979 Дата и причина смерти - 18.09.2004 23 часа 10 минут - авария автобуса и грузовика. Скончалась 18.09.2004 23 часа 17 минут. Приносим свои соболезнования."       - Гермиона... Я же предлагала тебе такси...       Женщина опустилась на колени перед стулом. С ее щек на ковёр лились слёзы, но она их уже не чувствовала. Она не чувствовала ничего кроме отрицания и перекрывающего воздух кома в горле.       - У меня... у меня же был для тебя подарок.. Гермиона... - не сумев закончить фразу, она падает в обморок от истощения, а из её до этого напряжённых пальцев выкатывается бархатная коробочка с помолвочным кольцом.       На улице гроза. Молнии сверкают, освещая чёрное небо.       Крупные капли дождя стучат по стеклу окон, словно пытаясь добраться прямо к нервной клетке, добить сломанную душу, расколоть и без того в щепки разбитое сердце.