Взгляд из глубины

Будь счастлив в этот миг. Этот миг и есть твоя жизнь.

Омар Хайям

– Дайте мне его сюда! – голос Ахау разнёсся по залу. В этот раз не было представлений в виде барабанов, не было ликов. Лишь нетерпение и ожидание со стороны богов. Дин висел, опираясь на Каса и Сэма. В голове было мутно и пусто, но, наконец-то, постоянный навязчивый зуд прошёл. Он ощутил себя прежним, тем самым Дином до Михаила. И это было прекрасно. Только вот вернулось не только ощущение себя. Боль в груди снова закопошилась, медленно, но верно раскидывая свои сети. Рядом с ними стояла потрясенная Лора, всё так же сжимающая копьё. Иш-Чели дала понять, что они все должны присутствовать здесь. Дин попытался рассмотреть девушку, правда, с его положения это было трудновато, но даже так он смог увидеть, что она цеплялась за руку Сэма. «Неплохо так под конец. Хоть брату подружку нашёл!» – Сначала вы вылечите Дина! – Сэм, – тихо прохрипел Дин. Он был здесь первый раз, но с одного взгляда ему стало понятно, что связываться с майскими божками лучше не стоит. И вообще, они выглядят как те ещё придурки. – Ты смел! – Ахау подался вперёд, и Дину на мгновение показалось, что лицо Бога подёрнулось дымкой, являя ястребиный клюв. Но наваждение пропало так же быстро, как и появилось. – Думаешь, можешь справиться со мной? – Просто вылечите брата, как обещали. И можете забирать сосуд. – Давай вылечим этого человека. – Иш-Чели прильнула к ногам мужа. – Он уверует и станет нашим сыном. Лишней души не бывает. Ахау прищурился, обдумывая предложение жены, и, в конце концов, кивнул. – Ведите его ближе и усадите передо мной. Они сделали в точности, как и просил Бог. Дина опустили на пол. Он старался держать лицо, не выдавая боли, но Кас, конечно же, заметил, перед тем как отпустить его полностью, он крепче сжал его плечо. Уходить он не торопился. – Кто из них? – спросил Ахау, повернувшись к жене. Иш-Чели принюхалась, повела носом из стороны в сторону. Дину всё это не нравилось, но даже он не мог не признать, что Богиня вселяла не ужас, а трепет. Её волосы зашевелились, маленькие змейки зашипели. – Он. – Птица? – Ахау не удержался и засмеялся. Его смех отразился эхом. – Человек, а ты не так прост. Ну а птица всегда остаётся глупой. – Смех прекратился. – Сядь рядом с ним, птица. Кас посмотрел на Бога, будто пытаясь понять, о чём тот говорит. Он медленно опустился рядом с Дином. – Ответ всегда был пред вами. Но вы не вникали, не слушали природу болезни. Чернь разъедала твою душу, но ты всё равно не слышал её зов. Твоё спасение лишь в одном. Ахау замолчал. Вместо него заговорила Иш-Чели. – Твоей душе нужен якорь, дитя. – Женщина прожигала Дина глазами. Ему казалось, что она выворачивает всё его нутро наизнанку. – А лучший якорь для смертной души, – она перевела взгляд на Кастиэля, – любовь. – Будь ты человеком, – заговорил Ахау, – я бы связал ваши души кровавым ритуалом. Но ты не человек. Твоя энергия в свете. Готов ли ты отдать ему часть себя? Ахау спрашивал это, пристально глядя на Каса. – Готов, – без раздумий ответил Кас. – Кас! – Дин пытался перехватить его взгляд, но ангел избегал глядеть на него. – Что мне нужно сделать? – Поделись с ним светлостью! – Иш-Чели махнула рукой. Дин успел бросить на Сэма обеспокоенный взгляд, и их тут же увлекло в белое марево. Они остались всё ещё в божественной комнате, но все посторонние звуки пропали. Кас и Дин остались один на один. – Кас, ты не обязан этого