Hey, Mr. Policeman

Хосок уже трижды проклял себя за то, что он в тот день пошёл в гей-клуб. И то, что он выпил лишнего. И то, что позволил себе быть соблазнённым дерзким парнишкой-омегой. И вот теперь он расхлёбывает последствия своего безумия. Мин Юнги сидит перед ним в наручниках, смотрит дерзко и вообще не выглядит ни испуганным, ни виноватым, хотя по сути должен бы быть. Чон Хосок- офицер полиции, которому на днях исполнилось двадцать восемь. Больше года назад он расстался с бывшим, и с тех пор в его жизни была только работа. Хосоку бы и хотелось сказать, что он ловит особо опасных преступников, но, увы, все с кем ему приходится иметь дело, это мелкие правонарушители вроде школьницы, которая украла дешёвый блеск для губ в магазине, или мелкого хулигана, разбившего окно дома в соседнем дворе. В тот вечер пятницы что-то его дёрнуло пойти в клуб. Неделька выдалась непростая, — куча работы, в основном, скучной. Заполнение отчётов, несколько унылых совещаний у руководства, ещё и любимая собака приболела. Хосоку пришлось вести Гонджу к ветеринару. Альфа выпил немного виски в баре с коллегами, а потом его потянуло на приключения. Приехав в клуб, он сначала подошёл к барной стойке и заказал себе ещё виски. А потом ещё. И ещё. В общем, позже, когда он сидел за столом в дальнем углу, он уже был хорош. В этот момент к нему подсел омега с волосами до плеч. Кудрявые волосы были тёмными, при приглушённом свете Хосок не мог понять точно, какого они были цвета. Некоторые пряди были цветными. Если точнее, розовыми. Омега был смазливым, но при этом не слишком нежным, как раз во вкусе Хосока. На Юнги, как он представился, были дранные джинсы и футболка оверсайз. От него приятно пахло чем-то едва уловимым, и этот запах не перебивал даже алкоголь, — Юнги пил персиковый соджу. То, что парень слишком юн, Хосок осознал уже позже, когда они вышли в туалет и принялись сумасшедше целоваться. Инициатива при этом исходила от омеги, и Чона это не на шутку завело. Ему нравились такие омеги, которые способны прижать альфу к стене, и бесстыдно соблазнять, дерзко залезая в рот своим горячим язычком. — Ты хотя бы совершеннолетний? — задыхаясь от возбуждения, произнёс Хосок, зарываясь носом в яремную впадину омеги. — Что, боишься, что тебя посадят? — криво ухмыльнулся Юнги — Не сцы, я уже взрослый мальчик. Хосок в этом сильно сомневался, но в тот момент чувство самоконтроля под воздействием алкоголя и пьянящими ласками младшего было слишком слабо. Омега довёл его до оргазма ртом и руками, а Хосок, в свою очередь, как следует оттрахал омегу пальцами, повернув его лицом к стене и приспустив тому штаны. Когда из горла Юнги вырвался последний предоргазменный стон, а по внутренней стороне его бедра потекла мутная струйка, у Хосока промелькнула мысль, что он ещё может пожалеть об этом, но она тут же исчезла на периферии его сознания. И вот теперь Мин Юнги сидел перед ним в его, Хосока, полицейском участке, и это был уже третий раз за месяц. Альфа знал наверняка, что Мин всё это делает специально. Сначала кража пачки рамена в круглосутке, потом граффити на частной собственности, и вот теперь угон авто. Омега никогда не скрывался с места, ждал прибытия полиции, и всё, что он делал, происходило в его, Хосока, районе. И, конечно же, в его смену. После бурного секса их тогда обоих развезло. Хосок вызвал такси и довёз омегу до дома, а потом уехал к себе. Всю дорогу Юнги спал, а Хосок изо всех сил следил за тем, чтобы водитель не перепутал маршрут в богом забытом спальном районе. На утро о той ночи напоминало лишь нехилое похмелье и засос, поставленный омегой альфе на ключице. Секс был горячим, это правда. Хосок снова возбуждался, даже просто вспоминая о нём, но на этом всё, — приключения в клубах почти никогда не имеют продолжения. Мин нашёл его сам. Тоже, блин, Шерлок Холмс. Впрочем, это было не так уж сложно. Под виски Хосок сказал и своё полное имя, и возраст, и даже то, что он полицейский, не ускользнуло от глаз шустрого омеги, — он заметил полицейский