Dominate

Было смешно переступать порог заведения, в которое я мечтала попасть, с абсолютно пустой головой и сердцем, которое упало куда-то в район тазобедренных костей. Меня встретил худощавый блондин, с огромными синяками под глазами и не давал мне начать разговор, пока комнату не окутал аромат травяного чая. - Итак, у тебя есть квирк? - Вам разве не сказали обо мне? - Сказали, но я хочу узнать от тебя сам. Он таинственно улыбнулся, словно читал меня насквозь. Несмотря на его схожесть со скелетом от него удивительно веяло теплом. - У меня только.. Боже, реально сказать типо «о, ну если я подрочу, то поменяю пол»? Ни за что на свете. От одной мысли хочется помереть на месте. - Только слишком с-сильные.. феромоны. Я хочу научиться контролировать это. Иначе я сделаю плохо еще кому-то. - А что насчет мечты? - О чем вы? Он лишь хитро усмехнулся. Да и я хорошо знала о чем он говорит. До боли, если честно. - Она.. была. Не думаю, что кому-то нужен такой герой. Испускаю какие-то бесполезные феромоны, обостряю болезни и еще.. даже не знаю ч-что. Глаза предательски защипало и я быстро заморгала, не позволяя себе расплакаться прямо перед учителем. Но он лишь подлил мне еще немного чая. - Думаю все, что произошло в твоей жизни за последний месяц, возымело огромное влияние и стало огромной ношей. Это не лучшая школа для обучения таких, как ты, но мы постараемся сделать все. Я схожу за директором, а ты пока постарайся успокоиться и допить чай. Травы дают равновесие. К тому времени как я увидела дно глиняной кружки внутри действительно стало теплее и тише. В комнате играли лучики солнца, игриво бросающие солнечных зайчиков от зеркала и тонкая струйка пара, вытекающая из чайника, смотрелась особенно магически. Я глубоко вздохнула, словно осознавая как быстро ускользают случайные минуты спокойствия. Дальше моя жизнь закрутилась бешеным колесом. Мою маму выписали - она должна была принимать таблетки и ежемесячно проходить обследования, но благодаря оплате со стороны государства она могла остаться дома. Мне же пока разрешалось говорить с ней только по видеосвязи, дабы мои феромоны не могли навредить ей еще больше. Собрав небольшой чемодан и забрав документы из школы я переехала на территорию юэй. Ближайший год мне предстояли тренировки с самыми сильными героями-доминантами Японии. Тем не менее одно мое существование скрывалось даже от учеников и моих друзей. Для моих одноклассников из средней школы я срочно уехала учиться в Канаду, так как получила там хорошее предложение. А для случайных зевак, наткнувшихся на незнакомую зеленоволосую девушку, я просто была племянницей Сотриголовы. Месяц сменялся месяцем. Около моей крошечной комнаты неизменно стоял утром завтрак и еще не успевший остыть чай, после была пробежка, занятия в библиотеке, обед, когда перерыв у всех закончился, а после, кто-то из свободных учителей тренировал меня как доминанта. Сразу после меня ждала силовая тренировка, йога и практически часовая медитация. Ужин я так же находила прямо у комнаты. Со всегда долгожданным стаканом потрясающего лимонада. Первое время медитации сводили меня с ума, куда больше ранних подъемов и отсутствия нормального общения. В голове было грязно. Словно ты смотришь в казалось бы чистое озеро, а внутри валяется чей-то старый велосипед, поросший водорослями, а рядом проплывает нефтяная лужа. Переливается красиво, но ничего хорошего. Сидеть тоже было чертовски неудобно. Спина болела, руки немели, а ноги еще в первые 10 минут со мной прощались. С каждым месяцем озеро все сильнее очищалось. Но и я понимала, что в круговороте однообразных событий я находилась в стабильности, которую можно легко разрушить. Так было каждый раз когда я звонила маме. Это было раз в 2 недели, тоже по расписанию. Ее голос больше не был солнечным и смеялась она с хрипотцой. Мне было отвратительно. Но после этих дней я бежала на рассвете еще быстрее, иногда скользя на лужах и раздирая коленки. Так тебе и надо, чертова Деку. Деку все еще звучало насмешливым голосом