То, что называется БРИКС

— Мне бы хотелось побыть на сегодняшнем собрании БРИКС. — воодушевлённо заявил Беларусь, смотря на сидячего за рабочим столом Россию. Тот не ответил сразу. Казалось, он погрузился в мимолётное размышление, а лицо его на мгновение будто бы выражало лёгкое смущение — почему именно, Беларусь не понял. Но недолго подумав, Россия дал положительный ответ, слегка усмехнувшись, и кивнул. — В шесть вечера, в конце рабочего дня. Ещё не передумал? — Нет! Хочется оценить перспективность вашего союза со стороны. — настойчиво сказал Беларусь, оперевшись на стол своего брата. — Тогда жду тебя в конференц-зале. А теперь заканчивай болтовню и продолжай работать. — пытаясь сохранить прежнюю строгость, ответил Россия и вновь перевёл взгляд на экран монитора, печатая очередной документ.       Беларусь лишь улыбнулся и неохотно поплёлся уже к своему столу — так называемая болтовня очевидно была намного приятней унылой скучной работы! Но ничего, к сожалению, не поделаешь.

***

      Беларусь вошёл в конференц-зал последним, своим визитом он прервал Россию, что-то усердно говорящего. На миг в помещении восцарилась тишина. —...Да, сегодня на нашем собрании поприсутствует гость. — сказал Россия, указав рукой на беларуса. — Хоть какая-то компенсация отсутствующих членов союза! — чуть раздражённо продолжил он.       Беларусь быстро уселся на свободное место, коих в зале было хоть отбавляй, и принялся разглядывать всех присутствующих. Помимо самого организатора на собрании были Бразилия, который, состроив максимально умный вид, пытался вслушиваться в речь России, Китай и Индия, которые, кажется, единственные были по-настоящему заинтересованы в данном мероприятии, — не каждый же захочет в конце дня отсиживать лишние часы! — а также Иран, лицо которого как и было суровым, так и оставалось, и Саудовская Аравия, внезапно затесавшийся на собрании, хоть так и не подтвердивший своё членство в БРИКС... — Кстати об отсутствующих, кто-нибудь знает, куда делись Эмираты, ЮАР и другие? — сказал Россия строгим тоном. — Я же видел их сегодня в офисе! — Эмираты, кажется, смылся сразу же по окончанию рабочего дня...— вдруг ответил Саудовская Аравия и задумчиво отвёл взгляд. — Хм, на том симпатичном лимузинчике, который подъезжал к нашему офису...Шейх проклятый! — Понятно, отдыхает значит...Тоже мне, нашёл время! А что с Южной Африкой? Где там Египет? И этот, как его...Ах, да, Эфиопия? Конференц-зал почти что пуст. — слегка раздражённо говорил Россия. — Но отсутствующих не так много, по крайней мере, могло быть и хуже! — затесался в разговор Индия, чтобы подбодрить русского. — С таким несерьёзным отношением ничего дельного мы и не добьёмся! Вы хотите ударить в грязь лицом? Я думаю нет. Да и поглядите сами, у нас же столько общего...— Россия вдруг затих на пару-тройку секунд. —...Будет! У нас же столько общего будет, какие перспективы для совместного развития! Да и мы же все душа в душу живём! Почему каждое чёртово собрание я должен это объяснять? — закончил он свою пламенную речь и потёр переносицу.       В зале вдруг встала настолько давящая на все полушария головного мозга тишина, что минуты две никто из присутствующих не решался промолвить и слова — отругали словно маленьких детей и заставили пребывать в таком неловком молчании, дабы вызвать чувство стыда! "Неужели каждое собрание проходит именно таким образом?" — единственная мысль, что была в голове Беларуси. Но природное любопытство, подталкиваемое желанием отсидеть до конца хотя бы ради своего брата, всё ещё не давало ему грациозно встать со своего места и уйти отсюда куда подальше, не забыв для драматизма громко хлопнуть дверью. Да и мало ли, всё-таки мероприятие только началось, и надежда на получение действительно полезной информации всё ещё была. — Стоит начать, я думаю. Так, сегодня на повестке дня...— заговорил Россия, вырвав Беларусь из своих мыслей.       