значок, когда они уже были в кабинке туалета. Когда Хосок увидел случайного знакомого у своего участка, он был очень удивлён. — Привет — омега широко улыбался и выглядел слегка иначе. Нет, его дерзость никуда не делась. Но джинсы были поскромнее да макияжа почти не было. — Что ты здесь делаешь? — Тебя жду, — пожал плечами Юнги. — Хотел поблагодарить тебя и пригласить на ужин. — Поблагодарить за что? — Ты не бросил меня ужратого в клубе, благородно проводил до дома на такси. Вот я и хочу тебя отблагодарить. — Как ты меня нашёл? — Интернет творит чудеса, — туманно ответил младший. — Так что, пойдёшь на свидание? — Сколько тебе лет? — А что, это важно? В клубе, когда ты трахал меня, кажется, важно не было. Хосок покраснел и оглянулся. Не хватало ещё, чтобы коллеги услышали о его похождениях. — Мне уже есть девятнадцать, не бойся. И я, тебе повезло, люблю мужчин постарше. — Ты ничего не знаешь обо мне. — Так и узнаю. — Это плохая идея. Мин сужает глаза. — На разовый перетрах гожусь, а на свидание с тобой недостоин что ли? — Не в этом дело — Хосок чувствует себя растерянным. — Ты слишком юный для меня. — Так я таким не останусь — ухмыляется омега — вырасту. — Я тоже знаешь не застыну в этом возрасте. — Что ты всё твердишь: «возраст, возраст»? — передразнивает альфу Юнги. — Как будто тебе восемьдесят, а мне семь. Восемь лет разницы, не так уж и много. — Извини, но мне пора. Хосок уходит к метро, чувствуя, как его спину прожигают взглядом. Мин и, правда, слишком молод. И, скорее всего, у них нет ничего общего. Да, не скорее всего, а точно. С того дня Юнги начинает добиваться внимания Хосока весьма оригинальным образом. Совершает мелкие нарушения, а потом дожидается Хосока, и снова и снова твердит ему о свидании. — Ты хоть понимаешь, что угон это серьёзно? — Хосок потирает виски. — Что я могу посадить тебя в тюрьму? — Голова болит? — с сочувствием интересуется омега. — Хочешь сделаю массаж шеи? Я могу! Только наручники сними. Альфа морщится, какой ещё массаж? — Хочешь посадить, посади — спокойно продолжает Мин, — так я смогу видеть тебя чаще. — Вот не дурак ли ты? — в сердцах произносит Чон — Зачем портить себе биографию? Ради чего? — Ради тебя. Юнги поднимает взгляд на него и смотрит Хосоку прямо в лицо. Он явно не врёт и не притворяется. Альфа чувствует себя виноватым. — Ты учишься или работаешь? — меняет тему альфа. — И то, и другое, — шмыгает носом Мин. — Родители? — В другом городе. В Кванджу. Я в общаге живу. Так что никто меня не хватится. — Дурень… — беззлобно произносит Хосок, вздыхает и снова трёт виски. Он прикидывает, как можно отмазать Юнги. Владелец автомобиля будет, конечно, возбухать, но это можно уладить. Штраф, скорее всего, наложат солидный. Ладно, он оплатит сам. Тем более, что машина к счастью не пострадала, и Мин сам её угнал, и сам же пригнал к полицейскому участку. — Так, я тебя отмажу, но что бы больше без фокусов, а то реально сядешь, — повертев ручку в пальцах, Хосок начинает писать в отчёте. — Лучше сходи со мной на свидание — упорствует Юнги. — Я обещаю, больше я ничего вытворять не буду. Одно свидание. — Зачем тебе это? — устало интересуется Чон. — Ты мне нравишься — без тени сомнения отвечает омега. — Ты что, никогда не влюблялся и никогда не делал глупостей? — Так сразу и влюбился? Из-за секса в туалете? — альфа понижает тон. — Мы вообще-то до этого ещё и разговаривали, и танцевали. Хосок помнит всё это смутно, — количество виски в его крови превышало тогда нормы, при которых он сохраняет ясность сознания. — И целуешься ты очень неплохо — насмешливо произносит Юнги. — Я знаю, что тебе тоже понравилось. Не упрямься. Дай мне шанс. — Ты перестанешь нарушать закон? — Перестану. А если вдруг и нарушу, у меня парень полицейский, — дерзко ухмыляется омега. — Шустрый какой. Ещё на свидание не сходили, а уже «парень» — ухмыляется Хосок. Хосок долго смотрит на омегу, отложив ручку. Несмотря на то, что он говорит, внутри него ничего не сопротивляется тому, чтобы называться так в скором будущем.