делать. Кас грустно усмехнулся и достал из кармана ключ, подаренный Дином. Раскрыв ладонь, он несколько минут будто любовался им, а потом поднял небесно-голубой взгляд на Дина. – Я никогда не откажусь от своих слов, Дин. Наша встреча – лучшее, что произошло со мной. Благодаря тебе я научился жить. По-настоящему. И если все дороги вели меня сюда, я с гордостью приму эту судьбу. – Ты же не сможешь летать! – Дин не мог понять, как ради него можно отказаться от такого. Ради человека, чья жизнь скоротечна и занимает толику времени в бессмертии ангела. – Перестанешь быть ангелом! – Я никогда не перестану им быть, – Кас улыбнулся одним уголком губ, – и полёты для меня не столь важны. По крайней мере, теперь. – Ты не понимаешь! Ты… это ты! Чёрт, Кас, мне осталось прожить пару десятков, а потом… – А потом, если ты захочешь, конечно, мы и дальше будем существовать. В другом месте. И даже твои десятки лет я бы хотел провести… с тобой, Дин. Я… это… это сделает меня счастливым. – Твёрдо сказал он. – Это делает меня счастливым прямо сейчас. – Кас… – Дин привалился к его лбу своим. – Я тоже люблю тебя, приятель. – Ты мог бы… мог бы повторить это ещё раз. Пожалуйста. Дин отодвинулся, чтобы смотреть в его глаза. И повторил вкрадчиво, выговаривая каждое слово: – Я люблю тебя, Кас. Люблю. Голубой свет тонкой полоской стал выходить изо рта Каса, направляясь прямо к Дину. Сначала он испугался, но Кас едва заметно покачал головой. Дин застыл, скосив глаза вниз. Полосочка протекла в него, спускаясь к сердцу. Боль яркой вспышкой схватила его за нутро. Дин хотел сжаться, но Кас не позволил, заставляя смотреть себе прямо в глаза. Боль растекалась, струилась по венам. И когда Дин подумал, что не выдержит, всё резко отпустило. Он сделал глубокий вдох грудью, впервые за долгое время не чувствуя боли. Его глаза засветились счастьем, и он не удержался. Сначала он поцеловал его в щеку, потом в другую и только потом в губы. Марево спало, открывая их миру. – Кажется, мы поженились. – Вы здесь живёте? Стоило обряду завершиться, как Боги с нетерпением выхватили сосуд. Разразился гром, все прижались к земле, такой силой он был. Яркая вспышка белым огнем закружилась вокруг. Дину послышался безумный крик. Но вскоре ястребиный клюв разорвал полотно света и втянул в себя. После этого мир закружился и потемнел. Очнулись они все в бункере. Лора с безумный блеском осматривала книжные полки в библиотеке. Пальцами скользя по полкам, она шевелила губами, читая названия про себя. Сэм оказался зачарован этой хрупкой девушкой. Он следил за каждым движением, помогал, если ей что-то было нужно. Лора же с упоением принимала знаки внимания, украдкой поглядывая за ним. Дин усмехнулся про себя и порадовался за брата. Не только ему выпал шанс на счастье. Главное, чтобы Сэм своим смущением не спугнул девчонку. – Да, – ответил Сэм. – Это… здорово! – Лора вытащила очередную книжку и осторожно пролистала страницы. – Эй, Лора! – позвал её Дин, наблюдавший со стороны. – Не хочешь остаться у нас на некоторое время? Сэм выпучил глаза, глядя на брата и задавая ему немой вопрос о его рассудке. Дин отмахнулся. – О, – Лора убрала локон за ухо, явно не зная, как реагировать. – Ну, не знаю. Сэм, ты не против? – Я? Да. Я не против. – Ну и чудненько. Нам всегда нужен врач, знаешь ли. Где-то болит, что-то потянул. – Сэм краснел с каждым словом брата всё больше. – Особенно наш Сэм. Он очень неуклюжий. – Дин! – прорычал он. – На