Последующее обсуждение отличалось от предыдущего своей монотонностью: ни недовольства от русского, ни тщетных попыток его успокоить. Возможно, просто ни у кого уже не было сил на напрасную ругань или шибко бурные дискуссии. При всём при этом, Беларусь старался внимательно поглощать сказанную Россией информацию — лишним никогда не будет! Да и если не обращать внимания на начало собрания, беларусу было интересно всё это слушать, хоть и от усталости под конец дня мозг уходил куда-то далеко-далеко в свои мысли, а концентрация постепенно испарялась в небытие так, что отвлечься можно было практически на что угодно. А Россия тем временем всё продолжал и продолжал говорить о планах, о перспективах, о договорах, и всём-всём-всём, что как-либо могло коснуться БРИКС. Беларусь уже не столько слушал, сколько смотрел на русского, за тем как бегают, частенько вчитываясь в текст, его голубые глаза, как бледные худые руки перелистывают страницы в небольшой папке, вероятно, с документами. Уже не было той суровости, что символично начала собрание, видна была лишь чёткая поставленная манера речи — без единой запинки и с полной уверенностью Россия вещал свою мысль, свою идею, которая в последствии скрепила бы союз ещё больше. По крайней мере, так казалось Беларуси. И это ему нравилось, а может и не только ему...Но, судя по всему, вглядываться в брата от разъедающей душу скуки для него было в разы веселее. —...И, таким образом, это поможет нашему грядущему процветанию. Всё! — закончил Россия. — Первая часть собрания завершена... — на его лице, казалось, появилась небольшая ухмылка. Все начали вставать со своих мест.       Беларусь был в замешательстве. "Первая часть"? Значит должна была быть хотя бы "вторая часть" собрания? Но будто вопросы к происходящему были только у него, все остальные страны пошли к выходу, и их лица показались беларусу более довольными, чем раньше. "Что же их так оживило?" — подумал про себя Беларусь и тут же поспешил выйти из конференц-зала вместе с другими. Быстрыми шагами он дошёл и до своего брата. — Россия? Собрание ещё не кончилось? У него будет, ну...— беларус замешкался. —...Вторая часть? Россия посмотрел на Беларусь удивленным взглядом. — Точно, ты же не был на собраниях раньше. — взгляд вдруг смягчился, а русский даже одарил братишку понимающей улыбкой. — Не волнуйся. Тебе понравится.       Беларус решил не задавать вопросов, хотя у него их стало ещё больше! Он просто шёл с толпой, а в груди томилась жгучая смесь волнения, любопытства и тревоги.       В конце концов страны пришли в довольно пустой и плохо освещенный кабинет, в котором не было ничего, кроме проектора и стола, целиком и полностью заваленного документами. Беларусь оглядывает помещение, и не находит в нем ничего эдакого, ради чего в него пришлось бы переходить из хорошо оборудованного конференц-зала! Не успевает он ничего сказать, как к нему подходит Россия и протягивает связку ключей. — Пойди, закрой конференц-зал. И возвращайся обратно. — в глазах России мелькнул озорной блеск. — Тебе стоит поприсутствовать и на второй части совещания. Секунду Беларусь стоял как вкопанный, но затем схватил ключи и оперативно вышел из кабинета, чтоб быстрее сделать порученное.       Как только беларус покинул комнату, все резко замолчали, а Россия пошел к своим союзникам. — Хм, ты специально его так из комнаты выпер? — вдруг начал Бразилия. — Нет, всё ещё в силе. Ему лучше прийти в разгар происходящего. — холодно отвечал русский. — Россия, — решил вставить своё слово и Китай. — ты правда хочешь заставить своего брата участвовать в этом? — вопрос он задавал будто бы с некоторой осторожностью. Россия лишь хихикнул и поднял взгляд своих голубых глаз на китайца. — Это поможет укрепить наши дипломатические отношения. — отвечал Россия, и вдруг его рука резко хватает Китай за сережку и притягивает чуть ниже к себе. — Да и в конце концов...Он же уже не маленький мальчик, ему стоит знать о всех тонкостях нашего союза. И новый участник нам не помешает.              Китай молчал, а Россия всё также смотрел на него, задумавшись. Вдруг он притянул китайца к себе ещё ближе. — Начну с тебя. — прошептал русский и, вновь потянув за серьгу, вовлёк Китая в грубый поцелуй, хватая за плечи и постепенно опускаясь на холодный пол вместе с ним.       Разорвав поцелуй, Россия чуть сменил положение и, как бы невзначай, сел прямо на выпирающий из штанов бугорок, таким образом, буквально восседая на китайце. Ничего не говоря, русский спускает с него штаны, а затем и нижнее бельё, открывая вид на небольшой, но крайне возбуждённый китайский член. Явное желание своего оппонента поскорее предаться плотским утехам Россия игнорирует и вместо этого снимает свою водолазку, оголяя бледное тело, и, оглядев того лукавым взглядом, вдруг поворачивается к остальным. — Можете присоединяться. — слова России стали словно спусковым крючком для желавших его мужчин.