Каччана. Каникулы перед новым учебным годом выдались еще более адские, потому что за меня плотно взялись учителя, которым почему-то не хотелось в отпуск. Порой мне казалось, что меня и вовсе воспринимают как эксперимент. Теперь книги из библиотеки ушли на условно свободное время, которого особо и не было, потому что только кусок моего тела касался кровати - я тут же засыпала. Днем я выходила на спарринг с Айзавой, а утром и вечером бегала с Тошинори. И если мне казалось раньше, что я себя не жалею, то мне казалось. Но тело откликалось. И в зеркале на меня смотрела сильно повзрослевшая, с выступающим контуром мышц и слегка усталыми зелеными глазами, но все равно Изуку. С тех пор я так и не.. превращалась снова в парня. Конечно я росла и у меня бывали некоторые желания, но кажется та ситуация слишком меня напугала и я боялась снова превратиться. Хотя порой и были мысли, что возможно парнем было бы быть удобнее. Но только моя рука касалась места.. снизу, то я сразу же ее отдергивала, испугавшись, что однажды просто не смогу вернуться в нынешнее состояние. Почему то сама мысль объяснять суть моего бесполезного квирка казалось мне столь постыдной, что я сразу же старалась думать о чем-то другом. Когда настал новый учебный год я, сжавшись в комочек в углу балкона, наблюдала за новыми учениками, которые со смехом знакомились друг с другом. Было обидно. Я, словно какая-то крыса, живу в подсобке и кушаю, когда положат, а все они такие свободные, еще беззаботные и счастливые. Но сколько бы я этого не ожидала сердце пропустило удар, когда я увидела его. Тоже повзрослевший, все с теми же растрепанными непослушными волосами и наглым взглядом, пылающим вызовом. Конечно же Каччан поступил в юэй. Не могло быть иначе. Мне же лишь оставалось надеяться, что очень скоро маме станет лучше и я уеду на учебу в Канаду. В место для таких, как я, где я больше не буду чувствовать себя лишней. В грудине противно сжималось, потому что маме не становилось легче, а я лишь совала в ящик «не думать» все размышления об этом. На время обо мне все забыли. Хлопот изрядно поприбавилось вместе с новыми учениками, а мне иногда удавалось призраком присутствовать в их школьной жизни. Конечно об этом совсем никто не знал. Одиночество все сильнее раздирало меня и порой я даже просыпалась от своих всхлипов, когда мне снилась прошлая жизнь. Наше детство со всеми этими выходками Каччана, которое казалось уже абсолютно райским, в сравнении с моей нынешней жизнью. Редкие мамины наказания, которые доводили меня до слез. Школьный буллинг.. но все это было, черт возьми, приятнее, чем абсолютная пустота. Но я чувствовала себя обязанной. Я уже навредила своей маме, что если я наврежу еще кому-то? Какой из меня тогда, даже чисто гипотетический, герой? Отвратительно. Возможно я бы уже повесилась на веревке из своих червивых мыслей, если бы однажды Айзава не пришел ко мне с новостью. - Я думаю, что очень скоро тебя можно будет познакомить с классом. - Ага.. Отвечаю на автомате, лишь через секунду поняв, что он сказал. - Агаа.. что? Вы же.. с каким классом? - С геройским конечно, куда же тебя еще девать. - Да какой из меня герой.. у меня и причуды то нет. Говорю, а щеки все равно слегка краснеют. Лгушка. - Не буду говорить, что с твоими способностями можно и без этого, но.. частично это правда. Пока что тебя не могут отправить учиться за границу, но и дальше жить вот так ты не можешь. Часть учебы это социальная жизнь, все же. Уже хочу обрадоваться, но понимаю, что это будет означать встречу с Кацуки. Но и упираться будет странно. Да и к черту этого.. Заметив что я замешкалась, Айзава продолжил: - Кхм, слушай, это не произойдет завтра, ладно? Пока у каждого ученика не будет выявлен феромон, а ты не пройдешь лично мою и Яги проверку, ты будешь жить здесь. Не буду лгать, это может затянуться еще на год. Это я о феромонах. А о тебе.. старайся вообщем. Он как-то совсем по отцовски похлопывает меня по волосам и, сам себе хмыкнув, уходит, оставив меня с моей тревогой в одной комнате.