самом деле, это очень заманчивое предложение. – Лора стала серьёзной. – Я бы осталась на пару недель. Во-первых, чтобы проверять твою рану, Дин. – Лора чувствовала себя безмерно виноватой, даже несмотря на то, что братья твердили, что она спасла всех. – Во-вторых, – она мельком глянула на Сэма, – мне бы хотелось больше узнать о чертовщине, что произошла. – Отлично, – Дин поднялся, – тогда я пойду. – Стой! – Сэм дёрнулся вперёд. – Эм, подожди немного тут. – Это ещё зачем? – Ну… Сэму не пришлось договаривать, потому что в библиотеку влетел Кас. Дин посмотрел на него из-под плеча, отмечая, что тот выглядит воодушевлённо, но пытается всеми силами скрыть это. – Готово! – сказал он, глядя на Сэма. – Я уговаривал её подождать, но она очень хочет встретиться с ним. – О чём вы? – спросил Дин, но тут… …до его ушей донёсся тихий топот ножек, а потом… щенячий лай. Проскочив прямо между ног Каса, пробежал маленький щенок. Это была девочка немецкой овчарки. Щенок остановился прямо перед Дином и посмотрел на него, наклонив мордочку. Дин молчал. Все напряжённо следили за происходящим. Он присел на корточки. Его глаза затуманились, будто он находился не здесь. Щенок подошёл к нему поближе, обнюхал ладонь, что протянул Дин. – Но… как это возможно? Лайда? Щенок весело гавкнул и затряс хвостом, бросаясь на руки Дина. Напор собачки было невозможно выдержать, и Дин едва не упал. – Это?.. – он растерянно посмотрел на Каса, потом на Сэма. – Мы решили с Касом, что… тебе не помешает друг. – После того как ты вернулся, я предложил Сэму исполнить твоё желание. Ты уже давно говорил о собаке. О нашей собаке, – Кас тараторил, спеша всё рассказать. – И мы стали искать подходящую. Но ничего не могли найти, пока не наткнулись на одно странное объявление. Я сразу подумал, что не может быть таких совпадений. Щенок был поразительно похож на твою собаку из Рая. Она была у Джоди. Кас выдохнул. – Рай? – переспросила Лора, но Сэм наклонился к её уху и прошептал: – Позже расскажу. – Она и впрямь похожа… – Дин смотрел на собачку, которая уютно устроилась в его руках. – Лайда… Дин сладко потянулся. Он давно не чувствовал себя столь живым и здоровым. Сонливость не проходила, и Дин невольно вспомнил прошлую ночь. Кас бесконечно извинялся за то, что ударил его. Дин извинялся, что бросил их. Извинения могли бы длиться долгую ночь, если бы один из них не заткнул другого поцелуем. Кто точно это был уже и не вспомнить. Поцелуи и ласки наполнялись обещанием, любовью и заботой. Они кричали о том, что больше время не поджимает, что не нужно никуда гнаться. Что есть то, ради чего стоит вставать и проживать эту жизнь каждый день. Из тихих они перетекали в более жадные, страстные и отчаянные. Они цеплялись друг за друга словно в последний раз, словно в первый… Дин не верил, что такое возможно, что столько чувств может переполнять сразу. Кас зашевелился на соседней подушке. Сначала Дин хотел пошутить и отодвинуться, будто он снова куда-то пропал. Что поделать, Дин тот ещё идиот… Но он не выдержал первым, прильнув к Касу, целуя того в щёку. – Доброе утро. – Дин? – Кас не разлеплял глаз, но улыбнулся. – Ты ждал кого-то другого? – Я ждал тебя. Всё своё существование. Дин поцеловал его в губы, мечтая растянуть поцелуй в нечто более интересное, но тут им на ноги прыгнула Лайда, громко тявкая. Дин упал в подушку и застонал. – Кажется, она хочет гулять, – сообщил Кас тоном профессора. – Когда мы успели стать родителями?