Do I look like them?

Возможно, ночное дежурство – не самая печальная участь. Никаких разговоров на повышенных тонах, колкие замечания не режут слух. Но если смотреть на сложившуюся обстановку под немного другим углом, то тишина в дуэте со мглой за окном и глухим шумом часов немного давила. Как и давил пустой взгляд людей, чьи фотографии с надписью "Wanted" сверху украшали стены комнаты. Вальяжно закинув ноги на стол, Кольт опёрся на спинку не самого удобного стула и откинул голову назад. От количества бумажной волокиты уже начинали болеть глаза. Либо же эта боль была вызвана слишком слабым освещением. Пара-тройка керосиновых ламп, хоть и справлялась со своей работой, но не могла сравниться с тем же освещением в Суперсити. Но жаловаться на условия труда, хоть и сильно хотелось, шериф бы не стал. Стул неожиданно пошатнулся, отчего Кольт чуть не грохнулся на пол, но сумел сдержать равновесие. Глаза сами начинают смыкаться. Он посмотрел на часы. Уже третий час. Нет, всё же ночное дежурство – отстой. Всë равно камеры пустуют, следить попросту не за кем. Единственное, чем можно себя занять - заполнение документов(которые, к слову, уже давно нужно было сдать). Смертная скука. Достав из верхней полки стола небольшое зеркальце, что он совсем недавно приобрёл на базаре, Кольт улыбнулся. Стоило видеть, как во время совершения данной покупки закатила глаза Шелли. Это воспоминание вызвало у парня легкий смешок, после чего он стал разглядывать своё отражение. Да, ночные посиделки явно отразились на его внешности: растрёпанные волосы, уставшие глаза, под которыми вот-вот появятся мешки... Кольт поморщился и стал поправлять выбившиеся из его недавно идеальной укладки волосы. На секунду он замер. В отражении парень заметил висевшие позади него плакаты с изображением преступников. Плакаты как плакаты. Такими увешана вся комната. Для Шелли они не имели особого значения, лишь мозолили глаза. Да и для Кольта, в основном, также... Но не эти. Брови шерифа сомкнулись у переносицы, после чего он встал из-за стола и подошёл к доске розыска, не отрывая взгляда от зеркала. Рядом друг с другом весели плакаты с подписями "Сэм Бронсон" и "Белль Старр". Кольт взглянул на лицо мужчины, вернул взгляд на зеркало. Глаза заметались от отражения к плакату. – Что же за чертовщина... Парень стал вглядываться в черты Бронсона и ужаснулся. Нет, это какое-то сумасшествие. Он просто слишком устал. Кольт хотел было отвернуться и вновь заняться своей работой, но взор теперь упал на Золотую руку. Белль Старр, зеркало, Белль Старр, снова зеркало. В груди заныло ещё сильнее. Своë собственное отражение, то, что он так обожал, за секунду стало ему чуждым. Эти скулы, эти глаза, брови, нос, шрам на подбородке... Всë его нутро затрепетало от отвращения к самому себе. Он всë больше становился похожим на него... на неё... Именно этого Кольт и боялся. Боялся, что когда-то увидит в этих людях себя. – Так значит... Я всë же похож на них. Кольт зажмурился. С каждым годом он ловил себя на этой мысли всë чаще и чаще, но старался прогонять её. Гнать куда подальше и молиться всем богам, что его глаза чёртовы обманщики. Но этот день всё же настал. И вот он стоит перед этими злосчастными плакатами, пытаясь убедить себя в том, что картина, представшая перед ним – просто плод его фантазии, а не реальность. Он открыл глаза, и на его лице отразился ужас, а по спине пробежали противные мурашки. На мгновение он увидел образы своих родителей, а затем снова себя. Лицо в зеркале стало одновременно и лицом его отца, и лицом его матери. Вся эта мешанина из лиц вызывала отвратительное ощущение, перерастающее в панику. – Я так не могу! Я не хочу этого, убирайтесь из моей головы! Немедленно! Резкий удар и зеркало было разбито. Осколки тут же разлетелись по комнате, а на пол упала пара красных капель. Кольт тяжело дышал, сжимая рукоять зеркала в руке. Медленно вернув взгляд к доске розыска, он поджал губы. Пальцы разомкнулись, освобождая зеркало(или то, что от него осталось), и оно глухо упало на пол. Очередной порыв злости накрыл шерифа и он сорвал плакат с фотографией Сэма и, смяв его, бросил на пол. Рука уже потянулась к изображению Белль, но Кольт остановился. – Я начинаю выходить за рамки. Спокойно, Кольт, спокойно... Глубокий вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Парень начал постепенно приходить в себя. Вдох. Выдох. Он наклонился и поднял смятый листок. Прошептав извинения, Кольт разгладил плакат и повесил его на место. Стоило бы собрать осколки. Все до единого. Не хватало ещё, чтобы кто-то порезался...

***

       – ¡Idiota! ¿Cómo fue posible no encontrar un botiquín de primeros auxilios?! ¡Ni siquiera puedes quedarte un par de horas! – Хей, Шелли, ну успокойся наконец! – ¡Estoy completamente tranquila! – увидев растерянное лицо Кольта, Шелли звучно выдохнула. – Я совершенно спокойна. – По тебе не видно... Ты на испанский переходишь в основном только когда на меня злишься. – А как тут на тебя не злиться?! Хух, ладно... Держи пластыри. Хоть заклей порезы свои. Когда же наша белоручка пораниться успела? – девушка прошла к рабочему столу Кольта и стала перебирать лежавшие на нём бумаги. – Это не так уж и важно, – поморщившись, Кольт стал заклеивать пальцы. Шелли пробежалась глазами по заполненным документам. Пойдёт. Нужно будет отнести их Гавсу, и, со спокойной душой... получить очередную партию бумаг. Рейнджер развернулась и увидела смятый плакат, криво висящий на доске розыска. Кажется, кто-то тщательно пытался его выровнять. После взгляд упал на мусорное ведро, стоявшее под столом, в котором виднелись осколки от зеркала. Шелли оглянулась на Кольта и встретилась с ним взглядом. Почему-то он выглядел чересчур обеспокоенным, что крайне напрягало. Да и самого Кольта беспокоило, как внимательно его напарница вглядывалась в его лицо. Вдруг она тоже заметила это сходство. Вдруг она сейчас догадается... Шелли ещё раз изучила скомканный лист и сняла его с доски розыска. – И как ты мне это объяснишь? – протянув плакат Кольту, Шотган сложила руки на груди. Он молчал. – ... Я тебя поняла. Просто принеси из архива целый плакат. – Ладно, ладно, так уж и быть, – парень смог спокойно выдохнуть. Кажется, не заметила. Кольт взял из рук Шелли плакат и направился в другую комнату, где находится архив. Шотган проводила его взглядом и обернулась к доске розыска, одно место на которой ненадолго опустело. Пазл постепенно начал складываться.