***

      Беларусь быстрым шагом шёл по пустому коридору — удивительно как на простую просьбу брата он откликнулся с таким-то энтузиазмом! Было у него какое-то странное предчувствие: ни хорошее, ни плохое — нечто совершенно иное, то, что сильнее любого любопытства заставляло беларуса поскорее вернуться в ту паршивую комнатушку. В один момент Россия показался ему каким-то не таким: что-то несвойственное ему было в этих глазах, что-то в какой-то степени привлекательное, словно свет лампы для глупого мотылька, что летит к нему, даже не подозревая, что одна яркая искра может лишить его жизни. Беларусь старался откинуть эти лишние на его взгляд мысли, и подойдя к конференц-залу начал неуклюже перебирать ключи. Найдя нужный, одним лёгким движением он закрыл дверь и, словно рефлекторно, быстро пошёл обратно. С каждым шагом странное предчувствие всё усилялось, и, к счастью, когда оно достигло апогея, Беларусь уже схватил дверную ручку кабинета, в котором на данный момент проходила вторая часть совещания.       Когда он окрыл дверь, ему предстала совершенно ошеломляющая картина: Россия, сидя на явно возбуждённом Китае, интенсивно отсасывал член Бразилии, надрачивая при этом свободными руками Аравии и Индии, пока его зад безжалостно долбил Иран — кому расскажешь, не поверят! Беларуси оставалось лишь войти в комнату, закрыть дверь и вновь обратить свой взгляд на мужчин, страстно придающимся любовным утехам. Его лицо налилось краской, он и не мог даже слова сказать. Несмотря на все подозрения, его брат, удовлетворяющий сразу нескольких человек одновременно — это последнее, что беларус ожидал увидеть.       А любовнички, кажется, даже и не обращали внимания на него. Россия аккуратно вытаскивает темный член Бразилии изо рта, чтобы дать себе отдышаться, медленно проводит языком от основания до головки, слизывая обильно сочившийся предъэакулят, и вновь насаживается на него, издав громкий стон; его руки в этот момент быстрыми движениями трут половые органы двух других его союзников — Индии и Саудовской Аравии, заставляя тех блаженно вздыхать. Иран тем временем резкими толчками буквально вбивается в русского, крепкой хваткой держа его фигуристые бёдра; в комнате раздаются громкие шлепки. А Китай лишь смотрит как его близкого друга, его дорогого, так сказать, товарища трахают прямо на его же глазах, не имея возможности как-то принять во всём этом участие — довольно унизительное положение. И вот Бразилия, вставив член в глотку России по самое основание, обильно кончает, тот кончает вместе с ним Китаю прямо на живот. Ускорив движения рук, русский заставляет излиться и Аравию с Индией на его лицо. Бразилия, схватив Россию за волосы, оттягивает того от себя и пускает на обкончанную физиономию струю мочи, а Иран делает последний толчок, целиком и полностью заполонив спермой тугую задницу. Русский, тяжело дыша, падает на своего китайского приятеля, весь грязный и в поту.       За всей этой картиной крайне развратной Беларусь наблюдал, затаив дыхание от испытываемого им диссонанса. Как Россия, его брат, такой неприступный и холодный человек, мог заниматься чем-то подобным прямо в офисе? Да беларус бы больше поверил, что перед ним сейчас просто заказанная членами союза шлюха, всего лишь слишком похожая на русского, делает свою работу. Но, как бы это не было бы прискорбно, шлюхой в данный момент в глазах Беларуси был сам Россия...Абсолютная противоположность его образа на людях: вся уверенность, гордость и суровость разбилась в дребезги.       Вдруг Россия с трудом поднимается на ноги; пошатываясь, он направляется прямиком к своему брату. И без лишних слов притягивает к себе беларуса за ворот водолазки, и вовлекает его в поцелуй, такой мерзкий и неприятный! Беларусь насильно отстраняет от себя Россию и суровым взглядом смотрит в одурманенные глаза. — И это то, что называется БРИКС? Твоё беспрекословное потакание чужим прихотям и отсутствие каких-либо моральных установок? Да куда делось всё твоё самоуважение? — говорил он скорее с жалостью, нежели с отвращением. — Ужасно. — Но, Беларусь...— откашлившись, отвечает Россия всё с той же лукавой улыбкой. В мгновение, его рука оказывается на паху брата, медленно поглаживая выпирающий член. —...