«Ложь ради встречи»

***

Фэд сидел на кровати Сака в его доме, погружённый в размышления. Он всё ещё не знал, под каким предлогом на этот раз попасть в Больницу и увидеться с Саком. С тех пор как его чуть не выловила охрана за «запрещённое проникновение», прошло несколько дней. Тогда, в коридоре Больницы, кто-то случайно встретил его — парящего, с немалым количеством ножей в карманах, и устроил настоящий скандал. Сак строго сказал, что теперь Фэду нужно входить через ресепшн, и то только в экстренных случаях, без угроз и лишних разговоров. После того дня у Фэда не осталось ни одной отговорки, которую бы он не использовал, чтобы снова встретиться с доктором Саком. Ведь только днём он мог провести с ним время вволю. Ожидать его возвращения из работы было бессмысленно — Сак возвращался поздно, едва переступив порог, падал в постель, не успевая даже поужинать, а уж тем более подумать о чём-то ещё. Всё, что он успевал, так это быстро поцеловать Фэда у двери, прежде чем направиться в спальню. Исключение составляли только выходные. Теперь, сидя на кровати, Фэд обдумывал варианты, что сказать перед ресепшеном и самому Саку. Может, сказать, что забыл что-то в его кабинете? Хотя... он ведь никогда ничего не приносил с собой. Или же, может, утверждать, что нужно срочно уточнить какой-то вопрос? Но что именно — сам Фэд не знал. Может, признаться, что просто скучает по Саку и сказать всё как есть? Но это уж точно не его стиль. Даже если бы он оказался на грани мучительной смерти, он бы не признался в таком. А если сказать, что у него что-то болит? Да, это отличный ход! Он пойдёт и скажет всем, что болит. Вот тогда Сак точно не устоит и впустит его к себе. Мысленно похвалив себя за такую блистательную идею, Фэд вскочил с кровати и, не теряя времени, вылетел через стену квартиры, направляясь к Больнице.

***

Тем временем Сак, сосредоточив внимание на своём текущем пациенте, продолжал свою работу. Или, скорее, "пациентике", ведь перед ним был не взрослый человек, а маленький, неугомонный мальчик в сопровождении своей матери. Малыш оказался весьма капризным и с трудом поддавался любым уговорам, что, однако, не сильно беспокоило Сака. Напротив, такое поведение вызывало у него тёплые воспоминания о своём, таком же неугомонным призраке, Фэде. А вот мать мальчика была явно обеспокоена выходками сына. Каждый раз, когда её чадо произносило очередную колкость в сторону доктора, женщина краснела от стыда и, пытаясь как-то загладить неловкость, часто извинялась, порой даже слегка болезненно щипая мальчишку за плечо, чтобы он прекратил свои шалости. – Извините, пожалуйста, доктор. Он на самом деле очень послушный… Не знаю, что с ним сегодня… – повторяла она, иногда кидая разочарованные взгляды на своё неугомонное дитя. Сак лишь тихо улыбался ей в ответ, давая понять, что он абсолютно не переживает из-за таких слов и действий малыша. После долгих усилий Сак, наконец, завершил свою работу с этой семьей. Он с облегчением открыл дверь, поддерживая её рукой, чтобы женщина, всё ещё кланяясь и не переставая благодарить доктора, смогла выйти. Но стоило ему переступить порог, как он услышал до боли знакомый голос с ресепшена, который без усталости поливал их матом.