Говоря о так называемых моральных установках, чем же ты лучше меня?       Беларусь взглянул вниз — в потоке мыслей он даже и не обратил внимание, как возбудился. Волна стыда вдруг накрыла его, а вся его строгость испарилась в считанные мгновения. Это было так чертовски неправильно. Неправильно, когда такое происходит между братьями. Но Россию, кажется, это ничуть не смущает. Он снова грубо целует брата, и утягивает его с собой в середину комнаты, к остальным. Русский буквально накидывается на Беларусь, и тот падает на пол, пытаясь вновь сориентироваться. Россия, решив воспользоваться ситуацией, словно опьянённый прижимается к беларусу, растёгивает ширинку штанов, чуть стягивает боксеры, обнажая наливающийся кровью половой член, и мгновенно берёт его в рот, заставляя своего брата издать громкий стон. Беларусь чуть поднимается, оперевшись на локти, и пытается, двигая ногами, как-то прервать происходящее. Россия в ответ лишь ускоряет темп, ломая всяческие попытки сопротивляться попаданию в состоящий целиком и полностью из плотских удовольствий омут, в который его грозят затащить. Вновь раздаётся стон. Голова беларуса пустеет, мысли перемешиваются в большую контрастную кучу, в которой желание остановить всё, пока не поздно, смешивается с желанием поддаться искушению. Последний рывок, и Беларусь кончает, рефлекторно обхватив брата ногами, и вновь валится на пол, пытаясь перевести дыхание. Тот нависает над ним и, быстро чмокнув в лоб, вдруг пальцем подзывает остальных.       Беларус не успел возразить, как чьи-то руки, приподняв кофту, хватают его за грудь и язык лобызает мочку его уха; чуть обернувшись, он видит взгляд хитрых темных глаз — что ж, раз Китай не смог отыграться на России, он отыграется на Беларуси! Внимание второго вдруг резко переключилось на брата, который внезапно и без предупреждения насадился на его член — удовольствие вдруг ударило в голову беларуса, пробирая от мозга до кончиков пальцев, словно наркотик. Русский начал медленно двигать бедрами, будто дразня, Беларусь же кардинально переменился в лице, и его попытки сказать что-то относительно членораздельное в конце концов перерастали в стоны. Россия мастерски выбивал своими движениями из беларуса все сомнения и предрассудки, что не давали тому полностью предаться разврату, который восцарился среди участников БРИКС. И зря времени не теряя, он хватает первый попавшийся под руку член — уже неважно чей, кажется, Саудовской Аравии — подносит ко рту и тщательно вылизывает под крайней плотью возле головки, а потом принимается и за неё саму. Спустя несколько секунд Россия обращает внимание и на другой половой орган, который утыкается ему в щеку — в этот раз, по-видимому, принадлежавший Ирану — сразу же он прижимается лицом к яйцам и обсасывает их как следует, уткнувшись носом в лобковые волосы. А Индия пристраивается сзади русского, глядит на его задницу, скачущую на Беларуси, и, проведя точный математический анализ, тоже решает вставить — довольно легко в Россию входит и второй член! Но русский ни на каплю не теряет самообладание, всё также продолжая искусно обслуживать своих союзников, точно как подобает лидеру. Оставшийся Бразилия решает найти применение рту беларуса: своей рукой он осторожно, почти нежно притягивает его к своему половому члену, и Беларусь неуверенно берёт в рот. Опыта всё-таки у него будет поменьше, чем у России...Потому и вся осторожность Бразилии рушится, когда он, потеряв терпение, жёстко начинает долбить беларуса в рот, не давая тому вдохнуть даже самый маленький глоток воздуха. А дальше всё как в тумане...

***

      Беларусь уже не думает о правильности происходящего. Он не думает о том, с кем он совокупляется в данный момент. Он не думает о том, сколько времени он тут провел.       Не было стран, не было личностей, были лишь ощущения. И пока есть ощущения, пока есть то хрупкое, на первый взгляд, тело, что может подарить их, что может принять в себя так много, что может без оглядки отдать себя и своё достоинство в чужие руки, ради чувства абсолютного удовольствия.

Союз будет вечен.

На веки веков.